«По восточной стороне есть окиян-море синее, на том окияне, на синем море, лежит бело-латырь камень. На том бело-латыре камне стоит церковь святая золотая…
С-под камешка, с-под белого латыря, текут реки быстрыя по всей земле, всему миру исцеление, всему миру пропитание. Идут по морю корабельщики – у тово камня останавливаются. Снадобия многия заветныя берут они с нево, по всему свету белому посылают. Потому Латырь-море – морям отец. Потому Латырь-камень отец каменьям».
Арина спала и видела сон. Огромное бурлящее море. Вернее бескрайний бушующий океан. А среди бурунов волн пенных – остров. И не простой, а белокаменный. На острове том стоит она сама и смотрит вдаль. Слышит девушка шорох крыльев и поднимает голову. Прямо над ней вверху парит птица. Острые сильные крылья закрывают солнце. – Это же сокол. Моя родовая птица, – говорит девушка вслух.
Но птица спускается ниже, и видит Арина, что сильно ошиблась. У этой птицы нет клюва, у неё ясное женское лицо.
– Ты кто? – спрашивает девушка птицу. – Ты ведь не сокол?
– Нет, – отвечает птица человеческим голосом. – Я не сокол. Я – вещая птица. Люди зовут меня Гамаюн.
– И ты можешь видеть будущее? – снова спрашивает Арина.
– Могу. И вижу его постоянно. Но я не только будущее вижу, я ещё и всё-всё знаю.
– Правда? Тогда скажи, пожалуйста, что это за место такое, где мы сейчас находимся? И как я здесь оказалась?
– Это остров Буян. Он прямо на Алатыре-камне расположен.
– Про остов Буян в сказках читала. Но не думала, что он существует. А вот про Алатырь-камень слышу впервые. Что за камень такой?
– Это камень-первооснова. На нём весь этот мир держится. Вся наша Земля Матушка. Он существует от сотворения мира, и будет существовать до самого конца времён.
– Ого! Сюрприз. Так как же я тут оказалась?
– Всё очень просто. Сюда рано или поздно попадают все Хранительницы.
Птица взмахнула крыльями и неспешно взлетела.
– Ей! Ты куда? Я ведь не Хранительница. Скажи, зачем я здесь?
– Если ты здесь – значит Хранительница. Или будешь ею. Что для всех, кто одномоментно видит прошлое, настоящее и будущее – совершенно едино.
Птица постепенно поднималась выше и выше, заходя полукругом над островом.
– Послушай, а я могу увидеть будущее? Покажи мне! – кричала ей вдогонку Арина.
– Ты? Ты можешь. Если захочешь. Закрой глаза и смотри, – с высоты прокричала ей Гамаюн, резво ускорилась и исчезла в облаках.
Арина осталась одна. И сколько она не оглядывалась вокруг, ничего, кроме белого каменного острова и бурлящего океана, не увидела. В небе снова мелькнула тень птицы – резкая, стремительная, молниеносная. На этот раз это действительно был сокол. Но лишь обозначив своё присутствие в вышине, птица исчезла так же быстро, как и появилась.
– Так странно всё это, – проговорила девушка вслух, – тему с Хранительницами я закрыла уже три года назад. И тут – нате вам, здрасте, оказываюсь здесь. Странная птица утверждает, что сюда попасть могут только Хранительницы. Так, а я-то что здесь делаю? Может это произошло случайно? А ещё она говорила, что я могу видеть будущее, как только закрою глаза. Наверное, стоит проверить.
Она села на тёплый, нагретый солнцем камень, глубоко и размеренно подышала, ментально открылась и в какой-то момент ощутила невероятную связь с землей. Ей показалось, что камень вдруг превратился в большое и пушистое мохеровое одеяло, что заботливо окутало её со всех сторон, согрело и защитило. Невероятный уют, лёгкое покачивание, как в гамаке, убаюкивало и успокаивало. Глаза Арины закрылись сами собой.
Привычный сон, безо всяких реверансов, бьёт картинкой новой реальности наотмашь. Она снова бежит в узком коридоре четвёртого энергоблока Чернобыльской атомной станции. Пот заливает глаза, ноги деревенеют от перенапряжения, но безумный ужас непрерывно гонит вперёд и вперёд. То ли пульс в висках, то ли неведомый метроном, отсчитывают последние оставшиеся секунды. Чудовищные когти многоглазого монстра высекают искры из бетонных стен прямо за её спиной. Ещё мгновение и…
– Нет! Нет! – закричала девушка, захлёбываясь. – Это неправда! Это прошлое, а не будущее! Это уже было, это уже прошло!
И почувствовала, как кто-то настойчиво трясет её за плечо. Открыла глаза, обнаружив, что сидит в кресле, в салоне комфортабельного автобуса. А сосед методично пытается её разбудить.
– Что с Вами? – спросил он участливо. – Вы кричали.
– Извините, – растерянно выдавила девушка, постепенно приходя в себя. – Сон страшный приснился.
– Ничего, бывает, – мужчина улыбнулся. – Может, кофе?
– Было бы неплохо, спасибо.
– Сейчас принесу, – мужчина встал и направился к кофейному автомату, что располагался у входа в автобус. Арина выдохнула и посмотрела в окно.
Последние два года девушка жила и работала в Москве. После неудачной попытки стать Хранительницей, она твердо решила, что уедет из дома. И чем дальше, тем лучше. С мамой общалась редко, а виделась ещё реже. Каждый раз во время этих немногочисленных контактов, всплывали воспоминания того дня, когда мама чуть не умерла, а она, Арина, окончательно отказалась стать Преемницей. Поднималось чувство вины и странная, необъяснимая боль в сердце. Данное обстоятельство и послужило побудительным мотивом более редкого общения с мамой, и вообще отсутствия желания приезжать в родной город. Девушка даже с Мирой виделась всего раза три за эти два года. Отказалась поселиться в её квартире, не всегда отвечала на телефонные звонки.
У Арины был план, которые она стремилась воплотить в жизнь последнее время. Приехав в Москву, девушка первым делом нашла работу и жилье, пошла на языковые курсы. Выбрала она английский и словацкий. Решила по возможности подготовиться и уехать в Словакию, поступать в магистратуру Братиславского университета. Почему именно в Словакию, не могла объяснить даже сама себе. Просто выбрала и всё. Ей казалось, что если уедет из России, то в жизни что-то круто изменится.
Однако пока изучала языки и готовилась к переезду, в мире произошли события, которые заметно усложнили выполнение этого плана. Сначала нагрянула болезнь, которая закрыла границы. А затем во все тяжкие пустились военные действия, и уехать из России стало крайне непросто. Однако рук девушка не опускала, отправила в университет документы и была зачислена на очное отделение. Обучение начиналось через две недели, путь до Братиславы был теперь весьма извилист, наступала пора ехать.
Сначала Арина взяла авиабилет из Москвы до Питера, затем билет на автобус Питер – Таллин. Самолёт из Таллина на Вену отправлялся ежедневно. А там до Братиславы всего сорок километров, хочешь – на автобусе, хочешь – на электричке, и ты на месте.
– А вот и кофе! – сосед вернулся довольный и, улыбаясь, протянул Арине бумажный, источающий приятный запах, стаканчик, – осторожно, очень горячий!
– Благодарю! – девушка аккуратно взяла в руки предложенный напиток.
– Кстати, меня Артур зовут! – сосед снова чуть-чуть улыбнулся. Арина даже подумала, что он чем-то похож на Стаса, такой же высокий, статный, приблизительно того же возраста.
– А меня – Арина, – ответила девушка и отхлебнула из стаканчика.
– В Эстонию по делам? Учиться? Работать? – продолжал расспрашивать попутчик, удобно усаживаясь на своё место и переходя на «ты».
– Нет, я не в Эстонию. Проездом через Таллин в Европу.
– Да, сейчас с этим стало не просто, – вздохнул Артур, – а я вот уже почти двадцать лет живу в Таллине. Тут работал, тут женился, тут детей воспитал. Сам-то с Урала. Там все близкие. И мама, и братья.
– Вы военный? – Арина подумала, что не случайно сравнила его со Стасом – в облике соседа угадывалась офицерская выправка.
– Бывший. И уже порядочно бывший. Начинал ещё в советской армии, потом испробовал что такое российская, во всём её великолепии. А теперь вот просто охранник на распределительном газовом узле.
Разговор как-то иссяк сам по себе. Арина и её попутчик принадлежали к слишком разным поколениям, общих тем для разговора было немного.
Девушка стала смотреть в окно, отмечая первых вестников осени, которые начали жёлтыми пятнами появляться в зелёных кронах придорожных деревьев. Сосед достал телефон и листал ленту новостей. Какое-то время они ехали молча.
– А сколько ещё до границы? – снова нарушила молчание девушка.
– Недолго осталось, – ответил сосед, продолжая листать ленту, – минут сорок. И вдруг довольно громко произнес:
– И что им снова дался этот Чернобыль!
Услышав это, Арина резко повернулась:
– Что Вы сказали? Что?
– Я сказал – Чернобыль. Это станция такая атомная, на которой лет тридцать с хвостиком назад была авария, – начал рассказывать Артур.
– Да, я знаю, что там было. А сейчас что происходит? – девушка вдруг вспомнила свой сон, и слова вещей птицы, что это не прошлое, но будущее.
– А сейчас вокруг этой разрушенной станции опять начались танцы с бубнами. Там же военные действия идут. И соответственно угрозы посыпались, что бомбу туда бросят, то ли грязную, то ли тактический ядерный заряд подорвут. А ведь саркофаг, который построили тридцать лет назад, после аварии на четвертом энергоблоке уже и так порядочно поизносился. Если бомба взорвется даже просто поблизости, беды не избежать. Будет равносильно ядерной войне. Это я тебе как бывший военный говорю, служил когда-то в РВСН
4
.
– Да, новость так себе, – Арина почувствовала, как ладони становятся мокрыми. В памяти всплыли фрагменты её неотступного сна и самые яркие переживания. Неужели это и, правда, будущее? Неужели люди настолько беспечны и забывчивы, что позволят случиться непоправимому? Ведь сколько ошибок уже наворочено в прошлом, чему-то же они должны были научить.
Российскую границу прошли быстро. Девушка таможенница посмотрела её паспорт и спросила о цели поездки. Услышав ответ, хмыкнула, но ничего комментировать не стала. А вот на эстонской границе пограничник рассматривал и листал документы долго. Арина терпеливо ждала. Она никак не могла отделаться от странного и неприятного ощущения надвигающейся беды, которое возникло у неё, когда Артур прочитал новость о Чернобыле.
«Неужели это правда?» – продолжала размышлять девушка. – «Неужели нет никого, кто сможет остановить это безумие?».
Вспоминалось всё, что приходило ей ранее во снах. И цинковые гробы, и вязкая масса бетона, и большая братская могила.
– Цель поездки, – вдруг услышала она далекий голос работника пограничной службы.
– Обучение, – ответила коротко.
– А что, в России учиться негде? – съязвил он.
– Есть где учиться, – произнесла машинально.
– Так почему же решили уехать? – продолжил он расспрос, по-прежнему внимательно рассматривая документы.
Девушка хотела ответить, но вдруг перед её глазами появился густой туман, сквозь который, как в окне, она увидела дорогу. Большое асфальтовое шоссе и множество разного транспорта, едущего на огромной скорости.
Маленькая серая машина пошла на обгон торговой фуры, а дальше был отчетливо слышен визг тормозов, удар и человеческий крик.
– Сын! Ваш сын! – довольно громко сказала она, глядя прямо в глаза пограничнику.
– При чём тут мой сын? – его взгляд стал жёстким и непроницаемым.
– Ему нужна Ваша помощь! Срочно! – девушка не могла остановиться.
Какая-то часть её сознания понимала, что продолжать нельзя, это может плохо закончится, но и прекратить была совершенно не готова. Слова сами рвалась изнутри, продирались в горло, заставляли её говорить.
– Пожалуйста! Позвоните ему! Прямо сейчас! Пожалуйста!
Пограничник замер лишь мгновение. Затем, не говоря больше ни слова, поставил печать в паспорте и протянул в окошко:
– Проходите!
Девушка секунду стояла как оглушённая, взяла документы и отошла в сторону. Боковым зрением заметила, что пограничник встал и вышел из своей будки, а его место занял другой сотрудник.
Туман перед её глазами постепенно рассеивался, «окно» стало шире, стало возможным увидеть машину скорой помощи и человека, лежащего на носилках.
«Жив. Слава Богу, жив» – подумала с облегчением.
Сил стоять больше не было, и Арина устало опустилась на лавочку, которая находилась тут же. Она понимала, что её слова слышали и другие пассажиры автобуса, чувствовала на себе их взгляды. В основном это было любопытство, смешанное со страхом. Ведь и правда, откуда она узнала? Объяснить произошедшее девушка не смогла бы и сама себе, а другим и подавно. Что откуда берётся?
Голова кружилась, Арина закрыла глаза и открыла их только, когда услышала голос водителя, приглашающего опять занять места в автобусе. Встала и, не поднимая глаз, пошла в направлении транспорта. Проходя по коридору, почувствовала прикосновение к своему плечу и оглянулась. Рядом стоял тот самый пограничник, который недавно проверял её документы.
– Давайте отойдем, – тихо попросил он.
«Сейчас скажет, что мне выезжать нельзя» – только и успела подумать. Но нет. Пограничник теперь смотрел на неё совсем по-другому. И Арина поняла, что ничто человеческое ему не чуждо.
– Откуда? Откуда Вы узнали? – тихо шептал, заглядывая в глаза собеседницы.
– Что узнала? – не поняла девушка.
– То, что у меня есть сын. И то, что он попал в аварию.
– Я не знаю. Просто увидела и всё.
– Как это, «просто увидела»? – пограничник прищурился и повысил тон, его взгляд стал едким и колючим. – Может ты русская шпионка? – резко перешел на «ты».
– Нет. Я не шпионка, – устало и едва слышно ответила девушка. – Я – ведьма. Я могу видеть на расстоянии, могу видеть будущее. Многое могу.
Слова снова вылетали из её горла сами по себе. Какая-то часть сознания упрямо сопротивлялась и сигнализировала об опасности, но завершить разговор на полуслове Арина не могла, как ни старалась.
– А если я тебя не пропущу? Заставлю вернуться? – его тон стал ещё жёстче.
– А смысл? – пожала плечами. – Пропустите. Вы меня уже пропустили. И ещё. Сын ваш будет жить. Ему уже ничего особо не угрожает. Пара неглубоких царапин, ушибов, плюс сотрясение мозга. Максиму недели через полторы будет в полном порядке.
– Уверена? – излишняя прыть пограничника как-то разом сдулась, его голос стал тише. Девушка уловила в нём знакомые нотки чисто человеческой надежды.
– Да. Уверена.
Пограничник посмотрел на неё в упор, а потом вдруг развернулся и быстрым шагом направился внутрь служебного помещения.
Порыв свежего ветра сыпанул мелкой взвесью дождя, бросил ещё не холодную влагу в лицо, бодрил, как мог. Арина почувствовала себя легче.
– Занимаем свои места в салоне – снова повторил голос водителя.
Хотела идти к автобусу, но ноги отказались слушаться.
«Нейтральная полоса. Грань. Вот я сейчас стою на этой грани и ничего не могу понять. Откуда что взялось? Зачем? Быть преемницей я отказалась. Но события, никак не связанные со мной, происходящие кто знает где – увидеть смогла. Как? Почему сказала пограничнику, что я ведьма? Ведь это неправда. Моя мама – ведьма. Моя мама – Хранительница. Не я. А кто я?».
Движима невольным чувством, подняла взгляд в небо и увидела знакомую птицу. Та зависла прямо над её головой, почти касаясь низкого небосвода, и какое-то время казалась совершенно неподвижной. Несмотря на приличную облачность, в прореху туч пробился солнечный лучик и коснулся небесного странника.
«Сокол! Это же сокол!» – мелькнула догадка, на душе стало теплее.
Дождь усиливался. Холодные капли больно били по лицу, а, непонятно откуда взявшаяся в западной части неба, серая туча, нещадно закрывала сине-розовый простор.
Птица взмахнула огромными крыльями прямо над нейтральной полосой, развернулась и стремительно полетела обратно. В Россию.
«Матушка Земля Ар! Дорогая моя Матушка! Неужели я ошиблась? Неужели сделала что-то не так?» – слова рождались где-то в сердце и собирались плотным комком в её горле. Слезы текли произвольно, и Арина была рада дождю, который спрятал их от чужих глаз.
– Арина! Пора!
Девушка развернулась и увидела, стоящего рядом, Артура.
– Все уже в автобусе. Нам пора ехать.
Он протянул ей руку и помог сделать шаг, затем второй. С его помощью она зашла в автобус и, чувствуя на себе взгляды других пассажиров, не поднимая глаз, вернулась на своё место.
– Скажи, а как ты поняла, что у сына этого пограничника какие-то проблемы? – соседу тоже был интересен инцидент на контроле.
– Не знаю. Просто совпадение, – ответила девушка и закрыла глаза.
Ей сейчас совсем не хотелось ни о чём говорить.
– Да что ты! Какое совпадение? Так не бывает! – не унимался Артур.
Но она промолчала. Отвернулась к окну и замерла.
«Почему наша птица вернулась? Она меня оставила? Что это значит? Я не должна была уезжать? Моё место там, в родном городе? На родной земле? Но ведь я же не навсегда…».
– А в Эстонии живут соколы? – резко повернулась Арина к соседу.
Тот продолжал беззаботно листать ленту новостей в телефоне, и, услышав её вопрос, немного растерялся.
– Не знаю. Чайки есть. Альбатросы. У нас же море, Балтика. А о соколах ничего не скажу. А тебе зачем?
Но девушка снова не ответила. Её мысли были далеко. Она немного помолчала, а потом вдруг добавила:
– А в Словакии? Интересно, там они живут?
– Может и живут. Ведь в Словакии много лесов. И горы есть. Татры.
– А в горах есть скалы, – задумчиво продолжила девушка. – И возможно там тоже живут скальные соколы.
На новом месте ночь подарила Арине очередной сон-видение. Будто стоит она на великом белом камне. Посреди бурлящего океана. Огромные волны, похожие на скалы, закрывают горизонт. И сколько девушка не всматривается вдаль – не может ничего ни увидеть, ни разглядеть.
«Что же там? Что там, впереди?» – терзает её вопрос.
– Там новый мир. И новая жизнь. По новым правилам, – слышит ответ. Поворачивается и видит – рядом на камне сидит та самая птица с женским лицом, Гамаюн.
– Ты говорила, что сюда попадают только Хранительницы. Как же я оказываюсь здесь во второй раз? – спрашивает Арина птицу.
– Фи, а мне почём знать? Может ты Хранительница и есть? А, может, будешь ею в скорости? Не моего это птичьего ума дело, – птица прищуривается и улыбается с хитринкой. – Вона у Зари спроси. Заря всё знает, даже боле мово, – повела крылом в сторону.
И только теперь Арина замечает, что кроме неё и птицы, на острове есть кто-то ещё. У самого обрыва белокаменного виднеется силуэт девушки, что сидит, свесив ноги вниз.
– Её зовут Заря?
– Ага. Заря, – птица снова хитро улыбается и добавляет, – ну вы тут потолкуйте сами, а мне пора, – и, взмахнув крыльями, исчезает за очередной волной, похожей на многоэтажный дом.
– Заря! Заря! – кричит Арина девушке на обрыве, но та и не думает оборачиваться. А голос растворяется в грохоте волн, что разбиваются о скалистый белокаменный берег, и утекает вместе с ними обратно в океан.
Открывать глаза не хотелось, хотя спина, от неудобной позы, порядком затекла. Серое пасмурное таллинское утро. Эту гостиницу в центре старого города, понимая, что в Таллине придется остаться на ночь, Арина зарезервировала заранее. Самолет на Вену был только в три часа дня, и у неё было достаточно времени, чтобы немного прогуляться по столице Эстонии.
Накануне девушка, вооружившись вай-фаем, изучила карту города и определила интересующие достопримечательности. Было решено сходить в два места: в первую очередь к морю, поскольку она никогда раньше не видела Балтику. Ну и, конечно, заглянуть на Ратушную площадь, о ней ходило много легенд. В сети писали, что если стать на розу ветров, нарисованную в центе площади, и загадать желание, то такое желание обязательно сбудется.
Арина пока не придумала, какое желание загадать, однако решила, во что бы то ни стало, побывать на этой площади. Кто знает, придется ли ей приехать сюда ещё? Всё возможно, ведь жизнь – штука длинная. Но где-то внутри её сердца жило сомнение. Особенно после сегодняшнего сна.
Новая жизнь, по новым правилам. Это девушка слышала уже не раз. Что её ждет? Что ждет всю землю и всех её жителей? Арина чувствовала, что разгорающиеся перемены коснуться всех. Каждого человека, каждое живое существо. И от этого захватывало дух, волновало и пугало одновременно.
Завтрак был скромен и разнообразием не блистал. Девушка-официант, услышав её русскую речь, покачала головой. Мол, не понимаю. И Арина перешла на английский. После завтрака поспешила уйти на улицу, в этих стенах ей в момент стало тесно и не комфортно.
«Быстрее! Быстрее к морю. Оно придаст мне силы» – мелькнуло в голове. Девушка включила навигатор и уверенно зашагала в сторону побережья, которое, к слову сказать, оказалось совсем недалеко. Таллин вообще – небольшой город, добраться пешком до любой точки здесь легко.
Было довольно рано и людей на пляже практически не наблюдалось. Стылый северный ветер поднимал невысокие волны, которые изумрудными языками то и дело облизывали белесый берег. Арина подошла поближе к линии прибоя и села прямо на песок. Протянула руку вперед и коснулась белой шапки, незаметно подкравшейся, волны. Холодная вода вошла в ладонь тысячей острых иголок. Несмотря на холод, руку не отвела, позволив и следующей волне поприветствовать себя. Постепенно тело привыкло, и Арина стала даже получать от происходящего какое-то невероятное удовольствие. Казалось море, такое суровое и непредсказуемое, как маленький щенок, лижет ей руку, признавая свою хозяйку.
– Тереа, – услышала девушка рядом и оглянулась. За её спиной стоял парень, одетый в кожаную куртку и такие же брюки, в высоких остроносых сапогах.
– Я не говорю по-эстонски, – бросила небрежно, и снова перевела взгляд на море. Это парень ей был совсем неинтересен.
– Привет, – снова сказал он, – надеюсь так более понятно?
– Да, так понятно, – разговаривать девушке не хотелось, тем более, с незнакомцем. Она пришла сюда пообщаться с морем, а этот человек без спроса вторгался в её святое одиночество. Поэтому продолжала оставаться к пришельцу спиной и беседу не поддерживала.
– Русская? – проявил настойчивость парень.
Арина разозлилась. Вопрос проигнорировала, и даже не повернулась. Кем он себя считает и почему продолжает ей досаждать? Вот же приставучий какой.
– Я – Эрик. Извини, что помешал. Просто захотел познакомиться с красивой девушкой. Не обижайся.
– Вот именно, помешал, – Арина раздосадовано вздохнула и повернулась. – Тебя родители не учили вежливости? Если тебе не отвечают, значит, разговаривать не хотят, – выпалила, как отрезала.
– Не злись. По тебе же видно, что ты не злая, – улыбка парня была открытой и светлой, но немного дурацкой. Невольно вспомнился Радомир. Они и правда, были чем-то похожи с этим Эриком.
– И что тебе ещё видно? – не смогла удержаться от сарказма.
– То, что ты приезжая. И ещё то, что ты русская.
– Очень глубокие наблюдения. Во-первых, то, что я разговариваю по-русски, ещё ни о чём не говорит. А во-вторых…
– И, во-первых, и, во-вторых, не злись. Я же с добром, просто хотел познакомиться. Должно же быть что-то хорошее в это промозглое утро.
Парень опять улыбнулся. Глядя на него, Арина почувствовала, как напряжение от неожиданной встречи постепенно уходит. В самом деле, что это она завелась?
– Арина, – ответила она более миролюбиво.
– Вот и познакомились, – обрадовался Эрик. – Кофе хочешь?
– Давай. Только рано слишком, все кафе закрыты.
– Сразу видно, что ты не местная. Тут недалеко есть небольшое кафе, оно работает круглосуточно. Идем?
– Сейчас, – девушка опять повернулась к морю и поймала рукой ещё одну волну. На этот раз вода снова показалась ей обжигающе холодной, и она резко отдёрнула руку.
– Да, Балтика – море холодное. Курортный сезон давно прошёл. Он у нас короткий, – рассказывал парень. – А ты откуда?
Тем временем Арина встала, отряхивая с колен белые песчинки, что прилипли к её джинсам.
– Оттуда, – неопределенно махнула в сторону моря.
– Россия там, – показал он рукой в другую сторону.
– Я не из России, – продолжила девушка, не желая откровенничать.
– А откуда? – удивился Эрик.
– Из-за моря синего, родом с Алатыря-камня, – улыбнулась хитро.
Парень неопределенно хмыкнул и замолчал, продолжая идти рядом. Молчала и Арина, разговор не клеился. Пусть инициативу проявляет кавалер.
«Нужно позвонить маме» – вдруг пришла в голову мысль. Они разговаривали с матерью почти два месяца назад. Коротко и неопределенно девушка упомянула, что собирается уезжать. Злата была в общении тоже очень аккуратна, и сильно расспрашивать не стала.
– Странная ты, – вдруг подал голос Эрик.
– А ты нет? – Арина повернулась к нему. – Не я к тебе подошла, а ты ко мне. Не я тебя расспрашиваю, а ты меня. Я странная? Почему? Потому что ничего не хочу рассказывать? Да, не хочу. Если тебя это смущает – иди своей дорогой. Не держу. Ты обещал угостить кофе. Я согласилась. Что мне за это тебе душу наизнанку вывернуть?
– Ладно, ладно, – миролюбиво ответил Эрик, поднимая ладони вверх, – ты права. Не хочешь, не рассказывай, твое дело. Как и обещал, кофе с меня. Вот там кафе, через дорогу, пошли, – и взял её за руку. Выдёргивать руку девушка не стала (ещё чего), и спокойно позволила Эрику перевести себя по пешеходному переходу.
Они зашли в небольшое уютное помещение, недалеко от пляжа. В кафе размещалась лишь пара круглых столиков да стойка. Других посетителей не было, пустовало даже место за стойкой. Зато присутствовала заметная табличка – свободный вай-фай.
– Слушай, а давай пока ты кофе закажешь, я позвоню. Мне срочно нужно. Постараюсь недолго.
– Звони, – парень оставил девушку у столика, а сам двинулся к стойке.
Арина достала телефон, подключила интернет и набрала номер матери.
– Алло! – выдохнула в трубку, как только поняла, что вызов принят.
– Арина? Дочка, у тебя всё в порядке? – услышала встревоженный голос Златы.
– Да, Всё хорошо. Не волнуйся. Я сейчас в дороге. Как доберусь до места, перезвоню и всё расскажу подробнее. Как ты? Как здоровье?
– Здоровье хорошо, доченька, не переживай. Как здорово, что ты позвонила. Недавно звонил Ярослав, у него дела тоже в порядке.
– Возвращаться не собирается?
– Нет. Пока нет.
– Как Мира? – Арина вдруг поняла, что совершенно не понимает о чём ей разговаривать с матерью. Пропасть, которая за эти годы образовалась между ними, не давала проникнуть душевному теплу, как чёрная глубокая яма, поглощающая любой свет.
– Всё как всегда. Работает. Пишет, – рассказывала Злата, а Арина в этот момент пыталась уловить в её голосе те самые, знакомые с детства, нотки. Нотки любви, заботы и нежности.
– А Стас? Как у него дела?
– Стас? – Злата немного замялась. – Знаешь, мы с ним решили пожить вместе. Неделю назад он переехал ко мне, – добавила как-то несмело. – Ты же не против? Правда?
Арине показалось, что мама сейчас почему-то пытается оправдаться и очень боится, вдруг дочь не поймет её и осудит.
– Вот это новость! – оживилась девушка. – Ну, слава Богу! Наконец-то! Я уже боялась, что это никогда не произойдет. Мама, ты молодчина! Даже не представляешь как я рада!
– Правда? – Арине показалось, что голос матери задрожал. – Спасибо, дочь!
И в это самое мгновение она уловила тот самый поток нежности и тепла, который так давно ждала, которого так давно не хватало.
– Мамочка, я люблю тебя! – само по себе вырвалось из её горла.
– И я люблю тебя, солнышко!
Связь оборвалась. Но это было уже не существенно. Что-то важное и главное благополучно успело случиться.
– А вот и я! – Эрик стоял перед ней с двумя бумажными стаканами в руках, – останемся здесь или вернемся к морю? – спросил, наклонив голову набок.
– А давай ты отведешь меня на Ратушную площадь! – вдруг предложила девушка, сияя.
Парень даже немного опешил от такой резкой смены настроения:
– Отлично! Идем?
– Идем, – ответила Арина и поднялась со стула. Теперь она точно знала, какое желание загадает, стоя на розе ветров посреди Ратушной площади.
Пушистые белые облака постепенно закрывали и небо, и землю, самолет только набирал высоту. Арина смотрела в иллюминатор, и едва уловимая улыбка трогала уголки её губ. Она думала о том, как много событий произошло за сегодня. А ведь день ещё далеко не закончился!
Девушка успела прогуляться по Таллину, сходить к морю и на Ратушную площадь. И ещё она познакомилась с этим удивительным и смешным Эриком. Парня как будто приклеили к ней. Сначала он угостил её кофе, затем провел экскурсию по старому городу. Вместе они дошли до Ратушной площади, потом до гостиницы. Эрик накормил её обедом и даже отвез в аэропорт.
– Запиши мой телефон. И звони почаще, – настойчиво повторил парень несколько раз.
Номер его Арина записала и дала ему свой. Зачем? Наверное, просто из вежливости и в благодарность за заботу.
Эрик рассказал ей, что занимается музыкой и играет в рок-группе. В Россию приезжал только в далеком детстве, пока были живы дедушка с бабушкой. Мама Эрика – русская, родом из-под Ростова, в студенческие времена приехала в Таллин на практику. Тут вышла замуж за эстонца, тут и прожила всю свою жизнь. Год назад она умерла от рака, оставив Эрика с младшей сестрой, и мужа, который её безумно любил.
Арине было где-то жаль парня, она видела, что в свои двадцать восемь он ещё совсем незрелый. Такой себе малыш в теле взрослого мужчины. Девушка не собиралась продолжать это знакомство, однако и невежливой быть не хотела. Так была воспитана, в такой атмосфере жила с детства. Атмосфере доверия и поддержки.
Теперь Арина всё чаще думала о маме. Как здорово, что они со Стасом вместе. Ведь, если посмотреть правде в глаза, Стас был одним из немногих, кому она, Арина, доверяла полностью и безоговорочно. Наверное, даже больше чем маме и брату. Раньше была ещё и Мира, но с тех пор, как она вышла замуж, Арина напрочь потеряла ощущение искренности, существовавшее ранее между ними.
Она с интересом смотрела в иллюминатор. Самолет уже набрал высоту, и пушистые облака остались далеко внизу, а перед глазами был бескрайний голубой простор. Машинально потянула руку к груди и дотронулась до, висевшего на ленточке, камушка. Бенедикта. Как часто она помогала ей, подсказывала и выручала. Вот и сейчас девушке захотелось услышать напутствие, ведь там, впереди, её ждала полная неизвестность.
– Бенедикта, ты меня слышишь? – мысленно потянулась к собеседнику.
– Слышу, – камень под пальцами стал тёплым, почти горячим.
– Что ждет меня там, впереди? – спросила о том, что никак не давало ей покоя.
– А вспомни, о чём ты загадала желание, стоя на розе ветров, на Ратушной площади? – вопросом на вопрос ответила Бенедикта.
– Я загадала – найти своё место на земле, свою основу. А ещё – выполнить то, ради чего родилась. У меня получится?
– Получится. Обязательно получится.
Камень стал остывать, и Арина сообразила, что разговор окончен. Она закрыла глаза и откинулась на спинку кресла, расслабилась, обмякла. Сон мягкой лапой коснулся её лица. И девушка снова оказалась на острове. Том самом, белокаменном Буяне, что на Алатырь-камне стоит, и куда попадают исключительно Хранительницы.
Оглянулась вокруг. Погодка была хмурой, ветреной и особо не радовала. Огромные волны по-прежнему закрывали горизонт. На краю обрыва виднелся силуэт девушки.
«Кажется, её зовут Заря» – вспомнила Арина разговор с вещей птицей. – «И она должна знать, почему я снова здесь. Нужно спросить».
Она хотела сделать шаг, но поняла, что не может. Ноги, как будто вросли в белую поверхность камня.
– Ей! Заря! Ты слышишь меня? – крикнула в сторону силуэта. – Подойди ко мне! Пожалуйста!
Но её речь успеха не имела, слова растаяли в невероятном грохоте волн, девушка в ответ даже не пошевелилась.
– Она тебя не слышит, – раздалось за её спиной. Арина оглянулась и увидела всё ту же птицу с женским лицом, которая хитро улыбалась.
– Снова ты? – заметила удивленно. – О чём теперь поведаешь?
– И тебе здравствуй! – лицо птицы стало каким-то загадочным – Что, не отпускает тебя Буян да Алатырь-камень? А ещё говоришь – не Хранительница. Врешь ведь. То ли мне. То ли себе.
– Ничего я не вру. Это мама моя Хранительница, а я нет. Видимо, где-то ошибка случилась. Поверь!
– Ну да, ну да. Ошибка! – птица чисто по-человечески заливисто засмеялась. А потом громко крикнула:
– Заря! Зоренька! Иди сюда!
Девушка на обрыве пошевелилась. Арина видела, как она встала и направилась к ним. Не прошло и нескольких секунд, как Заря стояла перед собеседницами: в красном сарафане, высокая, стройная, красива строгим лицом и величава статью.
– Здравия вам! – слегка поклонилась. – Ты звала меня, Гамаюн? – повернулась к птице.
– Вот, – птица кивнула в сторону Арины, – новая Хранительница. Ничего не ведает и ничего не умеет. И как таких-то в Хранительницы берут? Вот, лучше бы меня взяли. Толку заведомо больше.
Лицо девушки осветила добрая, лучезарная улыбка. Она протянула руку и погладила Гамаюн по голове:
– Хранительницами бывают только люди, милая. А ты – птица. Хоть и вещая. Тебя не возьмут. Задачи у тебя иные.
– Вот так всегда, – Гамаюн изобразила обиду, – сплошная дискриминация. А ещё говорят, что все тут равны. Фигушки!
– Заря, послушайте, – Арина немного замялась, но понимала, что именно сейчас пришло время получить ответ на свой нерешаемый вопрос, – я не Хранительница. Это мама моя, но не я. Я не смогла стать её преемницей. Я не должна здесь быть.
– Не должна говоришь? – девушка разом стала строгой. – А как же твоё желание? То, которое ты загадала на Ратушной площади?
– Откуда? Откуда Вы это знаете? – опешила Арина.
– Я всё знаю. И то, что было. И то, что будет. И то, что ты совсем не случайно оказалась здесь.
– Значит, всему есть причина? Я могу её узнать? И что мне вообще делать?
Заря на минуту замолчала, лишь хмурая складка проросла тенью на её идеальном челе. Гамаюн молчала тоже, что было на неё совершенно не похоже. Когда Арине стало казаться, что её вопрос снова останется без ответа, Заря вдруг заговорила:
– Несколько недель назад погибла одна из Хранительниц. Сильная, молодая. Снаряд разорвался совсем рядом. Преемницу не оставила. Не успела. Да и не было у неё ещё дочери. Лишь двадцать пять исполнилось, почти как тебе сейчас. Мир ускорил своё движение в бездну. И Матушка выбрала тебя. Ибо ты почти все посвящения уже прошла. И быстрее всех сможешь встать в круг, восстанавливая целостность обережного ожерелья. Ты хотела знать, ради чего родилась и какое оно, твое предназначение, так? Слушай меня: твое предназначение – прямо сейчас встать в круг и принять миссию Хранительницы. Если не сделаешь этого, то уже восьмого ноября проснется Скиперь Зверь, Большой Хаос и поглотит этот мир. Вспомни свой сон про Чернобыль.
– Что ты такое говоришь? Не смей! Мне страшно! – Арина почувствовала, как холодный ручеек пота бежит по её спине.
– Всем страшно. Но станет ещё страшней, когда проснется настоящий лютый Хаос. Времени у тебя нет. И выбора тоже.
А дальше, вместо белокаменного острова, опять появился давящий, страшный коридор. Блики тусклой лампочки освещают ей дорогу, пересохшее горло саднит, ощущение невыразимого ужаса сковывает сердце…
Арина резко открыла глаза. Она по-прежнему находилась в самолете. Мерно работали двигатели, сосед тихонько похрапывал рядом. И только камень, висевший на её груди, стал очень теплым, почти горячим.
– Бенедикта, скажи, всё это правда? – девушка надеялась, что талисман как-то успокоит её или поддержит.
– Правда. Это правда, – незамедлительно ответила Бенедикта и прервала ментальную связь, ничего не поясняя. Камень стал остывать.
«Как же так? Всё равно не избежать данной миссии? Я ведь отказалась» – бешено колотилось сердце. – «И бусины у меня нет. Куда мне в Хранительницы?» – рука сама потянулась к камешку на шее.
Осенило Арину внезапно, будто током ударило. Её оберег-талисман, её Бенедикта и есть та самая бусина, которая может восстановить обережное ожерелье Матушки Земли Ар. Девушка попыталась успокоиться, сделала несколько глубоких вдохов и выдохов, затем снова взяла в руки камень и сосредоточилась.
«Видимо от судьбы не убежишь», – подумала Арина. – «И если это и есть моё предназначение, то я готова встать в круг. Готова!».
Что-то мимолётное, неуловимое произошло в окружающем пространстве, как будто кто-то разлил воздухе несколько, слышимых только ей, пронзительных, щемящих нот. Создалось впечатление, что самолет качнуло немного вверх и повело в сторону, но уже в следующее мгновение всё стало на свои места. Всё стало как обычно. Как обычно?
В теле разом, бурной рекой, проснулась сила, которая наполнила её до краёв. Сила Жизни и Созидания. Та самая, которую впервые Арина ощутила в Аркаиме, что скрывалась у неё глубоко внутри, никак не проявляясь до настоящего момента. Сила настоящей Хранительницы.
А колесо жизни продолжало катиться по просторам бескрайней Вселенной. Время бежало неуловимо и неумолимо. Стоя на берегу, в месте, где Дунай встречается с Моравой, Арина вспоминала свой сон в самолете и слова Зореньки о том, что уже восьмого ноября мир может поглотить всеобъемлющий Хаос.
Прошло почти два месяца, до указанного срока оставался всего один день. За прошедшее время девушка смогла немного попривыкнуть к новым условиям жизни. Город ей нравился. Она много гуляла в свободное от учебы время. У неё даже появились любимые места, которые она посещала чаще других.
Очень нравилось бродить улочками старого города, и обязательно посидеть в тихой, блаженной прохладе костёла Святого Мартина. В этом храме короновали десять королей и восемь королевских жён. Наверное, энергия от этих коронаций витала в воздухе и сейчас, девушка могла её чувствовать. Она любила подходить к фигуре святого Мартина и смотреть ему в лицо. Ей казалось, что фигура оживает и разговаривает с ней.
Ещё Арина частенько бывала в Братиславском граде, иногда поднимаясь на одну из четырёх сторожевых башен. Вид открывался оттуда невероятно красивый. Сам град располагался на высоком утёсе, на левом берегу Дуная. Глядя в узкое окно башни, казалось, что она сама превратилась в сокола – свою родовую птицу. И сейчас, стоит только взмахнуть крыльями – взлетит прямо к солнцу.
Но чаще всего она бывала именно здесь, недалеко от замка Девин, где Дунай пробил русло меж Малыми Карпатами, чтобы встретиться с Моравой. Говорят, что раньше, в месте слияния рек был перекресток Подунайской и Янтарной дорог, а сам замок играл важную роль в обороне Великой Моравии – древней страны, существовавшей и исчезнувшей много веков назад.
Возможно это место, наполненное призраками прошлого и духом истории, дарило ей свою силу, помогало оставаться собранной и энергичной. Но была и другая причина, по которой Арину тянуло в эти места. Здесь находилось множество скал и ущелий. А, значит, вполне могли водиться и скальные соколы. Каждый раз, приходя сюда, она искала их в небе глазами. Только, увы – небосвод бороздили совсем иные пернатые.
«Восьмое ноября завтра. Что за такой значимый день? Почему Заря заострила моё внимание именно на этом дне?» – девушка вспоминала свой «поднебесный» сон в самолете, но развить мысль не успела, зазвонил телефон. Посмотрела номер, это был Эрик.
– Алло! – ответила Арина.
– Привет, принцесса. Как дела? – услышала в ответ.
– У меня всё в норме. Давай так, если что-то срочное, говори быстро. Если хочешь просто поболтать – перезвони вечером, со временем сейчас не очень.
Времени девушке было действительно жаль, особенно в таком месте.
– Всё осознал. Отползаю. Позвоню позже, – ответил парень и положил трубку.
«Как хорошо, что он меня так понимает и не обижается» – подумала Арина. – «Просто идеальный друг и собеседник». Все эти два месяца ребята общались регулярно. Инициатором практически всегда был Эрик.
Девушка снова и снова осматривала небо в поисках знакомого силуэта. А солнце уже катилось к закату, начинало стремительно темнеть. Нужно было спешить, чтобы добраться в общежитие университета засветло.
«Как любопытно, но чем больше я общаюсь с Эриком, тем чаще вспоминаю Радомира» – подумала невзначай.
Раньше ей казалось, что старая история полностью завершилась в тот момент, когда она попрощалась с Радомиром по телефону, ответив «нет» на его предложение. Но в последнее время часто ловила себя на мысли, что вспоминает о парне, думает о нём. Правда звонить не собиралась. И в разговорах с мамой о Радомире не спрашивала. Возможно, мама и не знает ничего. А если знает? Нечто такое, что может ей, Арине, не понравиться? Ведь прошло так много времени, целых три года.
Поэтому, Эрик для девушки был идеальным приятелем. Своими разговорами мог подбодрить, успокоить, здорово переключал, помогая направлять её любопытство в другую сторону. Эрик ей даже нравился, оставаясь таким веселым, забавным и немножечко смешным. Однако только сейчас она смогла осознать, что к Радомиру испытывала что-то совсем иное.
В Москве Арина совсем не чуралась встреч и успела познакомиться с двумя парнями. Но, вся странность этих свиданий-ухаживаний заключалась в том, что наскучивали они чрезвычайно быстро, отношения девушка разрывала скоропалительно и безвозвратно. Внутри неё жило что-то неведомое. То ли знание, то ли предчувствие, то ли ощущение. А с тех пор как проснулась сила Хранительницы, всё чаще и чаще хотелось остаться наедине с собой. И поэтому ухажеры, которых у Арины всегда было немало, её по большей части просто раздражали.
Серые тучи не на шутку затягивали небо, подул холодный ветер.
«Дальше мешкать нельзя, иначе совсем стемнеет и будет страшно» – подумала девушка, однако, вопреки очевидному, уходить не спешила. Наоборот, спустилась к воде и села прямо на землю, прислонившись спиной к стволу огромного дерева, что росло тут, вероятно, много-много лет. Закрыла глаза, ментально настраиваясь. Ощутила поток силы, поднимающийся от земли по позвоночнику к макушке её головы, а затем разливающийся по всему телу.
«Матушка Земля Ар! Помоги! Расскажи, почему Заря упоминала восьмое ноября? Что может случиться завтра?».
Прислушалась. Вокруг было довольно тихо. Лишь только ветер неспешно обрывал с веток оставшиеся листья, да шум волн Дуная и Моравы рассказывал ей свои речные истории на непонятном языке. Мысли стали приходить в голову разные. Что она слышала про это восьмое ноября?
Читала в сети о предстоящем лунном затмении. И что будет оно крайне необычным, поскольку Луна окрасится в красный цвет. Наверное, поэтому многие астрологи называют предстоящее астрологическое событие – кровавым затмением. Такая формулировка её пугала и настораживала. Вспоминались почему-то снова слова Зари, что в мир может прийти большой Хаос. Но ведь она, Арина, миссию приняла и Хранительницей стала. Неужели этого недостаточно? Неужели опасность не миновала?
«Матушка Земля Ар, ответь! Что случится завтра? Неужели я не справилась и Хаос всё же грядёт?».
Её тело начало дрожать. То ли от холода, который хлынул от земли, то ли от волнения, которое вдруг проснулось в сердце. Медленно открыла глаза. Сумерки стали плотными, постепенно заполняя собой всё пространство. Ей и, правда, нужно было спешить. Она подняла глаза и тут… Большой чёрный силуэт, едва различимый в темнеющем небе. Огромный размах крыльев, такой знакомый и такой родной.
«Неужели это ты, мой сокол? Ты вернулся?» – только и успела подумать девушка, как почувствовала едва заметную вибрацию земли. Матушка была готова с ней говорить.
«Матушка Земля Ар! Ответь, что случится завтра?» – спросила с надеждой.
«Завтра родится новый мир. Придёт новое время. И все люди будут жить по новым правилам. Всё изменится. Смерть соберет свой кровавый урожай. Но свет победит. Не сразу, но зримо. И это будет действительно победа. Будущее станет настоящим. Самое невероятное – реализуется. Вот только впереди – большие испытания. Каждой Хранительнице предстоит чистка огнём и истиной. Маски будут сброшены. Начинается стремительный подъем вверх. Ложное уйдет. И наступит золотой век».
Арина слушала, замерев. Ей хотелось задать множество вопросов и попросить совет. Но интуитивно девушка понимала – не сейчас. Матушка разговаривает с ней! Впервые с тех пор, как взяла она на себя ответственную, почетную и одновременно тяжелейшую миссию. Миссию Хранительницы. Матушка одарила её своим вниманием. Она предупреждает и направляет. Она слышит и ценит её.
Несколько минут девушка прислушивалась. Не скажет ли Матушка ещё чего-нибудь? Но та замолчала. Арина получила ответ. Она встала, вышла на тропинку и медленно пошла в сторону выхода, в темноту сгущающейся ночи.
«Приходит новое время, и великий Хаос не сможет победить. Значит, я всё сделала правильно, когда стала в круг крепить обережное ожерелье, приняла обязанности Хранительницы. Матушка сказала – наступит золотой век. Интересно, каким он будет? И что значит: очищение огнём и истиной? И почему смерть соберет свой кровавый урожай? Не потому ли, что завтрашнее лунное затмение именуют кровавым?».
У неё было слишком много вопросов. Но на улице стало совсем темно, и девушке пришлось ускорить шаг. Завтра наступит новый день, она отгадает новые загадки и получит новые ответы. Теперь Арина знала точно: впереди время больших перемен. Жизнь на этом не заканчивается, а значит – продолжение следует.
Тьма ворочалась. Ей никак не давали покоя пространства, богатые энергией, но не доступные в настоящий момент. Таких оставалось всё меньше и меньше, а потому каждая новая добыча становилась ещё ценней. Мало что могло противостоять великой Тьме.
Этот маленький голубой шарик, возле небольшой жёлтой звезды, был хорош. Как сочный бургер для голодного подростка. Понятиями «бургер» и «подросток» Тьма не владела, зато ощущение голода ей было прекрасно знакомо. Как постоянное, почти непрерываемое состояние её бытия. И сейчас Тьме предстоял пир!
Откладывать процесс питания причин не существовало, и от великой Тьмы потянулись к голубому шарику острые языки Хаоса. Вот только странное дело, чем ближе приближались они к новому мирку, тем больше росло сопротивление. Если бы Тьма могла удивляться, она бы удивилась, но, недоступная эмоциям, лишь усилила нажим. Языки Хаоса теснее подступали к планете, окутывая её со всех сторон. Их скорость замедлилась, часть из них разметало, рассеяло ударами неведомой Силы, но остальные продолжили яростно пожирать, отделявшее от цели, пространство.
Сравнительно недалеко от линии Кармана
5
скорость движения захватчиков упала до нуля. Языки Хаоса с остервенением бились в невидимую преграду, то прогибая её, то откатываясь назад, но преодолеть защиту Земли были не в силах. А Тьма продолжала неотступно наращивать давление, порождая новые ядовитые эманации всех видов и форм. Противостояние входило в новую фазу.
Под ударами тёмных сил, на разных участках сферы контакта, то здесь, то там стали проявляться мириады светлых точек, связанных между собой в единое целое тончайшими силовыми линиями. Защитная сеть кокона встречала Тьму во всеоружии – Ожерелье выполняло свою работу!
«По сообщениям различных информационных агентств, учёных-астрономов заинтересовало резкое нарастание в 2022 году потока космического излучения в направлении Земли. Что-то страшное произошло во Вселенной, – заявили учёные. – На Землю обрушился колоссальный поток космической радиации. Астрономы зафиксировали на небе рекордную вспышку гамма-излучения.
Гамма-излучение, строго говоря, не радиация, а такой же «свет», как привычный видимый нам. Только очень жёсткий. Все мы знаем, что надо опасаться ультрафиолета, особенно коротковолнового. Он в состоянии буквально сжечь человека. Жёстче ультрафиолета – рентгеновские лучи. Так вот, гамма-лучи ещё злее рентгеновских.
К счастью, атмосфера и её поля полностью блокируют от нас и коротковолновой ультрафиолет, и рентгеновские, и гамма-лучи. Но вот только последние события заставляют сильно задуматься, насколько хватит этой защиты».