Чем ближе я подходила к скалам, возведённым Снежным богом и оберегающим нас от лавовой реки, тем чаще на пути мне попадались медведи и Оборонители. Но были здесь и те, кто ещё не закончил обучение и не успел обзавестись бронёй. Я подумала, что это мне на руку – легко затеряться в толпе. Но всё же я чувствовала страх – Хаскар собрал всех, даже новичков, значит, опасность велика, обычно они справлялись своими силами.

Вскоре я заметила и Хаскара, он восседал на своём звере и отдавал приказы. До меня донеслись его слова:

– Чуть западнее от Ледяного стыка не хватает людей…

Его голос был зычным и твёрдым. Неудивительно, что все его неукоснительно слушались и шли за ним. Хаскар – прирождённый предводитель.

Я услышала, что интересовало меня, и поспешила в указанном направлении, пока Хаскар или Браун не заметили меня и не отослали обратно. В голове уже звучал недовольный голос Брауна:

– Какая безответственность. Скади, ты глупая девчонка, мы не можем рисковать Озарённым, тем более в такой ситуации, когда твой отец болен! Чем ты только думала?!

В его словах есть зерно правды, наверное, но я не могла поступить иначе – остаться в стороне, когда надвигалась ледяная буря, а вместе с ней и юкконы. Да я и не сомневалась в своём превосходстве против этих монстров. Несмотря на скептицизм, Браун неплохо меня натаскал. Спрингклинг в моих руках был не просто оружием, а продолжением моего тела, я замечательно его чувствовала.

Да, мне ещё не доводилось самой участвовать в битвах с юкконами, но в предыдущие ледяные бури я постоянно ослушивалась отца и выходила из дома. Поднималась на скалу и издалека видела, как Оборонители ловко расправляются с огромными монстрами без глаз. А потом их туши оттаскивали за Переломную черту, к сожалению, даже после смерти юкконы не могли быть нам полезными – их плоть была ядовита, как и слишком толстая шкура.

Я приблизилась к небольшой скале, которая ни в какое сравнение не шла со скалой, на которой располагалась Цитадель. Я спокойно могла её преодолеть и оказаться по ту сторону за Переломом, откуда взору бы открылась опасная пылающая река.

Ледяная буря усилилась, с неба уже падали не просто мелкие кристаллы льда, а настоящие камни, которые ощутимо больно ударяли меня по плечам, голове, рукам. Я хмыкнула. Даже если мне сегодня не доведётся сразиться с юкконом, то утром я всё равно буду вся покрыта синяками.

Ветер завывал, отражаясь от скал, падающий лёд ударялся о них и со звоном разбивался на мелкие частички. Из-за этого шума я не могла услышать приближение юккона, но почувствовала, как лёд под моими ногами завибрировал. Я успела отскочить в сторону и одновременно вытащить из ножен свой спрингклинг, лезвие которого холодно сверкнуло в жемчужном лунном свете.

Я успела вовремя. Лёд, на котором я только что стояла, разлетелся в разные стороны, и из-под него вынырнул огромный монстр. У меня дух перехватило при виде его. Никогда мне не доводилось встречаться с юкконом так близко!

Он выпрямился во весь свой рост и оказался выше меня на две головы. И это был не предел, видимо, мне достался молодой монстр. Задние лапы у него были небольшими, а вот передние длиннее и массивнее. Его морда представляла собой просто обтянутый мерзкой зеленоватой кожей череп продолговатой формы без глаз, носа, рта. И хоть у него не было зубов, виднелись длинные когти. Юккон мог передвигаться как на задних лапах, так и на всех четырёх. И, казалось бы, из-за разного размера конечностей он должен быть неуклюжим, но это не так.

Юккон сразу чётко определил моё местоположение и повернулся ко мне, устремив на меня свое лицо. Браун говорил, что монстры чувствуют наши страх, сомнения, переживания, так им и удаётся выслеживать Ледоступов и нападать на Ледомор.

Я стояла на небольшой ледяной площадке: позади гряда скал, впереди – монстр. Я крепко сжимала острый и сверкающий в ледяном свете клинок. Я ждала его первый выпад, изучала его. Юккон выглядел устрашающе, и моё сердце на миг замерло, но я быстро взяла себя в руки. Разве не для этого я отправилась сюда? Не для того, чтобы доказать всем, что из меня выйдет отличный Оборонитель?

Юккон рывком кинулся на меня. Я знала, что надо действовать быстро, я кинулась настречу, а не от него. Юккон взмахнул огромными лапами с острыми, как лезвия, шипами на их концах. В самый последний момент мне удалось увернуться и вскользь нанести по одной из его лап удар. Его туго натянутая кожа неохотно подалась, и из возникшего пореза засочилась чёрная жижа. Я знала, что не стоит прикасаться к ней, если мне не хотелось получить сильные ожоги. Броня Оборонителей защищала их и от этой напасти, а мне внимательность не помешает.

Я двигалась быстро и грациозно, избегая лап монстра и нанося ему удары. Мой спрингклинг был быстрым и точным, в него были вложены мои силы и упорство в борьбе за жизнь. Я сражалась, пока мои руки не загорелись, ноги отказывались двигаться, но мне нужно дотянуться до морды монстра и нанести решающий удар. Я знала, что юкконы даже со страшными ранами и отрубленными конечностями могли продолжать бой, мне нужно поразить его морду – именно там располагались жизненно важные органы.

Мои белые волосы развевал холодный ветер, я уже не обращала внимания на глыбы льда, падающие с неба. Я была быстрее и проворнее, уверенно избегая больших шипов и уверенных атак монстра.

Понимая, что нужно сконцентрироваться, я не паниковала и не теряла бдительности. Когда я заметила возможность, я быстро двинулась вперёд и со всей мощью направила свой клинок в монстра. Почувствовав, что клинок входит в его плоть, я нажала на рычажок, и два дополнительных лезвия сильнее вонзились в монстра, разрывая его на куски.

Удар мог бы оказаться смертельным, но я промахнулась – не достала до морды чудища, а попала ниже – в район груди. Юккон взревел от боли, начал размахивать своими лапами: одной задел меня, и я отлетела к самой скале, не спуская глаз с рукояти клинка, который остался торчать в груди монстра.

Я стала прикидывать все возможные варианты. Сейчас юккон более агрессивен, но боль застилает ему разум. Нужно лишь вновь завладеть своим клинком и нанести более точный удар.

Я уже стала было подниматься, как услышала жуткий грохот. Подняв голову, успела лишь увидеть, как от скалы откалывается большая глыба льда и летит на меня. Я увернулась – глыба не попала мне в голову, но придавила своим весом мои ноги. Я закричала.

Дело совсем плохо. Юккон перестал дёргаться, развернулся ко мне и направился к своей жертве, не обращая внимания на мой спрингклинг, торчащий из груди. От этой досадной помехи он спокойно мог избавиться позже, когда покончит со мной.

Я упёрлась руками в глыбу льда, но она не сдвинулась ни на сантиметр!

Неужели всё так и закончится? Перед смертельной опасностью мне было… стыдно. Стыдно, что Браун даже не узнает, что со мной случилось. Как-нибудь Оборонители добьют этого юккона, они обнаружат мой клинок и поймут – я ослушалась и направилась биться с монстрами, но проиграла. Против всего одного монстра! Браун одновременно мог биться против пяти монстров, а Хаскар, я слышала, и вовсе с десятью.

Вот я и поплатилась за свою самоуверенность. Бедный отец, ему придётся самому собирать подношения и совершать подъём, несмотря на слабость. Или после моей смерти предназначение перейдёт к какому-нибудь другому семейству, как в своё время от Хансенов к Эвенвудам?

Я уже прощалась с жизнью, когда увидела стремительную тень. Я даже не поняла, откуда она взялась – она будто просочилась между скал и кинулась на юккона. Я успела заметить два обычных клинка в руках у тени и поняла, что это мужчина. Он приземлился на колени и проехался под лапами юккона, выставив вперёд свои клинки. Две огромные раны возникли в брюхе монстра. Ловко вскочив на ноги позади монстра, человек нанёс последний удар, погрузив один из клинков в голову юккона.

Монстр пал к его ногам. Я судорожно выдохнула. Я посмотрела на ледяные скалы и слушала завывание ветра вдали. Я не умру от лап юккона.

Мужчина выдернул мой спрингклинг из туши монстра, стряхнул с клинка чёрную жижу и направился ко мне. Два его перекрещённых клинка уже висели у него за спиной.

Я не могла пошевелиться и не знала, стоит ли бояться своего спасителя. Наверное, всё же стоит.

Потрёпанные странные вещи из неизвестного мне материала, клинки из обычной воинской стали, которую изготавливают не в Ледоморе, а в Осенраде, непривычный красноватый оттенок кожи и выжженные близостью лавовой реки волосы чёрного цвета. Пропащий. Я не сомневалась, что вижу такого человека перед собой. Любой Ледоступ, уходящий за Перелом, со временем становился таким. Бледность кожи пропадала, волосы чернели. Но на удивление по телосложению мужчина оказался крепким, мало чем уступающим Брауну. Но чему я удивлялась, ведь за Переломом могли выжить лишь самые сильные. Значит, перед собой я видела именно такого сильного и выносливого мужчину, который лишился в своё время лимита и смог приспособиться к жизни в диких землях.

Мужчина молча приблизился ко мне и замахнулся моим оружием. На миг я прикрыла глаза, когда почувствовала на себе россыпь льда, открыла их. Пропащий разбил глыбу, удерживающую меня на месте. Я быстро подтянула к себе освобождённые ноги и выдохнула – они не потеряли чувствительности, лёд не проломил мне кости. Всё это время я боялась, что не смогу встать на них и вернуться домой.

– Кто ты? – спросила я, когда мужчина протянул мне клинок рукоятью вперёд.

– Лучше бы сказала спасибо за спасение, – произнёс он тихим и грубоватым голосом.

Я приняла своё оружие и тут заметила, как рукав потрёпанного плаща мужчины задрался. Ловко подскочив к нему, я схватила его за руку и выдохнула:

– Как такое возможно?!

Мужчина выдержал мой взгляд, после чего легко вырвал руку и оглянулся. Я тоже услышала рык приближающегося к нам медведя. Мужчина исчез так же быстро, как и появился. Видимо, в скалах есть проход на другую сторону.

Ко мне приближался Браун на Боливаре. Он соскочил со спины зверя и поспешил ко мне.

– Ну и ну! – удивлённо провозгласил он, окинув взглядом поверженную тушу юккона. – Стоит признать, Скади, я тебя недооценивал. Молодыми они более ловкие и озверевшие, но ты справилась.

Ещё полчаса назад я мечтала о признании Брауна. Но сейчас его слова не доставили мне никакого удовольствия. И дело не в том, что в конечном итоге не я победила юккона, а в том странном Пропащем. Я не могла выкинуть его из головы. А мои глаза меня не обманывали – на его руке я увидела точно такой же браслет Озарённого, как и у меня.