— Так вот почему ты передумал, да?

Я на миг опешил, не понимая, к чему она клонит.

— Передумал насчет истинной пары. Потому что знал, что тебе придется пойти на этот риск, и нас всё равно разлучат.

Слезы покатились по её щекам, и энергия на кончиках моих пальцев задрожала. Она убивала меня, буквально вырывала сердце из груди.

— Нет, Ти! Причина вовсе не в этом. Причина — ты. Ты нужна мне больше, чем я когда-либо мог представить. И я не умру.

— Как ты мог так укреплять наши узы, — вскрикнула она, с силой толкнув меня в грудь. — Зная, что собираешься убить себя!

Мои губы невольно изогнулись, и, хотя я понимал, что это не лучший ход, я негромко рассмеялся.

Она ударила меня снова, на этот раз вложив в удар магию, и я даже крякнул, когда из легких выбило воздух.

— Это не смешно, Луи!

Я перехватил её руку, когда она замахнулась в третий раз.

— Всё та же искорка, Ти.

Прежде чем она успела закричать или укусить меня (а она, кажется, рассматривала оба варианта), я притянул её к себе.

— Почему ты так мало в меня веришь? Я — сильнейший маг в мире, и моя пара — вторая по силе. Наши узы дали мне больше энергии, чем когда-либо давала тьма. Я не умру. Ни на Земле, ни в каком-либо другом мире нет силы, способной оторвать меня от тебя теперь.

Она снова всхлипнула у меня на груди, но перестала вырываться.

— Тебе придется кое-что объяснить, Луи! — раздался резкий голос за спиной.

Я обернулся и увидел Джессу, Брекстона и остальную часть нашей стаи. Они смотрели на меня свирепо. Особенно Джесса, которая уже неслась ко мне.

— Лиззи права? Есть шанс, что ты сдохнешь, пытаясь отменить это заклинание?

Я пожал плечами.

— Шанс есть всегда. Любой из нас может умереть в любой момент, верно?

— Нет! — рявкнула Джесса. — Неверно. Совсем, блин, неверно. Мы — сверхъестественные существа, мы не хрупкие, как люди. Мы не умираем так просто. Поэтому я спрошу еще раз: Луи, какого хрена происходит?

— Ответь ей, мужик, — вставил Джейкоб, который выглядел непривычно взволнованным. — Она не ела несколько часов, детей здесь нет, и мы все по ним скучаем — а в пекарне закончился торт. Какая-то группа медведей всё сожрала…

Ти замялась, переводя взгляд на своих друзей, которые стояли неподалеку и внимательно наблюдали за нами.

Используя магию, я материализовал для Джессы такой шоколадный торт, какой она любила: много слоев со сливочной начинкой и густой масляный крем сверху.

— Мирная жертва? — предложил я, протягивая ей тарелку.

Она стиснула зубы, её ноздри затрепетали, пока она пыталась не смотреть на торт.

— Ты не сможешь подкупить меня, чтобы я забыла об этом. — Её слова уже звучали не так жестко, а решимость явно пошатнулась.

— Мы должны верить в него. — Ти удивила меня, сказав это. Еще минуту назад она была расстроена не меньше Джессы.

Она встала рядом со мной, и я почувствовал, как мое сердце буквально распирает грудную клетку от нежности.

— С того самого дня, как я его встретила, Луи всегда шел наперекор судьбе. Если он говорит, что справится — я ему верю. Он не бросит нас без боя.

Джесса еще несколько секунд сверлила меня взглядом, прежде чем её плечи наконец расслабились. Она выхватила торт у меня из рук, прижав его к груди.

— Если ты сдохнешь, — сказала она, глядя мне прямо в глаза, — я выслежу твою душу и буду пытать этого ублюдка целую вечность.

— Верю. И я тоже тебя люблю.

Она шмыгнула носом, подняла вилку, которую я предусмотрительно добавил к тарелке, и откусила первый кусок. Глаза её закрылись, и она издала протяжный вздох.

— Боги, это чертовски вкусно.

Наверное, под её веками заблестели слезы; она была известна своей эмоциональностью, когда дело касалось еды. Особенно тортов. Брекстон смотрел на неё тем самым взглядом — взглядом человека, который без колебаний убьет и умрет за неё. Теперь я его понимал. Сильнее, чем считал возможным, я чувствовал то же самое к Элизабет. Супам этого мира стоило начать благодарить свои счастливые звезды за то, что она жива, потому что сейчас она была единственной причиной, по которой они все еще существовали. Им стоило бы поблагодарить и Джессу, потому что Брекстон в облике дракона был почти таким же пугающим, как я.

Почти.

Глава 22

ЭЛИЗАБЕТ ТЕРЕЗА МОНТГОМЕРИ II

Мое сердце колотилось в груди, как барабан. С того момента, как Луи изложил свой безумный план, я жила в состоянии адреналинового передоза. Я никак не могла до конца осознать реальность его слов. Сдвиг временных линий был наглядным уроком того, как никогда нельзя использовать магию. Нас предупреждали об этом с детства почти так же часто, как о том, что нельзя поддаваться своей тьме или заключать сделки с демонами. Конечно, находились те, кто игнорировал эти правила, и большинство из них погибали.

Но это был Луи, и в самой глубине своего ноющего, слишком сильно бьющегося сердца я чувствовала, что должна поддержать его. Таков он был. Таков был мой истинный паре. Если существовал способ спасти всех, он им воспользуется. Мне оставалось только верить ему. Он не оставит меня просто так — в эту истину я верила свято.

— Как ты сможешь сдвинуть одну линию, не задев всё остальное? — спросила Миша, плотно обхватив себя руками, словно от холода.

Взгляд Луи на мгновение метнулся к моему, прежде чем он снова повернулся к своей семье.

— В этом и заключается сложность. Я не могу менять слишком много нитей мировых линий, иначе рискую задеть гораздо больше, чем просто этот кусок прошлого. Мне нужно найти конкретную нить, на которой было сотворено заклинание, и изменить только её историю.

— То есть ты не перемещаешься в прошлое физически? — с любопытством спросил Тайсон, жаждущий узнать побольше о запретной магии.

Луи пожал плечами.

— Моя… энергия вернется назад, если можно так выразиться, и я вселюсь в свою прошлую версию. Я должен суметь остановить заклинание, застав своего прошлого «я» врасплох. После этого я вернусь в свой сосуд… здесь, в будущем.

— Но если это изменится, разве не изменится всё остальное? Ты всё еще будешь парой Лиззи? — спросила Грейс, прижав ладонь к губам.

Луи притянул меня ближе; было видно, что её вопрос его задел.

— Да, мы всё равно будем парой. Если вы все будете со мной, когда я сотворю заклинание, последствия не должны вас коснуться. И моя цель — сохранить остальные линии нетронутыми, за исключением пары мелких деталей.

Он гадал. Точной науки в сдвиге временных линий не существовало, и была причина, по которой это никогда не заканчивалось добром.

— Члены совета знают, что это твой единственный вариант? — вперед вышла Джастис, и на её лице было меньше гонора, чем обычно. Она выглядела немного подавленной, и я надеялась, что у неё всё в порядке. Не считая всей этой драмы.

— Они знают, — просто ответил он.

Джастис вздрогнула и покачала годовой.

— Я бы не смогла. Ты чертовски храбрый парень, Луи, и я ни секунды не жалею, что вытащила тебя из того демонического измерения.

Он тихо рассмеялся, и мне стало интересно, действует ли его смех на остальных так же, как на меня — посылая искры по коже и сквозь энергию.

— Я ценю это. Но реальность такова, что это ошибка, которую совершил я, и мне её исправлять. Я не смогу жить с собой, если не сделаю этого.

Джесса рванулась вперед и обняла его. Ну, то есть нас обоих, так как он всё еще крепко прижимал меня к себе.

— Не забывай, ради чего тебе стоит жить, — сказала она с напором и эмоциями. — Я серьезно, Луи. Не забывай об этом ни на секунду, потому что я уверена: это заклинание ударит по мозгам, вернув тебя в тот мир и то тело, где ты был во власти тьмы.

Его глаза встретились с моими над её головой, и я едва не утонула в их фиолетовой глубине.

— Я никогда не забуду, — ответил он ей, продолжая смотреть на меня.

Сердце снова зачастило. Я глубоко вдохнула, стараясь не впадать в панику. Доверие. Я должна ему доверять. Всё будет хорошо.

— Где именно ты собираешься сдвигать линии? — спросил Брекстон. — И могу ли я чем-то помочь?

Луи и Брекстон обменялись взглядами, и я снова заметила ту близость между ними, которую дракон разделял с остальными братьями Компасс. Не знаю, когда именно это произошло, но Брекстон принял Луи как одного из своих.

— Дракон мог бы помочь заземлить мой сосуд здесь, — медленно произнес Луи. Было видно, что он не хочет втягивать их в опасную ситуацию, и почему-то это успокоило меня еще больше. Он подходил к делу максимально серьезно; он не собирался уходить без боя. Я наконец-то начала в это верить.

— Сделаем, — прогудел Брекстон. — Я буду рядом с тобой всё это время.

— Нам нужно отправиться к мощнейшей линии лей, — тихо сказала я. — Луи понадобится эта энергия, если он хочет иметь хоть какой-то шанс.

— И где она? — спросила Джесса, глядя на меня. Затем её взгляд метнулся к Луи. — Пожалуйста, только не говори…

— Антарктида.

— …это, — закончила Джесса. — Уф, я только-только согрелась после нашего последнего визита туда, и эти ублюдки ни за что не пустят нас во второй раз.

Низкий голос донесся с края почти опустевшей сцены (большинство лидеров уже спустились к своим людям):

— Вам не нужно заходить в тюрьму, так что нам нет нужды что-либо говорить или делать.

Старый суп направился к нам, его крошечная фигура была скрыта под длинными тяжелыми плащами. В нем было от силы пять футов роста, а на голове виднелись клочки белых волос — большая часть давно выпала. Это был суп на закате своей жизни, но он всё еще шел прямо и твердо.

Луи отпустил меня и сделал шаг навстречу могущественному колдуну.

— Лохлан, — сказал он, уважительно склонив голову.

Лохлан отмахнулся.

— Брось это. Мы давно прошли этот этап, мой друг.

Луи выпрямился, возвышаясь над своим другом — я и понятия не имела, что он знает знаменитого мага.

— Вы представитель Антарктиды? — спросил Луи.

Остальные не могли покинуть пост. Та тюрьма требовала постоянного обновления энергии для поддержания щитов, а внутри было слишком много опасных преступников, чтобы рисковать.

Лохлан скрестил руки под плащом.

— Да, я передал им результаты голосования, и магия признала, что я говорю от лица всех наших лидеров.

Он помолчал и добавил:

— Мы все проголосовали «против». Еще до того впечатляющего представления, что устроила твоя пара.

Его глаза встретились с моими, и мне стало неуютно под этим взглядом. В нем чувствовалась не только сила, но и такая бездна лет и опыта, что мне стало не по себе.

Словно почувствовав мой дискомфорт, Луи откашлялся, возвращая внимание Лохлана на себя.

— Я направляюсь прямиком к линии лей, — сказал он. — Пожалуйста, предупредите совет. Не хочу, чтобы они сорвались, как в прошлый раз.

Лохлан хрипло усмехнулся:

— Поверь мне, Луи, когда кто-то твоей силы приближается к нам без предупреждения — это определенно повод для беспокойства. Мы держим судьбу мира в руках точно так же, как и ты, юный маг.

Луи не стал спорить, лишь улыбнулся в ответ.

Лохлан попрощался с нами и, так же как и Луи, обошел систему безопасности Святилища, шагнув в портал прямиком к своей тюрьме. Любому другому пришлось бы выйти за стены города, чтобы совершить подобное.

Неудивительно, что они были хорошими друзьями.

— Нам пора, — прервал тишину Луи. — Каждая минута ожидания — это лишняя минута, на которую мне придется возвращаться назад по линиям.

Вот почему он так злился из-за задержки голосования.

Все двинулись вперед, но он покачал головой.

— Нет смысла всем нам морозить задницы. Брекстон и Ти остаются со мной, но остальные вполне могут подождать здесь.

Не только Джесса одарила его свирепым взглядом, но только она начала спорить.

— Ни за что на свете ты не отправишься туда без меня, — прорычала она. — Я иду.

Максимус подал голос:

— И я буду там, конечно же, потому что Брекстону может понадобиться сила связи нашей четверки. Не говоря уже о том, что мы все тоже драконы.

— Точно, — в один голос подтвердили Тайсон и Джейкоб.

Голос Грейс был тихим, но твердым:

— Куда Тайсон, туда и я.

— Вы же знаете, что я тоже буду там, — мягко добавила Миша. — Мы с Максом — команда.

Луи, казалось, хотел возразить, но лишь тяжело вздохнул.

— Стоило этого ожидать. — Он повернулся к единственной, кто еще не высказался — к Джастис.

Она помолчала, а затем выдала долгий вздох.

— Честно говоря, мне больше некуда податься. Мои жемчужные земли… скажем так, я не прижилась там так быстро, как Кэм и Гретли. Они вообще не хотят оттуда уходить. Уже вовсю вникают в политику и учат свои роли. А я… я на распутье.

— Это может быть опасно, — предупредил Джейкоб, и выражение его лица было нечитаемым. На нем была та самая маска фейри — идеальная оболочка, скрывающая всё, что он чувствовал на самом деле.

Я ждала, что Джастис огрызнется — Джейкоб бесил её, что бы он ни делал. Но вместо этого она тяжело сглотнула.

— Я не боюсь опасности. В мире есть вещи похуже смерти. Смерть хотя бы окончательна, в ней нет страданий. К тому же, уйти, спасая мир — не самый плохой способ закончить эту жизнь.

Маска Джейкоба наконец треснула, буквально на секунду, но я увидела это — ярость настолько чистую, что она пугала своей интенсивностью. В его глазах заплясало пламя, а над землей завыл ветер. Он подавил это почти мгновенно, но мы все видели этот срыв.

— Ты пойдешь с нами, — холодно сказал он. — Мне нужно приглядывать за тобой, потому что мне чертовски не нравится твой настрой.

Джастис показала ему средний палец.

— Пошел ты, Джейкоб. Не тебе беспокоиться о моем настрое.

Он двигался так быстро, что вокруг нас снова пронесся порыв ветра. Я не могла оторвать глаз от этой парочки. Святые небеса. Накал страстей зашкаливал. Несмотря на рост Джастис, Джейкоб всё равно возвышался над ней, заставляя её казаться маленькой.