Хан Эк удивлённо посмотрел на хорошо одетого господина, пожелавшего увидеть коменданта городской тюрьмы.
В городской тюрьме Тинмоуда содержались бродяги, мелкие воры, проштрафившиеся нищие — по представлениям Эка, дворянину тут делать совершенно нечего. Но юный щёголь уверенно вошёл в комендантскую, не обращая внимания на темноту и тесноту помещения, в котором к тому же давно не убирали.
— Кеалор тал Альдо, командир абордажной команды фрегата «Олень». Занимаюсь подбором личного состава команды на зимнюю кампанию. Мне сказали, что у вас можно найти людей.
— Ааа, — Хан Эк кивнул. Честно говоря, он по-прежнему был озадачен. Действительно, существовала практика добровольно-принудительного набора абордажников из арестантов по принципу «кто переживёт кампанию, тот свободен». Но, во-первых, по очевидным причинам набор производился непосредственно перед отплытием, а не за два месяца до оного, а во-вторых, этим никогда не занимались лично офицеры (да ещё такие блестящие).
— Безусловно, господин, я готов предоставить вам людей. Но я обязан вас предупредить, что за каждого арестанта, отпущенного под ваше поручительство, вы несёте личную ответственность перед государством.
— Безусловно. — Похоже, перспектива выполнять в течение двух месяцев обязанности тюремщика этого странного юношу не смутила. — Северяне есть?
— Откуда именно, господин?
— Из Альдо.
— Ааа… — Как там назвался этот паренёк? Любопытно, очень любопытно. Эк открыл заляпанную книгу учёта арестантов и быстро заскользил пальцем по строкам. — Ага, вот. Эльпар. — Юноша нахмурился, но не от любопытства, а как будто сосредоточился на чём-то. — Согласно его показаниям, он родом из Альдо, но ушёл оттуда почти двадцать лет назад. Бродяга, вор, громила, арестован за драку с нанесением увечий, подозревается в убийстве двух человек, но улик нет. Приговорён к пяти годам заключения, отсидел полтора. Увы, господин — человек опасный, неуправляемый, не раз бывал в карцере…
Кеалор махнул рукой:
— Достаточно. Я поговорю с ним.
По приказу коменданта тюремщик открыл дверь камеры.
Кеалор ещё из коридора уловил мощный мысленный шум, а когда дверь распахнулась, глазам посетителей в свете факелов предстала классическая тюремная разборка. На полу тряпочкой лежал худой арестант с окровавленным лицом, а здоровенный бандюга отрывал от себя и расшвыривал вокруг добрый десяток бросающихся на него людей, ещё несколько мутузили друг друга.
Эк со вздохом поднял глаза к потолку, потом рявкнул:
— Прекратить!
Удивительно, как у такого плюгавого человека оказался такой звучный голос. Арестанты и правда прекратили — а куда бы им деваться, учитывая, что за спиной у коменданта стояли два стражника с дубинами.
— Ну вот видите, господин, опять… — вздохнул Эк и крикнул, не входя в камеру: — Эльпар!
Громила, которого в момент комендантского вопля сокамерники всё-таки повалили, тяжело поднялся с пола. На лице набухали синяки, других увечий не наблюдалось, но общий вид все равно не радовал.
— Ну, я. Что, опять в карцер? — странно радостным голосом спросил арестант.
— Выбирай: или в карцер, или под ответственность господина офицера в морскую пехоту, — Эк кивнул на Кеалора.
— Ну вы ж знаете, — оскалился в усмешке арестант. — В крысиных трюмах я ничего не забыл, так что предпочитаю добрую драку с вашими охранниками.
Кеалор невольно усмехнулся. Эк обернулся к нему и слегка развёл руками, мол, сами видите. Но юноша взял факел и шагнул вперёд, в камеру.
Он пытался вспомнить. Конечно, свои воспоминания ему бы ничем не помогли, потому что мать унесла его из замка Альдо в грудном возрасте. Но потом, уже в Землях Совета, он не раз пытался считать из разума матери её воспоминания об Альдо, и иногда ему это удавалось.
Пока он вспоминал, Эльпар негромко сказал:
— Для благоразумного человека ты слишком похож на одного покойного герцога, парень.
— И ещё более неблагоразумно ношу его шпагу, — ответил Кеалор. Фамильный герб на эфесе уже почти стёрся, но настоящие альдосцы и так знали это оружие. Эльпар сложил два и два… лениво прикрыл глаза и, развернувшись к коменданту, произнёс:
— Комендант, я передумал. Бить морды твоим охранникам — скучно. Карцер - ещё скучнее. Так что я пошёл в трюм.
Вся фигура Эка выразила облегчение. Он явно был рад избавиться от перспективы ещё три с половиной года отвечать за содержание этого бандита. А если недоросль не справится — это будут уже его проблемы.
— А ещё альдосцы здесь есть? — тихо спросил Кеалор у Эльпара.
— Да. Тиджис, Эрсиаш, Питикс. И ещё, господин… — Эльпар оглянулся на избитого человека на полу. — Пико. Он не из Альдо, а алантец, но…
Кеалор посмотрел на Пико:
— Вряд ли он выживет на войне.
— Здесь он наверняка не выживет, а так бы хоть морского воздуха вдохнул. Хотя что я говорю, вам ведь солдаты нужны, а из Пико никакой вояка. - Эльпар устало вздохнул. Доходяга Пико явно был чем-то дорог этому громиле.
Слабый и, похоже, больной человек в абордажной команде откровенно ни к чему. Да и Дерваль подобной благотворительности не поймёт. А просто так отпустить взятого на поруки арестанта он не может. Значит, придётся раскошеливаться.
Эльпар служил у герцога тал Варрата псарём. На той охоте, на которой герцог погиб, Эльпара не было — на предыдущей он вывихнул ногу и сидел дома («И жаль мне, тал Кеалор, что меня там не было, огненной бородой Свэна клянусь, что жаль — если бы я там был, то либо ваш отец был бы жив, либо меня бы в живых не было!») Потом Эльпар какое-то время пытался понять, стоит ли оставаться на службе у нового герцога или лучше податься куда глаза глядят, но судьба решила этот вопрос за него: одна из собак слегка покусала тал Линта-младшего, решившего потаскать её за хвост, и Эльпару пришлось бежать от разгневанного родителя. Решив, что его, чего доброго, будут искать, Эльпар поспешил затеряться в самом большом людском муравейнике Империи — в столице. Здоровенный силач, умевший обращаться с оружием, вскоре стал успешным громилой. Так он и жил на столичном дне почти двадцать лет.
Остальные трое альдосцев были крестьянами, сбежавшими со своей земли от притеснений тал Линта, вроде людей Джиэса Коротышки, но добравшимися аж до столицы. На столичном дне земляки встретились и с тех пор старались держаться друг друга. Даже в тюрьму угодили вместе.
Алантец же Пико, по словам Эльпара, был им всем хорошим другом и как-то даже спас Эльпару жизнь, поэтому бросать алантца в тюрьме Эльпару не хотелось. У Пико были отбиты лёгкие, и Кеалор обратился к целительницам храма Виэму. За двадцать золотых Пико поместили в храмовый госпиталь и пообещали за три недели поставить на ноги.