Адем не сразу сообразил, где он. Так глаза какое-то время привыкают к свету, если резко отдёрнуть занавеску. В любом случае он очень удивился, потому что по всем признакам снова стал возможным ребёнком. Как так? Ведь Зденка не захотела быть его мамой?

– Привет, парень! Вот ты и вернулся!

Адем почувствовал, как его поднимают и крепко сжимают ручищи Барка. Точнее, почувствовал бы, останься он в мире живущих. А здесь все ощущения были приглушёнными, и сокрушительные объятия моряка были подобны ветерку, коснувшемуся кожи.

– Я всё видел! – воскликнул Барк. – Триста акул в глотку! Ну и приключения! Давай, вперёд!

Морской волк потянул Адема за собой. Только сейчас мальчик понял, где они находятся: на канале около отделения полиции. Они летели следом за Зденкой, торопившейся по тающему снегу к каменной лестнице у входа. Проследовали за ней внутрь, к стойке, где она перекинулась несколькими словами с полицейским, знакомым Адему с прошлого раза. Полицейский дал Зденке ключ. Адем с Барком полетели за ней дальше, по длинному коридору, вниз по лестнице и по другому длинному коридору, со стальными дверями справа и слева.

Перед одной из них Зденка остановилась. Выпрямила спину и вытерла глаза. После этого открыла дверь.

Адем с Барком смотрели из-за её плеча. Увидели прямоугольную камеру размером с лодку Вацлава. У дальней стены висела железная койка. Вацлав только что лежал на ней, но теперь поднялся.

Так они и стояли, Зденка и Вацлав, метрах в двух друг от друга.

Они смотрели друг другу в глаза, но ничего не говорили.

– Триста акул в глотку! – проворчал Барк, но в его голосе слышалась радость. – В первый раз всё было куда проще! Ладно, можете тянуть резину сколько угодно, мы-то знаем, чем вы рано или поздно займётесь, скажи, парень? И ты – он опять схватил Адема и сделал несколько неуклюжих танцевальных па с мальчиком на руках, – тому доказательство!

– Слушай, старая посудина, – сказал Барк сам себе. – Уймись немного, посиди спокойно!

Он подтолкнул Адема в камеру и усадил его рядом с Вацлавом и Зденкой. Те уже сидели на койке вплотную друг к другу и возбуждённо перешептывались. Сам Барк сел в ногах койки.

– Спасибо за твой аванс, – сказал Адем.

– Как же я колотил себя по башке! – ответил Барк. – Ты даже не представляешь, парень, как я себя ругал! Ведь я был уверен, что у тебя ничего не выйдет. Но ошибся. Триста акул в глотку, ты вернулся!

Моряк достал из кармана огромный носовой платок и высморкался.

– Я о тебе часто думал, – сообщил Адем. – Ты был рядом?

– Каждую секундочку! Никогда в жизни я не исполнял свои обязанности так халатно. За это время, возможно, появились двадцать новых детей и двадцать исчезли – я даже не знаю. Но главное, что ты, парнишка, – снова возможный ребёнок. А что касается этих двух морских огурцов, – он через плечо указал большим пальцем на Зденку с Вацлавом, теперь уже обнимавшихся, – наконец-то до обоих дошло, что они должны произвести тебя на свет.

Они посмотрели на будущих родителей Адема. Сильнее прижиматься друг к другу, чем они сейчас, было невозможно. Они обхватили друг друга и руками, и ногами, прильнув щекой к щеке.

– Ну-ну, – сказал Барк.

– Но ведь Зденка не хотела быть моей мамой? – удивился Адем.

– Потому что она тебе не поверила, – объяснил Барк. – Но ты бы только видел, что с ней было, когда ты растворился! Как она плакала! Сама виновата, триста акул в глотку! Ладно, парень. – Барк встал. – У вас тут хорошо, но мне пора. Надо посмотреть, как там другие. Можешь пойти со мной. Но подозреваю, что ты не хочешь отсюда уходить.

Адем кивнул.

– И правильно! – одобрил Барк. – Я бы на твоём месте ни на минуту не упускал бы эту парочку из виду.

Барк подлетел к двери камеры. У двери остановился и обернулся.

– Но не думай, что ты от меня избавился. Мы будем видеться ещё не меньше девяти месяцев. – Барк глянул на Зденку с Вацлавом, которые в этот момент целовались. – Но, по-моему, и не больше. Ладно, семь футов тебе под килем!

Барк приложил руку к своей шкиперской шапке и был таков.

Едва моряк исчез, как родители Адема тоже встали. Зденка взяла Вацлава за шиворот и сделала строгое лицо. Вацлав опустил голову. Зденка поцеловала его ещё разок в затылок и вывела из камеры.

Адем следовал за ними через весь полицейский участок, вышел с ними на улицу, спустился по каменной лестнице. На улице Зденка просто взяла Вацлава за руку, и они побежали.

Адем летел за родителями. Он радовался всему, что видел: серым чайкам над каналом, снежной кашице на тротуаре и тепло одетым людям, которые оглядывались на влюблённую парочку, удивляясь, куда эти двое так торопятся.

– Жизнь не всегда такое уж счастье, – сказал ему когда-то Барк.

Но Адем считал каждую минуту.