Лёд под нашими ногами резко разошёлся, оголив обугленную раскалённую землю. Боливар остановился, не желая ступать на чужую землю.

– Надо идти дальше, – сказала я. – Пропащие обитают где-то тут, под землёй. Я там была.

– Под землёй? – скептически спросил Браун, но спорить не стал и подтолкнул зверя к этой кромке льда и огня.

– Здесь ужасно, – пробормотала Вейна. – Как Мыслящие смеют выгонять сюда Ледоступов? Здесь можно умереть от одного лишь воздуха, он обжигает лёгкие!

– Мы не привыкли к нему, – пожала я плечами, стараясь не показывать страха. Но и на меня это место действовало удручающе.

Я вновь окинула тяжёлым взглядом пейзаж, открывшийся нам. Мы стояли буквально на стыке холода и жара, льда и огня. Перед нами опустевшие и мрачные просторы. Тёмный и пустынный пейзаж напоминал искорёженную боем землю, оставшуюся после эпической битвы. Ужасающие трещины и обломки льда создавали зловещий подтекст, указывающий на древние потрясения природы и возможность повторения.

Вдалеке можно было уже рассмотреть огненную реку, которая исходила из гигантского вулкана. Поток раскалённой лавы протекал между очерченных железными породами каменными образованиями, создавая потрясающее и устрашающее зрелище. Неистовый оранжевый и красный цвета лавы пронизывали воздух, оживляя ландшафт.

Всё в этой области казалось безжизненным и омертвелым. Если бы я собственными глазами не видела здесь выживших Пропащих, то решила бы, что здесь нет места жизни.

Область, где лёд обрывался и начиналась выжженная земля, сочетала в себе противоположные элементы природы, создавая непроглядную и враждебную среду. Браун вздохнул и первым ступил на участок земли безо льда и скривился.

– Я не представляю, как им тут удаётся выживать, – пробормотал он, и я заметила, как сразу поникла от этих слов Вейна. Она переживала за мать с дочкой, которых обрекла на мучения.

– И что дальше? – спросила девчонка, тоже решившись на первые шаги по такой чужой для нас земле.

– Пропащие должны выйти к нам, – решила я, вспомнив, как на меня в прошлый раз напал их предводитель. – Мы вряд ли пройдём тут незамеченными, да я и не знаю, куда идти дальше. Нам нужен Вольдемар. Он поможет нам.

Мы решили остановиться и перевязать рану Брауна. Я первым делом стянула синие перчатки и с отвращением отбросила их в сторону. После чего достала свой спрингклинг.

Сегодня я была уже готова к тому, как появляются Пропащие из трещин в выжженной земле. Димьену не удалось застать меня врасплох, я держала перед собой свой спрингклинг и уверенно смотрела в глаза предводителя Пропащих.

– Так-так, кого это мы видим? Вернулась-таки? А я не поверил Вольдемару, когда тот сказал, что ты ушла не насовсем, – хмыкнул Димьен, помахивая железным клинком. После чего он перевёл взгляд на Боливара и присвистнул: – Кого это вы к нам привели! Сто лет их не видел! Такая удачная добыча!

– Это мой зверь, – прорычал Браун, оголив клинок.

– Мы пришли к Вольдемару, – произнесла я. – Отведи нас к нему.

– Теперь ты отдаёшь здесь приказы, Озарённая? – спросил Димьен. – Только кто тебя наделил таким правом? Я здесь главный, я Пропащий, а вы кучка Ледоступов.

– Ну, технически мы теперь тоже Пропащие, – сделала шаг вперёд Вейна и смело взглянула на Пропащих, число которых увеличивалось – всё новые оборванцы выбирались из трещин в земле.

– А кто у нас тут? Значит, красавица, ты утверждаешь, что вы все теперь Пропащие? – вновь хмыкнул Димьен. – Что ж, тогда и подавно вы должны слушать меня, своего предводителя. Без моей помощи вам тут не прожить и дня.

– Не стоит нас недооценивать, – произнёс Браун. – Я Оборонитель и многое знаю о юкконах.

– Но мало знаешь о выжженных землях, – заметил Димьен. – Поверьте, тут выживают лишь сильнейшие.

После этих слов он достал какую-то фигурку из кармана своей куртки и повертел её в руках. Я присмотрелась, но Вейна первой узнала её – вырезанный из ледяного дерева мишка, которого Наина сжимала в руках на площади, когда Мыслящие лишали её и мать лимита.

Я не успела заметить, как Вейна уже оказалась перед Димьеном. Она навела на него оружие и спросила:

– Где ты взял её?

– Эту безделушку? – хмыкнул Димьен. – Да тут неподалёку, у скал. Пока юккон раздирал свою очередную добычу, нам удалось подобраться к нему незаметно и завалить этого монстра. Жаль только монстр мало что оставил от своих жертв, лишь эту безделушку. Буду показывать её своим детям, чтобы те знали, каких красот лишили нас Мыслящие с Ледоступами, и чтобы они ненавидели их так же сильно, как ненавижу их я.

Я успела заметить, как кулак Вейны врезается в нос Димьена, и услышала хруст. Мужчина пошатнулся и не удержался на ногах. Он рухнул на землю, подняв облако чёрной золы. Из его носа хлестала кровь. Пропащие вокруг него подняли своё оружие и наставили его на Вейну.

– И вы даже не помогли им! – рявкнула Вейна. – Вы действительно больше не смеете называться Ледоступами. Вы Пропащие до мозга костей! Там были мать и дочь, а вы просто воспользовались ситуацией, чтобы по-тихому завалить юккона, пока тот разрывал беззащитных людей! Чем вы отличаетесь от монстров?

– Опустите оружие, – гнусавым голосом произнес Димьен, и Пропащие послушались его. Мужчина поднялся на ноги, пытаясь остановить поток крови из своего носа. Я думала, он будет в ярости, но он неожиданно рассмеялся. – А она мне нравится, у неё точно есть шансы тут выжить.

– Мы не собираемся тут жить, – рявкнула я и, подойдя к Димьену, вырвала из его рук фигурку из ледяного дерева. Передала её Вейне и твёрдым голосом произнесла: – Веди нас к Вольдемару, иначе ты увидишь, насколько хорошо и быстро мы умеем приспосабливаться и выживать.

– Понятно, почему вас выгнали из Ледомора, – хмыкнул Димьен, принимая из рук одного из Пропащих грязную тряпку и прикладывая её к носу. – Вы все чокнутые. Не удивлён, что ваше место здесь.

– Меньше болтай, веди нас к Вольдемару, – произнесла я, не собираясь убирать в ножны свой спрингклинг. Я знала, что, если потребуется, я пущу его в ход против этих бывших Ледоступов.

– Зверя придётся оставить тут, – произнёс Димьен, кинув взгляд на медведя.

– Я его не оставлю тут с твоими дикарями, – тут же произнёс Браун. – Можешь даже не надеяться. Я вижу, как ты на него смотришь.

– Тогда мы все подождём тут, – решила я и добавила: – А ты сходи за ним. И давай без фокусов.

– Приказываешь мне? Ну-ну, – хмыкнул мужчина, но спорить не стал.

Тряпка у носа мужчины быстро пропиталась кровью, но он даже не обращал на неё никакого внимания. Снова хмыкнув, он помахал нам свободной рукой и скрылся в ближайшей к нам трещине. Остальные Пропащие остались с нами, внимательно поглядывая то на Боливара, то на броню Брауна. Опять среди них я не заметила ни одной женщины. Это были крепкие, но болезненные на вид мужчины с почерневшими волосами и красноватой кожей. У многих белки глаз были налиты кровью, и в тандеме с голубыми глазами это смотрелось зловеще.

– Не могу поверить, что я за Переломом, – пробормотал Браун, тоже не спеша скрывать своё оружие.

Вейна же рассматривала ледяную фигурку с задумчивым выражением лица. Я понимала, что лучше её сейчас не беспокоить. Они оба оказались здесь из-за меня. Это я запустила необратимый процесс.

Оглянувшись, я взглянула на ледяные скалы, которые остались позади нас. Вскоре возникнет явление Кристальной луны, и никакого подношения к Цитадели не будет. Останутся ли эти скалы на своих местах? Хотелось верить, что я всё делаю правильно и само олицетворение Зимы направляет меня вперёд.

Но что будет, если я оступлюсь и сделаю что-то неправильно? Скольких людей я могла подвергнуть смертельной опасности из-за неверного решения?