Звук моих кроссовок по тротуару разносится эхом, когда я заканчиваю свой десятимильный забег. Этим я занимаюсь по утрам, если в моей постели никого не оказалось. Там я обычно сжигаю больше калорий, чем при беге.

Я возвращаюсь домой как раз в тот момент, когда мой сосед и лучший друг, Остин, выбегает из дома.

— Привет, — я останавливаюсь и бегу трусцой на месте, чтобы не получить спазм мышц.

— Я чертовски опаздываю. Почему ты не позвонил мне? — он смотрит на часы, ожидая, когда парковщик подгонит его Porsche.

Я качаю головой.

— Просто подумал, что ты занят. Разве у тебя не было свидания вчера вечером?

Мы с Остином стали лучшими друзьями ещё в детском саду. Наши родители работали адвокатами по уголовным делам, поэтому мы всегда были с нашими нянями. Конечно, никто не мог превзойти няньку Остина, Барбару, в то время как я получал разных нянь каждую неделю. Пока я не стал достаточно взрослым, чтобы увольнять их сам и нанимать кого угодно. К пятнадцати годам я сменил тридцать нянь, и на тот момент брал их на работу, чтобы они научили меня всему, что знали о сексе. И, скажем так: я был ценным учеником. Так оставалось до тех пор, пока мои родители не засекли, как я трахаю свою последнюю няню, склонившуюся над бильярдным столом, в то время как она была обута в туфли моей матери. Мы до сих пор смеёмся над этим. Ну, по крайней мере, Остин. Я же чаще просто сижу и стону.

— Нет, был завал в офисе. Я должен идти. Мой новый временный помощник выходит сегодня, — говорит он мне, надевая свои Ray-Bans.

— Боже мой, какой это по счёту? — спрашиваю я его, прекрасно понимая, что это минимум десятый. — Тебе нужно расслабиться и просто плыть по течению.

— Кто бы говорил! Ты уже на двадцатом за год, — парирует он, заставляя меня улыбнуться.

— Да, но мой ушёл не потому, что я был мудаком.

— Ты занимался сексом с большинством из них, а потом даже глазом не моргнул.

— Эй, никаких обязательств. Это моя политика. Я одинокий волк, — подтверждаю, ухмыляясь. — В любом случае, мне пора идти. Сегодня состоится встреча партнёров. Что-то про иск о сексуальных домогательствах, и угадай что? Это был даже не я. Бум, ублюдок, — я изображаю взрыв руками, бегу спиной вперед, затем разворачиваюсь и продолжаю бежать к своему дому.

Я живу в отличном районе: перспективном, шикарном, современном, где все дома трёхэтажные. Замечаю, что дом рядом с моим только что выставили на продажу. Я хватаю телефон, делаю снимок и отправляю его Остину.

Ты бы стал моим соседом? — я нажимаю кнопку «Отправить», взбегаю вверх по лестнице через две ступеньки и ввожу код на двери.

Он сразу же пишет мне в ответ:

Да, мне нужно убраться со своего места.

Тогда позвони этой дамочке. Если она горячая, я пойду с тобой на осмотр. Может быть, она сможет приехать, дать и мне оценку.

Я только что врезался в автобус.

Срань господня. Ты в порядке?

Это последнее сообщение между нами. Я жду секунду, но не вижу три точки в пузырьке, поэтому стягиваю с себя футболку, мокрую от пота после пробежки. Тридцать минут спустя я завязываю синий галстук, который идеально подходит к синему итальянскому костюму, сделанному на заказ. Расправив пиджак на плечах, я провожу руками по волосам, потом подхватываю телефон и ключи и направляюсь к своему новому кабриолету Mercedes — чёрному с тёмно-красным салоном. Я спешу в сторону юридической конторы. Видите ли, я узнал от своих родителей, что уголовное право требует выкладываться куда больше, чем мне бы хотелось, поэтому я — корпоративный юрист. Красиво, легко, просто, или, по крайней мере, по большей части так и есть.

Я подъезжаю к нашей юридической фирме «Коко и партнёры» и занимаю зарезервированное для меня парковочное место. Фирма была основана около сорока лет назад Леонардом Коко. Он начал практику в одиночку — занимался семейным правом, но теперь мы имеем дело со всяким — от семейного до уголовного права, а также иммиграционного и экологического. Мне посчастливилось стать партнёром в прошлом году. Я направляюсь в наш офис на сороковом этаже, прохожу мимо нового администратора — молодой блондинки, выглядящей очень желанно, как раз в моём вкусе, — и приветствую её, чуть улыбнувшись и подмигивая.

— Доброе утро, великолепная, — её ответная улыбка показывает мне, что к субботе её ноги будут обвиты вокруг моей шеи.

Идя к Харви Ринальди, одному из партнёров, я улыбаюсь его секретарше.

— Доброе утро, Рут! Прекрасно выглядишь этим утром, — дверь кабинета открыта, поэтому я просто захожу. — Харви, у тебя, должно быть, самая красивая девушка в офисе, — я смотрю на Рут, затем возвращаю взгляд к нему, пока он берёт свою чашку кофе. Он лучший адвокат по семейному праву в городе.

— Ты же знаешь, что ей девяносто, верно? — он ставит чашку, а я сажусь напротив него.

Я поправляю галстук.

— Ей не девяносто, ей семьдесят максимум. Ладно, может быть, семьдесят пять, но…

— Ты сумасшедший. Хорошо, что мы друзья, потому что в один прекрасный день ты распространишь своё семя, и мне придется защищать тебя перед судьёй, подтверждая, что ты на самом деле человек.

— Эй! — я тыкаю в его сторону пальцем. — Мне нравится стрелять своим семенем, но я просто делаю это в резинке или ей в рот, — я пожимаю плечами. — И не можем ли мы не проклинать меня от лица всех имеющих детей, пожалуйста? — рамка с фото на его столе демонстрирует, что он счастлив в браке с большим количеством детей, чем в средней семье. — Кроме того, мой долг — убедиться, что все женщины окружены заботой. Кажется, я где-то давал клятву.

— О, я знаю всё о клятве. Поверь, через некоторое время это устаревает. Ты поймёшь, когда встретишь ту самую девушку, и она схватит тебя за чёртовы яйца и никогда не отпустит.

— Я действительно чертовски надеюсь, что она будет хватать меня за яйца каждый день. К чёрту, и утром, и ночью. — подмигиваю я ему. — В любом случае, у меня есть Лука, начиная с сегодняшнего дня. Я невероятно взволнован. Он окончил юридический факультет Гарварда лучшим в своём выпуске. Он станет отличным дополнением к моей команде.

— У нас будет собрание по сексуальным домогательствам сразу после обеда. Явка обязательна, — он смотрит на меня.

— О, его Ханна проведёт? — уточняю я. — Я бы так её оттарабанил. Она такая горячая.

— Ты же знаешь, что она руководитель отдела кадров, верно? И то, что она отметила тебя, как самую большую потенциальную проблему этой фирмы. И она занималась наймом твоего последнего личного помощника, и первым в списке был мужчина.

— Не знаю, почему я стал единственным, кого выделили, — я проверяю свой телефон, который жужжит во внутреннем кармане.

— Ты трахнул своих последних двадцать секретарш. Иногда на рабочем месте, — указывает он на очевидное, откидываясь на спинку стула. — Ещё пару стажёрок, нескольких обработчиц данных, и давай не будем забывать об одной-двух матерях.

Сообщение пришло от Остина:

Мне понадобится крепкий напиток после работы.

— Теперь, — говорю я, кладя трубку обратно в карман, — извини, мне нужно разобраться со слиянием или двумя, — я встаю, бросая взгляд на его загруженное расписание. — А у тебя есть люди, которым нужно разводиться, и решить алиментный спор, — ещё одна причина, почему я никогда не женюсь. Все это «Я люблю тебя навечно или пока не появится кто-то другой», а потом, угадайте что? «Я хочу половину всего» — меня не так уж и привлекает. Ни сейчас, ни когда-либо ещё.

Я заворачиваю за угол к своему кабинету и останавливаюсь у стола помощника. Когда-то это место занимала Кассандра, ростом больше ста восьмидесяти и имела ноги от ушей, а также самые идеальные имплантаты размера С, которые я когда-либо видел. То есть, конечно, не будем забывать, что она понятия не имела, что делает, если это не было под моим столом. Чёрт, она могла маневрировать ртом, как лучший прокурор в городе. Теперь там сидит мужчина, достаточно взрослый для того, чтобы быть мужем Рут, в очках со стёклами толщиной с бутылку кока-колы.

— Доброе утро, Альфред, — говорю я, собирая его записки для себя.

— Сэр, меня зовут Аарон. Я уже много раз говорил вам.

Я улыбаюсь ему.

— И я говорил тебе, что я Бэтмен, а ты моё доверенное лицо, — подмигиваю ему, захожу в кабинет и пытаюсь прочитать его заметки, написанные как курица лапой. Я беру трубку, звоню Ханне. Она отвечает после двух гудков.

— Ханна, дорогая, — я снова улыбаюсь.

— Ной Кинг, чем обязана этим удовольствием? — слышится как-то жёстче, чем следовало бы.

— Нам нужно поговорить о моём помощнике, и о том, что он не умеет ни писать, ни пользоваться компьютером, — я снова просматриваю заметки. — Я имею в виду, кажется, в одном сообщении было сказано позвонить доктору Чену.

— Ной, мы уже говорили об этом. У вас не может быть женщин. Предыдущая стала последней каплей, и вы это знаете.

— Хорошо, хорошо, но не могу ли я получить парня, который может хотя бы просматривать веб-страницы и печатать обеими руками? — я смотрю в окошко на Альфреда, который почти уткнулся лицом в компьютер.

— Ладно, но я жду вас на семинаре, который мы назначили сегодня днём, — это последнее, что она говорит, прежде чем повесить трубку.

Я включаю компьютер и просматриваю всю электронную почту, а также прохожусь по некоторым слияниям, которые нам нужно исправить.

В полдень, оказавшись в фирме Остина, я выхожу из лифта, поворачиваю за угол и натыкаюсь взглядом на самую красивую задницу, которую я когда-либо видел. Ну, сегодня, то есть.

— Пресвятая Богородица, — громко произношу я.

Женщина пытается выпрямиться, но ударяется головой о стол. Треск эхом разносится по огромному офисному пространству.

— Боже мой, вы в порядке? — я бросаюсь к ней, пытаясь помочь подняться. — Мне так жаль. Я не хотел вас пугать.

Я держу её за руку, в то время как другой она потирает свой затылок.

— Всё в порядке. Вы меня напугали, — начинает говорить она, и наконец смотрит на меня.

— Что, чёрт возьми, здесь происходит? — рёв доносится из-за её спины.

Она отталкивается от меня и смотрит на Остина. Он стоит, уперев руки в бёдра, вена на его шее дёргается.

— Это моя вина, Остин, — объясняю я ему, опуская её ладонь. — Я вошёл и удивился, увидев её. И случайно напугал, а она стукнулась головой о стол. Я просто помогал ей подняться, — продолжаю я, обходя стол, подхожу прямо к другу, хлопая его по плечу. — Зашёл поинтересоваться, не хочешь ли ты пообедать.

Я смотрю на Остина, который не сводит глаз с этой женщины.

— Нет, я поем тут. Мне нужно просмотреть файл Grey Stone Park. Лорен, ты можешь принести мне обед? Сходи в гастроном на углу: у нас там есть счёт. Просто скажи им, что это для меня. Они знают, что мне нравится.

Она кладет руку на бедро, глядя на него.

— Пожалуйста, — шипит Остин.

— Хорошо, — она хватает сумку и выходит.

Мы оба пялимся, как Лорен уходит, её задница покачивается из стороны в сторону при каждом шаге. Остин так пристально следит за ней, что даже не замечает, когда я отпихиваю его в сторону и вхожу в кабинет.

Я плюхаюсь на диван, который стоит у него в офисе, в то время как он открывает шторы, чтобы видеть офисное пространство снаружи кабинета.

— Господи Иисусе, кто этот секс-котёнок на каблуках? У меня чуть не случился сердечный приступ, когда я подошёл и увидел, как она наклонилась, — спрашиваю я его, поглядывая сквозь стекло в сторону её стола.

— Моя новая помощница, — ворчит он, садясь с другой стороны дивана.

Я запрокидываю голову назад и смеюсь.

— О, что случилось с девизом «не трахайся там, где ты ешь, Ной», который ты всегда мне напоминаешь? — когда мы учились в колледже, он никогда не водил шашни с кем-то, с кем учился в одном классе, никогда не спал с девушками, которые бывали на стажировке. Он держался подальше от кого-либо из ближнего круга. Что было здорово для меня, потому что я брал их всех.

— Она сумасшедшая, — бурчит он. — Я стукнул её машину сегодня утром, а потом она появилась в офисе. Я думал, что она, чёрт возьми, преследует меня.

Это просто подталкивает меня к краю, и я не могу перестать смеяться, свалившись на сторону.

— Ты врезался в её машину, а после подумал, что она тебя выслеживает? Срань господня. Ты выставил себя перед ней мудаком? — я задаю этот вопрос, потому что он может быть своего рода мудаком.

Он ухмыляется мне.

— Она записала меня Ослиной в своем телефоне, — это окончательно выводит нас обоих из себя.

— Ты же понимаешь, что тебя поимели, да? — в конце концов я перестаю смеяться и перекидываю руку через спинку дивана. — Когда ты увидел, как я прикоснулся к ней, я подумал, что ты бросишься на меня, как один из тех быков, бегущих на красную тряпку.

— Она не более чем сумасшедшая тёлочка с тугой задницей. Которая будет приносить мне кофе каждый день.

— О, правда? — её голос прорезает воздух. Мой взгляд перебегает с Остина на Лорен, которая стоит там с парой пакетов, а мой приятель выглядит так, будто завис. — Ну тогда я счастлива, что смогла помочь вам, — фыркает она, входя и бросая пакеты на стол перед нами. — Я прихватила кое-что и для твоего друга, — выдыхает она, а затем уходит, на этот раз хлопнув дверью на выходе.

— О, чёрт, у тебя столько чёртовых проблем. Чувак, она собирается нахрен потянуть тебя за яйца. Помнишь ту девчонку, с которой ты забавлялся в колледже? Ту, которую ты обещал свозить к себе домой во время весенних каникул? Она вернулась и аннулировала все билеты. Затем она разместила объявление по всему Craigslist. «Одинокий парень ищет другого одинокого парня», — напоминаю я ему.

— Она была больной на всю голову! Мне пришлось менять свой номер четыре раза. Четыре! Я был вынужден начать носить шапки, чтобы она меня не узнала, — он качает головой, а я смеюсь так сильно, что падаю. Он смотрит на меня. — Это был грёбаный май! Мне приходилось принимать душ три раза в день. Я понятия не имел, что голова может так сильно потеть.

Я, наконец, перестаю смеяться и заглядываю в пакеты, которые Лорен только что бросила на стол перед нами.

— Если бы я был на твоём месте, я б этим насладился. Вероятно, это будет последний приём пищи, в который у неё не было времени плюнуть.

Следующие тридцать минут мы проводим за обедом, обсуждая всякую всячину.

— Ты собираешься встречаться в эти выходные с Деборой? — интересуюсь я.

— Не уверен, какие у меня планы на выходные. А что ты запланировал?

Я достаю телефон, прокручиваю список имён вниз.

— Андреа, вот кем я планирую заниматься. Я встретил её вчера в Starbucks. У неё самые длинные ноги, которые я когда-либо видел. Я планирую обернуть их вокруг своей шеи, и не в борцовском приёме, — я поигрываю бровями, — если ты понимаешь о чем я.

Поднявшись, я складываю мусор в пакет.

— Это было весело, но, к сожалению, я должен бежать.

Я выхожу, направляясь прямо к столу Лорен. Она занята тем, что что-то печатает, поэтому только поворачивает голову.

— Большое спасибо за обед, Лорен. Ты спасла мне жизнь, — я подмигиваю, просто чтобы разозлить его ещё больше. А затем ухожу.

К тому времени, когда я добираюсь до своего офиса, чушь о сексуальных домогательствах уже началась. Я протискиваюсь на задний ряд и сажусь рядом с Харви.

— Я много пропустил?

— Они просто показали твою фотографию и то, от чего стоит держаться подальше.

Я улыбаюсь, глядя на презентацию PowerPoint, которую просматривает Кассандра. Прислушиваюсь к тому, что она говорит.

— Если в какой-то момент кто-то загонит вас в угол и заставит чувствовать себя некомфортно, — она оглядывается на людей в комнате, — будь то прикосновение или сексуальный намёк, это ваше право подойти и сообщить об этом.

Я чуть откидываюсь и говорю низким голосом:

— Если вы загоняете кого-то в угол и то, что вы говорите и делаете, заставляет его чувствовать себя некомфортно, вы делаете это неправильно, — я не могу продолжать, потому что Кассандра зовёт меня по имени.

— Есть ли что-нибудь, что вы хотели бы добавить к сказанному, мистер Кинг?

— Мне просто интересно, будут ли у нас ограничения по дресс-коду. Я бы не хотел никого обидеть, если… — я пожимаю плечами, — надену свой килт однажды, и он окажется недостаточно длинным.

— Вы шотландец? — спрашивает одна из стажёрок.

Я ухмыляюсь, почти испытывая искушение уточнить, хочет ли она заглянуть мне под килт, но Кассандра снова прерывает меня.

— Если в любое время у вас возникнут жалобы на то, что носит кто-то другой, пожалуйста, отправьте мне электронное письмо с описанием рассматриваемого наряда.

— Или его отсутствия, — перебиваю я.

Некоторые стажёры закатывают глаза, а другие пытаются поймать мой взгляд.

Остальная часть семинара или конференции, или как бы вы это ни называли, проходит спокойно, и я смеюсь над всеми «ситуациями», о которых она упоминает. В основном о тех, что создал я. Не поймите меня неправильно: я не из тех, кто бросается на женщину или заставляет её чувствовать себя некомфортно. Но если у меня с ней возникнет связь, а у неё — с моим членом, то кто я такой, чтобы отказываться от этого?

К тому времени, когда я прихожу домой, расслабившись, засыпаю под SportsCenter.