Утро началось у меня «великолепно»… В смысле — так, что хоть кино снимай под названием «Потоп: Месть сантехники».

Прорвало кран. Ну конечно, куда же без этого! Я стою, смотрю на фонтан, бьющий из-под раковины, и думаю: «Вот это старт дня!»

Котенок что есть дури сидит и орет на стуле, видимо очень не любит воду. Мне его воплей еще не хватало. Беру этого шалопая и уношу в комнату девочек.

На работу через полчаса. План «А»: звоню начальнику.

— Алло, Пётр Иванович? Это я… Да, понимаю, что рано… В общем, у меня тут… небольшой потоп. Ну как небольшой… Нет, не шучу!

К моему удивлению, начальник сегодня явно выпил не просто чай или кофе. После пары минут моих сбивчивых объяснений (где «прорвало» звучало раз десять) он выдаёт:

— Отгул дам. Но с условием: выйдешь в выходной.

— Афигенно! — причитаю я, понимая, что поездка к детям отправляется в долгий ящик.

План «Б»: звонок в УК.

— Здравствуйте, у меня прорвало кран…

— Хорошо, отправим специалиста, как только будет свободен, — отвечают мне с олимпийским спокойствием.

«Как только будет свободен» в переводе с УК-языка означает «к вечеру, если звёзды сойдутся». А пока… пора спасать квартиру.

И вот я, словно енот-полоскун (хотя, честно говоря, сомневаюсь, что милые еноты владеют таким богатым словарным запасом), ползаю по полу с тряпками. Вода будто решила проверить: а сколько ещё я выдержу? Я борюсь с потопом, попутно сочиняя монолог о коварстве сантехники и несправедливости судьбы. Если бы еноты вели блог, мой назывался бы «Один день из жизни мокрой катастрофы».

Звонок в дверь.

Я бросаю всё, бормочу под нос выражения уровня «ну-ка, сантехника-чародея сюда!» и плетусь в прихожую. Вид — загляденье: лохматая, халат с одной стороны мокрый, прилип к ноге. Одергиваю его, вздыхаю и подхожу к двери.

Гляжу в глазок — а там… Денис.

Блин… Как вовремя! — мысленно восклицаю я, мгновенно представляя, как выгляжу со стороны. Мокрая, взъерошенная, с тряпкой в руке — ну чисто героиня комедии с лужей на полу.

Может, не открывать? — мелькает трусливая мысль.

Но тут — снова стук. И голос Дениса, бодрый с налётом нахальства:

— Открывай! Мне твой номер квартиры дала подруга, та, которая с котом-шизофреником. И да, я знаю, что ты дома! Открывай, я не уйду.

Зашибись… — думаю я. — Без его приколов точно теперь не обойдётся.

Делаю глубокий вдох, собираю остатки достоинства в кучку и решаю: «Ладно, буду держаться уверенно. Ну, или хотя бы попытаюсь.»

С невозмутимым видом открываю дверь.

Денис застывает на пороге, окидывает меня взглядом — от мокрых волос до босых ног — и выдаёт с неподражаемой интонацией и ухмылкой. — Оу… Русалка, ты что, из озера сбежала?

— Ага, надоело с лягушками общаться и в камышах сидеть, — парирую я, скрещивая руки на груди (халат при этом издаёт жалобный хлюпающий звук).

— И как успехи? — он приподнимает бровь, оглядывая лужу за моей спиной.

— Если считать, что я уже освоила искусство хождения по воде — то блестяще! — вздыхаю я. — Правда, пока только в пределах кухни.

Денис усмехается:

— Ну, раз ты тут практикуешь библейские чудеса, может, и кран сумеешь остановить силой мысли?

— Была идея, — киваю я. — Но моя телекинез-карьера закончилась, не успев начаться. Видимо, не тот настрой.

Он делает шаг вперёд, осматривается с видом эксперта:

— Так. Где тут у нас эпицентр бедствия?

— На кухне, — машу рукой в ту сторону. — Там сейчас проходит чемпионат мира по водному поло. Без зрителей, но с полным погружением.

Денис идёт следом, поскальзывается на лужице, едва не теряет равновесие, но в последний момент хватается за косяк двери.

— Ого! — восклицает. — У тебя тут не просто потоп, а целый аквапарк с аттракционами!

— Да, — вздыхаю. — И билет на вход — моё душевное спокойствие.

Мы заходим на кухню. Денис смотрит на бьющий фонтан, на тряпки, разбросанные по полу, на ведро, уже наполовину полное воды, и выдаёт:

— Знаешь, если бы я хотел снять фильм про конец света, я бы делал его прямо здесь. Без декораций, без спецэффектов. Всё натурально.

— Рада, что ты находишь это забавным, — фыркаю я. — А я тут уже мысленно продаю квартиру и переезжаю в Калахари.

— Не торопись с радикальными решениями, — он закатывает рукава. — Давай-ка сначала попробуем спасти твой мини-океан. Где инструменты?

— В кладовке, — указываю на дверь.

Денис смеётся, качает головой и направляется к кладовке. А я стою и думаю: «Ну вот, потоп — это, конечно, неприятно. Но, кажется, день всё-таки обещает быть интересным».

Он возвращается с набором инструментов, бросает на меня взгляд:

— Итак, капитан, каковы будут приказы?

— Сначала попробуй остановить этот фонтан, — показываю на кран. — А потом мы решим, стоит ли объявлять эвакуацию или ещё можно спасти корабль.

— Есть остановить фонтан! — отдаёт он шуточный салют. — Но если что — я умею быстро плавать.

Я не выдерживаю и смеюсь:

— Отлично. Значит, если всё пойдёт крахом, у нас будет запасной план: открыть школу плавания прямо на кухне.

— Договорились, — подмигивает он. — Только давай сначала попробуем обойтись без уроков.

Во время борьбы с потопом Денис, не церемонясь, сдёрнул с себя промокшую футболку. Я замерла, будто меня окунули в банный чан с горячей водой: сердце колотится, ладони потеют, а в голове — полный хаос. «Ну и выдержка у меня…» — мысленно иронизирую, но голос предательски дрожит:

— Денис, тебе чай или кофе? — выпалила я, сама удивляясь своим словам. «О чём я? Какой, к чёрту, чай или кофе?!»

Он встаёт, неспешно приближается. Каждый шаг отдаётся в висках барабанной дробью. Коленки подкашиваются, а я мысленно ору: «Вот сволочь! Испытывает меня!» Но внешне — спокойствие (ну, почти).

Денис смотрит в глаза.

— Кофе или чай — это всё, что можешь предложить? — томно произносит он, прижимая меня к столешнице.

«Вот… вот… Гавнюк!» — мечусь между гневом и смущением. Дыхание сбивается, но я героически пытаюсь взять себя в руки.

— Могу воды налить! — выпаливаю и, словно заяц, метнулась к крану.

Ставлю стакан, включаю воду… и только потом осознаю: кран-то перекрыт! Глупо улыбаюсь, глядя на Дениса. Он подходит, перехватывает пустой стакан, не отрывая взгляда. Прижимает меня к шкафу — и я чувствую, как мир сужается до его глаз, улыбки и этого безумного, пьянящего момента.

Тут — БАЦ! — звонок в дверь.

— Ну слава богу, курьер! — вырывается у меня. — Я это вслух сказала? — краснею, отступая на шаг.

Денис улыбается, чуть наклоняет голову.

— Только не надо меня больше проверять на выдержку! — выдыхаю, пытаясь вернуть самообладание.

— Ничего не могу обещать! — отвечает он с лукавым блеском в глазах.

В прихожей — курьер с запчастями для крана. Я хватаюсь за него, как за спасательный круг:

— О! Вы как раз вовремя!

Курьер озадаченно моргает, глядя на нас: я — в мокром халате, Денис — без футболки, оба красные, как после сауны.

— Э-э-э… это вам, — протягивает коробку и ретируется быстрее, чем я успеваю объяснить, что «всё не так, как кажется».

Денис хохочет:

— Ну что, продолжим? Или сначала выпьем кофе?

— Сначала кофе, — вздыхаю. — А то я сейчас утону не в воде, а в собственных эмоциях.

Он смеётся, идёт за мной на кухню, а я думаю: «Потоп — это, конечно, катастрофа. Но, кажется, самая большая катастрофа — это он».

— Кофе необыкновенный! — произносит Денис с хрипотцой в голосе, не сводя с меня взгляда. В его глазах — искра, от которой внутри всё трепещет, будто крылья колибри в стеклянной банке.

— Ты прав. Хочешь, я с собой в пакетик отсыплю? — улыбаюсь я, стараясь сохранить серьёзный тон, но глаза уже предательски смеются.

— О-о-о… Буду премного благодарен, — тянет он с комичной торжественностью.

Звук открывающейся двери врезается в наш мирок, как финальный аккорд в незавершённой симфонии.

Вваливается Лавров.