— А зачем нам вообще эта тактика? — в упор спросил дил Шинсет. — Командирам — понятно зачем, вот пусть они и изучают. А нам-то на кой Кармагул мозги сушить? Дело рядового в бою — приказы выполнять, а не умничать.
Лэн Рамиц задумчиво посмотрел на группу курсантов, которым он пытался объяснить основы федеральной боевой тактики. Эти несколько десятков «талов» и «дилов», как и все остальные их товарищи, неплохо отрабатывали на тренировках, даже те, кто физически был слабее остальных, не жаловались. Всем было вполне понятно, зачем часами бегать с полной выкладкой, стрелять из лучемёта или осваивать скафандр. А вот идея изучать что-то теоретическое интереса у них не вызывала. Лэн не слишком хорошо представлял себе образование типичного иргантийского дворянина и для начала пошёл стандартным путём, предполагая, что курсант учит всё, что ему дают, а зачем и куда — разбирается сам. Похоже, на Ирганто военное обучение выглядело несколько по-другому. Вспомнив кое-что из военной истории, старшина Рамиц кивнул.
— Я собирался показать вам это несколько позже, когда уже пойдут массовые тренировки по гравиподсечке. Но, похоже, стоит изменить порядок подачи материала. Взгляните, вот типичный сценарий орбитального десанта на планету. — Лэн включил голопроектор. Над столом появилось изображение шара с меридианами и параллелями. — Сначала производится разведка. Обычно беспилотная. Определяются главные точки воздействия: космопорты, укрепления планетарной обороны, крупные политические центры.
На шаре проступила карта какой-то планеты, некоторые точки засветились.
— Затем, — продолжал Лэн, — в систему врывается эскадра и открывает орбитальный огонь по точкам воздействия. Этот обстрел имеет целью не только разрушить важные сооружения, но и прикрывать высадку десанта. Десант идёт на гравиподсечке. То есть пилот буквально берёт вас гравитационной «рукой» и высаживает на землю.
Его слова сопровождались голографической демонстрацией, несколько схематичной, но подвижной. Над планетой возникли три корабля и открыли огонь по подсвеченным точкам. В это же время с кораблей пошёл десант: серебристые фигурки выскользнули из них и спустя секунду оказались на земле.
— Как видите, — пояснил Лэн, — десант распределяется по значительной территории. В каждую точку десантирования попадает не более трёх-пяти человек.
Он укрупнил изображение. На земле стояли четыре фигурки, одна золотистая и три серебристых. По ним немедленно открыли огонь. Фигурки начали отстреливаться.
— Допустим, командует сержант. — Голографическая стрелка указала на золотистую фигурку. — Но вы на войне. Допустим, сержант убит. — Золотистая фигурка вспыхнула и упала. — Командование придётся принимать кому-то из рядовых. — Стрелка указала на одну из серебристых фигурок, и она окрасилась в золотистый цвет. — Это может быть любой из вас. Понимаете? — Лэн оглядел внимательно слушающих дворян. — А теперь группа вынуждена применить манёвр «рассеяние». То есть просто разбежаться.
Три фигурки разбежались в разные стороны. Лэн снова укрупнил изображение. Теперь голопроектор показывал только одну серебристую фигурку. И она тоже окрасилась в золотистый цвет.
— Как видите, любой из вас может оказаться в такой ситуации, когда вообще никакого командира рядом не будет. И продолжать выполнять боевую задачу в одиночестве.
Иргантийцы нервно переглядывались. Как-то не ожидали они такого уровня ответственности.
— Я понимаю, — продолжал главстаршина Рамиц, — что на привычной вам войне в атаку ходят батальонными колоннами и стреляют куда-то примерно в сторону противника. Там действительно думать о тактике нужно батальонному командиру и выше. Но сейчас каждый из вас имеет огневую мощь побольше, чем у того батальона. Поэтому любой боец Корпуса должен быть не просто солдатом, выполняющим приказы, а самостоятельной боевой единицей, способной принимать тактические решения. Это понятно?
— Так точно, тал инструктор, — подтвердил кто-то из курсантов. Заводила дил Шинсет молчал.
— А кроме того, — добавил Лэн, — вы не всегда будете рядовыми. Вы будете расти в чинах, и не переучивать же вас тогда? Поэтому мы даём вам основы тактики сейчас. Недостающее потом доберёте, но база должна быть у каждого.
— Нууу, — возразил дил Шинсет, — какое там расти в чинах? Было же это… кошачье тестирование. Все мозги наизнанку вывернули. По результатам определяли, кого в офицеры, кого в сержантскую школу, а кого в рядовые. Стало быть, кто по мозгам рядовой, тому и суждено быть рядовым, какие там ещё чины?
— Вот, значит, как вы на это смотрите. — Лэн прошёлся туда-обратно перед голопроектором. — Неправильно смотрите. Результаты тестирования — это ни разу не приговор. Они определяют только то, кого куда наиболее целесообразно ставить конкретно на этой десантной операции. Потому что у нас на подготовку очень мало времени. В офицеры и сержанты определили тех, кто либо уже кое-что умеет, либо обладает очень высокой обучаемостью. Кстати, думаете, их много? В офицеры прошли всего пятеро, и то один из них ушёл в лётное звено. А теперь подумайте вот о чём. Вас здесь всего две тысячи на всю планету. Для десантной операции этого достаточно, но для армии — очень мало. Вы же понимаете, что на Ирганто больше не будут воевать шпагами и кулевринами? Теперь, когда есть вы? Именно вам предстоит создавать эту новую армию. Так что я очень сомневаюсь, что хоть кто-то из вас через пять лет останется рядовым. Поэтому… учите тактику, ребята.