Грубоватое ощущение муки и овсяных хлопьев в нежных ладонях, тёплая мамина кожа прижимается к его рукам, направляя.

Вот, видишь! Молодец. Скоро будешь готовить их сам, и старая мама тебе больше не понадобится, да?

* * *

Джо достаёт телефон из кармана и открывает WhatsApp, читая сообщение, которое его ждало.

Удачи сегодня!

Он делает глубокий вдох и начинает печатать ответ.

Спасибо, мам. Скучаю. Было бы здорово заглянуть на выходных и рассказать тебе, как всё прошло? Может, мы могли бы сделать—

Пальцы замирают. Он нажимает «Назад», удаляет сообщение и пишет снова.

Спасибо, мам.

8:58.

Выпрямившись, он вынимает наушники и убирает телефон в карман, затем подходит к входным дверям. Они не открываются.

Он толкает, потом немного тянет — оглядывается, проверяя, не видит ли кто, что он идиот. Слева замечает выпуклый стеклянный купол камеры видеонаблюдения, направленной на него. Справа — панель для карты доступа.

Идиот.

Вытащив карту из кармана, он прикладывает её к панели, которая издаёт утвердительный сигнал. Дверь щёлкает, и Джо толкает её.

Внутри корпоративный вестибюль тянется от одного конца здания до другого. Тут и там расставлены минималистичные столы и стулья — видимо, для стихийных встреч и переговоров. Между ними пространство заполняют горшечные папоротники и пальмоподобные растения, яркая зелень которых приятно контрастирует с overwhelmingly пастельной цветовой гаммой. Есть несколько офисов с табличками вроде «IT-поддержка и операционный менеджмент» и, в центре, длинная стойка администратора с несколькими компьютерами.

Всё это пространство абсолютно пусто.

Свет включён. Общий гул здания говорит о том, что большая часть электроники и технического оборудования работает в фоновом режиме. Но ни одного человека нигде не видно.

Джо делает два шага вперёд и застывает посреди вестибюля в недоумении.

— Э-э… Алло? — пробует он.

Ничего. Он подходит к стойке и заглядывает за неё — компьютеры включены, но не авторизованы, — и почти надеется обнаружить за ней какого-нибудь человека, приседающего за упавшими бумагами, — но нет. Кроме гула, полноту тишины нарушает лишь шорох сумки и одежды Джо, когда он двигается по комнате.

Ему хочется красться на цыпочках — каждый раз, когда нога касается пола или одежда шуршит о сумку, кажется, что он оскверняет какое-то совершенное святилище тишины. Он хочет, чтобы кто-нибудь появился.

Он достаёт телефон и прокручивает вводные письма. В самом низу — имя и номер телефона.

Вёрджил Стэнфорт.   020 3853 8523

Он звонит, и после трёх гудков кто-то берёт трубку.

— Да?

— Добрый день, мистер Стэнфорт?

Пауза.

— Да?

— Меня… Меня зовут Джозеф Райс. Я был принят на работу в Ponos в качестве административного помощника, и сегодня мой первый день.

Ещё одна пауза, более длинная.

— Да?

— Ну, я… Я в вестибюле, а здесь никого нет.

— Что?

— Да. Мне сказали прийти в девять утра в первый день.

— Вы в вестибюле?

Джо снова осматривается, пытаясь понять, не ошибся ли он, но не может уразуметь как.

— Да.

— Иисусе.

Сигнал оповещает об окончании звонка, и Джо просто смотрит на телефон, моргая на экран.

На секунду он задумывается об уходе. Если уйти домой, можно заказать еду из того мексиканского места и, может, посмотреть фильм. Он не смотрел фильм уже несколько месяцев — каждый раз, когда начинает, его засасывают YouTube-шортсы, и он в итоге выключает. Может, посмотреть что-нибудь новое? Например—

Телефон взрывается вибрацией у него в руке — так громко, что он едва не роняет его. Звук разносится эхом по мучительно пустому пространству, вторгаясь и заполняя его настолько, что Джо судорожно тянется принять вызов, а запаниковавшие пальцы промахиваются.

— Алло?

— Добро пожаловать в Ponos, мистер Райс. — Это не Вёрджил Стэнфорт — женский голос, мягкий и успокаивающий. — Приносим глубочайшие извинения, но сегодня утром все крайне заняты. Пожалуйста, поверните направо и поднимитесь на лифте на четвёртый этаж — рабочее место вы найдёте в комнате 412. Ваша карта должна обеспечить вам доступ, а логин был указан в пакете документов для ввода в должность.

— О, — говорит он. — Спасибо. Я ценю это, просто хотел уточнить—

— Мы ценим всех наших сотрудников, — перебивает женщина, как будто Джо и не говорил. — В Ponos мы — семья.

И снова звонок обрывается так же внезапно, как начался. Джо смотрит на телефон в руке, будто тот может его укусить. Осторожно убирает его в карман и бросает взгляд направо — застеклённые двойные двери ведут в лифтовой холл, но без единого человека вокруг проходить через них ощущается как нарушение каких-то правил. По углам комнаты — ещё два выпуклых стеклянных устройства, которые Джо может только счесть камерами видеонаблюдения, и его охватывает холодное ощущение слежки. Как будто эта комната — декорация, созданная специально для него, чтобы посмотреть, как он себя поведёт.

Не выдумывай. Все просто заняты.

Это не паранойя. Он делает так всю жизнь. С тех пор как был мальчиком, каждый раз, когда делает что-нибудь в одиночестве — обычные вещи: идёт на прогулку, чистит зубы, одевается, — он представляет, как за ним наблюдают. Иногда это он сам: подросток, магически заглядывающий вперёд во времени и видящий своё будущее; или старик, оглядывающий жизнь спустя много лет. Иногда — другие: старые друзья, родственники, коллеги. Занимаясь своими делами, он представляет, как они смотрят на него через коллекцию телевизоров или на киноэкран, и задаётся вопросом: что они думают? Были бы впечатлены? Разочарованы? Горды?

Джо никому об этом не рассказывал. Ни друзьям, ни маме, уж точно не пресловутой Сандре. Поэтому он понятия не имеет, это полный сдвиг или то, что делают все. Потому что в последнее время он делает это постоянно.

Сейчас ничем не отличается. Он заметно выпрямляется, расправляет плечи. Делает чёткие, уверенные шаги к трём лифтам. Нажимая на кнопку вызова, он слышит, как внутри лифта заворочался механизм, — и в такой тишине это его застаёт врасплох.

Пока лифт идёт, он вытаскивает телефон. Сам не знает зачем — из привычки или для успокоения, наверное. Но, желая противостоять порыву разблокировать его и залезть в IG, он говорит себе, что смотрит на время. То, что на запястье у него смарт-часы, ничего не меняет.

9:13.

Правый лифт пингует — двери открываются. Он заходит и нажимает 4, но тот не реагирует. Нажимает снова — кнопка вдавливается и щёлкает обратно, не сопровождаясь ни светом, ни звуком, ни движением, которых можно было бы ожидать.

Хм.

Он пробует снова — в третий раз, по-прежнему ничего. Двери лифта упрямо остаются открытыми, за ними — беспросветно пустой вестибюль.

Джо пробует другую кнопку: нажимает 3, число загорается красным свечением и весело пикает. Двери закрываются.

Ладно. Просто найду лестницу и поднимусь с третьего.

На стене лифта — объявление:

ПО ВОПРОСАМ ОБСЛУЖИВАНИЯ ОБОРУДОВАНИЯ ОБРАЩАЙТЕСЬ К СУПЕРПОЛЬЗОВАТЕЛЮ

По вопросам помощи обращайтесь к суперпользователю, указанному ниже:

———————————

Джо моргает и смотрит дважды. Имя «суперпользователя», по всей видимости, замарано, как в засекреченном документе. Под ним едва угадываются бледные царапины каких-то...

Пинг.

Двери лифта открываются, и третий этаж почти так же тих, как вестибюль, — если не считать далёкого стука, похожего на строительные работы или работу механизмов. Джо выходит и оглядывается в поисках дверей в лестничный пролёт, но ничто явно не обозначено.

Дверь прямо перед ним ведёт в длинный коридор, и он входит, думая, что, может, найдёт кого-нибудь, кто укажет ему на четвёртый этаж. Хотя, если честно, он уже начинает сомневаться — есть ли вообще хоть кто-то в этом здании. Может, вернуться и попробовать другой лифт.

Но тут он слышит другой, более близкий звук — странное кряхтение, будто кто-то пыхтит или пытается поднять что-то тяжёлое. Воодушевлённый звуком чего-то отдалённо человеческого в этом видимо пустом корпоративном пространстве, он идёт на него. Коридор по большей части беж и серый, освещён слишком яркими люминесцентными лампами, а стены увешаны плакатами с мужчинами и женщинами в костюмах, которые с энтузиазмом улыбаются друг другу над планшетами и кофе и над которыми красуются лозунги: «ОРИЕНТИРОВАН НА КЛИЕНТА», «НАЦЕЛЕН НА РЕЗУЛЬТАТ» И «КАЖДАЯ СЕКУНДА НА СЧЕТУ».

Двери снабжены квадратными окошками, сквозь которые Джо видит ряды офисных компьютеров — все пустые — и различные столы с папками. Огромное количество рабочих мест лишь подчёркивает пустоту, и на мгновение Джо задаётся вопросом: не снится ли ему всё это? Не проник ли он случайно в это здание среди ночи и не переживает ли какой-нибудь психотический эпизод?

Сверху, свисая с потолка, — вывеска с надписью «ОТДЕЛ ——————————», название так же замарано, как и в лифте, — словно кто-то взял гигантский чёрный маркер и одним движением закрасил его.

Кряхтение снова раздаётся справа от Джо, и, подойдя к нужной двери, он смотрит в окошко.

К нему спиной стоит крупный мужчина в длинном пальто — почти как лабораторный халат, но чёрный, а не белый. Он нависает над чем-то на столе, но Джо не может разглядеть — что: широкие плечи и массивное тело загораживают обзор, и мужчина явно прилагает огромные физические усилия. Вены на его шее вздулись почти комично — фиолетово-синие на бледной коже. Сквозь дверь Джо слышит его тяжёлое дыхание.

— Э-э… — он пытается заговорить и слегка стучит в дверь. — Здравствуйте?

Мужчина вскидывается, как отпущенная пружина. В считанные секунды — так быстро, что Джо реально отшатывается — тот разворачивается и стремительно направляется к двери, распахивает её.

— Что? — требует он. Густые чёрные волосы подстрижены коротко, открывая потное красное лицо с приплюснутым носом. Рот в беспорядке красного — будто он наносил помаду и лишь наполовину стёр её. Джо пытается заглянуть за него, но тот телом загораживает приоткрытую дверь.

— Я… Я здесь новый. Просто пытаюсь найти лестницу на четвёртый этаж. Лифт был сломан.

Почти мгновенно мужчина смягчается, и его суровое выражение тает, как снег по весне.

— А, — говорит он. — Конечно. Прости. Тут немного запутанно, признаю. Назад, к лифтовому холлу. — Он указывает головой, но от двери не отходит. — Лестница — предпоследняя дверь слева. Не очень логично, знаю.

— Понял. Спасибо.

— И если с лифтом неполадки — обязательно обратись к суперпользователю.

Джо улыбается.

— Да, я видел объявление, но—

Дверь закрывается прямо перед его носом. Прежде чем Джо успевает что-либо разглядеть, мужчина стремительно опускает жалюзи на окошке, и замок щёлкает.

Ну ладно.

Несмотря на странную встречу, указания оказываются верными, и Джо не составляет труда подняться по ничем не примечательной лестнице на этаж, который внешне ничем не отличается от предыдущего, — если не считать вывески «АДМИНИСТРАТИВНЫЙ ОТДЕЛ», которая здесь не замарана.

Пройдя по коридору, он находит комнату 412 в небольшом боковом ответвлении. У двери — сканер для карты, но после быстрого прикладывания тот мигает зелёным и щёлкает открываясь. Сам офис небольшой — два стола напротив друг друга с офисными креслами и компьютерами за каждым. Книжная полка с пачкой невзрачных папок, пробковая доска без единой бумажки и окно с опущенными жалюзи. Джо поднимает жалюзи, пропуская в комнату серый пасмурный свет Канарского Уорфа, и садится за компьютер, пытаясь вспомнить данные для входа из вводного курса, который он проходил дома. Больше всего ему хочется просто приступить к работе, доделать всё и пойти домой.

Логин срабатывает — слава богу, — и как раз пока компьютер настраивает его профиль, в дверь стучат.

Джо поднимает взгляд.

— Да?

Дверь приоткрывается, и в щели показывается голова: длинные серые волосы беспорядочно зачёсаны назад от проницательного лица в очках.

— Джозеф, верно?

— Просто Джо, — отвечает он с дежурной улыбкой. Голос он узнаёт — по телефону. — Вы, должно быть, мистер Стэнфорт?

— Вёрджил, пожалуйста, — говорит тот, потом делает паузу, и по уже глубоким морщинам пролегает нахмуренная складка. — Откуда вы знаете?

— О, я просто узнал ваш голос по телефону.

— Что?

Джо поджимает губы, опасаясь сболтнуть что-нибудь лишнее.

— Когда я звонил вам из вестибюля.

— Вы мне не звонили.

— Я—

— Я ни с кем не разговаривал по телефону.

Ситуация настолько абсурдна, что Джо приходится изо всех сил сдерживать смех. Наверное, первый день — и такой розыгрыш , — думает он. Бьюсь об заклад, он так со всеми.  Мысль его, честно говоря, раздражает — он просто хочет работать, хочет получать зарплату, а этот тип только и хочет, что морочить ему голову. Интересно, потому ли, что он молодой. Такое уже бывало.

— Наверное, я ошибся, — говорит Джо, отказываясь подыгрывать.

Вёрджил выпрямляется, по-прежнему не входя полностью.

— Ладно. Я ваш непосредственный руководитель, на тот случай если что. Любые вопросы — ко мне. У вас есть мой e-mail. Вы уже вошли?