— Раздевайтесь и ложитесь на кушетку, я скоро подойду, — говорит мужчина, едва я переступаю порог кабинета.

У меня в планах точно не было раздеваться в первый же рабочий день.

— Зачем на кушетку? — спрашиваю, слегка сбитая с толку.

В медицинском колледже нас учили совсем другому. Делаю шаг в сторону и заглядываю за ширму.

А, понятно — здесь ЭКГ делают. Но я-то пришла не как пациентка.

— Вы не так поняли… — начинаю объяснять, но доктор резко поднимает руку, останавливая меня.

— Меньше слов, больше действий. Если вам не срочно, то у меня очередь до вечера, — говорит сухо.

Интересно, он всегда так разговаривает или просто не в духе?

— Я по другому вопросу… — пытаюсь подойти к столу, но его взгляд заставляет меня отступить.

— Если у вас проблемы со слухом, лор на этаж выше, — бросает, даже не глядя на меня.

Вот так «светило медицины». Может, ему самому бы к кардиологу сходить — давление проверить?

— Глеб Владиславович, — делаю ещё одну попытку, — я не пациентка…

— Тогда либо на кушетку, либо за дверь. У меня нет времени на разговоры, — перебивает мужчина.

Вздыхаю. Ладно, раз уж так вышло, сделаю ЭКГ — давно пора.

Быстро снимаю блузку, оставляя футболку, и ложусь на кушетку. Доктор заходит за ширму, цепляет датчики — движения точные, без лишних касаний. Видно, что профессионал.

Замечаю проседь в его тёмной бороде. На сайте писали, что ему нет и тридцати пяти. Выглядит строго, но глаза… неожиданно живые.

— Всё, можете вставать, — говорит Соколовский, отвлекая меня от размышлений.

— Глеб Владиславович, я не пациентка, — наконец выдавливаю из себя. — Я ваша новая медсестра. Лоя Максимовна Савочкина. Пришла устраиваться на работу.

Он замирает, брови взлетают вверх.

— На работу? — переспрашивает, и в его голосе впервые появляется что-то, кроме раздражения.

— Да. Сегодня мой первый рабочий день.

В этот момент дверь распахивается.

— Добрый день, я новая медсестра, Рита Меркулова, — щебечет невероятно знакомый голос, а спустя пару секунд к нам за ширму заглядывает моя сводная сестра. — Лоя? — Рита выпучивает узенькие глаза, отчего те становятся чуточку больше. Кажется, она сейчас лопнет от злости.

— Так, девушка, пройдёмте, — спасибо Соколовскому, он не теряется и быстро уводит Ритку.

Скорее натягиваю на себя одежду, хватаю сумочку и папку с документами, делаю пару глубоким вдохов-выдохов и только потом выхожу из своего временного убежища. Чувствую себя, как после прыжка с парашютом.

От бешеного стука собственного сердца я не слышала, о чём Глеб Владиславович говорил с Ритой, но теперь по её недовольному лицу начинаю догадываться.

— Хотя бы диплом мой гляньте, — настаивает сводная, но кардиолог и бровью не ведёт.

— Вы опоздали, поэтому можете быть свободны. Я ценю в сотрудниках три качества: решительность, собранность, пунктуальность. Проверить у вас наличие двух других, увы, не представляется возможным, так как вы опоздали на целых двадцать минут.

— Вижу я, что вы цените в сотрудниках, — фыркает Ритка, зыркая на меня брезгливо. — И прекрасно догадываюсь, чем двадцать минут занимались, пока я спешила на собеседование, — бросает презрительно и скрывается за дверью кабинета.

— Ну, что, Лоя Максимовна, давайте знакомиться, — абсолютно спокойным тоном предлагает Соколовский.

Словно ничего из ряда вон происходящего не случилось.

Для него — может быть. А для меня — очень даже. Я только что раздевалась перед ним, пусть и не догола!

И это непотребство видела моя сводная сестра…

Ритка всегда любила ябедничать на меня родителям, выдумывать небылицы, а тут ей даже придумывать не придётся. Уверена, уже сегодня вечером мама и отчим будут знать о том, какую картину Рита застала в кабинете моего нового босса.

И я даже боюсь представить, что они себе нафантазируют!