– Но в мире, мальчик мой, есть люди куда более странные, чем капрал Шноббс.

Лицо Моркоу застыло от смертельного ужаса.

– Неужели? – неверяще прошептал он.

К сожалению, продолжить свой страстный роман с подушкой этим утром мне не удалось – пришлось встать пораньше, чтобы приготовиться к официальному завтраку. Хорошо хоть с причиной для внезапной перемены мнения больше мучиться не нужно – спасибо принцу за неожиданную встречу. К назначенному времени я оказалась пусть не выспавшейся и недовольной, но готовой к борьбе за принца. И кажется, мне неплохо это удалось, потому как даже Сари, зашедшая за мной перед завтраком, была потрясена.

– Ами?! – недоверчиво уточнила она, пялясь круглыми глазами и заставляя меня нервничать и неловко одергивать короткую юбку, едва прикрывающую колени.

– Не похожа? – буркнула я мрачно.

– Разве что слегка, – хмыкнула девчонка, обходя меня кругом, оценивая переплетение локонов на затылке, насыщенно-фиолетовое платье и аккуратный макияж. – Слушай, я думала, что ты вся такая простая и прямолинейная, только по кладбищам гуляла. А теперь даже не знаю… Ты была придворным некромагом? – покосилась она на меня с недоумением.

Я скептически хмыкнула в ответ.

– Сари, милая, у моей семьи все-таки есть титул. И мне приходилось исполнять обязанности приличной дочери аристократического семейства. Поэтому я прекрасно знаю, как себя правильно вести и как выглядеть подобающе. И привыкла собираться сама, без чьей-либо помощи…

Не то чтобы у нас ненавидели магов смерти – просто справедливо опасались. И горничные в родительском доме в том числе. Мне довольно быстро надоело наблюдать, как они вздрагивают от каждого моего движения, поэтому я приучилась сама делать прически и шнуровать коварные платья. В самых сложных случаях просила помощи у сестренки.

– Идем.

Вздохнув, я прикрыла за собой дверь в комнату.

– Так ты определилась, чем будешь оправдывать свою внезапную влюбленность? – тихо поинтересовалась Сари, потому как в сторону столовой уже потянулись сверкающие драгоценностями и угрожающими оскалами невесты.

Взгляды на меня бросали опасливые и недоуменные, иногда даже откровенно злые, но заговорить никто не решался. А ведь именно теперь было бы неплохо с кем-то подружиться и выяснить у местных леди – почему-то же погибшая девушка оказалась перед самым конкурсом в кустах у фонтана. Возможно, остальные невесты заметили что-то странное в ее поведении. Только вряд ли кто станет со мной разговаривать. А уж учитывая подозрения, что именно я убила несчастную…

Погрузившись в размышления, я бросила неуверенный взгляд на Сари. У нее-то с общением все куда лучше. Да и как соперницу ее не воспринимают – больно мелкая. Но, подозреваю, фон Грейслинг мне голову оторвет за любую попытку пристроить его деточку к общему делу.

– Ами? Неужели ничего не придумала? – вырвал меня из размышлений обеспокоенный голос девочки.

– А? Да нет, не пришлось ничего придумывать, – успокаивающе улыбнулась я ей.

– Как это?

– Я вчера вечером вышла прогуляться и наткнулась на нашего пропащего принца, – тихо хмыкнула я в ответ. – Теперь могу спокойно утверждать, что он покорил меня с первого взгляда.

– Ого-о-о!.. – удивленно протянула девочка. – Повезло так повезло. И как он тебе? – сияя глазами, поинтересовалась она заговорщическим тоном.

А я в ответ выдала столь непередаваемую гримасу, что она лишь прыснула от смеха.

– Все так плохо?

– Не знаю, – дернула я плечом. – Неоднозначная личность. – Я бросила косой взгляд на заинтересованную мордашку. – Не советовала бы к нему приближаться.

– Что так? – удивилась она. – Он страшный? А мессы болтали, что красавчик…

– Да нет, с лицом у него все нормально. Характер явно поганый. И у него какой-то конфликт с твоим дядей, так что будь осторожнее, – честно призналась я.

– Ясно, – тут же поскучнела Сари.

Видимо, не в первый раз сталкивается с подобными последствиями родства. Но ведь дядей, как и родителей, не выбирают.

В столовую мы вошли одними из последних, чуть не застыв на пороге от внезапных изменений. Вместо множества небольших уютных столиков – один длинный, уже практически полностью заполненный. Свободными оказались три места во главе стола, явно для королевской семьи, и четыре в самом хвосте. Стоит ли удивляться, что на дальнем краю оказались практически все призванные?

Я устроилась рядом с безымянной мессой в ярко-желтом платье, одарившей меня презрительным взглядом, рядом со мной – Сари, а напротив нас оказались девушка-воин, все еще не изменившая строгому охотничьему костюму, и добродушная пышка в ярко-зеленом пышном платье, с улыбкой кивнувшая нам. Не видно было только бывшей монашки, видимо, даже слишком успешно вписавшейся в местное общество.

Оглушительный стук глашатая оборвал все тихие шепотки в зале. Невесты как по команде вскочили на ноги, готовые изобразить поклон. Нам тоже пришлось поспешить с этим.

– Его Величество Гордуил Реймский, Его Высочество Дариус Реймский и Ее Высочество Корнелия Реймская! – объявили на весь зал, и высокие двери столовой распахнулись.

Император вошел стремительно. Был он суров и немного мрачен. По сторонам не смотрел, размеренно шествуя к своему месту во главе стола и не обращая внимания на присутствующих.

Принц был нарочито небрежен. Слегка растрепанные волосы, приоткрытый ворот светло-серого камзола и белой рубашки под ним, очаровательные улыбки в сторону месс, украдкой бросающих на него взгляды.

Меня он тоже заметил. Сначала на лице его расплылась улыбка узнавания. Потом взгляд зацепился за седые волосы и темное платье, и на лице проступило искреннее удивление. А после этого осмотра наследник усмехнулся и тихонько погрозил мне пальцем, прежде чем продолжить шествие вдоль стола. Я прямо ощутила, как все взгляды соскользнули с принца и иголками впились в меня. Теперь и объясняться не придется – всем ясно, что где-то мы успели встретиться и даже познакомиться.

За битвами взглядов совершенно не замеченным прошел приход принцессы, явно терявшейся на фоне родственников. Только когда всем уже дозволено было сесть и приступить к трапезе, я осознала, что по левую сторону от императора сидит девица, не имеющая отношения к невестам.

Ненаследная принцесса было откровенно никакой. Бледненькое личико, белесые волосы и глаза, и даже алое платье не помогало. Она выглядела блеклой копией наследника, а потому рядом с более яркими родственниками просто пропадала. Но простой девица не была точно. Один-единственный взгляд, перехваченный мной, – зато какой! Уверенный, сосредоточенный, внимательный – она обежала быстрым взглядом всех невест, явно успела оценить и что-то отметить про себя и безмятежно уставилась в собственную тарелку.

Ох и непростой это персонаж… Пожалуй, гораздо интереснее принца…

Стоит поблагодарить императора, что смотрины не стали устраивать ни перед завтраком, ни во время него. Хоть поесть невестам дали нормально – и даже еды не пожалели! Этим утром на столе были и мясо, и выпечка, и сладости, в общем, все, что могло бы угрожать изяществу будущей императрицы. Из чего я сделала вывод, что диета для невест – это личная попытка сэкономить кого-то из распорядителей отбора, устроившихся вблизи правителя. Ничего, я как-нибудь шепну принцу, а лучше самому императору, что стоило бы проверить их на чистоту помыслов, особенно финансовых.

И лишь когда на столе остались чайные пары, чайнички, кофейники и изящные стойки с пирожными, император поднялся, а на зал опустилась благоговейная тишина.

– Я рад приветствовать благороднейших и прекраснейших леди нашей империи, – торжественно начал он свою речь. – И прежде всего, хотел бы принести свои извинения за то, что вчерашнее мероприятие было омрачено несчастным случаем, произошедшим с одной из претенденток.

Он пытается выдать кинжал в сердце за недоразумение? Серьезно? Украдкой окинув взглядом лица остальных, я внезапно осознала – не просто пытается, у него это уже получилось! Никакого скепсиса или недоверия, лишь небольшая опаска, а в основном и вовсе нетерпение на лицах участниц, жаждущих вступить в борьбу за трон.

Поразительно!.. Неужели за то время, что мы с Сари промучились с придворной швеей, императору удалось промыть мозги всем, кто лично видел убитую девушку? Тем временем монарх расписал в красках этот самый случай – якобы девица поскользнулась на скользкой траве и, падая, разбила голову о каменный бортик фонтана, – посочувствовал по этому поводу и даже попросил участниц быть внимательнее и не бродить одним по саду. Не преминул он указать и на то, что охрана вокруг дворца была усилена: исключительно заботы ради о благополучии прекрасных дев.

Нет, кто-то из благородных месс все же выглядел не слишком убежденным. Попаданки так точно не поверили заверениям императора. Но в целом ему удалось успокоить умы будущих невест, если там вообще было что успокаивать. И завершив свою речь пожеланием победить достойнейшей, передал слово виновнику торжества.

Наследник тут же поспешил очаровать девиц сияющей улыбкой, заглушая остатки подозрительности.

– Уверен, что все вы полны талантов и достоинств и, конечно, жаждете их продемонстрировать. Но для этого у вас еще будут конкурсы. Миг же первого впечатления краток и неповторим. Сейчас ваш шанс заинтересовать меня и, возможно, даже поразить в самое сердце с первого слова, – найдя меня глазами, подмигнул Дариус. Девушки за столом взволновались. – Но, как и в жизни, для этого у вас будет лишь миг, – решил соригинальничать принц, заставив дам за столом испуганно зашептаться.

А я предполагала, что его высочество не станет спешить упрощать девушкам работу.

– Итак, этот конкурс будет довольно прост, – повысив голос, продолжил наследник, заставляя девушек притихнуть. – Вам нужно представиться, сказать, каким даром вы обладаете, и рассказать что-то, что должно привлечь к вам внимание, впечатлить слушателя. Но в этом рассказе должно быть не более десяти слов, – довольно закончил принц, пока конкурсантки чуть ли не в обморок валились от переживаний.

Неплохо придумано: краткость – сестра таланта. Очевидно, наследник не поклонник разговорчивых девушек. Плюс еще проверка на минимальные знания арифметики и хоть какую-то сообразительность.

– У вас есть четверть цикла, пока мы пьем чай, чтобы обдумать эти слова, – озвучил последние условия наследник. – После десерта мы приступим к знакомству.

И, довольный, уселся на свое место. Что-то с насмешкой бросил своему другу – тому самому мессу Даурелио Сонбени, который встречал нас, а после обернулся к мрачному императору. Похоже, папочка о таком оригинальном изменении конкурса не знал.

Я спокойно съела пирожное с чаем, мечтая еще немного поспать после этого завтрака. И даже успела поразглядывать изрядно нервничающих месс, пытаясь припомнить, кто из них сидел за одним столиком с погибшей.

И наконец момент настал, слово предоставили первой претендентке – ближайшей к наследнику.

– Аркадия Волнари, – поднявшись, приветственно склонила голову жгучая брюнетка, вся увешенная камнями, как праздничное дерево. – Владею даром земли. Я коллекционирую редкие артефакты и ювелирные украшения, – произнесла она со слегка отстраненным видом, словно считая про себя слова.

– Рад познакомиться с вами, месса Волнари, – жестом позволил ей присесть принц.

– Кассандра Аркли, – поднялась худощавая рыжая девица, с идеально ровной спиной и немного резкими движениями. – Целитель. Занимаюсь разведением арксельских жеребцов.

– Необычное занятие для мессы, приветствую вас, месса Аркли. – Снова жест вежливости от Дариуса.

Чем дальше я слушала, тем более недоумевала. Леди обладали совершенно разнообразными талантами: одна разводила розы, другая писала пейзажи, третья владела модным домом – и прочие несомненно занятные дела. Но едва ли хоть что-то из этого делало из них перспективных императриц. Для меня оставалось загадкой, по какому принципу вообще их выбрали в качестве претенденток на трон.

Заинтересовала меня бывшая монашка – ныне сверкавшая улыбкой, лазурно-синим платьем с очень низким декольте и завитыми в локоны золотистыми волосами. Я даже ее не узнала, столь разительными оказались перемены.

– Вильгельмина Кранк, – представилась она, хлопая ресницами. – Я маг огня. Могу поразить мишень на расстоянии двадцати шагов.

В столовой повисла оглушительная тишина. Признаться, я сама едва не подавилась очередным глотком чая, неверяще глядя на эту девицу.

– Как оригинально!.. – столь же удивленно заметил наследник. – Позвольте уточнить, месса Кранк, вы же одна из гостей нашего мира?

– Да, я прибыла из грани, которой покровительствует Воин, – покраснев от довольства собой, сообщила девушка, вогнав меня в ступор.

Это же надо так ошибиться. Вот уж где первое впечатление оказалось обманчивым. Неудивительно, что она способный стрелок. Вопрос, скорее, в том, почему она столь странно выглядела по прибытии. И откуда тогда явилась решительная девушка-воин?

Потом меня заинтересовала месса, выяснявшая мои мотивы прошлым днем. На фоне остальных играющих, поющих, покупающих и рисующих девиц месса Николь Линерман выгодно выделялась тем, что умудрялась заправлять семейным делом – банком. У этой хотя бы имелся опыт управления.

Наконец очередь дошла и до воительницы.

– Фелисити Монк, – представилась месса, словно отрапортовав перед командующим. – Маг воды. Я… – Девушка на мгновение запнулась и продолжила весьма неуверенно: – Тку тончайшее паучье кружево. – Словно застеснялась собственного признания и поспешила сесть на место.

– А откуда вы прибыли, месса Монк? – с заметным интересом взглянул на нее блондин.

– Мой мир хранит Всепрощающий Волхв, – негромко дополнила девушка, а я старалась не слишком пялиться на нее.

Видимо, я и сама оказалась слишком подвержена стереотипам. Придется извиняться перед фон Грейслингом.

Незаметно очередь дошла и до меня. Я даже не сразу осознала это, пока Сари не ткнула меня острым локтем в бок, заставив вскочить.

– Амелика Розенвар, – выдала я поспешную улыбку. – Некромаг. Люблю долгие прогулки под луной.

Да, я заморачиваться с представлением не стала. Чтобы заинтересовать и впечатлить, мне достаточно было назвать свой дар.

– Наслышан об этом, месса Розенвар, – хмыкнул Дариус. – Рад приветствовать вас в нашем мире.

– Благодарю. – Я поспешила сесть обратно.

– Прошу вас, – ослепительно улыбнувшись, кивнул принц последней претендентке.

– Виола Перпекнит, – просияла улыбкой с очаровательными ямочками на щеках девушка. – Маг земли. Я представляю мир Мудреца и способна запомнить наизусть все прочитанное. – Уложилась она ровно в десятку слов.

А я, как оказалось, совершенно не разбираюсь в людях. Не угадала ни одной из прибывших.

– Счастлив видеть на отборе последовательницу Всеведущего, – поприветствовал мессу Дариус, тем самым наконец завершая первый конкурс.

– Мессы, благодарю вас за знакомство. Чуть позже сегодня будет проведен еще один конкурс – на этот раз творческих талантов. Там мы с вами увидимся вновь, – взял слово донельзя мрачный император.

Поднявшись, столь же стремительно, как и вошел, он покинул столовую. Следом за ним как-то незаметно исчезли принц с принцессой и быстренько расползлись придворные, присутствовавшие на завтраке.

Последними удалились едва пришедшие в себя невесты, а я все продолжала медленно цедить чай, размышляя о том, что же меня насторожило. Прежде всего, тот факт, что вместе со мной участниц вновь стало тринадцать. Казалось бы, глупое совпадение, но некоторые вкладывают в это число особый смысл. До нелепости странный подбор из местных невест, годящихся быть лишь красивой картинкой рядом с мужем, но вряд ли способных управлять страной.

Но было еще кое-что…

– Сари, – отстраненно позвала я рыжую, – если не секрет, каким даром обладает фон Грейслинг? В смысле стихии.

– Воздухом, – не задумываясь, ответила девчонка. – А что?

– Ничего, – пробормотала я, – просто интересно.

Значит, жизнь и смерть, а вместе с ними четыре основные стихии – огонь, вода, земля и воздух. Хотелось бы верить, что такой подбор попаданцев оказался случайностью. Но что-то мне подсказывает, что не стоит заниматься самообманом.

– Ами? Ты там что, заснула? – выдернула меня из размышлений Сари, тронув за локоть. – Все уже ушли.

Я недоуменно огляделась. И правда, только слуги, собирающие посуду, с опаской косятся в мою сторону.

– Да, похоже, почти заснула… – послала я девушке извиняющуюся улыбку, поднимаясь из-за стола. – Ночные похождения даром не проходят, вот и не выспалась.

– С принцем загуляла так? – с насмешливой улыбкой поинтересовалась девчонка.

– Скорее, с одним котом, – хмыкнула я в ответ. И только заметив, как округлились глаза рыжей и приоткрылся в удивлении рот, осознала некоторую двусмысленность фразы. – Долго искала себе в саду ушасто-хвостатого помощника. Надо заглянуть на кухню и выпросить какого-нибудь угощения, – добавила я озабоченно. Следовало как можно скорее договориться с Тенью о взаимодействии. Дворец большой и осмотреть мохнатому предстояло многое. Можно было бы набрать целую команду хвостов, но все же одна маленькая незаметная Тень будет смотреться менее странно, чем целый отряд кошачьих, шастающий по дворцу.

Сари, похоже, все-таки осознала, что гуляла я с каким-то другим котом, а не тем, на которого она подумала, но расспросить меня не успела. Потому как за дверью нас уже поджидали.

Решительная банкирша, сегодня облаченная в насыщенно-синий наряд, на фоне кружев и воланов остальных участниц смотрящийся весьма строго, глядела на меня с неприязнью и даже претензией.

– Мне показалось, что вчера вы клялись, что ноги вашей не будет в этом отборе, – процедила девица, сверля меня взглядом. – Слово некромага ничего не стоит? Или вы в принципе столь непостоянны?

Я искренне опешила от подобного напора. Мне-то думалось, что после многозначительных переглядываний с принцем всем и так все понятно и спрашивать никто не рискнет. Но нашлась одна храбрая.

– Месса Линерман, что бы вы ни думали, но вчера я была искренна в своих словах, – взяв себя в руки, с достоинством постаралась ответить я девушке. – И меня все еще не интересуют трон и власть. Но так уж случилось, что вчера вечером я имела честь познакомиться с его высочеством лично. И вот он… – Я сделала паузу, чувствуя, как краснею от необходимости произнести это. – Он меня заинтересовал.

– Поэтому вы решили попытаться занять место рядом с ним? Вас не смущает, что получить принца без трона вы не сможете? – с подозрением допытывалась Николь.

– У каждого бывают свои недостатки, – невозмутимо пожала я плечами. – Мне еще предстоит только узнать, достоин ли его высочество того, чтобы смириться с теми недостатками, которые присущи ему.

– Империя – это для вас недостаток? – с презрением уточнила девушка.

– Не то чтобы недостаток, – уклончиво заметила я, понимая, что мои слова чуть не перекочевали в категорию оскорбления, – но лично для меня достоинством не является.

Мой ответ девушке не понравился.

– Не думайте, что редкий дар дает вам какое-то преимущество, – мрачно заметила Линерман. – Никто не представляет, какие опасности и особенности несет ваш дар, а император никогда не позволит неопределенности в своей семье и наследнике. И наши люди не примут вас, особенно с таким отношением к стране, – скривилась девушка. – Я бы посоветовала вам отступить до начала настоящей борьбы – рассчитывать вам не на что.

– Благодарю за совет, – холодно отозвалась я. – Но я сама решу, как мне поступить дальше.

И подхватив под руку Сари, тихо наблюдавшую наш диалог, я поспешила скрыться из коридора, понимая, что, похоже, нашла ответ на один из своих вопросов.

Вот она, истинная фаворитка этого отбора: Николь Линерман. А все остальные лишь бесполезный ворох пустышек, призванных слегка прикрыть истинный алмаз. Уж слишком явно выделяется эта девушка из толпы глупышек. А значит, наследник зря рассчитывал на возможность выбора. Нет, есть еще попаданки, столь же выгодно смотрящиеся на фоне местных девиц. Но у нас здесь своя роль: сделать так, чтобы истинная невеста наследника в этот раз дожила до своей свадьбы.

– Вас подслушивали, – внезапно подала голос рыжая. – За углом стояли еще невесты – ждали, что вы драку устроите и вас выгонят, – хмыкнула она.

– Да? – бросила я на нее удивленный взгляд. – Впрочем, так даже лучше – теперь точно расспрашивать не станут. А то, боюсь, повторить признание о заинтересованности наследником я не смогу, – скривилась я.

Не то чтобы мне был столь неприятен сам Дариус – я просто не привыкла делать подобные заявления, да и вообще признаваться в своих чувствах. Коты с личем как-то сами все понимали, без лишних слов.

– Так я и думала, – раздалось довольное позади.

Мы с Сари испуганно подпрыгнули, резко обернувшись. Я едва косу не призвала, а рыжая натурально зашипела, оскалившись внушительными клыками.

Довольная Виола сияла любопытными глазами, глядя на нас с легкой насмешкой и уверенностью. Фелисити рядом с ней была строга и хмура.

– Почему я вас не слышала? – с претензией поинтересовалась Сари, поспешно пряча внушительные клыки и звериный зрачок.

Вот, кстати, да! Я же абсолютно доверилась ее звериному чутью, потому и разговаривала не таясь.

– Я же маг земли, – напомнила пышка. – Просто попросила скрыть наши шаги. А Фели помогла с запахами.

Молчаливая воительница лишь кивнула, подтверждая. Уточнять, откуда они узнали про природу рыжей, даже не стала – все же с представительницей Мудреца разговариваю. Мы с Сари переглянулись и молча приняли решение все важное обсуждать только за закрытыми дверями комнаты.

– Официальную версию мы уже слышали – месса Розенвар очарована прекрасным принцем после личной встречи. А можно неофициальную? – лукаво взглянула на меня Виола.

– Она такая же, – невозмутимо ответила я. – Не стоит подслушивать чужие разговоры – их можно неправильно понять. Просто я… стесняюсь говорить о чувствах, – изобразила я смущение. – Для меня очень тяжело признаваться кому-то в своих привязанностях.

– Вот странность, – изобразила девушка задумчивый вид, – а по прибытии в этот мир вы вовсе не стеснялись говорить о чувствах, – напомнила она, как ярко я выражала неудовольствие происходящим. – Да и вчера тоже.

Сколько еще раз я отхвачу за собственные слова? Ну что мне мешало быть более сдержанной?

Я хмуро смотрела на улыбающуюся Виолу.

– Месса Розенвар, – внезапно посерьезнела она, – из меня очень сложно сделать дуру. Особенно когда я этого не хочу. И я же не просто так спрашиваю – хочу предложить помощь. Очевидно же, что это как-то связанно со вчерашней смертью.

Мне не хотелось вмешивать их. Только мертвецы действительно умеют хранить тайны. Этих же двух я не знала совершенно. Почему они согласились на перемещение сюда?

И все же ни одна из них не может быть связана с произошедшими здесь убийствами. Просто потому, что на тот момент их не было в этом мире. Из всех людей я могу быть уверена в невиновности только тех пятерых, что попали сюда вместе со мной.

– Давайте прогуляемся по саду? – с улыбкой предложила я.

Пустые закрученные коридоры дворца стали казаться мне куда менее безопасными, чем открытое пространство сада.

– Давайте, – с пониманием мгновенно откликнулась Виола и первой двинулась в нужном направлении.

Сад был благоухающим, ярким и на наше счастье абсолютно пустым. Впрочем, густые кусты тоже не внушали мне доверия, поэтому, быстро оглядевшись, я предпочла устроиться на бортике небольшого шумного фонтанчика в центре поляны с цветами. И видно все вокруг, и шум воды слегка приглушит разговор.

Ужас! Кажется, я становлюсь параноиком.

– Значит, что-то и правда не так, – задумчиво заметила месса Монк, в отличие от остальных, устроившихся на мраморном бортике, оставшаяся стоять.

– Это было очевидно еще после вчерашней смерти, – отозвалась Виола и с ожиданием уставилась на меня.

– Я хотела бы кое-что уточнить у вас, – сказала я, пристально рассматривая собеседниц. – Вы сами согласились на перенос сюда? Знали, куда и зачем вас перемещают?

Девушки недоуменно переглянулись.

– Да, – чуть заторможенно ответила Виола. – Всеведущий сразу мне сказал, что здесь будет отбор на место императрицы, ну и я, подумав, согласилась.

Фелисити вновь молчаливо кивнула, подтверждая, что тоже знала, куда и зачем перемещалась.

– Почему вы согласились? – задала я самый важный вопрос.

От хорошей жизни за неизвестным принцем в другой мир не сбегают.

– В своем мире у меня не было выбора, – на этот раз первой ответила воительница. – Все было решено задолго до меня, и я могла только следовать выбранному другими пути, – признавалась она мрачно. – Всепрощающий пообещал, что, даже если я не смогу победить, у меня все еще будет возможность найти свою судьбу и свой путь в этом мире.

– У меня почти так же, – согласилась Виола. – Меня фактически загнали в угол, предлагая лишь один путь – в императорские советницы. И, скорее всего, в любовницы. А я терпеть не могут политику и наглых самоуверенных стариков, – скривилась она.

– И поэтому согласилась пойти на отбор в невесты к красивому и молодому принцу? – хмыкнула Сари. – Очень далеко от политики.

– Тут хотя бы есть шанс получить реальную власть, – пожала плечами мудрая. – Да и не смогут они заставить меня выйти замуж против воли – давить на меня нечем.

– Думаете, у Вильгельмины так же? – уточнила я, уже понимая, что далеко не ради отбора сюда закинули этих девушек.

– Скорее всего, – кивнула Перпекнит. – Мы успели немного переговорить, прежде чем ее заворожил местный высший свет, – хмыкнула девушка. – Она всю жизнь провела в монастыре, не видя там ничего, кроме монашек и раненых, которых они выхаживали. А ей всегда мечталось о платьях, блеске украшений и балах. Мечты сбываются, – развела она руками.

Ага, только ко всему этому прилагается неизвестный убийца, избавляющийся от потенциальных невест. Тот еще подарок судьбы!..

– Мы рассказали, что вы хотели, – посерьезнела Виола. – Теперь ваша очередь.

– Да что тут рассказывать, – отмахнулась я, – вы и сами все поняли. Конечно, вчерашняя девица вовсе не поскользнулась. Ее убили. А подозревают в ее убийстве меня.

Быстрый взгляд Сари, прекрасно знающей, что меня от вины уже спасло соседство с ее родственником, я заметила и порадовалась про себя, что умная девочка больше ничем не дала понять, что я слегка так соврала. Этим двоим я доверяла не в полной мере, хотя их помощь могла пригодиться. Но рассказывать про предыдущие убийства и возможный заговор без разрешения я не могла.

– Думаешь, что убийца среди невест, поэтому тоже решила участвовать? – быстро догадалась мудрейшая.

– Или среди придворных, участвующих в организации, – согласно кивнула я.

– Правильно, – задумчиво подтвердила Фелисити, – во дворце убить кого-то куда сложнее, чем в любом другом месте. Значит, ее убили или из-за отбора, или дворец – единственное место, где убийца мог к ней близко подобраться, а значит, он хорошо с ним знаком, – выдала она весьма ценное замечание.

А воительница вовсе не глупа.

– Теперь мне нужно сблизиться с остальными участницами, чтобы выяснить побольше о погибшей, – с тяжким вздохом призналась я.

– Как-то у тебя не слишком получается, – хмыкнула Виола. – В смысле сблизиться.

– А то я не понимаю, – огрызнулась я в ответ. – Поэтому и призналась. Если правда хотите помочь, поговорите с невестами. Хорошо бы узнать, с кем дружила убитая. Или хотя бы общалась. Не заметил ли кто что-то необычное, а главное, почему она оказалась не со всеми у помоста, а в кустах у фонтана с убийцей. Лучше сначала подругу ее найти… – судорожно пыталась я выудить из памяти образ девицы, сидящей за одним столом с убитой.

– Вы сегодня рядом с ней сидели за завтраком, – заявила Перпекнит.

– Желтенькая? – удивленно вскинулась я.

Девушки тихонько хмыкнули.

– Она самая. Месса Руфь Урвальд, дочь министра культуры, – просветила меня всезнающая. – Не слишком сообразительная девушка, зато гонору выше головы. Кстати, подружка ее была такой же. Насколько я слышала, ее отец занимал довольно высокую должность в министерстве финансов, но не думаю, что это делало заносчивость оправданной: имеются здесь девицы куда более представительные и богатые.

Ух ты, не девушка, а просто кладезь знаний! Пожалуй, я даже не слишком буду жалеть, что впутала их в расследование.

– Месса Перпекнит…

– Виола! – оборвала она меня и улыбнулась. – Лучше по имени.

– И ко мне тогда тоже, – кивнула я ей. – В отличие от меня вы не успели тут со всеми разругаться, попробуйте узнать что-нибудь о погибшей.

– Хорошо, – кивнула она. – Ты не против, если я попрошу помощи у Вильгельмины?

Такой постановке вопроса я удивилась. Мне показалась, что последняя попавшая предпочитала общаться с местными аристократами, а не с подругами по несчастью. Да и не выглядела она как та, кто согласится помочь.

– Мне бы не хотелось посвящать ее в подозрения относительно меня, – ответила я осторожно. – Все же она близко общается с остальными невестами, а обо мне уже ходит достаточно слухов.

– И не собиралась, – заверили меня. – Я смогу убедить ее расспросить новых подружек, не раскрывая подробностей, – выдала она самоуверенную улыбку.

– Тогда ладно, – пожала я плечами, не понимая ее энтузиазма.

– Это все так интересно и захватывающе, – неожиданно с горящими глазами выдала мудрейшая. – Словно я в настоящем детективном романе.

Ясно. Бесконечная жажда знаний, но ограниченное чувство самосохранения и осторожности – весьма неудачное сочетание. Впрочем, думаю, воительница за ней приглядит. А у меня появилась надежда разобраться с происходящим скорее.

Таким образом, создав некий тайный союз попаданок, мы на время распрощались. Я с Сари ушла выпрашивать еды для мохнатого помощника, а мудрейшая с воительницей – уговаривать бывшую монашку.

Котишку Сари чуть не затискала от умиления. Впрочем, рыжая довольно быстро взяла себя в руки и более того – даже решила помочь. Оказалось, Сари могла почти полноценно разговаривать с мелким собратом, что было куда более эффективно, чем привычное мне общение мыслеобразами. Потому объяснить Тени его задание удалось быстро.

Внимательно осмотреть весь замок на предмет следов некроэнергии и, если он их найдет, доложить мне или Сари – кого найдет первым. Котенок порывался тут же отправиться на поиски – уж очень его вдохновило, сколь важное дело ему поручили. Но пришлось кошачий энтузиазм попридержать – сначала я хотела навесить на котика немного защиты, а если получится, и легкий отвод глаз.

Этим мы с Сари и занимались, пока за нами не явились, чтобы пригласить на конкурс. К счастью, мы успели закончить, поэтому незаметная черная тень выскользнула из дверей вслед за нами и отправилась исследовать вверенную территорию. А мы пошли на очередное бессмысленное действо.

Стоило войти в просторный, полный света зал, как я поняла и суть следующего представления, и то, что оно мне тоже не понравится. Посреди этого практически пустого пространства стояло свыше десятка мольбертов и небольших столиков, полных принадлежностей.

Художественный конкурс? Зачем это будущей императрице? Подписи мужа или главного казначея подделывать? Чем дальше, тем нелепее.

Впрочем, осознавали это, кажется, немногие. Столь же хмуро, как и я, выглядели лишь Виола с Фелисити, а вот большинство местных невест были готовы одарить мир своими талантами.

– Ты умеешь рисовать? – с тихой осторожностью уточнила Сари.

– Умею, – мрачно буркнула я в ответ, не уточняя деталей.

Девочка взглянула на меня с подозрением, но расспрашивать не стала. Пожелав удачи, она удалилась к придворным, расположившимся в отдалении на удобных креслах. Я успела отметить среди них мрачную фигуру фон Грейслинга и в очередной раз позавидовала палачу. Ему-то не придется изображать здесь художественный экстаз.

Императорскую семью в этот раз представлял лишь принц в компании уже знакомых организаторов. Понятно, что у правителя найдутся куда более важные дела, чем конкурс рисунков. Наконец в комнату проскользнула последняя из невест – любительница украшений заняла свободный мольберт, и в зале повисла ожидающая тишина.

Дариус поднялся с малого трона, установленного на специальном помосте у стены, и одарил своих невест ослепительной улыбкой.

– Счастлив снова видеть вас, прекраснейшие мессы. Этот конкурс тоже довольно прост, так что не стоит слишком волноваться. Мне всего лишь хочется узнать вас всех немного получше. Всем известно выражение «красота в глазах смотрящего». И сегодня я хочу взглянуть на мир вашими глазами, узнать, что же вас восхищает и вдохновляет. Уважаемые мессы, в вашем распоряжении два цикла, чтобы изобразить все, что пожелаете, без каких-либо тем и ограничений. Это может быть портрет, натюрморт или пейзаж. Вы можете работать красками, грифелем или мелками – как вам будет удобно. Главное, чтобы картина отражала ваше виденье прекрасного, – выдал вдохновляющую речь наследник, вновь поражая избранниц своим очарованием. – Приступайте, мессы.

Невесты судорожно зашуршали выданным художественным инструментарием. Кто-то только раздумывал, кто-то тут же схватился за кисти, а некоторые и за голову. Хотя, казалось бы, принц прав, задание простейшее – рисуй то, что получается у тебя лучше всего.

И вот с этим у меня были большие проблемы. С мрачным предчувствием я взялась за грифельный карандаш.

Время пролетело почти незаметно. По крайней мере, для невест. Это принц на помосте весело переговаривался со своим другом Сонбенио и трусливым мессиром Врал. Периодически к их разговору подключался представительный мужчина в возрасте с такими выдающимися усами, что, кроме них, в его облике ничего и не запоминалось. Длинные, выкрашенные в изумрудный цвет, под стать вычурному камзолу, и лихо закрученные в спирали. Впрочем, происходящее на помосте меня интересовало куда меньше того, что творилось на моем холсте. Не слишком талантливая в художестве, я банально не успевала. И когда компания принца и его сопровождающих двинулась на осмотр шедевров, даже порадовалась, что вновь оказалась где-то в конце.

Личность загадочного господина с усами выяснилась довольно быстро: он оказался главным смотрителем императорского художественного музея, известным художником и критиком. И вот простора для последнего у него было хоть отбавляй.

Стоит признать, что все мессы вполне прилично рисовали. Но вот выбранные сюжеты оставляли сомнения. Почти половина нарисовала портрет принца. Удобно: модель вот она сидит, рисуй не хочу. И банально, но критик не стал придираться. Две девицы отличились. Ювелирная девушка нарисовала себя, внимание, с императорским венцом на голове и, конечно, в украшениях. Нескромно так, а главное, честно – такой вот видит она красоту. Другая невеста соригинальничала еще больше – нарисовала портрет императора. Нет, все мы понимаем, кто тут принимает решения, но это уж слишком грубая лесть.

Были несколько неплохих пейзажей, в том числе и у Фелисити. Николь выдала натюрморт: королевский венец поверх флага, а на заднем плане карта империи – крайне патриотичная девушка. Виола же порадовала рисунком с изображением величественного здания, признавшись, что это Великое Хранилище знаний.

Процессия неумолимо приближалась ко мне, а я все судорожно пыталась закончить.

Уже «осужденные» конкурсантки разбредались по залу, подглядывая на чужие работы и тихо обсуждая их, а некоторые и вовсе покинули зал.

– Как ты? – под этот шум тихо подкралась ко мне Сари.

Мрачно взглянув на нее, я отодвинулась, показывая свое полотно и получая в ответ непередаваемую гримасу неверия и паники.

– С ума сошла? – прошептала она, разглядывая мои художества. – Лучше ничего не придумала?

– А что, по-твоему, я еще могу уметь рисовать? – огрызнулась я в ответ. – Альтернативой был пейзаж ночного погоста.

Рыжая посмотрела на меня с сочувствием и покачала головой.

И вот делегация критиков настигла меня.

У обоих приспешников принца, Врал и Сонбенио, сначала на лицах проступило искреннее недоумение, через мгновение сменившееся легким ужасом. Принц лишь удивленно вскинул брови, после чего насмешливо посмотрел на меня. И только усатый критик рассматривал мое творчество долго, сосредоточенно, а главное, хмуро.

– Глазам своим не верю, – наконец пробормотал он. – Просто уму непостижимо…

Я с легкой обреченностью ждала вердикта. Ладно, я сегодня уже показала свою приближенность к монаршей особе, можно себе позволить позорный проигрыш.

– Потрясающая работа!.. – неожиданно выдохнул усач, переведя на меня сияющий взгляд и вгоняя нас всех в ступор. – Какая невероятная задумка и графичное исполнение. Работа, полная глубокого подтекста, имеющая под собой мысль, а не просто малевание красками. Очень концептуально!.. – продолжил восхищаться критик, пока я пыталась высмотреть в своих художествах то, что он описывал. – Все эти сложные переплетения в правой половине фигуры, символизирующие запутанность человеческого сознания, смешение чувств, мыслей и эмоций, выстраивающих характер и личность. И в то же время тонкие линии левой стороны, показывающие сложные связи человека с окружающим миром, его стремление к природе и некоторую общность с окружающей нас средой. Сильно, очень сильно, месса Розенвар! – искренне восхищался художник. – Техника немного хромает, но задумка это компенсирует полностью – красота человека, лежащая в его характере, личности и связи с окружающим миром. Я считаю эту работу лучшей из увиденных, – провозгласил этот безумный человек. – Надеюсь, месса соблаговолит подарить эту картину императорскому музею – как образец современного искусства, несущего свежую мысль, а не только голую технику.

– Конечно, – с трудом выдавив улыбку, изобразила я поклон. – Это честь для меня.

Раскланявшись, делегация ценителей искусства ушла оценивать оставшиеся шедевры. Лишь принц на мгновение задержался рядом, чтобы с самоуверенной улыбкой шепнуть:

– Можете начинать предвкушать свой приз.

Вспомнив, что призом обещали свидание с наследником, я постаралась удержать градус теплоты в своей улыбке. В моих мечтах было свидание с подушкой, а никак не с избалованным наследником империи.

– М-да… – задумчиво протянула Сари, как только господа оценщики отошли достаточно далеко.

– М-да… – согласно подтвердила я, и мы снова повернулись к моему шедевру.

– Что это вас так впечатлило, мессы? – раздался низкий голос позади.

Фон Грейслинг соизволил присоединиться к нашей компании.

– Мне фактически присудили первое место, – все еще заторможенно отозвалась я.

– Неужели? – искренне удивился оборотень. – Впечатлен вашими талантами, месса Розенвар. Позволите присоединиться к всеобщему восхищению?

Мы с Сари переглянулись и отступили в разные стороны, позволяя ему рассмотреть мою… картину.

– М-да… – заметил мужчина удивленно и немного насмешливо. – Что сказать – видна рука мастера.

– Полгода стажировки при городском морге, – подтвердила я. – Чуть ли не каждый день приходилось такое рисовать, – призналась я, осматривая свой незаконченный рисунок человека.

Я-то думала, что рисую типичный анатомический набросок: справа зарисовка мышечного строения тела, слева – нервной системы. А вот голова осталась практически пустой – ну не хватило мне времени, позабылись навыки. Анатомию нам преподавали несколько лет и весьма упорно, так что рисовать подобное я навострилась. Но вот никогда не думала, что это, оказывается, какое-то особенное современное искусство.

– Не могу не согласиться с судьями – ваша работа и правда заметно выделяется на фоне остальных, – явно издевался надо мной оборотень. – Пожалуй, я бы даже приобрел ее у вас, – бросил он хитрый взгляд.

– Вам зачем? – искренне удивилась я.

– Повешу в рабочем кабинете, – оскалился он в усмешке. – В качестве наглядного пособия.

– Увы, вы опоздали, – усмехнулась я в ответ. – Ее уже запросили экспонатом в императорский музей. И я отдам предпочтение им.

– Тогда, может, вы нарисуете для меня еще один подобный шедевр? По близкому знакомству, – вопросительно вскинул бровь мужчина.

Придумать достойный ответ на эту издевку я не успела. Всплеск магии мы снова почувствовали одновременно и обернулись.

Смерть!

Мужчина первым кинулся прочь из шумного зала. Я было бросилась следом, но почти тут же остановилась.

Чем Милостивая не шутит? Вдруг получится.

Обернувшись, я ухватила за руку огорошенную нашим поведением Сари.

– Что?

– Шевели ногами, – прошипела я в ответ, выдергивая ее за собой из полной придворных комнаты.

Палача уже не было видно, но меня вел след смерти, а не чужие шаги. Извилистые коридоры петляли, и я совсем не соображала, где мы находимся. Сари позади что-то недоуменно пищала, постоянно спотыкаясь и не поспевая, но я с упорством тащила ее вперед.

На свободное пространство из коридора мы вылетели внезапно – какой-то холл, предваряющий другую часть дворца. Девчонка за моей спиной испуганно пискнула при виде открывшейся картины.

Она лежала в небольшой нише у стены, под самым окном. В свете, льющемся из окон, желтое платье как будто светилось, и темно-алое пятно на груди со сверкающей ручкой кинжала в центре выглядело еще уродливее. Я от души выругалась про себя. Поговорить с дочерью министра культуры мы не успели.

Фон Грейслинг, успевший склониться над телом, оглянулся и, увидев свою племянницу за моей спиной, буквально потемнел лицом.

– Зачем? Здесь может быть опасно! – рыкнув, поднялся он, загораживая собой тело и не давая нам приблизиться.

– Тебя не спросила, – буркнула я, грубо отпихивая его локтем и падая на колени рядом с убитой.

Я буквально видела, как утекают драгоценные секунды, – вот еще тратить время на объяснения.

– Не… – дернувшись в мою сторону, попытался мужчина остановить меня, но я уже резко выдернула кинжал, отбрасывая его.

Так, руки на сердце и тянусь с силой, пытаясь нащупать тонкую, почти разорвавшуюся связь. Вокруг груди девушки всколыхнулось зеленое марево магии смерти. Где же ты, солнечная наша? Я же чувствую, что не ушла еще…

Поймала!

Перед глазами всколыхнулось призрачная дымка чужой потрепанной души, с упорством не желающей возвращаться в собственное тело, в котором ей было так больно. Сейчас, милая, и это поправим.

– Сари, не стой столбом, лечи ее!

– Я… я не смогу… – раздалось испуганное бормотание позади. – Мне сил не хватит! Она же мертвая. Что я сделаю?

– Что-нибудь! – рявкнула я на нее от злости, чувствуя, как душа упорно выскальзывает из хватки магии. – Ты целитель, гули тебя задери! Хоть чему-то тебя научили? Вливай чистый поток силы. Нам не нужно ее лечить! Вытащить бы с грани уже хорошо.

Чувствуя, что рыжая все еще колеблется, я, выругавшись, оторвала одну руку от тела, дернула Сари за подол, заставляя упасть рядом, и сама прижала ее руку к холодеющей груди девушки.

– Ну же! – зарычала я, вновь хватаясь двумя руками за стремящуюся уйти душу.

Сари рядом что-то нервно бормотала, тихо всхлипывая, и я уже готова была на нее накричать, но ощутила поток целительской магии, вливающийся в остывающее тело и с каждым мгновением становящийся все сильнее. Стремящая освободиться от боли душа забилась в моей хватке яростнее. Момент, в который все изменилось, я почувствовала очень четко. Душа еще раз судорожно дернулась, потом на мгновение застыла и чуть ли не со свистом влетела обратно в собственное тело. Я почувствовала, как слабо дернулось сердце под моими руками, и поспешила их убрать.

Все уже, для некромантии дел не осталось – дальше могу только хуже сделать. Теперь остается уповать на целительство.

– Все, ты молодец, – выдохнула я. – Мы ее вытянули. Постарайся сейчас продержать такой же поток магии. Вылечить ее полностью ты не сможешь, а вот до прихода помощи удержать – вполне.

– Они вот-вот должны прибыть, – раздался ледяной голос позади нас. – Я вызвал стражу и целителей.

Запрокинув голову, я столкнулась с темным, полным хорошо контролируемой злости взглядом оборотня. Только именно мне сейчас стыдиться было нечего.

– Почему их здесь изначально не было? – задумчиво спросила я.

И было совершенно ясно, что спрашивала я не про целителей.

Ответить мне оборотень не успел: через мгновение в коридоре стало очень шумно. Сразу объявились и охрана, столь преступно проворонившая убийство, и лекари целой гурьбой.

Мужчина сухим голосом начал раздавать указания. Тем временем лекари, споро оттеснив нас с Сари от раненой девушки, быстро погрузили ее на носилки и унесли.

Устало поднявшись на ноги, я мимолетом порадовалась, что на темном платье и правда почти не видно пятен крови, и посочувствовала Сари, чье голубое платье было безнадежно испорчено. Девочка так и сидела бледная на полу, словно в ступоре, и отрешенно рассматривала собственные руки в крови.

– Вставай, – мягко потянула я ее за локоть.

Не сразу поняв, что от нее хотят, она все же медленно поднялась и послушно отошла вместе со мной к стене, чтобы не мешаться под ногами у суетящейся стражи.

Фон Грейслинг оказался рядом внезапно. Вот только где-то вдалеке распекал подчиненных, и вдруг уже рядом с нами с каким-то стражем.

– Сари, – мягко обратился он девочке, взяв ее за руку, – иди отдохни, тебя проводят.

Все еще обескураженная произошедшим, она лишь покорно кивнула и ушла за своим охранником. Стоило ее узкой прямой спине скрыться за поворотом, как взгляд жестоких желтых глаз обратился ко мне. И, судя по всему, хвалить за проявленную сообразительность меня не собирались.

– Месса Розенвар, я благодарен, что удалось спасти важного свидетеля, – неожиданно для меня заявил оборотень. – Но все же…

– Не стоит, – пришлось прервать мне его, – потому что свидетеля у вас нет.

– Как это? – хмуро уточнил мужчина.

– Из девушки вырвали дар, как и у предыдущей жертвы. Я вам уже объясняла, чем это чревато, – напомнила я устало. – Да, она выжила, но насколько адекватна будет, очнувшись, предположить невозможно. Дать какие-то показания уж точно будет неспособна. Велика вероятность, что она и разговаривать-то не сможет.

– Тогда зачем? Зачем вы притащили сюда Сари и подвергли опасности? – сверлил меня взглядом палач.

А я даже поначалу опешила от такого вопроса.

– Как это? У нас был шанс спасти ее. Да, такой, как раньше, она никогда не станет, но будет жить, и, возможно, даже полноценно. Уж по крайней мере, родители ее об этом жалеть не будут точно, – холодно закончила я, не увидев на его лице понимания.

– И все же вам не стоило подвергать Сари опасности, – недовольно заметил оборотень.

– Какой опасности? – недоуменно взглянула я на него.

– А вдруг здесь было бы не убийство, а попытка переворота? Вы не подумали, что убийства невест вряд ли единственная проблема в императорском дворце? – мрачно заявил мужчина. – Все, что мы знали, так это то, что здесь была применена мощная магия. А вы потащили слабую целительницу в такое место.

– Может, вы знали только про магию, а я точно знала, что тут кто-то умер, – раздраженно возразила я ему. – В любом случае – какая опасность могла грозить девочке, если рядом были вы и я? Понимаю, что вы беспокоитесь за нее, но не стоит перегибать. Вы же не можете продержать ее всю жизнь за высоким забором с охраной, – заметила я резонно. – Да и она далеко не столь мала и беспомощна, как вам кажется.

– Вы не знаете Сари и ее историю, поэтому не вам рассуждать, – процедил он. – Я сам разберусь, какие меры безопасности достаточны, а какие излишни. И уж тем более вы не имели никакого права кричать на нее.

– Она целитель, – огрызнулась я, – и не имеет права теряться и стоять столбом, когда рядом истекают кровью. Если для нее это слишком тяжело, пусть сейчас это осознает. Пока я бы с ней расшаркивалась, девчонка бы померла. Тем более Сари справилась. Да, слегка ошарашена, но она придет в себя и запомнит этот опыт. А вы, вместо того чтобы оберегать ее как младенца, лучше бы гордились, что она спасла человеку жизнь.

– Я не умаляю ни ее заслуг, ни ваших. Но не уверен, что это того стоило, – холодно заметил мужчина.

– То есть, по-вашему, хрупкое душевное равновесие вашей девочки не стоит спасенной жизни? – спросила я. – Вы бы сперва уточнили у племянницы, как она к этому относится, прежде чем такими заявлениями разбрасываться.

– Вы не понимаете, – процедил он.

– И не хочу, – безразлично оборвала его я.

Между нами повисла тяжелая тишина.

Стражники, осматривающие холл, окликнули фон Грейслинга, заставив его выйти из нашей битвы недовольных взглядов.

– Не вмешивайте мою племянницу в это дело, – быстро оглянувшись, вернул он ко мне мрачный жестокий взгляд.

– Не выйдет, – бросила я ему. – Мы все оказались здесь из-за этого дела, вряд ли оно обойдет ее стороной.

– Я вас предупредил.

– Вы не сможете вечно прятать ее от окружающего мира, – вздохнула я, откровенно устав от разговора и удушающей опеки оборотня, несмотря на то что направлена она не на меня.

– Посмотрим, – скупо бросили мне и удалились к страже.

Дурак, с безнадегой решила я, самоуверенный мужлан и тиран. Добьется того, что девчонка сбежит от него. Но кто я такая, чтобы учить умудренного жизнью оборотня?

От размышлений меня отвлек тихий мяв рядом. В тени здоровенной изукрашенной напольной вазы прятался юркий меховой комочек. Всплеск мертвой магии привлек и Теньку, как раз охотившегося за ней.

– Мелкий, может быть, ты запомнил, как пройти в нашу комнату? – спросила я тихо, подхватывая мохнатого стража с пола и устраивая на руках.

Вот только отдых нам не светил. Первым делом бдительный мохнатик доложил важное: он нашел скопление некроэнергии. А значит, придется идти проверять.

На мгновение оглянувшись на сосредоточенного фон Грейслинга, быстро забывшего о моем присутствии, я, нисколько не сомневаясь, отвернулась и нырнула в коридор. Посмотрю сама, чтобы, не дай богиня, не подвергнуть никого опасности.