Фуко, воспользовавшись машиной времени, изобретенной его другом и учителем Альтюссером, попадает в госпиталь классической эпохи.

Здесь он понимает, что примерно с 1656 года начинается время «Великого заточения» (в этом году Людовик XIV по рекомендации кардинала Мазарини подписал декрет о создании в Париже общего госпиталя). Во Франции начинают появляться изоляторы, «в которых содержится очень неоднородная категория населения: безумцы, нищие и бродяги, венерические больные, гомосексуалы, развратники, колдуны, богохульники, несостоявшиеся самоубийцы, расточительные и неверные мужья, падшие женщины, преступники, либертины и др. – все, что обществом определялось как Неразумие».

Если в Средневековье фигуры безумца опасались, но при этом возвеличивали и подвергали сакрализации, то в Новое время она подвергается секуляризации; безумец оказывается в ряду нищих и бродяг, являясь уже «не таинственным пилигримом, а нарушителем установленного в обществе порядка, и только».

Фуко наблюдает за тем, как в создании таких учреждений проявляется стремление Европы создать «государство нравственности», где бы «с помощью силы насаждалась добродетель». И теперь «бедность, нищета, а также физическая или умственная неполноценность стали сопрягаться с понятием вины и преступления».

Фуко возвращается в XX век и пишет очередные части своей «Истории».

Самый известный популярный журнал на эту тему – французский «Магазин безумия». Он дает слово не только психиатрам, психотерапевтам, психологам, социологам, философам и другим специалистам, но и людям с ментальными расстройствами, в том числе – их примерам изобразительного и прикладного искусства.