Тракт, Большое Луговье

Карета мягко покачивалась на ухабах, но Изабелла не замечала тряски. Дорогая рессорная подвеска гасила толчки разбитого тракта, однако внутри девушки всё еще звенела туго натянутая струна. Она смотрела в небольшое оконце на мелькающие черные стволы сосен, совершенно не видя их. Усиленная гвардейская процессия стремительно направлялась в столицу округа. Позади оставалась Серая зона с ее кошмарами, грязью и… ним.

— Ваша милость, — сидевший напротив гвардейский десятник тактично кашлянул, привлекая внимание. — Его сиятельство, ваш отец, уже получил наше донесение голубиной почтой. Он пришел в ярость и немедленно выслал господина Шторма. Приказано разобраться во всем на месте и найти вашего спасителя.

— Хорошо, — ровным, безжизненным голосом ответила Изабелла, не поворачивая головы.

Затем всё же медленно обернулась. В ее потемневших глазах не было ни слез, ни недавней девичьей слабости — только холодная, вымороженная сталь.

— Я хочу, чтобы его нашли. Немедленно.

Гвардеец молча кивнул, стушевавшись под этим не по годам тяжелым взглядом, и предпочел замолчать, слившись с обивкой кареты.

Изабелла снова уставилась в окно. «Интересно, где он сейчас?» — билась в голове неотвязная мысль.

Перед глазами до сих пор стояла картина из той жуткой пристройки. Она помнила его руки. То, как этот незнакомец держался перед здоровенным одаренным мерзавцем, который готовился её растерзать. Без напряжения. Без лишней суеты или пафоса. Как человек, который делает что-то рутинное, привычное и даже… немного скучное.

Один удар. Короткий, небрежный, чудовищно быстрый выпад — и тот, кто должен был превратить ее жизнь в бесконечный ад, просто сложился пополам, захрипел раздробленной глоткой.

А потом эта его ухмылка. Спокойная, почти ленивая, отдающая мучителя в ее руки. Только тихо. И не забудь голову отрубить.

Изабелла невольно дернула уголком рта, и эта гримаса на ее бледном аристократичном лице выглядела пугающе. Чудовищный совет для юной графини. Но в то же время — абсолютно, кристально здравый. В тот момент, сжимая в трясущихся руках окровавленный топор, она даже не нашлась, что ответить. Просто кивнула, беспрекословно подчиняясь его воле.

Предусмотрительный. Это читалось в нем с первого взгляда — в том, как он неслышно двигался, как говорил, как оценивал обстановку. Ничего лишнего. Никакой спешки или страха. Человек, у которого каждое действие уже обдумано и взвешено на три шага вперед. Настоящий хищник, мимоходом заглянувший в загон к бешеным, но глупым псам.

Где он сейчас? Она смотрела на бегущий в сумерках лес за окном кареты, мерно поглаживая бархат своего нового платья. «Наверное, убивает других мерзавцев. С той же скучающей ухмылкой».

* * *

Я ухмыльнулся, глядя на то, как споро идет пахотная работа. Сам я шел впереди, задавая направление Пятачку, а мертвяки помогали его вести, намертво вцепившись в дергающийся костяной хвост вепря. Вспахать остаток поля мы умудрились на удивление быстро, управившись за первую половину дня. А дальше предстояло самое важное — сев озимой ржи.

Тут как раз подошла Кира с ценными советами. В это время Тагор возился в сарае с коровами. Больных буренок, несмотря на их плачевное состояние, тоже нужно было доить, чтобы не застоялось молоко. И, как оказалось, парнишка-степняк справлялся с этим делом куда лучше меня. Ловко орудуя руками, он выдоил все стадо за какие-то полчаса.

Кира подробно объяснила, как правильно разбрасывать рожь, а я уже мысленно перевел ее слова в четкие инструкции для своей неживой бригады. Одиннадцать «Старых» мертвяков выстроились в шеренгу и, монотонно раскачиваясь, пошли по свежей пашне, щедро засевая землю зерном. Затем, следуя новой команде, они взялись за бороны, закрывая семена на нужную глубину.

Убедившись, что процесс налажен и сбоев нет, Кира ушла в дом готовить ужин, оставив меня наедине с мертвецами и землей.

Я неспешно прошелся по засеянному полю, присел на корточки и коснулся влажной, темной борозды. Сконцентрировавшись, я пустил некротический импульс глубоко в почву, изучая ее структуру, наличие вредителей и паразитов. Затратив пятнадцать морт из Источника, я пропустил по всему засеянному участку слабую волну чистой некротики. Магия смерти филигранно выжгла в земле личинки вредных насекомых и споры грибков, одновременно ускоряя процесс разложения органики в перегной.

С такой обработкой урожай будет просто отменный. Ну, или у нас взойдет рожь-нежить, которая по ночам будет кусать зазевавшихся ворон. Ха. Шутка.

— А что ты делаешь, да? — внезапно раздался над ухом голос.

Я вздрогнул и обернулся. Рядом стоял Тагор, с любопытством заглядывая мне через плечо.

— Матушку-землю изучаю, — спокойно ответил я, поднимаясь. — А ты что хотел?

— Я посмотрел запор и петли для ворот, да, — деловито сообщил парнишка. — Я могу помочь установить.

Я смерил его задумчивым взглядом. — А ты, я погляжу, хозяйственный парень.

Тагор гордо выпятил свою худую, мальчишескую грудь. — Мой отец был кузнецом на нашем стойбище, да. Я умею держать молот.

— Молот, значит, умеешь держать… — я усмехнулся. — Это я припомню. Ладно, пошли делать ворота.

Работа закипела. Сами створки старых ворот сохранились на удивление неплохо, нужно было лишь заменить сгнившие элементы, укрепить каркас и поставить новые железные петли и запорный брус. Мы с Тагором вооружились инструментами. Пацан действительно оказался толковым помощником: ловко подавал гвозди, держал тяжелые створки, пока я забивал скобы, и весьма сносно орудовал молотком, когда нужно было подогнать металл.

Когда ворота наконец-то заняли свое законное место на мощных столбах и перестали скрипеть при каждом движении, Тагор критически осмотрел нашу работу. — Надо покрасить, да, — изрек он.

Я озадаченно почесал в затылке. Доступной краски в этом средневековом мире я как-то не припомнил. Чем ее вообще тут заменяют?

— Слушай, — я вопросительно взглянул на парня. — А если мы их просто дегтем намажем? Я решил уточнить у сына кузнеца, насколько дикой является эта идея. Вдруг железо от этого сгниет еще быстрее.

Но Тагор уверенно кивнул:

— Да, можно. Если нет льняного масла, деготь хорошо защитит, да.

Идея была принята. Я мысленно кликнул парочку свободных мертвяков, и мы отправились к ближайшим березам за оградой. Процесс добычи дегтя занял у нас почти три часа возни с берестой, кострами и глиняными горшками, но результат того стоил.

Когда мы густо обмазали створки пахучей, черной субстанцией, ворота преобразились. Теперь они выглядели не просто крепкими, но и по-настоящему мрачными. Для фермы некроманта — более чем уместно.

Вскоре на ферму прибыли повозки с брусом и досками от барона Корфа. Пришлось спешно распихивать моих неживых батраков по сараям, пока наемные рабочие разгружали стройматериалы. Всё шло бы гладко, если бы не Пятачок. Боевой «плуг», согнанный от греха подальше в лес, вдруг не сдержался и издал из чащи радостно-утробный визг пополам с хрюканьем — видимо, снова углядел какого-то несчастного ежика.

Услышав этот жуткий потусторонний звук, рабочие нервно переглянулись, с озабоченностью покосились на темнеющий лес и удвоили усилия, забрасывая доски чуть ли не бегом. Управились они в рекордные сроки и умчались со двора, только пыль столбом встала.

Когда они уехали, я остался стоять посреди двора, задумчиво разглядывая гору отличного бруса. Я прикидывал, когда именно начну строить коровник и, главное, как приспособить к плотницкому делу мертвяков, чтобы они друг другу пальцы не поотрубали.

Но мои строительные размышления прервал сигнал некросканера. У самых ворот вспыхнули три яркие ауры. Всадники. Я мысленно отдал приказ батракам снова скрыться в сараях и сидеть тихо.

Тагор, тащивший в этот момент охапку сена, остановился и с усмешкой посмотрел на меня.

— Опять в прятки играем, да? — звонко поинтересовался пацан. Я лишь хмыкнул в ответ.

Между тем со стороны новеньких, свежесмазанных ворот раздался громкий, раздраженный ор. Кира, которая как раз копошилась неподалеку, проверяя посадки на грядках, удивленно выпрямилась и обернулась на этот шум.

Во двор въехали трое всадников. Одного я узнал сразу — капитан Роджер собственной персоной. А вот двое других были личностями явно неординарными. Судя по характерной потрепанности, шрамам и цепким взглядам, это были опытные авантюристы, или, как их еще называют, искатели сокровищ.

Один из них — здоровенный, раскачанный амбал в меховой жилетке прямо на голое тело — и был источником шума. По плотности его ауры я с первого взгляда определил сильного одаренного-физика. Здоровяк яростно матерился, брезгливо оттопырив перепачканную черным правую руку. — Вы каким дерьмом ворота намазали⁈ — заорал он, сверля меня бешеным взглядом.

— Дегтем, — невозмутимо отозвался я. — И вообще-то они были заперты.

Капитан Роджер, осадив коня, лишь усмехнулся:

— Просто там не было звонка, вот мы и решили войти. Надеюсь, вы не против, господин дворянин Артур.

Я перевел спокойный взгляд с амбала на капитана.

— Мы? — вопросительно изогнул бровь.

Роджер указал на своего третьего спутника, который ехал бок о бок с ним. Это был высокий, собранный мужчина в добротном зеленом камзоле. От него явственно веяло специфической природной энергией — некросканер безошибочно распознал в нем сильного мага-друида.

— Позвольте представить, — произнес Роджер. — Командир Рес. Глава нашей экспедиционной группы. А этот здоровяк… — капитан покосился на амбала, — Брон, тоже идёт с нами.

— Где я тут могу руку помыть⁈ — снова рявкнул здоровяк-физик, тряся липкими от дегтя пальцами.

Я молча кивнул в сторону: — Колодец там. Амбал с кряхтением спрыгнул с лошади и, тяжело топая, направился в указанную сторону.

Я же перевел взгляд на капитана и друида, сложил руки на груди и произнес:

— Как мило, что целых три члена нашей будущей экспедиции приехали лично со мной познакомиться.

Рес дружелюбно улыбнулся, показывая ровные белые зубы. — На самом деле, мы тут оказались проездом, — мягко произнес он, спрыгивая с коня. — Но вы правы, барон Дресс крайне заинтересован в том, чтобы вы присоединились к нашей скромной вылазке. Вы, каким-то неведомым образом, сумели оставить о себе весьма сильное впечатление у его сиятельства, господин дворянин Артур. Потому мы сочли за честь заехать лично…

Договорить он не успел. Со стороны колодца вдруг раздался сальный, гудящий голос Брона:

— Эй, дорогуша! А не составишь мне компанию вечерком? Тут водичка холодная, а ты такая горячая…

Я медленно перевел тяжелый взгляд на улыбающегося друида.

— Честь, говорите?

Улыбка сползла с лица Реса, и он пристыженно отвел глаза, кашлянув.

Я развернулся и молча пошел на голоса. У колодца разворачивалась классическая сцена: здоровенный Брон, отряхивая мокрые ручищи, с плотоядной ухмылкой надвигался на Киру. Девушка стояла, словно вросшая в землю, крепко сжимая в руках пустое ведро, и хмуро, исподлобья смотрела на амбала, не отступая ни на шаг. Но стоило ей увидеть меня, подходящего из-за спины наемника, как ее напряженные плечи тут же расслабились, а во взгляде появилось спокойствие.

— Господин Брон, — негромко, но так, чтобы каждое слово чеканило по нервам, произнес я. — Даже если деготь повредил вам зрение, это не спасет вас от фатальных последствий. Если не остановитесь прямо сейчас.

Амбал замер, медленно обернулся и смерил меня презрительным взглядом сверху вниз.

— И что ты сделаешь, фермер? — осклабился он. — Пожалуешься своим грядкам?

Я остановился в двух шагах от него, не меняя расслабленной позы. — Я могу сделать из тебя превосходное, высококачественное удобрение. Для этих самых грядок.

— Неужели? — Брон угрожающе шагнул ко мне, его аура физика вспыхнула плотным, агрессивным светом.

Но тут между нами вклинился Рес, подоспевший вместе с Роджером. Друид положил руку на мощное плечо своего товарища.

— Брон, успокойся. Не доводи до греха, — тихо, но жестко произнес он. — Мы здесь не для этого.

Амбал зло фыркнул, сбросил руку командира и демонстративно отвернулся, сплевывая на землю.

Я проигнорировал его демарш и повернулся к подошедшему капитану стражи. — Так что вы хотели, господин капитан? Раз уж заехали «в гости».

Роджер прокашлялся, возвращая себе официальный вид.

— Завтра с утра мы выдвигаемся в экспедицию, — отчеканил он. — Встреча в трактире «Разносолы» через три часа после рассвета. Вы ведь не местный, знаете, где это место?

— Знаю, — коротко кивнул я.

— Отлично. Возьмите с собой оружие, припасы и всё, что может понадобиться в боевом походе, — Роджер сделал паузу, цепко, по-профессиональски изучая меня. — Кстати… Вы ведь предпочитаете орудовать мечом?

Я слегка сузил глаза.

— А что?

— Да так, просто… — капитан пожал плечами. — Вдруг вы любите драться голыми руками.

Брон, стоявший неподалеку, презрительно хмыкнул:

— Какой физик в здравом уме будет лезть на монстров голыми руками? Незачем.

— Это если господин дворянин Артур — физик, — многозначительно протянул Роджер.

И тут капитан неожиданно и как-то странно посмотрел прямо на мой рот. Я еле удержался, чтобы не скривиться. Он там что, надеется клыки увидеть? Или остатки сырого мяса? Судя по всему, слухи о моих подвигах на ферме работорговцев уже поползли по округе, обрастая фантастическими подробностями. Мага-оборотня что ли подозреваете? Ну-ну.

— Вам пора, — произнес я ледяным тоном, показывая, что аудиенция окончена.

Роджер поймал мой взгляд, всё понял и перевел глаза на стоящую позади меня девушку.

— Конечно, мы уже уезжаем. И еще одно, господин Артур… В старой ферме Гирла неподалеку сегодня ночью произошла настоящая мясорубка. Постарался кто-то очень крупный и… клыкастый. Так что мой вам совет: не оставляйте госпожу Киру одну на время вашей экспедиции. Мало ли что бродит по лесам.

Я усмехнулся краешком губ.

— Об этом можете не беспокоиться, капитан. Одна она точно не будет.

Роджер явно не понял скрытого смысла моих слов, но развивать тему не стал. Он коротко кивнул на прощание, развернулся и вместе с Ресом и недовольно сопящим Броном направился к лошадям.

Я молча смотрел вслед удаляющимся всадникам, пока стук копыт не стих за деревьями, а осевшая пыль не скрыла их силуэты.

Позади скрипнула дверь сарая, и на белый свет высунулся Тагор. Парнишка прибирался внутри, где теперь лежала на хранении ручная мельница. Он вытер испачканные руки о штаны, проводил взглядом скрывшихся за воротами людей и удивленно изрек:

— У нас тут гости были, да.

— Можно и так сказать, — хмыкнул я, подняв взгляд на заходящее солнце.

Кира, до этого сжимавшая дужку пустого ведра, наконец перевела дух и поставила его на землю. Она подошла ближе, пытливо заглядывая мне в лицо.

— Что он имел в виду? — тихо, с ноткой скрытой тревоги спросила девушка. — Зачем капитан спрашивал, орудуете ли вы мечом?

Я усмехнулся, пнув носком сапога попавшийся под ногу камешек.

— Думаю, капитану Роджеру кто-то сверху спустил приказ: найти того, кто пустил на фарш работорговцев на бывшей ферме Гирла. А поскольку трупы там выглядели так, будто их рвал голыми руками взбесившийся тролль, наш доблестный страж закона теперь присматривается к каждому встречному физику. Вот он и решил меня прощупать.

Лицо Киры вытянулось. Она бросила нервный взгляд на ворота, затем снова на меня.

— Господин Артур… вам точно нужно ехать с ними в эту экспедицию? — она зябко повела плечами, словно от внезапного сквозняка. — Эти люди совсем не вызывают у меня доверия.

Я посмотрел на стену частокола и хищно, недобро улыбнулся, предвкушая грядущую вылазку.

— Поверьте, госпожа Кира, у меня они тоже не вызывают ни малейшего доверия, — спокойно ответил я. — Но знаете, тем интереснее будет этот поход.

* * *

Трактир «Разносолы», Сонмище

Капитан Роджер сидел в самом темном углу трактира «Разносолы», лениво гоняя муху по краю тяжелой глиняной кружки. Когда насекомое село на стол, он прихлопнул его ладонью и смахнул остатки на заплеванный пол. Пиво было скверным, кислым и теплым, но выбирать не приходилось. У стойки орали наемники, стучали кулаками и требовали добавки. Роджер раздраженно посмотрел в окно, за которым расстилалась глухая, непроглядная ночь Серой зоны. Где-то за частоколом завыла тварь. Дозорные на вышках перекликнулись и взвели арбалеты.

Утром именно здесь, в «Разносолах», должен был состояться сбор экспедиционной группы. Всего через три часа после рассвета. Роджер уже отдал приказ проверить снаряжение, наточить клинки и накормить лошадей. А у него уже сейчас раскалывалась голова от мыслей. Он растер виски пальцами, пытаясь унять пульсацию.

В последнее время долбаные благородные набросали на него столько заданий, что обычный человек давно бы сломался. Столичные ищейки, эти высокомерные гвардейцы графа Брисмана во главе с Игнатием Штормом, без зазрения совести спихнули на него поиск таинственного оборотня, который ночью в клочья разгрыз целую банду работорговцев на ферме Гирла. Шторм дал ему три дня.

Отказать людям такого уровня было чистым самоубийством — сотрут в порошок и фамилии не спросят. С другой стороны, поджимал барон Дресс. Этот старый лис уже не первый год исправно платил Роджеру жирные взятки за «слепоту» патрулей. Раз в месяц посыльный Дресса передавал ему мешочек с монетами. А теперь буквально подбил его возглавить эту экспедицию в руины. Барон намекнул, что отказ прервет их финансовые договоренности навсегда. И крутись как хочешь. Балансируй между плахой инквизиции и потерей источника дохода.

Роджер сделал большой глоток, поморщился от привкуса ржавчины и мысленно выругался. Господи, как же он ненавидел Серую зону.

Еще десять лет назад он служил в куда более достойном месте — в столичном гарнизоне, метил в полковники, носил чистый мундир и обедал в приличных ресторанах. Ел мясо с пряностями, пил вино из хрусталя и спал на перинах. Всё погубила его собственная глупость. Роджер просто пристал не к той жене — к супруге своего старшего офицера. А когда разразился скандал, умудрился еще и застрелить того на дуэли. Он до сих пор помнил звук выстрела и то, как полковник осел на траву, зажимая пробитую грудь. От плахи капитана спасли связи. Генерал подписал приказ о переводе за сутки до суда. Но от греха подальше его сослали командовать патрулем в этот проклятый богами край земли. Здесь он месил грязь сапогами. Где из развлечений были только местный сивушный эль да охота на обнаглевшую нежить.

Впрочем, в этой круговерти чужих интересов у капитана оставалась одна хрупкая надежда. Молодой дворянчик, Артур Горд.

Он вспомнил их последнюю встречу на ферме. Горд не отступил ни на шаг, когда Брон начал угрожать. Что-то в этом парне Роджеру сильно не нравилось. Слишком спокойный, слишком уверенный для сопляка, приехавшего обживать заброшенное поместье. Он не смотрел на стражу снизу вверх. Он отдавал команды и перехватывал инициативу. А что, если этот Горд — как раз тот самый редкий маг-оборотень, а вовсе не средненький физик, за которого его все принимают? А ведь Роджер как сканер вообще не видел в нем маны поначалу. Оборотни умеют шифроваться? В грядущей экспедиции, в подземных руинах, где опасность будет подстерегать за каждым углом, парню придется выложиться на полную. Там-то всё и вскроется. Если он оборотень — он выдаст себя, покажет клыки. Трансформируется, чтобы выжить. И тогда Роджер с чистой совестью наденет на него антимагические кандалы и сдаст его гвардейцам Брисмана, обеспечив себе путевку обратно в столицу. Но, конечно, это был не факт. Далеко не факт. Парень мог оказаться просто самоуверенным идиотом.

Тяжелая деревянная лавка напротив скрипнула. Доски пола прогнулись под весом подошедшего. Роджер даже не вздрогнул — он и так почувствовал приближение мага по легкому покалыванию на коже. Волосы на предплечьях встали дыбом за секунду до того, как человек подошел к столу. Роджер был сканером и чувствовал других магов.

Рядом сел командир Рес. Он придвинул ногой табурет. Маг-друид демонстративно посмотрел в сторону, разглядывая тусклый огарок свечи на соседнем столе. Он облокотился о столешницу, скрестил пальцы и негромко произнес:

— Пьете перед экспедицией, господин капитан.

Роджер даже не повернул головы, продолжая разглядывать свое отражение в мутной жиже на дне кружки. Он обвел пальцем ободок.

— Господин друид, это никак не повлияет. Я допью, поднимусь наверх и высплюсь. Мой организм переваривал вещи и похуже этого пойла. Зачем пришел, Рес? — сбросил Роджер вежливость.

Рес наклонился чуть ближе. И его голос опустился до едва различимого шепота:

— Я только что от барона Дресса. Он передал новые инструкции. Наше задание будет дополнено. Кое-кого из состава экспедиции надо будет устранить. Прямо там, в руинах. Чтобы без лишних свидетелей. Спишем потери на ловушки или тварей.

Капитан Роджер замер на секунду. Он перестал водить пальцем по кружке. А затем хмыкнул, и на его лице появилась саркастичная ухмылка. Он медленно поднял взгляд на друида. Посмотрел прямо в глаза:

— Кажется, я даже догадываюсь кого именно.