22.30

Без макияжа Стейси Шектер выглядела совсем другим человеком. Рок-н-ролльная подводка и бледная пудра исчезли, смытые потоками слез и стертые полупачкой салфеток. Сухость и насмешки тоже испарились. Она смотрела на Элли, сидевшую за столом напротив нее, припухшими покрасневшими глазами испуганного и растерянного ребенка.

— Не знаю, почему я не могу сдержаться, — сказала Стейси, утираясь тыльной стороной ладони. — Я почти не знала эту девушку.

— Но все-таки в каком-то смысле вы были знакомы. У вас в телефоне ее номер.

Поскольку в квартире и одному-то человеку присесть было некуда, Стейси согласилась поговорить в участке. Прошло уже полчаса, но только сейчас она успокоилась настолько, чтобы изъясняться внятно.

— Я даже не знала ее настоящего имени. Для меня она была Мирандой. Без фамилии, хотя и ее можно было бы придумать.

— Откуда вы ее знали? — поинтересовалась Элли.

— Мы познакомились в прошлом году на вечеринке у одного приятеля. Мы не поддерживали отношений, ничего такого. Просто нашли тогда общий язык, вот я и записала в телефон ее номер.

Джей Джей, скрестив руки на груди, стоял позади Стейси в углу комнаты для допросов. Элли глянула на него, и ее напарник на миг закатил глаза.

— Тогда почему она вам вчера звонила?

— Я же объяснила. Я не успела подойти. Решила, что она перезвонит, если надо. Люди то и дело набирают неверные номера.

— Мы запросим данные в сотовой компании. И они покажут нам любые другие телефонные контакты, которые были у вас с Кэти, или Мирандой. Есть у меня подозрение, что мы обнаружим гораздо больше звонков, чем можно ожидать от двух женщин, которые случайно познакомились на вечеринке год назад и не поддерживали отношений.

Стейси зажмурилась. Она размышляла. Усиленно. Она была достаточно умна и понимала возникшую проблему. Нужно было еще разок поднажать на нее.

— Что вы скрываете, Стейси? Очевидно же, что вы беспокоились об этой женщине.

Она в отчаянии покачала головой.

— Лучше бы мне было все равно. Господи, как же я во все это влипла?

— Во что? Вы с Кэти торговали наркотиками? — Это была классическая техника допроса: предложить подозреваемому объяснение, заведомо неверное, чтобы вынудить его поправить ошибку. — Мы можем кое-чего добиться. Найти человека, который так обошелся с Кэти, гораздо важнее, чем сохранить ваш секрет.

— Мы не занимались наркотиками.

— Тогда чем же?

Стейси снова закрыла глаза. Снова задумалась.

— Я же сейчас не выступаю официальным свидетелем?

— Ух, с чего это вдруг, Стейси? Мы просто пытаемся понять, почему ваш телефон оказался связующим звеном между двумя женщинами, которые были убиты сегодня?

— Говорю вам, другой номер мне совершенно незнаком. Только телефон Миранды.

— Отлично. О другом номере поговорим позже. А сейчас вам нужно рассказать, что вы знаете о Кэти Бэтл.

— Если вы попросите меня что-нибудь подписать или попытаетесь упомянуть мое имя, я от всего откажусь. Отсюда я выйду, а потом освобожусь под залог.

Элли посмотрела на Рогана, который ответил взглядом: «Решение за тобой». Она кивнула.

— Я познакомилась с Мирандой в прошлом году на встрече, которая была устроена эскорт-агентством. Понимаете, мы оказались на одном и том же свидании, с одним и тем же клиентом. Позже мы еще пару раз вместе работали. С тех пор мы иногда подменяли друг друга на вызовах. Вроде как похожи были. — Она посмотрела на свою драную, заляпанную краской футболку. — По крайней мере были похожи, когда работали.

Элли заметила внешнее сходство. Темные волосы. Светлая кожа. Выразительные глаза.

— Под «работой» вы подразумеваете секс за деньги?

— Вы правильно поняли, — подтвердила она. К ней возвращалось прежнее высокомерие. — Вы же полицейский. Полагаю, вы знаете, что имеется в виду под эскорт-услугами. В прошлом году я работала на агентство в течение шести месяцев, но теперь я совершенно независима. Могу сама находить клиентов и оставлять все деньги себе.

— Одной работать опасно. — Прежде чем получить жетон детектива, Элли пришлось не раз побывать в роли приманки, изображая проститутку.

— Я жива. Миранда — нет. Думаю, я в состоянии о себе позаботиться.

До поры до времени, хотелось сказать Элли. Но спорить со Стейси по поводу ее дурацких решений было некогда.

— Даже когда я ушла из этой службы, мы с Мирандой продолжали иногда подменять друг друга, но тайно, поскольку ее соглашение с агентством категорически это запрещало. А у меня был уговор еще с парой девушек, вот почему я не хочу, чтобы мое имя стало им известно.

— Кому это — им?

— Агентству.

— А где нам их найти?

Она замялась, но спорить не стала.

— Они называют себя «Престижные вечеринки».

— А как часто вы с Мирандой менялись заказами?

Стейси покачала головой.

— Не очень. Может, раза три-четыре с тех пор, как я начала работать на себя. Когда я увидела на мобильном ее номер, я решила, что она потому и звонила. Но потом Миранда повесила трубку, а меня, видимо, не воодушевляла перспектива поработать, вот я и не перезвонила. — Ее нижняя губа задрожала. — Знаете, может, она потому и звонила. Насчет свидания сегодня вечером. Возможно, хотела узнать, могу ли я… могла ли я пойти вместо нее.

— Но вы этого не сделали. Поэтому не вините себя и перестаньте себя жалеть. Вы с Кэти знали, что делаете…

— И значит, она такое заслужила? Вы это хотите сказать?

— Нет, конечно. Никто не заслуживает того, через что прошла Кэти. Но вы так работали. Более того, в некотором смысле работали вместе. Вам она такого не пожелала бы точно так же, а вы не рады, что это произошло с ней, а не с вами. Признайте это. Вы можете нам помочь.

— Я пытаюсь.

— У вас есть предположения, кто мог быть ее клиентом в тот вечер?

— Нет. Постоянных у нее было мало. Она предпочитала вести дела через агентство.

— Принимая во внимание стиль работы «Вечеринок», стоит ли нам поверить, если они скажут, что не знают имени клиента?

— Ну, на самом деле это вполне вероятно. Они — те еще засранцы, понимаете? Все время твердят, как заботятся о нас, а сами не лучше, чем какой-нибудь уличный сутенер, продающий тебя любому желающему. Знаете, предполагается, что они принимают кредитки, и тогда у вас была бы власть над ними. Но, когда я там работала, мне говорили, что половина заказов оплачивается налом.

— Хорошо, мы прижмем их и попытаемся узнать, с кем была Кэти. Давайте поговорим о втором телефонном звонке. По нашим данным, студентка по имени Меган Гунтер звонила вам в мае.

— У меня нет знакомых с таким именем.

— Вам казалось, что и никакой Кэти Бэтл вы не знаете.

Джей Джей шагнул вперед и положил на стол перед Стейси фотографию Меган Гунтер. Девушка поморщилась и заморгала при виде мертвого тела на металлической каталке.

— Приглядитесь получше, — настойчиво попросила Элли. — Люди нередко меняются внешне, когда… уходят.

Роган и Элли внимательно следили, как Стейси полных пять секунд разглядывала снимок, а затем снова покачала головой.

— Нет, я уверена, что никогда раньше не видела эту девушку.

Элли скептически взглянула на нее, вызвав у той сконфуженный смешок.

— Послушайте, я только что призналась вам в проституции. Зачем мне врать насчет этой девушки? Может, она и вправду ошиблась номером. Валяйте дальше, извлеките из телефона все данные, какие пожелаете. Вы найдете несколько наших разговоров с Мирандой — или Кэти, как хотите называйте. Но эта девушка? Я клянусь, вы ничего не найдете.

Элли вздрогнула — на поясе зажужжал сотовый. Она взглянула на экран. Текстовое сообщение от Джесса: «Только что видел тебя по ТВ у „Роялтона“. Думал, Справедливый Капитан раскошелился, а потом сказали про мертвого риелтора. Жаль, что ты работаешь. А можно сегодня поспать на кровати?»

— Черт возьми! Джей Джей, они уже запустили Кэти в новости. Нам нужно сообщить семье.