Я издала хриплый смешок.

— Ты не знаешь, хочешь ли ты этого, но всё равно считаешь, что нам стоит быть рядом и узнавать друг друга? Как по мне, несмотря на узы, всё закончится тем, что наши инстинкты будут давить и давить на нас, пока мы не сплетемся так тесно, что я не смогу разобрать, где чьи конечности.

Губы Луи дрогнули, а глаза наполнились лукавством.

— И разве это было бы плохо?

Боль в груди усилилась.

— Да, потому что это просто секс. А мне этого больше недостаточно. Я слишком стара и изломана, чтобы быть просто игрушкой могущественного мага. — Он убивал меня. Я любила Луи долгие годы, и было бы так просто принять всё, что он предлагает. Но пока он сам не поймет, чего хочет, он всегда будет держать меня на расстоянии, и у меня было подозрение, что это будет болеть сильнее, чем если бы у нас вообще ничего не было.

— Годы назад ты мог выбрать меня, но ты выбрал Регину, — напомнила я ему.

Хватка на моих руках на миг усилилась.

— Ты никогда не давала мне понять, что хочешь быть кем-то большим, чем просто другом, — отчеканил он. — Ни разу. Тогда я бы сделал первый шаг в то же мгновение, что и ты.

Я вырвала руки.

— Ты должен был сделать шаг. Кем ты себя возомнил — сидел и ждал, пока мы все признаемся, чтобы ты мог выбирать?

Мужчины порой бывают такими непроходимо тупыми, это просто невыносимо.

Мы оба уже стояли на ногах. Я выбралась из постели в какой-то старой рубашке Луи. Она доходила мне до середины бедра, оставляя ноги почти полностью открытыми. Его взгляд на миг скользнул вниз, прежде чем снова вернуться к моему лицу.

— Мы оба боялись разрушить нашу дружбу, — сказал он, и в его глазах была мольба о понимании. — Дело было не в том, что я выбирал между тобой и Региной. Всегда была ты — до тех пор, пока я не осознал, что навсегда останусь для тебя лишь другом. Тогда… я увлекся Региной. Она была потрясающей, глупо это отрицать, и у нас были хорошие отношения. Её потеря… чувство вины почти уничтожило меня. Я не могу снова так рисковать.

Моя сестра действительно была потрясающей. Я никогда не удивлялась тому, что Луи влюбился в неё. Она была высокой, умной и могущественной. У неё были длинные иссиня-черные волосы и огромные голубые глаза. Она была настолько не похожа на меня, что люди часто не верили, что мы сестры. И я любила её.

Луи сделал шаг ко мне, почти касаясь своей грудью моей.

— Всё это ново… это шок. Нам нужно время, чтобы снова узнать друг друга. Я скучаю по своему другу. Я скучаю по тебе, Ти.

В тот момент болело всё: мое тело, мое сердце и мои глаза от жгучих слез, готовых пролиться.

— Быть просто друзьями… у меня не получится.

Я толкнула его, мои ладони уперлись в твердые мышцы его груди. Я бы не смогла сдвинуть его и на дюйм, если бы он решил сопротивляться, но, к счастью, он отступил на шаг, давая мне пространство. В ту секунду я чувствовала себя такой же дикой, как тот свет, что горел в его глазах.

— Я пойду в душ и приведу себя в порядок, — тихо сказала я, не сводя с него взгляда. — Можешь сказать, где мои вещи?

— Я велел всё принести сюда. — Он указал рукой на комод неподалеку. — Ты была в отключке несколько дней. Я хотел, чтобы ты была рядом, так что ты в моем доме.

Ну конечно.

Я кивнула и подождала, пока он направится к двери.

— Ванная там, — сказал он, указывая на другую дверь. — Позови, если что-нибудь понадобится.

Ага, «разбежалась и позвала». Скорее я утону, чем позову его на помощь, особенно когда буду голой. Но я просто улыбнулась и кивнула, а затем начала открывать ящики комода, доставая белье, джинсы и белую рубашку.

Запершись в ванной, я позволила себе на минуту сорваться, включив душ на полную мощность. Шум воды скрыл мои тихие всхлипы, пока слезы катились по щекам. Я редко плачу. Сильные эмоции давно не были частью моего мира. Но в ту секунду я не была уверена, что переживу эту сердечную боль.

Луи… как он мог оказаться моей истинной парой? Как судьба могла быть так жестока — разлучить нас на все эти годы только для того, чтобы свести сейчас, когда мы по-настоящему не можем быть вместе…

«Твой выбор». Внутренний голос напомнил мне, что судьба тут ни при чем. Она сводила наши пути с самого детства. Моя боль — результат моих собственных страхов и неверных решений. Как и у Луи. Мы оба виноваты. Мы игнорировали предначертанный путь и жестоко поплатились за это.

Очередной всхлип вырвался из груди, и я с трудом подавила эмоции. Если я выйду из ванной с опухшим лицом, мне придется объясняться с Луи, а он бывает неумолим, когда хочет докопаться до истины. Он не успокоится, пока я не выплесну все свои чувства. А это бессмысленно, ведь мои чувства не изменят реальность.

Он не хочет рисковать и превращать нашу связь в полноценные узы истинной пары, а я не хочу быть чьей-то парой «наполовину» только потому, что нас тянет друг к другу магически. В конце концов слезы высохли, и я зашла в душ. Горячая вода успокаивала, и, стоя под струями, я решила, что больше не останусь в Стратфорде. Я вернусь домой, хотя бы на время. Луи будет занят разборками со старейшинами, а мне нужна дистанция. Время вдали друг от друга, надеюсь, даст нам обоим ясность, и тогда… мы сможем всё переоценить.

К тому моменту, как я вышла, тяжесть в груди немного спала. Мне всегда нравилось иметь план действий, даже если я не всегда хотела ему следовать. По крайней мере, мой мозг был занят делом, и это не давало зацикливаться на том, в какой дерьмовой ситуации я оказалась. Обсохнув и одевшись, я собрала свои длинные волосы в небрежный пучок, выпустив несколько прядей у лица. Небрежный пучок — буквально величайшее изобретение со времен вина фейри.

Вернувшись в комнату, я с облегчением увидела, что дверь всё еще закрыта. У Луи исключительный слух, и я боялась, что он мог услышать мои слезы и теперь поджидает меня. Когда я открыла дверь из спальни, у меня вырвался возглас ужаса. Снаружи всё выглядело так, будто по дому пронесся торнадо. Мебель перевернута, повсюду осколки стекла, а перьев хватило бы на целый город.

— Эй!

Я вскинула голову и увидела знакомого супа посреди всего этого хаоса.

— Джесса, привет! — я поспешила к ней, перешагивая через обломки. — Куда делся Луи? И… что тут произошло?

Джесса огляделась с кривой усмешкой на губах.

— У Луи исключительный слух, — сказала она, повторяя мою мысль. — И он начинает всё взрывать, когда женщина, которая ему дорога, плачет.

Я осеклась и потерла глаза.

— Он слышал, как я плакала в душе?

Она кивнула.

— Ага, и он воспринял это очень болезненно. Я убедила его не вышибать дверь и не пугать тебя своей яростью, и Брекстон увел его на луг, чтобы он немного остыл.

— Он натворил всё это, пока я была в душе? — спросила я, стараясь не разрыдаться снова. Связь истинной пары порой сводит супов с ума, это точно.

— Нет.

Я подняла на неё взгляд.

— Большая часть этого случилась, когда ты чуть не умерла. Он принес тебя сюда и был сам не свой. А для кого-то с силой Луи…

— Это очень опасно, — закончила я, затаив дыхание.

Внезапно меня охватила паника. Этого было слишком много. Узы уже были слишком сильны. Мы не сможем сопротивляться этой тяге. Она лишит нас права выбора, а я не могла этого допустить. Мне нужно было уйти от него, чтобы попытаться подумать о будущем. О том, чего хочу я.

Подавшись вперед, я схватила Джессу за руки. Она посмотрела на меня с беспокойством.

— Мне нужна твоя помощь, — прошептала я. — Мне нужно уйти. Прямо сейчас. Я возвращаюсь домой, потому что и мне, и Луи нужно время, чтобы всё обдумать и решить, чего мы хотим.

Её загорелая кожа побледнела.

— Лиззи, слушай, ты мне очень нравишься. Думаю, мы бы все погибли без твоей помощи, и для меня ты уже как семья, но… Луи ничто не остановит, если он чего-то хочет. Думаю, тебе стоит поговорить с ним и объяснить, что ты уходишь.

Я яростно затрясла головой.

— Нет. Нет, это не сработает. Узы не дадут ему меня отпустить. Даже если в глубине души он понимает, что так будет лучше — по крайней мере, пока мы оба не разберемся в своих чувствах.

Джесса не выглядела убежденной, но спорить не стала. Она на миг глянула на дверь, а затем снова на меня.

— Луи сейчас занят. Драконы прилетели с визитом.

Только тогда я вспомнила о диких драконах, появившихся во время заклинания.

— Они всё еще здесь? — спросила я.

Джесса кивнула.

— Да, они прибыли, потому что Максимусу пришло время слиться со своей душой дракона. Но теперь им пора возвращаться.

У меня родилась идея.

— Я отправлюсь с ними, — тихо сказала я ей. — Мой переход из Волшебной страны на Землю займет как минимум пять земных дней. Это даст Луи время подумать, чего он хочет. Даст ему пространство, чтобы осознать всё это.

— А что насчет тебя? — спросила Джесса.

Я невесело рассмеялась.

— Я люблю Луи с пяти лет. Он был моим лучшим другом, тем, кто помогал мне пережить каждый хреновый момент в жизни. Но он же и разбил мне сердце. Разнес его на миллион осколков, когда выбрал мою сестру в качестве своей пары.

Боль до сих пор словно сдавливала мне горло.

Взгляд Джессы был полным сочувствия.

— Я не собираюсь защищать Луи, потому что не знаю всей ситуации, но, Лиззи, видела бы ты его, когда ты ранена. Он держал тебя так, будто ты величайшая ценность в мире. Он смотрел на тебя так, будто больше ничего в жизни не увидит, кроме твоего лица. Та любовь, которую ты чувствовала… она не была односторонней. Луи был раздавлен, когда ты чуть не погибла. Может, вам обоим просто стоит признать эти узы? Перестать бороться.

Я крепко обхватила себя руками, пытаясь удержать боль внутри. Казалось, её слова буквально полоснули меня по коже, и я истекала кровью от этой муки.

— Разве бывает когда-нибудь слишком поздно? — прошептала я. — Есть ли черта, за которой произошло слишком много… и мы уже не сможем быть вместе?..

Она покачала головой.

— Пока вы оба дышите, надежда есть.

Я всхлипнула, в груди защемило.

— Думаю… думаю, нам обоим нужно несколько дней. Как минимум. Для нас это шок, а в состоянии шока нельзя принимать решения. Если Луи решит последовать за мной, решит признать эти узы, он будет знать, где меня искать. Если я пойду через Волшебную страну, ему придется подождать несколько дней, и это даст ему время подумать.

Джесса откинула голову и расхохоталась.

— Подруга, ты бредишь, если думаешь, что он за тобой не попрется. Он сядет тебе на хвост во всех смыслах.

Сама того не ожидая, я тоже рассмеялась. Она мне полюбилась, и я буду по ней скучать.

— Я просто пытаюсь выгадать нам немного времени. Пожалуйста, передай ему это.

Несмотря на заклинания, скрывающие мой дом на Аляске, я знала, что Луи найдет меня, когда я вернусь. Если он этого захочет.

— Они улетают, — прошептала Джесса. — Луи и Брекстон возвращаются сюда. Если хочешь уйти вместе с ними, нужно делать это сейчас.

Я подалась вперед и крепко обняла её, и она ответила мне тем же.

— Скоро увидимся, — сказала она, её земной аромат окутал меня. — И не будь слишком строга к Луи. Он любит глубоко, даже если ему требуется время, чтобы понять, чего он хочет.

Я просто кивнула, потому что часть сказанного ею была правдой.

— Черный ход там, — сказала Джесса, подталкивая меня к большой синей двери рядом с впечатляющей кухней. — Жозефина ждет тебя.

Должно быть, Джесса попросила её подождать, и я была бесконечно благодарна за это. Еще раз сжав её руку, я развернулась и поспешила прочь из комнаты. Я чувствовала, как энергия Луи приближается, и с ней нарастало тепло в моей груди. Это было его присутствие… наши узы тянули нас друг к другу.

Я прибавила шагу и практически выскочила из задней двери. На поляне неподалеку сидела огромная золотая дракон. Она не шевелилась, внимательно наблюдая за моим приближением. Её глаза были огромными и древними, полными знаний и мудрости, превосходящих всё, что я когда-либо видела.

Поспеши.

Это слово эхом отозвалось в моем сознании, и я побежала быстрее. Вокруг неё начала концентрироваться магия, и я достигла её бока как раз в момент пика энергии. И вот мы уже мчались к Волшебной стране, и я улетала прочь от Луи.

Это был мой выбор… мой план… но в тот миг мое сердце немного надорвалось.

Так будет лучше для всех. Я должна была в это верить.

Глава 12

ЛУИ

Драконы окружили меня, и мысли каждого из них эхом отдавались в моей голове. Они возвращались в Волшебную странц. Максимус без проблем справлялся со своей новой связью, и хотя они задержались на лишний день, чтобы поспорить с членами совета, нынешняя ситуация здесь, на Земле, не была их заботой. Это не их дом.

Однако Жозефина оставила мне одно предупреждение:

«Боюсь, что это приведет к войне. Люди плохо справляются с новой реальностью, а ведь прошло всего несколько дней и произошло лишь минимальное раскрытие. Если у тебя есть хоть какой-то шанс вернуть всё на круги своя, то время пришло сейчас. Завтра может быть слишком поздно».

Она была права. Я и сам понимал, что мы балансируем на грани ситуации, которую я не смогу контролировать. Очень скоро раскрытие станет необратимым. Сейчас — наш единственный шанс.

Но была и другая ситуация, с которой мне нужно было разобраться: моя пара.

Гнев и боль от того, что я слышал её плач, не утихали; энергия во мне яростно бурлила, требуя выхода. К счастью, тьма оставалась погребенной под светом, так что об этом можно было не беспокоиться, но меня немного пугало то, насколько нестабильными стали мои эмоции, когда дело касалось Ти.

Нам нужно было время вдвоем, чтобы осознать эти узы. Я не лгал ей раньше: я всё еще не был уверен, что достоин её — слишком стар и изломан болью прошлого, — но мы оба заслуживали шанса.

В одном Ти ошибалась. Я никогда её не бросал. Все эти годы я точно знал, где она находится. Я приглядывал за ней, тоскуя по своему другу. Я полагал, что когда она будет готова простить меня за Регину, она сама найдет меня, но она этого так и не сделала.