Пятнадцатилетняя Кэт читала «Пособие по высшей математике для поступающих в университеты», но смотрела в книгу, а видела фигу. Только что позвонил Майк и сообщил, что вот-вот завалится домой с двумя однокурсниками. Майк заканчивал академию в Аннаполисе и дома бывал редко, а Кэт обожала брата, так что каждый его визит был для неё праздником.

Но вот наконец Майк дома, и они впятером сидят за накрытым столом. Брат представил своих друзей. Невысокий парень со светлыми глазами и мягкими чертами лица носил имя Юджин Сидорофф. Вообще-то он учился в Санкт-Петербурге, и уж каким ветром его занесло на другую сторону Пруда5, непонятно. Второй парень привлекал внимание необычной внешностью: тёмные волосы, смуглая кожа, выразительные черты лица и миндалевидные карие глаза. Он представился как Дариуш Маздани.

Поскольку гости были будущими офицерами ВКФ, мама Майка и Кэт решила, что ей обязательно нужно похвастаться древними флотскими традициями своей семьи. Майк же такой скромный, он никогда не расскажет, что один из его предков сражался при Трафальгаре!

Мама увлеклась рассказом и не заметила, что, судя по физиономии Майка, хвастаться полутысячелетней традицией в этой компании было плохой идеей. Он не то смущался, не то изо всех сил зажимал себе рот рукой, чтобы не расхохотаться.

Когда мама немного выдохлась и победительно оглядела гостей, Дариуш задумчиво сказал:

— А мой предок командовал триремой при Саламине…

Мама, кажется, немного растерялась, не сразу сообразив, что такое «трирема» и «Саламин». А Кэт ещё помнила эти слова из школьного курса истории. Так что она не удержалась и влезла:

— А ты разве древний грек?

— Конечно, нет, — спокойно ответил Дариуш. — Ты помнишь, что в любой битве есть как минимум два участника?

— Ну… да.

— Так вот, мой предок воевал на другой стороне. Я — перс.

— Ну да, — добавил улыбающийся Сидоров. — Вот есть у нас такой Клаус. Он как-то сдуру заикнулся по поводу истинных арийцев. Вообще-то это немножко чревато. Кое-кто у нас в России, да и у вас в Англии, ещё помнит события XX века, так что могли если не поколотить, то бойкот устроить.

Но Дариуш вовремя влез и сказал, что если уж речь зашла об арийцах, то это у них в Иране и далее на восток, а всякие там с Балтики могут даже на старт не выходить.

Прошло пять лет. Корабль «Юнона», на котором служили после выпуска Майк и Дариуш, зашёл в космопорт Эагу для мелкого ремонта. Эагу — это Веор, а Веор и Вента оплетены единой сетью тэрк-связи. Поэтому Кэт, которая уже год как перевелась в Университет Рипата, планетологический факультет которого считался лучшим в Галактике и считала Венту своим домом, немедленно примчалась повидать брата. Корабль стоял в доках, а Кэт таскала Майка и Дариуша по обеим планетам, показывала местные достопримечательности, начиная от Нулевой Башни в Таэре и кончая храмом Антора Космографа в Те-Пале, принимала участие во всех приключениях, в которые парни, засидевшиеся в тесном пространстве корабля, влезали с головой.

После посещения храма Антора Космографа, который в шутку считался покровителем планетологов, они устроились в кафе на вершине глинта в Те-Пале, откуда открывался шикарный вид на океан. Пока ждали заказ, увидели, что между столиками идёт продавец цветов. Дариуш задумчиво посмотрел на него и купил сразу все цветы вместе. Майк и Кэт удивлённо смотрели на него — зачем ему вдруг понадобились цветы в промышленных количествах? И уж вовсе вытаращил глаза Майк, когда Дариуш выгреб из корзины все цветы, с трудом уместив их в охапке, встал и с изящным поклоном вручил их Кэт…