Рубен.

Лена взвизгнула.

— Как ты смеешь? Как ты смеешь? Почему ты со мной так поступаешь?

— Как я с тобой поступаю? Ты что, на паперти стоишь или, может быть, дочери всего ничего, а я вынуждаю тебя идти работать? Как я с тобой поступаю? А то ты не знала, на что шла? Не надо сейчас на меня перекладывать ответственность. Ты прекрасно была осведомлена, что я женат, что у меня жена умница, красавица.

— А я? — Всхлипнула Лена.

Я поморщился.

— А ты у меня была для развлечений. Но когда развлечения переходят в стадию проблем — я стараюсь как можно быстрее все это дело свернуть.

— Ты так говоришь, а у тебя двое детей…

— Я так говорю, потому что от детей не отказываюсь. Но то, что ты надеялась, будто бы я буду гладить тебя по голове, держать за руку и сопли вытирать, ну извини. Мне любовница не для того нужна была. Если б я хотел кому-то сопли вытирать и обсуждать, какие ползунки на этот раз купить, то я бы с женой завёл ещё ребёнка. Ты заводила детей, опираясь на свои потребности. Но никак не в тандеме со мной. Мне было без разницы. Да, дети родились, и я от них не отказываюсь. Что сына, что дочь я подниму. Но если ты при этом рассчитывала, что такой золотой ниткой умудришься привязать меня к себе, то нет, Лен. Хватит жить в сказках. Хватит жить и думать, будто бы у тебя вокруг зефиры и единороги. Ни черта. Умей вовремя принять ту реальность, которая существует.

— Рубен, я думала, что ты… Ты не такой. И ты всегда столько времени мне уделял. Ты… Ты гладил меня по животу.

— А что мне оставалось делать? Я и так, знаешь ли, неплохо так перебивался на встречах с эскортницами, пока ты вынашивала детей. Так что скажи спасибо, что Аурику ты родила, а я не настоял на своём решении. И давай ты сейчас не будешь отвлекать меня. Потому что на данный момент дать мне то, что желанно, ты не можешь. Ты погрязла в ползунках. Ты погрязла во взрослении, в детских садах и всё в этом духе. То есть тот флёр независимой, лёгкой, спонтанной девочки уже исчез. Если ты надеялась втащить меня в другое понятие брака, то нет. Любовница на то и любовница, что к ней мужик приходит отдыхать.

Я бы не сказал, что капец как уставал с Сашкой. Просто мне хотелось разнообразия. Но на самом деле я всё это лгал. Глубоко заглядывая в себя, ответы были другие.

Но сейчас не о них, а о том, что Лена должна знать своё место и никогда не вылезать из этого места. Потому что в противном случае она становится манипулятором, а манипулировать собой я никому не позволю.

Как Саше я не позволил манипулировать собой в вопросах развода, так и Лена ничего не добьётся истериками, слезами и давлением на жалость. И если уж Сашке я мог до фига чего простить, потому что у нас с ней за плечами длинный брак. У нас с ней за плечами было всё то, что присуще молодым семьям: когда и финансов толком не хватает, несмотря на то, что у неё папа владел компанией и у меня папа владел компанией, изначально весь наш брак был построен на том, что: “вы, конечно, молодцы, ребятки. Вы нам помогли сейчас соединить капиталы. Мы сейчас аккуратненько всё это дело под вашей свадебкой обстряпаем. Но вы крутитесь, как хотите”.

И было абсолютно наплевать на тот факт, что у меня зарубежное образование. На то, что я хороший специалист. Мы с Сашкой реально крутились, как могли. Поэтому ничего удивительного, что такой женщине я очень многое мог спустить с рук.

Я почесал подбородок и глянул мельком на часы.

С Сашей я был более честным. Пока была у меня Саша, я не гулял никуда от Лены. Саша была таким сдерживающим фактором, что у меня с ней была вторая молодость. Мне было с ней комфортно. Саша вообще воплощение любой мужской фантазии. И я жалел, что мы в разводе. Я требовал того, чтобы она передумала, чтобы она вернулась в брак. Уж тогда-то я расстараюсь настолько, что будет сразу понятно — она больше никуда от меня не денется.

Я готов осознанно даже подойти к вопросу того, чтобы родить третьего ребёнка с Сашей. Третий ребёнок её привяжет, и она сядет на поводочек — упеку её в декрет, чтобы не шлендалась. А то очень круто, когда у тебя жена гендир. Такая самодостаточная, сексуальная, собранная, на которую полгорода слюни пускает. Это очень круто. Это прям чешет эго. Но по факту даёт слишком дофига возможностей для манёвра.

Когда-то, ещё до всей этой истории с Леной, мне отец тонко намекнул:

— Сашу держи на поводке. Саша должна знать хозяйскую руку. Потому что как только она станет кем-то большим, чем просто твоя жена, мать твоих детей и хранительницей домашнего очага — ты взвоешь.

Я на тот момент усмехнулся, послал батю куда подальше. Потому что не считал правильным, чтобы родители, после того как такой аттракцион невиданной щедрости с Сашкой нам устроили в молодости, имели право сейчас влиять на взрослость. И вообще, я за годы самостоятельной жизни понял такую вещь, что чем меньше влияет родительское участие на брак, тем лучше. Саша была и продолжает быть одним из самых правильных решений. Поэтому слушаться отца в отношении того, что как-то я неправильно поступал — было глупо. Но сейчас, пересмотрев карты, я понимал, что да, лучше, чтоб Сашка села сейчас в декрет — станет более зависимая, станет более покладистая. Да и вообще, свой воинственный пыл поумерит. Ну и плюс третий ребёнок в хорошем таком возрасте — это всё-таки уже осознанное решение.

Я ничего осознавать не собирался — тупо слезет с противозачаточных и залетит, как миленькая. У нас с этим проблем никогда не было.

А ещё во всей этой ситуации я понимал, что Лена хочет кольца на пальце. А я хочу свою жену. Вот и всё, конфликт интересов. Либо Лена сейчас принимает мою точку зрения, что она так и остаётся всегда на вторых ролях, либо она каждый раз будет от меня слышать, что ей не нравится.

— Рубен, пожалуйста, я тебе двоих детей родила. Как ты можешь со мной так поступать?

— Просто я могу с тобой так поступать. — Вернулся к разговору и недовольно цокнул языком. — Хватит на жалость давить. Приеду, когда будет время.

— Тебя уже сын забывать начал.

— Самое главное, чтоб мать свою помнил. — Зло буркнул я и положил трубку.

И действительно, в отношении Сашки я был более верным — у меня была только Лена и меня в принципе всё устраивало. Но сейчас, последний год после развода, мне Лены было недостаточно. Она не закрывала все мои потребности.

И да, я встретился с Миланой.

Только вот кто же знал, что и Саша приедет в ресторан?

Ещё так усмехнулась и прошла в сторону отдельных вип-лож.

Я дёрнулся следом. Милана, стуча каблуками, потянулась за мной. Фыркнув, повернулся и цыкнул на неё.

— Иди за столик. — Произнёс грубо.

А когда Саша открыла дверь вип-ложи, я услышал раскатистый голос Абрамова и у меня шерсть во всех местах колом встала.

Вот старый извращенец!

— Здравствуйте, здравствуйте. — Проворковала Саша, мило улыбаясь и поведя плечиком.

И ведь даже не спасало, что она в брючном костюме и в наглухо закрытой блузке. Я уже одним местом чуял, как старый извращуга будет мысленно с неё стаскивать шмотки.

И вообще, что это за дурдом происходит?

То Беркутов, то Абрамов.

Да я им всем сейчас хари поправлю. Так поправлю, что остаток жизни на стоматологов пахать будут!