Я – крупная рыба. Я весьма крупная рыба. Если честно, я не такая уж крупная рыба. Но я безумная рыба.

Я был древним лососем, когда Друид поймал меня и съел и сам стал мною, лососем.

Я был рыбой еще тогда, когда людей не было на земле. Я лежал на дне и размышлял о сущем и бытии. Я тогда понимал значительно больше, чем сейчас. Я мог превращать пузырьки воздуха в слова, а слова – в подводных обитателей.

Я был китом, который проглотил Иону, и тот терзал мое чрево тревожными мыслями и осторожными словами. Мне было трудно с Ионой. И мне было гораздо спокойней, когда я проглотил барона Мюнхгаузена.

Я был Левиафаном, и, когда меня поймали и изжарили, всем праведникам досталось по кусочку.

Я был жареным карасем на сковородке у Николая Олейникова, и мне было очень неловко. Я был сельдью, которую съел Кафка, путешествуя по Нидерландам. И я часто оказываюсь в ваших холодильниках. И я по-прежнему полон безумия.