Мне просто нужно было понять, как вновь разжечь это пламя внутри Луи.

Собрав столько энергии, сколько могла взять у окружающих, я направила мощный поток по линии в сторону Луи, надеясь застать его врасплох. Это закончилось полным провалом: вместо того чтобы выбить его, мы получили ответный импульс такой силы, что у меня заныли зубы.

Я копнула глубже и попробовала другое, прошептав простое заклинание, чтобы заморозить его силу, заперев его в одном сегменте лей-линии. Это лишило бы его доступа к основной энергии здесь, и на долю секунды он застыл бы в своей физической форме.

Тогда я смогла бы привести в действие вторую часть плана.

Черпая еще больше силы у тех, кто был рядом, я повторила заклинание, и на этот раз всё прошло идеально. Он явно ожидал другой атаки, чего-то более агрессивного, чем мое скромное заклятие. Укрепляя «коробку», удерживающую его неподвижным, я вывела большую часть сознания из лей-линии и бросилась к нему.

Тело Луи было сковано, но я уже видела, как его глаза двигаются — он вырывался из-под моей власти. Как, черт возьми, он мог быть настолько силен, чтобы противостоять сотням магов? Это было невозможно, и всё же он продолжал творить невозможное. Снова и снова. Его рот открылся, я знала, что сейчас сорвется заклинание, но я уже была на помосте, бросаясь к нему. Я магией отшвырнула книгу, прежде чем прыгнуть на него.

Моя сила окутала нас обоих, когда я привязала его тело к своему, блокируя его магию единственным известным мне способом. Он был слишком силен для поединка один на один, но в этот момент слабости я могла связать его энергию со своей, чтобы он не мог творить магию без моего согласия. Я тоже не смогла бы ничего сделать без него, но это был риск, на который я была готова пойти, пока не найду способ вернуть его к свету.

С финальным щелчком заклинание зафиксировало нас, и я медленно отпустила его, отступая. Его глаза походили на аметисты — фиолетовые, почти кристаллические, когда они сверкали, глядя на меня.

— Ты пожалеешь об этом, — сказал он, и от его низкого голоса по моей коже побежали мурашки. — Тем более что ты опоздала.

— О чем ты? — прошептала я.

Он улыбнулся, и его лицо превратилось в безупречное произведение искусства.

— Заклинание завершено. Ты опоздала, Элизабет. Как и всегда.

Зал взорвался: воздух наполнили крики и плач.

— Верни всё назад, — сказала я, не сводя глаз с Луи. — Ты можешь отменить это сейчас, пока ущерб не стал непоправимым. Пока ты не обрек нас всех на войну с людьми. Ты лучше кого бы то ни было здесь знаешь — кроме меня, — что война означает смерть нашего народа. Ты не можешь этого допустить.

Он пожал плечами.

— Не думаю, что они умрут. А если и так, то это будут лишь слабые, что не обязательно плохо. Мы должны вступить в эту новую эру максимально сильными. Так что… это жертва, которую я считаю оправданной ради большинства.

Я уставилась на него, не веря своим ушам.

— Ты сам-то слышишь, что говоришь? Как ты можешь такое произносить? Как ты можешь так буднично рассуждать о чужих жизнях? Кто ты, черт возьми, такой?

Он снова открыл было рот, но его внимание привлек жуткий свист. Я тоже обернулась; кровь заледенела в жилах, когда я поняла, что это шум крыльев — драконы заполняли пространство снаружи здания. Сквозь открытые двери я видела их. Похоже, их были десятки. Дикие драконы. Я чувствовала их энергию, и когда огромная золотая самка в центре просунула свою массивную голову в дверной проем, я поняла, что это дракон Джессы — Жозефина.

Её энергия завибрировала по всему залу, и тут я услышала низкий стон — Максимус упал на колени.

— Всем прочь с дороги! — прорычал Брекстон. — Он сейчас обернется. Он не может контролировать первый сдвиг.

Дикие драконы привели дракона Максимуса. Брачные узы замкнулись.

Супы бросились врассыпную, пока Компассы вытаскивали брата наружу. Я слышала новые крики, а затем отчетливый звук ломающихся костей, прежде чем воздух наполнил драконий рев. Я мельком увидела зверя Максимуса, когда он пролетал мимо: его чешуя была глубокого, насыщенного коричневого цвета, как свежевспаханная земля.

Откинув голову, я к своему удивлению увидела Луи, небрежно прислонившегося к ближайшей колонне; на его лице играло веселье.

— Не думаю, что драконы прилетели за мной, — сказала я ему, буквально выплевывая слова от ярости. — Тебе стоит начать беспокоиться.

Он пожал плечами, и его широкие плечи качнулись под робой.

— Они лишь облегчают мне задачу. Прямо сейчас мир сверхъестественного транслируется в мир людей. Наша энергия теперь будет притягивать их, а не отталкивать, и появление их на нашем пороге — лишь вопрос времени. Наличие здесь драконов только поможет мне внушить этим муравьям страх и почтение.

— Ты думаешь, люди подчинятся нам? — спросила я. — Что если ты выставишь напоказ темную сторону, тюрьмы, драконов и вампиров, люди запаникуют и будут молить о защите?..

Луи выпрямился; он возвышался надо мной, и мне пришлось сглотнуть. Его было слишком много во всем. И это очень сбивало с толку.

— Я бы предпочел, чтобы люди нас боялись, — медленно признался он. — Это сделает переход проще.

Моя правая рука задрожала, когда я заставила себя не прикасаться к нему. Я не понимала, почему мне так отчаянно этого хочется, но в Луи было что-то, что всегда влекло меня.

— Почему ты позволила ей умереть? — спросил он вдруг, и эта смена темы выбила из меня дух. — Ты знала, что кто-то выслеживает её, и даже не сказала мне.

Технически это было не совсем так. Регина призналась, что у неё проблемы с местной ведьмой, Тейлор. Эта ведьма завидовала силе моей сестры и, что самое важное, завидовала тому, что у неё есть Луи. Но Регина просила меня ничего не говорить. Она не беспокоилась.

— Она думала, что справится сама, — сказала я с печалью в голосе. — Никто из нас не осознавал, насколько Тейлор была психопаткой. Если бы я хоть на секунду подумала, что она планирует причинить Реджи вред…

Луи вздрогнул, услышав её домашнее имя; всё его огромное тело напряглось, когда он сделал глубокий вдох.

— Я долго винил тебя в её смерти, — сказал он мне. — Но теперь я вижу, что это была вина Регины. Она была слишком самонадеянной и не доверяла мне свои проблемы. Моя сила дала мне ясность, и я готов оставить позади то горе, которое сковывало меня столько лет.

Когда он говорил так, он казался почти прежним Луи. Если бы не тьма, вихрящаяся вокруг его тела, я бы вообще не заметила разницы.

— Тебе нужно остановить это заклинание, — повторила я, делая шаг ближе. — Есть другие способы постепенно войти в мир людей, способы, которые не вызовут массовую истерию. Я думаю, тебе стоит признать, что ты взял слишком резкий старт, и нам нужно немного сбавить обороты.

— Это лучший путь… — начал он, но был прерван: зал начали заполнять могущественные колдуны. Мой взгляд упал на Брекстона и Джессу — оба вернулись в зал и внимательно наблюдали за мной и Луи.

— Старейшины, — выплюнул Луи. — Еще одна проблема, с которой мне придется разобраться.

Видимо, Компассы не были достаточно осторожны, когда искали ответы, или весть разнеслась как-то иначе. Здесь были сотни напуганных супов, и любой из них мог позвать на помощь.

Луи шагнул вперед, поднимая руки, чтобы ударить по ним магией. Должно быть, он забыл, что я связала наши силы. Я почувствовала прилив энергии, когда он потянулся к лей-линии, и давление на мою собственную мощь — магия требовала, чтобы я отпустила её и дала ему доступ.

Я отказалась, заблокировав свою энергию и укрепив преграду.

— Отпусти меня! — прорычал Луи.

Я покачала головой.

— Нет!

— Луи! — проревел старый колдун. Он был седым, приближающимся к концу своей долгой жизни, но определенно очень сильным. — Ты должен немедленно прекратить заклинание. Люди уже на окраине Стратфорда.

Луи игнорировал его, сосредоточившись на мне.

— Лиззи, я не буду просить дважды. Высвободи мою магию.

Я ненавидела, когда он называл меня Лиззи. Ненавидела, когда он называл меня Элизабет. И этот ублюдок об этом знал.

— Тебе придется убить меня, — медленно произнесла я.

Он двинулся на меня, нависая всем своим телом, пытаясь запугать габаритами. Если бы я не была коротышкой всю свою жизнь, это могло бы сработать. Но я привыкла быть самой маленькой, и меня это больше не задевало.

— Ты — часть моего прошлого, к которой я бы с радостью никогда не возвращался, — прорычал он мне в лицо, — но я не хочу тебя убивать.

Невысказанное «но я сделаю это, если придется» повисло между нами.

— Мы даем тебе время до пяти, Луи, а затем атакуем.

Эта угроза исходила от нескольких колдунов сразу; зал постепенно заполнялся прибывающим подкреплением.

Я заметила, что Джесса вывернулась из-под руки Брекстона; она стояла у сцены и жестикулировала мне.

— Лиззи, убирайся оттуда! — прошипела она. — Психопату Луи нельзя доверять.

Это было правдой, но я не могла заставить себя сдвинуться с места.

— Пять!.. Четыре!.. Три!..

Луи не выглядел обеспокоенным.

— Тебе лучше высвободить мою силу, иначе мы оба сейчас погибнем, — буднично заметил он; голос его звучал спокойнее, чем когда-либо за долгое время.

В этот момент я на миг задумалась о том, чтобы отпустить его, потому что инстинкт выживания всегда сильнее всего, когда смерть дышит в затылок. Но я знала, что не могу позволить ему убить всех этих магов. Наши старейшины и вожди слишком важны. Их знания не должны быть утеряны.

Я должна была защитить их.

— Два!.. Последний шанс, Луи. — Короткая пауза. — Один!

— Луи! — закричала Джесса, когда прозвучала последняя цифра.

Сила ударила единым концентрированным залпом, направленным прямо в Луи. Его глаза встретились с моими. У меня перехватило дыхание, в горле застряли невыплаканные слезы, и я понятия не имею, почему я это сделала, но мои ноги пришли в движение раньше, чем мозг успел сообразить.

Я бросилась перед Луи, принимая на себя весь удар смертельного заклятия. Оно попало мне прямо в грудь, прожигая насквозь. Боль была такой нестерпимой, что я закричала прежде, чем полностью осознала случившееся. Сила удара отбросила меня назад, на Луи, и когда его руки сомкнулись вокруг меня, моя умирающая душа потянулась к чему угодно, что могло бы спасти её, удержать в этом мире.

В ушах загрохотал гром, когда наши души столкнулись — его темная и моя светлая, — но в то мгновение они связались так, как могут только истинные пары.

Луи — мой истинный?

Это знание вспыхнуло в моем сознании за миг до того, как боль стала невыносимой, сердце сбилось с ритма еще пару раз, и всё погрузилось во тьму.

Глава 10

ЛУИ

В тот миг, когда Элизабет связала наши силы, лишив меня возможности управлять собственными заклинаниями, тьма начала подталкивать меня к тому, чтобы уничтожить её — уничтожить ту, что посмела возомнить, будто может нас контролировать.

Однако я не смог заставить себя сделать это. Она была слишком совершенной и могущественной; возможно, когда-нибудь она мне еще понадобится. Это была единственная причина. И больше ничего.

Когда прибыли колдуны, я ожидал, что она снимет блок. Эти маги не стали бы церемониться, и она знала, что может погибнуть под перекрестным огнем. Но упрямая колдунья лишь сильнее заперла свою силу — и мою — и отказалась отступать.

Они начали обратный отсчет, а я наблюдал за Элизабет. Её храбрость заинтриговала меня; какого черта я всегда был так очарован этой женщиной? Что бы я ни делал, я не мог выкинуть её из своей жизни. Из своей головы.

Она переводила взгляд со старейшин на меня, так сильно нахмурив лоб, что это выглядело почти комично. Я приготовился, когда отсчет подошел к концу, зная, что мне придется как-то попытаться отразить их заклинание. В последний раз я потребовал, чтобы Элизабет освободила нас, но она отказалась. Решила пойти на дно вместе с кораблем. Вечно она такая благородная.

Заклинание ударило по мне со всей мощью. Я гадал, хватит ли мне сил выстоять. У меня было время сдвинуться, так как я предвидел удар, но прежде чем я успел решить, в какую сторону уйти, Элизабет шокировала меня до глубины души. Рев вырвался из моего горла, когда она прыгнула и перехватила заклятие, предназначавшееся мне.

Словно в замедленной съемке, я потянулся к ней, но было слишком поздно. Вспышка ударила ей прямо в грудь, отбросив её на меня. Она казалась такой маленькой, когда я подхватил её, не давая нам обоим рухнуть на пол. Её крики заполняли мои уши, а сердце колотилось в бешеном ритме. Это был удар, рассчитанный на то, чтобы сразить могущественного колдуна, и хотя Элизабет была сильна, она всё же не дотягивала до моего уровня.

Прижимая её крепче и пытаясь развернуть, чтобы оценить повреждения, я почувствовал толчок в груди, за которым последовало тепло, подобного которому я никогда прежде не испытывал. Тепло и свет пронзили тьму, бывшую частью меня со времен мира демонов.

Узы истинной пары?

Ти была моей истинной парой.

Мой старейший друг в этом мире, та, кого я вычеркнул из своей жизни из-за горя, страха и боли… Она была моей парой, и её свет изгнал тьму из моей души. Только её свет мог это сделать, потому что он сиял так ярко.

Я ментально потянулся к ней, чувствуя через нашу новообразованную связь, как жизнь ускользает из неё.

Крики стихли; голова её поникла, а сердце под моей ладонью начало замедляться. Каждый удар становился всё более прерывистым, пока жизнь покидала её тело.

— Нет! — взревел я, и волны силы разошлись от меня в разные стороны. Именно тогда я понял, что дело плохо: только смерть или близость к ней могли разрушить заклинание, которое она наложила на нас.

— Ти, — хрипло позвал я. Мои руки скользнули вверх к рваной ране на её груди. Мной овладело неистовое желание растереть этих магов в пыль, и если бы тьма всё еще держала меня в своей власти, я бы не колебался. Но Ти дала мне силы вернуться к свету.