21.40

— Эй, Человек Дождя! Может, объедешь этого придурка, а?

Сидевший за рулем своего «БМВ» Роган обогнул мини-вэн с вермонтскими номерами, болтавшийся в правой полосе.

— И долго ты намерена донимать меня этой ерундой с Человеком Дождя?

Элли посмотрела на часы.

— Прошло тридцать минут. Думаю, еще лет шестнадцать повеселюсь — и хватит.

— Ей-богу, в этом нет ничего такого.

— Ага, ладно. Рассказывай. «Я отличный водитель. Пятнадцать минут до судьи Вапнера. Восемьдесят два, восемьдесят два, восемьдесят два. Итого — двести сорок шесть».

— Ну и кто из нас Человек Дождя?

— Поверить не могу. В списке звонков на телефон Меган Гунтер было столько номеров, но ты сумел опознать один из них в смартфоне Бэтл!

— И это говорит женщина, которая до сих пор помнит дату рождения своего первого арестованного?

— Я уверена, ты счел меня сумасшедшей, когда я допустила ошибку и рассказала тебе об этом.

— Знаешь, как долго я разглядывал списки, пытаясь понять, с кем поговорить в первую очередь? Я запомнил звонок, который сделали с городского Меган на номер в Коннектикуте. Единичный звонок, вдобавок прошедший четыре месяца назад, поэтому мы его пока не рассматривали. Но я глядел на списки достаточно долго и сразу опознал цифры, когда увидел их снова.

Это был номер мобильного телефона, владелицей которого числилась некая Стейси Шектер. У нее был код Коннектикута, но, согласно данным телефонной компании «ATT», счета направлялись на адрес в Нижнем Ист-Сайде.

— Двадцатилетняя студентка и тридцатилетняя агентша по недвижимости звонили одной и той же женщине. — Роган припарковался перед гидрантом на углу авеню Би и 4-й улицы. — Кто же такая эта Стейси Шектер?

Элли вспомнила картину в «Роялтоне», подумала о цене в 400 долларов за номер и представила возможный сценарий.

— У меня есть догадка, но существует лишь один способ ее проверить.

Это кирпичное здание выделялось среди своих собратьев благодаря белым полосам, а также красным, синим и желтым акцентам на тех деталях внешнего облика здания, которым, вероятно, придавалось какое-то особое архитектурное значение. В целом оно напоминало некую смесь Майами-Бич и улицы Сезам.

Переходя проезжую часть, детективы заметили у двери мужчину, который давил на кнопку звонка, прижимая к боку красный сверток размером с коробку для пиццы. Роган поспешил к нему, чтобы придержать дверь, пока она не закрылась. Посыльный не выказал никакого беспокойства, когда они вошли следом. Детективы последовали за ним по лестнице, но отстали на втором этаже.

Из-за двери квартиры 2-Би доносилась громкая музыка, в которой Элли узнала песню Кейт Буш — она нравилась им с Джессом в старших классах. Элли постучала в дверь кулаком. Никакой реакции не последовало, и она постучала снова — посильнее.

— Откройте, полиция!

Громкость резко упала, и Элли снова забарабанила в дверь.

Наконец изнутри раздалось хладнокровное:

— Вы не похожи на копов.

Элли поднесла свой жетон к дверному глазку. Послышалось щелкание трех отпираемых замков. Дверь приоткрылась на цепочку, из-за которой на нее уставился густо подведенный глаз.

— Извините. Обычно он дожидается десяти, а уж потом начинает скандалить из-за шума.

— Кто?

— Да этот мизантроп из квартиры два-си. Наверное, он вас и вызвал. Очень на него похоже.

— Вы Стейси Шектер?

— Да, это я.

— Мы тут не из-за музыки. Вы можете открыть?

Девушка захлопнула дверь и тут же открыла снова, на этот раз широко, чтобы детективы могли войти. Квартира представляла собой довольно просторную студию или, возможно, казалась такой из-за почти полного отсутствия мебели. Единственное место, куда можно было присесть, — двуспальная кровать в углу. Рядом с ней стоял пластмассовый ящик из-под молока, игравший роль прикроватной тумбочки. Остальная площадь была пуста, за исключением складного пластмассового столика и двух мольбертов. На последних были натянуты холсты с абстрактными мазками основных цветов. На столике были разложены орудия живописи, и стоял айпод с подключенными миниатюрными колонками, из которых и вырывалась причинявшая беспокойство музыка.

На Стейси была черная футболка с длинными рукавами в стиле фильма «Танец-вспышка» и джинсы в обтяжку. И одежда, и ее босые ноги были измазаны краской. Прямые черные волосы спадали ниже плеч неровными прядями, большие карие глаза были густо подведены черным карандашом. На вид Элли дала бы ей лет двадцать пять.

— Я бы предложила вам присесть, но никто, кроме меня, не имеет права садиться на мою постель.

— Ничего страшного, — сказала Элли. — Вы здесь одна?

Стейси сделала вид, будто осматривает комнату.

— Насколько мне известно.

— Не возражаете, если я огляжусь для полной уверенности?

— Э-э, пожалуй, нет.

Элли открыла раздвижную дверь, обнаружив за ней узкий стенной шкаф. Тем временем Роган проверил еще одну имевшуюся в квартире дверь.

— В ванной все чисто, — сообщил он.

— Значит, вы точно не из-за шума, — догадалась Стейси.

— Вы знакомы с женщиной по имени Кэти Бэтл? — спросила Элли. — Она агент по недвижимости.

Стейси покачала головой.

— Я не в том положении, чтобы покупать недвижимость, если вы еще не заметили.

— А как насчет Меган Гунтер? Она учится на втором курсе Нью-Йоркского университета. Живет недалеко от парка Юнион-сквер.

Стейси снова покачала головой.

— Боюсь, ничем не могу помочь.

— А мы думаем — можете.

Воцарилось молчание, которое нарушила Стейси, сказав с удивительно обезоруживающей улыбкой:

— Вы оба знаете нечто такое, чего не знаю я. А я здесь была вроде как в ударе. Так что, может, мы покончим со всякими приемчиками, которыми вы раскалываете людей, и я с большим удовольствием вам помогу?

— Вчера вам звонила женщина по имени Кэти Бэтл, и мы пытаемся выяснить почему.

— Понятия не имею. Я же сказала, никогда о ней не слышала.

— Тогда вы не против, если мы посмотрим на ваш телефон? Если по вине телефонной компании произошла какая-то ошибка, мы с ними разберемся.

— Ну, вообще-то мне бы не хотелось показывать его.

— Значит, вероятно, вы о ней все-таки слышали?

— Нет, но… Может, я сама проверю свой телефон и пойму, о чем вы говорите?

Элли взглянула на Рогана, тот кивнул. Под их наблюдением Стейси вытащила телефон из лежавшей на кровати ярко-синей виниловой дорожной сумки «Пан-Американ».

— Звонок был в три пятнадцать, — подсказал Роган.

— А, теперь вижу. Повесили трубку. Я тогда решила, что кто-то ошибся номером.

Однако этот оставшийся без ответа звонок не объяснял ни то, почему Кэти Бэтл набрала номер Стейси, ни то, почему Меган Гунтер звонила ей четыре месяца назад.

— А как насчет Меган Гунтер? — спросила Элли. — Она звонила вам в мае из своей квартиры.

— Прошлым летом? Не представляю, с чего бы мне было это запоминать. И, повторяю, я никого с таким именем не знаю.

— Может, тогда позволите мне взглянуть на вчерашние входящие? Это помогло бы нам во всем разобраться.

— Телефон — это моя частная жизнь.

Элли хотела, чтобы Стейси произнесла эти слова. Если бы интуиция подвела Элли, и она призналась бы в этом вслух, сразу потеряла бы все влияние.

— Понимаете, Стейси, вот это меня и беспокоит. Вы дали нам осмотреть вашу квартиру — ванную, кладовку — без возражений. Но чуть речь зашла о вашем телефоне — и вы тут же встали на защиту своей частной жизни. Мы можем все прояснить, просто взглянув на дисплей. Увидим цифры телефона Кэти Бэтл и поймем, что ее номера в вашей записной книжке не было. Но у меня предчувствие, что мы увидим не просто ее номер. Мы увидим имя, а это будет означать, что вы нас обманываете, утверждая, будто не знакомы с ней. Вот и все.

Элли видела, как у Стейси задрожали пальцы, сжимавшие телефон.

— И даже не думайте стереть что-либо прямо сейчас, Стейси, или мы, если понадобится, отберем телефон насильно, и всем будет очень неприятно.

Девушка застыла. Элли заметила, как по ее лицу пробежала тень страха, но следом вернулась прежняя дружелюбная улыбка.

— Послушайте, я действительно не знаю, в чем дело.

— Это верно, и знать это у вас нет права. Мы пришли сюда, поскольку считали, что вы можете нам помочь, и вы нас заверили, что готовы оказать помощь. Но, знаете, что я вам скажу, Стейси? Еще десять секунд, и вы можете оказаться за решеткой по делу об убийстве.

— Убийстве? — Накрашенные глаза расширились.

— Оказалось, что ваш телефонный номер — единственное связующее звено между двумя женщинами, которые были убиты за последние сутки.

— Убиты?

— Вот этот вчерашний звонок. Женщина, звонившая вам, убита сегодня вечером.

— Миранда? Миранда погибла? — И тут черная краска потекла с глаз Стейси, оставляя следы, похожие на мазки с ее собственных холстов.