Алина открыла люк стиральной машины. Наружу хлынул горячий воздух, пропитанный цветочной отдушкой. Она начала вытаскивать вещи, аккуратно встряхивая каждую и перекладывая в пластиковый таз. Чья-то камуфляжная куртка. Чья-то чёрная водолазка с дыркой на локте.

Напротив, за гладильной доской, стояла Катя. Девушка-перевёртыш водила утюгом по простыне с таким выражением лица, будто эта тряпка лично ей задолжала.

— … вот так просто, — говорила она, не отрывая взгляда от ткани. — Ночью. Без предупреждения. Выставил людей за ворота!

Алина промолчала. Вытянула из барабана очередную вещь, встряхнула. Футболка. Размер XL, явно кого-то из берсерков.

— Четыре человека, — продолжала Катя, давя на утюг. Под горячей подошвой зашипел пар. — Просто взял и выкинул! Когда вокруг эти… твари.

— Не выкинул, — ответила Алина. — Они сами захотели уйти. Он просто открыл ворота и сказал «всего хорошего».

— Какая разница? — возмутилась Катя.

— Большая.

Катя на мгновение оторвалась от простыни и посмотрела на Алину. Потом фыркнула. Получилось очень по-кошачьи.

— Ну да. Конечно. Они сами захотели, — она изобразила в воздухе кавычки свободной рукой. — А до этого он обложил всех налогом. Понаставил камер. Вот ребята и не выдержали!

Алина молча загрузила в машинку новую порцию белья. Насыпала порошок. Выставила режим.

— Они бы не ушли, — продолжала Катя, с каждым словом набирая обороты, — если бы он не давил. И Максим… Макс нормальный парень, он просто не хотел, чтобы его доили, как корову.

Алина нажала кнопку «Старт». Машина загудела, набирая в бак воду.

— Если они погибнут, — Катя вскинула утюг, — это будет на его совести!

— У каждого есть право уйти, — тихо возразила Алина. — Как и право остаться.

— Ага. Остаться и молча платить.

Катя поставила утюг на подставку и раздражённо поправила волосы, убрав прядь за ухо.

— Я теперь не могу превращаться так часто, как хочу! Раньше могла ходить в кошачьей форме полдня и чувствовала себя нормально. А сейчас? Пара часов, и обратно в человека, потому что нужен «запас для общего котла». Это моя мана! Моя способность! Я ни у кого ничего не просила! И я ничем ему не обязана!

Стиральная машина набирала обороты, по трубам журчала вода. А за стенами отеля мир лежал в руинах погибшей цивилизации.

Алина стояла к Кате спиной. Сначала она попыталась сдержаться, но плечи под тонкой чёрной водолазкой дрогнули. Она развернулась.

— Повтори, — сказала Алина так жёстко, что сама не ожидала.

Катя удивлённо моргнула. За все те дни, что они работали бок о бок в прачечной, Алина ни разу не повышала голоса. Она вообще говорила мало: «передай порошок», «эта партия готова», «спокойной ночи». Холодная, замкнутая. Как стена. И вдруг стена треснула.

— Знаешь, что такое настоящая дойка маны? — почти прорычала Алина. — А я сейчас тебе расскажу. Мои друзья гниют в подвале психиатрической клиники в Москве. Потому что нас одурманил Кровавый Цветок. Эта дрянь высасывала из нас жизнь, пока мы тихо умирали во сне. Я держалась дольше других, иногда приходила в себя, но ни черта не могла сделать, хотя чувствовала, как из меня высасывают ману. Будто я пакетик с соком. Алексей вытащил меня из этого кошмара. Спас незнакомую девчонку. И вас всех он тоже спас. Или тебе нравилась компания Гладиаторов?

Катя открыла рот, чтобы что-то сказать, но Алина не дала.

— Ты была рабыней, — она шагнула ближе. — А может, это только прикрытие? Может, ты на самом деле была любовницей Черепа или надеялась ею стать? Что такого хорошего для тебя сделали эти отморозки, что Алексей кажется тебе чудовищем?

Зелёные глаза перевёртыша на мгновение сузились, показав что-то совсем кошачье и абсолютно недоброе. Но она промолчала.

Алина задрала левый рукав водолазки. На тонком бледном запястье красовался кожаный ремешок браслета «Вена». В центре тлел красный камень.

— Видишь? — спросила Алина. — Я ношу это добровольно. Каждую минуту. Я сплю с этой штукой. Она забирает мою ману круглосуточно. Тихо, понемножку. Знаешь, каково это, чувствовать постоянный отток?

Она одёрнула рукав обратно.

— Но я согласилась. Потому что это — правильно. Потому что Алексей не сидит в кабинете и не попивает чаёк, бездельничая. Он не спит ночами. Он создаёт нам оружие и дронов. Он строит нам будущее. И просит за это только одно: чтобы мы тоже не сидели без дела и помогали. Мана восстанавливается. Всё. Вот и вся жертва.

— Я не говорила, что…

— Нет, говорила. Ты сказала, что Максим — «нормальный парень». Нормальный парень, который решил посреди ночи угнать машину и припугнуть старика-сторожа, если тот не откроет ворота добровольно. Он плюнул в лицо людям, которые его кормили и защищали. Очень нормальный поступок.

Алина прикусила губу. Щёки пошли розовыми пятнами. Она выдохнула через нос, пытаясь взять себя в руки. Не получилось.

— Если кому-то не нужна безопасность, — сказала маг тьмы. — Если кому-то не нужна еда, крыша, медицина, защита. Если кому-то не нужно всё, что даёт Алексей, то скатертью дорога. Пусть уходят и выживают сами. Я не стану за них переживать.

Катя стояла с утюгом в руке и смотрела на Алину так, будто увидела её впервые. Перевёртыш снова открыла рот, но не произнесла ни слова.

Потому что на стене за спиной Алины что-то зашевелилось.

Нечто тёмное просачивалось прямо сквозь бетон. Катя отступила, а чернота хлынула в прачечную настоящим потоком.

Она распахнулась, как плащ. Полотнище ожившей ночи. Края материи слегка подрагивали.

Алина заметила испуг Кати и обернулась. Тут же чуть не оступилась, зацепившись ногой за тазик.

Мантия приблизилась и зависла перед девушками. В помещении будто сразу стало холодно, а может просто кровь отхлынула от кожи из-за испуга.

Катя уронила утюг, тот брякнулся об пол. Она зашипела и отступила. Зелёные глаза расширились до предела, а зрачки вытянулись в вертикальные щёлки.

Алина замерла. Просто стояла с мокрой камуфляжной курткой в руках и смотрела на Мантию.

Потому что Мантия смотрела на неё. У полотнища тьмы не было ни глаз, ни головы. Но Алина знала, что эта тварь смотрит именно на неё. Она это чувствовала всей кожей и каждым нервным окончанием.

Мантия Тьмы неторопливо поплыла к ней.

Алина разжала пальцы. Куртка шлёпнулась на кафельный пол. Она хотела броситься прочь, но ноги не слушались. Не от страха, нет. Маг тьмы давно научилась жить со страхом. Но здесь было совсем другое. Что-то тянуло её навстречу. Странная тяга, похожая на ту, что испытываешь, стоя на краю высокого обрыва. Желание заглянуть. Шагнуть вперёд.

Мантия зависла прямо перед ней. Один из тёмных углов слегка приподнялся, будто принюхиваясь. Чёрная поверхность на мгновение пошла рябью, по ней пробежали тусклые багровые всполохи. И тут же погасли.

Алина стояла и не дышала. Мантия развернулась. Словно потеряв к Алине интерес, скользнула в сторону, ко второй девушке.

Катя прижалась к стене так, что лопаткам стало больно. Ногти заострились и вцепились в штукатурку. Мантия подплыла к ней почти вплотную.

Перевёртыш вздрогнула и зажмурилась. Тёмная ткань была так близко к Катиной щеке, что кожу обдало ледяным дыханием.

Катя всхлипнула.

— Не двигайся, — прошептала Алина.

Она сама не поняла, откуда взялись эти слова. Знала только, что нужно сказать именно это. Не кричать, не бежать. Стоять и не двигаться.

В коридоре за дверью раздались шаги. Скрипнула дверь.

— Эй, девчонки, — голос Жени прозвучал до обидного беззаботно. — Вы мою куртку уже…

Стрелок замер на пороге. В руке он держал кружку с чаем. Та замерла на полпути ко рту.

— Твою мать, — выдохнул он и сразу же отшвырнул посуду.

В руке мгновенно материализовался пистолет. Кружка разбилась, но Мантия никак не отреагировала на звук. Она продолжала скользить возле Кати.

— Не стреляй! — резко крикнула Алина.

Женя замер, не зная, что делать. Но и не потребовалось.

— ОТОЙДИ! — раздался командный возглас у него за спиной.

Стрелок в армии не служил, но навоевался уже до такой степени, что тело отреагировало на приказ быстрее мозга. Он отшагнул вправо, освобождая дверной проём.

Варягин влетел в прачечную на полном ходу. Полуторный меч он держал перед собой, клинок уже полыхал ослепительным золотом. Паладин не стал тратить время на оценку обстановки, хватило одного взгляда на чёрное полотнище, нависшее над Катей.

Он выбросил свободную руку вперёд.

Вспышка «Изгоняющего Света» залила прачечную белым огнём. Стиральные машины отбросили резкие чёрные тени. Алина зажмурилась, закрыв лицо локтем и болезненно вскрикнула.

Но Мантия завопила громче.

Только не звуком. Наверное, никто, кроме мага тьмы, этого даже не услышал. Но вот у Алины заныли зубы от пронзительного вопля. Священный свет подпалил тёмную материю. Края полотнища судорожно скрутились, как обожжённая бумага.

И тварь нырнула в стену.

Просто втянулась в бетон, словно чернильное пятно, впитавшееся в промокашку. Мгновение, и помещение снова стало обычной прачечной. Гудящие стиралки, запах порошка.

Варягин шумно выдохнул и опустил меч. Золотое свечение на клинке потускнело, но не угасло. Он сразу же начал мысленно строчить Алексею:

«Ушла. Нужны данные с камер. Где она?»

Ответ пришёл сразу же:

«Прометей ищет… Появилась с внешней стороны стены, улетела в небо».

— Сбежала, — плюнул Варягин вслух.

— Что это было? — дрожащим голосом спросила Катя. Она всё ещё стояла, вжавшись в стену, с заострёнными когтями и кошачьими зрачками.

Варягин качнул головой.

— Не знаю. Алексей засёк эту дрянь на уличных камерах минуту назад. Она проникла через периметр. Потом просочилась сюда, внутренние камеры подтвердили.

— Камеры? — Катя побледнела ещё сильнее. — Здесь? В прачечной⁈

Алина повернулась к ней. Глаза мага тьмы покраснели от напряжения и полученного священного удара, но взгляд остался ледяным.

— Что? Ой, да, точно! Беда! Лёша шпионит за нами! — она оскалилась. — Дура! Его шпионаж нас только что спас!

Катя дёрнулась, будто получила пощёчину. Губы задрожали. Зелёные глаза блеснули, наполняясь влагой. Она всхлипнула, оттолкнулась от стены и выбежала из прачечной, не оглядываясь. Торопливые шаги быстро стихли в коридоре.

Варягин посмотрел на Алину.

— Ты как? Я тебя задел, извини.

— Ничего, — кивнула она. — Жить буду.

Женя убрал пистолет в кобуру. Посмотрел на место, где исчезла Мантия. Никакой дыры, бетон остался целым. Тварь прошла сквозь него, вообще не заметив преграды.

— Что делать-то будем? — спросил он.

Варягин снова вышел на контакт с Алексеем. Взгляд на секунду расфокусировался. Он прочитал входящее сообщение, коротко кивнул.

— Иванов приказал обыскать территорию. Я освящу каждое помещение в здании и двор. Деду Василию велено заняться защитными знаками. Видимо, ставить их только на заборе недостаточно, — он повернулся к Жене. — Пошли. Поможешь мне. Возьми из Хранилища новые пули. Там есть облучённые священной энергией.

Женя молча кивнул и двинулся к выходу. На пороге обернулся.

— Алина, ты точно в порядке? Может, к доктору?

Маг тьмы стояла неподвижно, глядя на стену, в которой исчезла Мантия. Лицо у неё было странное. Задумчивое.

— Нормально, — сказала она. — Идите.

* * *

Я сидел в мастерской и смотрел на голографический экран «Техно-Ока». Камера в прачечной показывала Алину. Она стояла одна посреди комнаты и смотрела на стену уже больше минуты. Но не так, как смотрят на опасность, от которой только что чудом спаслись. Нет. Она смотрела, как на закрывшуюся дверь, за которой остался кто-то знакомый.

Я перемотал запись назад. Вот ключевой момент. Мантия зависла перед Алиной. Края полотнища пошли рябью, вспыхнули багровым. И погасли. А потом тварь отплыла к Кате. Выглядит так, будто эта хрень выбирает.

Ещё отмотал. Остановил кадр на лице Алины. Расширенные зрачки, полуоткрытые губы.

— Похоже, однажды она сломается, — пробормотал я.

— Вы полагаете, что объект «Алина» перейдёт на сторону врага? — уточнил Прометей.

Я устало потёр лоб.

— Не знаю. Она очень хорошая, добрая девушка. Искренне верит в нашу общину. Ты слышал, как она отчитала Катю. Это не фальшь, не показуха. Она действительно благодарна и действительно предана. Но она маг тьмы, Прометей. Тьма её влечёт. Может, она сама этого ещё не понимает, но признаки-то конкретные.

Прометей помолчал ровно две секунды.

— Принято к сведению, Создатель. Рекомендую усилить наблюдение.

— Нет, — покачал я головой. — Не нужно. Если она заметит персональную слежку, это только ускорит процесс. Лучше дай ей больше работы. Полезной и чтоб развивалась, а то эта стагнация до добра точно не доведёт. Чем больше человек привязан к людям вокруг, тем сложнее утащить его в темноту.

— Записать её в боевое подразделение?

— Варягин уже пробовал её тренировать. Толка не вышло, только страдание и превозмогание, а потом ступор перед первым же мутантом. Нет, она библиотекарь, в бой ей не нужно. Но должен быть способ прокачивать её способности не в сражениях.

— Я подберу варианты, — сказал Прометей.

А я свернул запись и открыл карту территории. Траектория движения твари от внешней стены периметра до прачечной. Сквозь бетон и кирпич, словно это бумага.

— Что скажешь? — я кивнул на пунктирную линию маршрута.

— Объект не зафиксирован ни одним стандартным датчиком. Только оптические камеры уловили аномалию. Ведёт себя и выглядит не как мутант. Они похожи на животных, от которых произошли. Это нечто другое.

— Угу. Ковёр-самолёт, мать его.

— Сравнение с фольклорным элементом звучит уместно, — на полном серьёзе сказал робот. — Объект действительно напоминает летающий текстильный предмет, хоть и сотканный из неизвестного вещества.

Я помолчал, глядя на карту. Свалила тварь на юго-восток.

— Спорим, что это лич передаёт нам очередной привет? Как его там? Зултакар.

— Я не могу спорить с вами, Создатель. Но звучит логично, — согласился Прометей. — Объект целенаправленно искал носителя тёмной магии или ещё каких-то особенностей.

Я усмехнулся.

— Ну, судя по тому, что Алину он отверг, а Катя ему вроде приглянулась, он ищет злючную злюку. Кого-то, кого можно перетянуть. Усиль наблюдение за Соколом и Рейн.

— Выполняю.

Я закрыл карту и помассировал виски.

— Позови берсерков, у меня для них обновки.

* * *

Борис стоял посреди мастерской и выглядел как ребёнок, которому на день рождения подарили настоящий танк. Двухметровая фигура в титановой броне поворачивалась вправо-влево, сервоприводы тихо жужжали.

— Лёха! — раздалось из динамиков шлема. — А тут сбоку на экране какая-то хренотень мигает. Зелёная. Это чего такое?

— Это система распознавания «свой-чужой». Зелёный маркер — союзник.

— А-а-а, — протянул Борис. — А зачем это? Я чё, своих в лицо не знаю?

— Чтоб не палить, когда лица не видно, Борь, — терпеливо объяснил я. — Условия боя бывают разные. Темнота, задымление. Или вот как сейчас, броня, и лица не видно.

— Понял, — Борис кивнул и тут же снова оживился. — О! А это? В правом углу циферки побежали!

— Это расстояние до ближайшего объекта. Ты смотришь на стену, до неё примерно четыре метра. Отвернись, и цифры поменяются.

Борис послушно повернулся к Медведю.

— Ух ты! До Миши два и шестьдесят! А ещё что тут есть⁈

— Много чего, — вздохнул я.

Медведь всё это время молча разминался. Приседал, наклонялся, крутил корпусом, даже подпрыгнул. Доспех не сковывал, а усиливал каждое движение. Наконец громила остановился и снял шлем, выпуская на свободу разросшуюся бороду.

— Алексей, а секира не сломается? Ну, если с размаху.

— Потренируйся. Плюс пятьдесят к силе, да твои собственные очки. Ты сейчас сможешь ударить как промышленный пресс. Только аккуратнее на первых порах. Инерция другая, можно самого себя закрутить.

Медведь удовлетворённо кивнул и снова нацепил шлем.

— Так, — я хлопнул в ладоши. — Прометей проведёт вам виртуальный инструктаж по всем системам. Тепловизор, ночное видение, связь, сейсмодатчики, оружие, нейроинтерфейс. Всё покажет и объяснит. А сейчас слушайте задачу.

Я развернул экран «Техно-Ока». На нём появилась картинка с дрона-разведчика. Съёмка онлайн. Гаражный кооператив. Ряды бетонных коробок, между которыми ползала длинная сегментированная туша. Сколопендра методично обнюхивала каждый гараж, скребя жвалами по металлическим воротам. Она знала, в каком спрятались ребята, но, видимо, устала дожидаться и решила обследовать соседние.

— Вот там, — я ткнул пальцем в крышу одного из гаражей, — сидят четыре свободных гражданина. Максим Орлов, Фрост, Гэндальф и Сталкер. Уже часов восемнадцать как застряли. Сколопендра не уходит. Чует добычу, но не может добраться. Ребята, думаю, уже хорошо поразмыслили о жизни.

Борис склонил голову.

— Так мы чего, спасать их едем?

— Вы едете убивать сколопендру и поговорить. Если одумались, вот условия возвращения, — я скинул на их интерфейсы короткий список. — Прочитайте по дороге. Если не одумались, пожелайте удачи и возвращайтесь.

Берсерки переглянулись.

— Сколопендра — это так многоножка по-умному называется? — уточнил Борис.

— Она самая, — подтвердил я.

— Мишань! Ты слышал⁈ Многоножка наша! — Борис развернулся к выходу. — Погнали!

Медведь молча кивнул мне и последовал за другом. Два бронированных силуэта загрохотали по лестнице вверх. Подвал содрогнулся. Я посмотрел им вслед и покачал головой.

— Объект «Борис» проявляет инфантильность, — сказал Прометей.

— Ребёнок с молотом, — согласился я.

— Рекомендую завершить процесс выбора специализаций для получения оставшихся трёх навыков, Создатель.

— Сперва один важный эксперимент, — отозвался я. — Позови Сокола.