Отправив мужа в Берлин, я пригласила для отчета министра пару месяцев назад созданного министерства оборонной промышленности. Николай Александрович Второв родился в городе Иркутске в семье предпринимателя и промышленника Александра Федоровича Второва. Николаю не приходилось выбиваться «в люди» — его отец уже был богатым человеком, возглавлял городскую Думу Иркутска и имел несколько промышленных предприятий. Кстати, Александр Федорович деньги на развитие приобрел, женившись на вдове богатого промышленника. В браке родилось несколько детей, среди них, в 1866 году, сын Николай. Дети получили хорошее образование. Коля даже смог устроиться в сельскую школу учителем, но был призван в армию. В конце 1890-х годов семья Второвых переехала в Москву, чтобы заняться расширением дел. Им уже не хватало Сибири. Николай тоже включился в бизнес отца, помогал ему, а потом стал сам заключать выгодные договоры, вкладывать деньги в добычу золота и алмазов.

В лице Второва страна получила энергичного пробивного хозяйственника. С моей легкой руки большая часть государственных предприятий, такие как металлургические и механические мастерские, от которых зависели поставки оружейных заводов, перешли в управление нового министерства, которое получило из казны первоочередное финансирование. Золотодобывающие предприятия также перешли в управление Второва, который заверил меня в том, что добыча золота будет увеличена за год в два раза с помощью применения новейших технологий.

Я и моя свекровь, которая, осознав вероятность гибели своего сына Николая и его семьи, вместе со мной впряглась в управление страной, понимая бесперспективность своего царственного сына как управленца.

Второв, поздоровавшись с обеими императрицами без подобострастия, по памяти, не открывая свой портфель, начал свой доклад — Ваши Величества, новые заводы в Екатеринбурге, заложенные вашими стараниями лет пять назад, наконец оснащены новейшим оборудованием. Тщательно отобранные мастеровые прошли практическое обучение на немецких заводах и в течении недели будут доставлены в построенные для них общежития.

Мария Федоровна воспользовалась паузой для уточнения — Значит через неделю все три завода начнут работу?

— Инженеры уже проверили работу паровых котлов, работающих на мазуте. Склады заполнены всем необходимым. Самозарядные винтовки, ручные пулеметы и боеприпасы к ним начнут производить сразу после заселения половины общежитий. Пока в одну смену будут работать оба завода. Как только доставят остальных мастеровых, и вторая смена работать начнет. А вот на заводе по производству бронетехники в полную силу заработает только цех, производящий колесные броневики. Цех двигателей выйдет на пятьдесят процентов мощности, запустив конвейер бензиновых двигателей. Дизельный двигатель пока не готов.

Я задала вопрос — И в чем же причина? Там же ничего сложного нет. Тем более, Дизель уже выпускает свои двигатели.

Министр хмыкнул — Его двигатель имеет слишком большой вес и низкооборотистые моторы. Автомобильный дизель согласно вашим требованиям, ваше Величество, требуется совсем другого плана — сравнительно легкий и с высокими оборотами коленчатого вала. Задача поставлена амбициозная: спроектировать оригинальный, полностью отечественный дизельный двигатель рабочим объёмом около десяти литров, развивающий девяносто-сто лошадиных сил, пригодный для установки на пятитонные грузовики и в перспективе — на более тяжёлые машины. Так как этот двигатель будет использоваться не только на гусеничных броневиках, но и на грузовых автомобилях, следует подойти к его разработке более тщательно. Николай Романович Брилинг, которого вы, Александра Федоровна, приказали назначить главным конструктором. Хотя я не понимаю причины вашего решения — он только защитил диплом. Да, Бриллинг обучался в Штутгарте, затем — в Карлсруэ. Но опыта у него нет. Да, предложенный вами алюминиевый блок цилиндров с мокрыми вставными стальными гильзами, оснащёнными поперечными рёбрами жёсткости, и общей головкой как уверяют все инженеры, станет настоящей революцией в технике. Алюминий снижает массу, улучшает теплоотвод и позволяет форсировать мощность, однако требует тщательного обеспечения жёсткости конструкции. Задачу пришлось решать комплексно: разъём картера ниже оси коленвала формирует мощный нижний пояс; поперечные перегородки в плоскостях коренных опор служат рёбрами жёсткости; оребрённые гильзы улучшают турбулентность охлаждающей жидкости. Коренные и шатунные вкладыши из биметаллической ленты сочетают прочную стальную основу с антифрикционным слоем. Вот качество биметалла пока оставляет желать лучшего.

Свекровь с любопытством поинтересовалась — Вы принесли с собой эскиз гусеничного броневика с артиллерийской башней?

Второв кивнул и из тубуса достал лист ватмана и развернул его. На ватмане был изображен танк, напоминающий немецкий Pz.Kpfw.III.

Я помнила, что летом 1940 года на НИБТ полигон в Кубинке поступил немецкий Pz.Kpfw.III Ausf.G, закупленный в рамках советско-германского торгового соглашения, советские специалисты тогда получили редкую возможность провести всесторонние испытания боевой машины потенциального противника. На полигоне Pz.Kpfw.III прошёл серию сравнительных испытаний с Т-34 и БТ-7. Результаты шокировали: машина показала скорость в 69,7 км/ч на шоссе — выше, чем у БТ-7 на гусеницах, и значительно выше, чем у Т-34. Такой показатель обеспечивался 10-ступенчатой коробкой передач Maybach, однако высокая скорость могла быстро разрушать резиновые бандажи катков, поэтому немцы ограничивали её до 40 км/ч. Интересно, что сами немцы эту коробку признали неудобной и на следующих версиях вернулись к 6-ступенчатому варианту. Был отмечен и высокий комфорт экипажа. Просторное боевое отделение, хорошая видимость, развитая внутренняя и внешняя связь, а главное — наличие пятого члена экипажа, позволявшее командиру сосредоточиться исключительно на управлении боем. Немецкий танк удивил и плавностью хода. Подвеска позволяла вести огонь с меньшими колебаниями корпуса — в отличие от Т-34 с пружинной подвеской Кристи, сильно раскачивающейся на ходу. Это повышало точность стрельбы с коротких остановок. Не менее впечатляющим оказалось качество брони. По мнению танкового историка М. Свирина, именно оно стало главным открытием. Испытания в Кубинке показали, что 45-мм советская противотанковая пушка образца 1937 года не пробивала броню с дистанции более 300 м. Некоторые выстрелы с 400 м пробили броню только дважды из пяти, при условии попадания под углом не более 30 градусов.

В свете таких данных руководство ГАБТУ и наркомата обороны выступило с предложением: отказаться от некоторых существующих решений и внедрить в советские танки заимствованные у немцев узлы и компоненты. Федоренко, возглавивший АБТУ, в сентябре 1940 года направил доклад Ворошилову, где предлагал включить в проектирование новых танков:

командирскую башенку с круговым обзоромэвакуационные люки иной конструкцииулучшенную схему охлажденияКПП по образцу немецкойкомпоновку с отделением топливной системы от боевого отделенияновое размещение радиостанции

Позже, в октябре, АБТУ КА пересмотрело тактико-технические требования. Уже в ноябре маршал Тимошенко доложил Ворошилову о предложениях, среди которых:

освободить командира танка от функций заряжающего или наводчикаустановить командирские башенкимодернизировать радиосвязь (заменить громоздкие микрофоны на ларингофоны)улучшить обзор механика-водителяснизить усилия на органах управленияперейти на индивидуальную торсионную подвескурассмотреть установку планетарной трансмиссии

Жаль, что Ворошилов к предложениям Тимошенко не прислушался.

Вот потому я и решила для начала создать именно этот танк, а не Тридцать четверку. На создание цементированной брони ушло пара лет, несмотря на то, что в 1890 году американец Гарвей впервые применил технологию цементации поверхности стальной брони. Цементирование, то есть насыщение переднего слоя брони углеродом, приводило к значительному возрастанию её прочности. Но при этом повышались твёрдость и хрупкость, в результате чего лист при попадании снаряда хоть и не пробивался, но трескался и ломался. Поэтому задний слой брони необходимо было изготавливать из более волокнистой и вязкой стали с низким содержанием углерода. Она служит своеобразной подложкой для переднего слоя и не дает ему растрескиваться. По своей прочности такая броня превосходит даже никелевую — 330-мм броневой лист Гарвея фактически соответствовал 394-мм листу из никелевой стали.

При этом металлурги по моему повелению активно продолжали эксперименты с никелевой бронёй, так как у неё имелся неплохой потенциал. Посоветовав добавлять в сталь хром в качестве легирующей добавки, я получила отчет о том, что прочность значительно увеличивается, причем без повышения хрупкости. Но главной проблемой, препятствующей широкому внедрению легирования хромом, являлась техническая невозможность обработки на этот момент крупных листов металла.

Четырнадцатилетним юношей в 1903 году Игорь Сикорский решил поступить в петербургское Морское училище. Решение избрать профессию морского офицера оказалось непродуманным и было продиктовано стремлением последовать примеру родного брата Сергея, морского офицера, которого Игорь очень уважал.

К удивлению Игоря в поступлении ему было отказано.

Председатель приемной комиссии, возвращая Сикорскому документы, которые тот представил для поступления, сказал — А вас, милостивый государь, по просьбе ее Величества императрицы Александры Федоровны, велено зачислить в Санкт-Петербургский политехнический институт императора Петра Великого на открывшийся в прошлом году авиастроительный факультет. Уверен, что вас там уже ждут.

Игорь убрал документы в свой портфель и минут пять пытался сообразить как ему поступить. Самое странное было то, что сама императрица решила принять участие в его судьбе. Было не понятно как ей стало известна его ранняя страсть к изобретательству, которую привила его мама, много рассказывающая об гениальном итальянском учёном Да Винчи. Воображение юного Сикорского было полностью захвачено идеей полёта, которую разрабатывал да Винчи, особенно мыслью о создании аппарата вертикального взлёта. В возрасте 9—10 лет Игорь был физически слабым подростком, заниматься бегом или кататься на велосипеде ему было не под силу. Такие усилия вызывали кровотечение, что беспокоило мать. Однако в нём было беспокойство другого рода: он боялся, что это станет серьёзным препятствием в осуществлении лётной карьеры.

Уже в юном возрасте у него было несколько увлечений. Он мастерил электрические батарейки, которые позволили запустить электромотор. В двенадцать лет ему удалось построить действующую модель будущего вертолёта, движимую обыкновенной резинкой. Спустя год в сфере его интересов оказалась химия. Однажды он подобрал листовку радикал-социалистов, в которой была информация, как смастерить бомбу. Это его заинтересовало и он, приобретя нужные реактивы, создал такую бомбу. Затем в саду, вдали от дома, Игорь с помощью кислоты привёл в действие бутыль с этой гремучей смесью. Один из таких экспериментов чуть не стал последним в его жизни — Игорь решил проверить, как ведёт себя горячий нитроглицерин. В серебряную ложку налил опасную жидкость и поднял над огнём. Не успел опомниться, как произошёл взрыв такой силы, что разорвал ложку на мелкие кусочки, но подросток чудом остался невредимым.

Решившись, Игорь поспешил в политех, где его оказывается действительно ждали: его данные были в особом списке. После собеседования Сикорского зачислили на первый курс авиастроительного факультета, предоставив место в общежитии.

Факультетом руководил Николай Егорович Жуковский, который по просьбе императрицы перевелся из Московского Университета, первым делом организовав строительство в политехе аэродинамической трубы.

Будущие инженеры после изучения теории отправлялись на авиа-завод, который изготавливал самолеты «Илья Муромец». Директор завода Фёдор Георгиевич Калеп лично общался с студентами, объясняя принципы проектирования двигателей и основных узлов самолета — Господа студенты! Предлагаю вам, всему вашему курсу совместно с вторым курсом, который уже год как постигает науку инженерии, взяться за проектирование пассажирского самолета на базе нашего бомбардировщика «Илья Муромец». Вот техническое задание от императрицы Александры Федоровны, которая курирует наш завод: Пассажирская модель «Ильи Муромца» должна иметь отдельную кабину экипажа и отсек для перевозки пассажиров.

Один самолет предполагается использовать для царской семьи и потому отделка салона будет эксклюзивной для перевозки десяти человек. А салон для постоянных пассажирских перевозок должен вмещать два десятка человек. Еще один самолет нужен для перевозки вооруженного подразделения, взвода из тридцати-тридцати пяти человек и запаса оружия и боеприпасов. При этом варианте необходимо предусмотреть возможность выброски парашютистов. Руководить вами будет Александр Сергеевич Кудашев, он спроектировал самолёт отечественной конструкции с бензиновым двигателем. Самолёт представляет собой ферменный биплан с двигателем в тридцать пять лошадиных сил и тянущим воздушным винтом. Кроме хвостового оперения, он имеет передний руль высоты, что является весьма популярным решением. Заодно поможете монтировать его самолет, там нет ничего сложного. Простейшая конструкция. Как вам такое предложение?

Студенты возбужденно загомонили — Такое предложение пришлось им по душе.

— Сейчас доводят до ума новые двигатели для Муромцев, с которыми они смогут поднимать бомбовую нагрузку массой около пятисот килограммов, кроме того, новые двигатели позволят подниматься на высоту до пяти тысяч километров, что сделает «Илью Муромца» практически неуязвимым для авиации противника.

Игорь дождался когда Калеп оставил студентов с их куратором и подошел к директору завода — Фёдор Георгиевич! У меня есть мысль попытать создать аппарат с возможностью вертикального взлета.

— Как твоя фамилия, студент?

— Игорь Сикорский к вашим услугам, господин Калеп.

— Пойдем со мной, Сикорский. У меня насчет тебя особые указания.

Приведя в свой кабинет, Калеп достал из папки листок, на котором был отпечатан текст: "Я (ФИО), получив доступ к секретной информации, поставлен(а) в известность, что по роду своей деятельности и обязанностям буду допущен(а) к государственной тайне. Ознакомлен(а) с нормами законодательства Российской империи о государственной тайне, предусматривающими ответственность за нарушение указанного законодательства. Мне известно, что в связи с допуском к государственной тайне мои права могут быть временно ограничены. Ограничения могут касаться: права на выезд из Российской империи в случаях и на сроки, которые предусмотрены законом, при условии моей осведомленности в сведениях особой важности или совершенно секретных сведениях; права на использование открытий и изобретений, содержащих сведения, составляющие государственную тайну. В соответствии с законодательством Российской империи о государственной тайне при допуске к государственной тайне я обязан(а): не разглашать сведения, составляющие государственную тайну; выполнять требования законодательства Российской Федерации о государственной тайне; информировать об имеющихся данных, свидетельствующих о наличии (возникновении) обстоятельств, которые в соответствии с Законом Российской империи «О государственной тайне» являются основаниями для отказа мне в допуске к государственной тайне; информировать о предпринимавшихся попытках получения от меня сведений, составляющих государственную тайну. Я предупрежден(а), что за нарушение требований законодательства Российской империи о государственной тайне буду привлечен(а) к ответственности вплоть до смертной казни в соответствии с законодательством Российской империи.

— Подписывайте, господин Сикорский, и я предоставлю вам информацию о подобных аппаратах! — Калепа достал из сейфа пакет из прорезиненной бумаги, опечатанный сургучом с оттиском личной печати императрицы.

Игорь поколебался минуты три, перечитывая текст и, вписав свои фамилию, имя и отчество, расписался в конце.