Айя-София, рассматриваемая как символ завоевания Стамбула (Константинополя) османами, использовалась в качестве мечети на протяжении 500 лет. После взятия города султаном Мехмедом II Фатихом, Айя-София, ранее являвшаяся «личной собственностью» императора, была включена в «личную собственность» Фатиха. Как в эпоху Фатиха, так и в последующие периоды, Айя-София воспринималась в исламском мире как «символическое святилище» после святых мест Мекки, Медины и Иерусалима.

В связи с тем, что 24 июля 2020 года Айя-София вновь оказалась в центре внимания из-за решения о ее повторном открытии для богослужений, стоит отметить, что дискуссии вокруг этого памятника насчитывают почти вековую историю. Известно, что споры о превращении Айя-Софии в церковь велись еще в годы оккупации Стамбула и части Анатолии после Первой мировой войны. В ранний период Турецкой Республики, после реставрационных работ, проведенных в 1931–1933 годах, мечеть Айя-София была преобразована в музей постановлением Совета министров от 24 ноября 1934 года, чтобы подчеркнуть светский характер Турецкой Республики.

Решение о превращении в музей мечети Айя-София – символа завоевания Стамбула и реликвии Фатиха – глубоко затронуло консервативные, националистические и исламистские круги. Хотя часть общества выступала против такого решения, в условиях однопартийного режима открытое противодействие государственной власти было практически невозможно. Однако с переходом к многопартийной политической системе националистические и консервативные слои населения выдвинули инициативу вернуть Айя-Софии статус мечети. С каждым годом, в годовщину завоевания Стамбула, эти требования звучали все громче, особенно в первые годы правления Демократической партии.

В циркуляре Министерства народного просвещения от 14 ноября 1934 года указывалось, что цель заключается в «сохранении мечети Айя-София как уникального памятника архитектурного искусства». Превращение мечети, имеющей символическое значение для всего мусульманского мира в музей оправдывалось невнятными аргументами, например, что это «подарит человечеству новое научное учреждение». Кроме того, значение для христианского мира Айя-Софии, бывшей в Средние века патриаршим собором и христианской базиликой, а также возникшая в международном сообществе начиная с XIX века идея превращения мечети обратно в христианскую церковь, вызвали опасения среди мусульман.

Кроме того, превращение мечети в музей не было законным, так как в вакфе[216] сказано: «Кто изменит одно из условий этого вакфа на ложных основаниях, или попытается изменить или отменить вакф, или намеревается упразднить вакф или превратить его в нечто иное, чем его цель и назначение, да будет проклят Аллах, ангелы и все человечество». Также было установлено, что использование Айя-Софии в качестве музея противоречит статье 17 Всеобщей декларации прав человека, статье 1 Протокола № 1 Европейской конвенции по правам человека, статье 35 Конституции Турции, статье 683 Гражданского кодекса Турции, а также статьям 3, 6, 16 и 30 Закона о фондах и статьям 10 и 11/2 Закона о защите культурного и природного наследия[217]. Постановление Совета министров подвергалось критике в исламских журналах в1950–1970-х годах, и превращение Айя-Софии в музей не считалось юридически легитимным.

С точки зрения мусульман, не суметь сохранить наследие Мехмета Фатиха означает недостойно воспользоваться даром завоевания Стамбула, а стремление мусульман к обладанию этим городом связано с желанием заслужить похвалу Пророка Мухаммеда. В этом отношении завоевание Стамбула не является обычным завоеванием, а превращение символа этого завоевания – Святой Софии – в музей не воспринимается как приемлемое с точки зрения исламской и турецкой истории.

Завоевание Стамбула и проведение богослужений в Айя-Софии для верующих мусульман является не только внутренним вопросом. В периоды обострения кипрской проблемы, консервативные круги требовали от турецкого правительства возобновления в Айя-Софии богослужений в качестве исторического ответа греческой стороне. В этом контексте журнал Sebilürreşad в 1964 году заявил, что учитывая кипрскую политику греков, превращение Святой Софии в мечеть является исторической обязанностью президента Иненю.

В 1964 году стамбульские торговцы с Гранд-базара (Капалычаршы) и Махмутпаши, собрав тысячи подписей, обратились в вилайет с прошением стать посредником в вопросе открытия Айя-Софии для богослужений. Петиция содержала следующее заявление: «Поскольку Айя-София без какой-либо обоснованной причины была превращена в музей уже 30 лет назад, ее открытие для молитвы ко Дню завоевания – 29 мая – придаст значимость этому дню. Просим соответствующие власти обратить на это внимание. Надеемся на внимание соответствующих властей»[218].

Для организаций, таких как Национальный союз турецких студентов и Объединение борьбы (Mücadele Birliği), завоевание Стамбула и повторное превращение Айя-Софии в мечеть представляли собой важные явления с точки зрения истории тюрко-исламской цивилизации. MTTB впервые организовал празднование годовщины завоевания в 1965 году. В 1967 году в рамках мероприятий по случаю 514-й годовщины завоевания, была проведена масштабная программа, начавшаяся в Эдирне и завершившаяся в Стамбуле в квартале Султанахмет. В ходе этой программы тогдашний председатель MTTB Исмаил Кахраман заявил, что не будет участвовать в праздновании, поскольку минареты Айя-Софии – символа завоевания – остались без азана[219], и устроил часовую акцию сидячего протеста.

Коллективное совершение в Айя-Софии христианской молитвы во время визита в Турцию 27 июля 1967 года папы римского вызвало негативную реакцию турецкой общественности. В ответ члены MTTB отправились туда и совершили коллективный намаз.

В рассматриваемые годы полемика в правых и левых изданиях становилась все более острой. Правое крыло требовало защитить национальные и религиозные ценности, а мероприятия, посвященные Айя-Софии и завоеванию, оставались в центре общественного внимания. Сторонники открытия Айя-Софии для богослужений, продолжили свою борьбу и после 1970-х годов. Этот вопрос также поднимался политиками. Лидер Партии национального спасения Неджметтин Эрбакан открыто заявил на митингах: «Мы откроем Святую Софию». Однако добиться этого не удалось, хотя этот вопрос оставался на повестке дня некоторых политических движений и партий.

Только 86 лет спустя Государственный совет аннулировал постановление Совета министров от 24 ноября 1934 года, официально разрешив проведение в Айя-Софии богослужений, и 24 июля 2020 года в ней была совершена первая пятничная молитва.