— Да?

Приоткрыв дверь, я прячусь за ней и смотрю на декана. Сердце буквально стучит в ушах. Мыслями я в ванной, где оставила очередное доказательство уникальности моей магии. И если за светляка я не переживаю (его, прижав всей тушкой к кровати, удерживает Чик), то вот расчёсочный паук меня очень сильно тревожит. Неизвестно, что эта «прелесть» может отчебучить.

— У тебя всё в порядке? — тем временем спрашивает Райгард, оглядывая меня. — Мне показалось, я слышал крик.

— Я облилась холодной водой, — выпаливаю первое, что приходит в голову. — Это всё? Мне надо заняться моими девчачьими делами.

На лице декана мелькает неприкрытое удивление. Видимо, он не ожидал, что я так быстро закруглю разговор.

— Вообще-то, нет, — произносит дракон, ловя дверь, которую я уже собиралась закрывать. — Есть разговор.

— А до завтра не подождёт?

Райгард закатывает глаза, а в ванной в этот момент раздаётся грохот.

— Что там? — тут же настороженно спрашивает дракон. — Алиса, ты что-то подожгла?

— Что?! — не в очень-то искреннем возмущении вскрикиваю я. — Да хватит уже считать меня безответственной…

— Я так не считаю, — покачав головой, произносит Райгард.

— Несамостоятельной…

— Да вовсе нет, — уже слегка раздражается дракон.

— Девушкой, а значит, обузой…

— Всё, стоп! — Декан взмахивает руками. — Можешь думать что хочешь. Я всего лишь проявил такт и заботу. Ты кричала — я предложил помощь. Всё. Закрыли тему.

Смутившись, я опускаю взгляд, а сама свободной рукой показываю Чику, чтобы проверил ванную.

— Я слушаю, лотр Скайрид.

— Райгард, — поправляет меня дракон. — И раз у тебя всё в порядке и ты просто обживаешься, то будь готова через двадцать минут. Покажу, где столовая для работников академии. Заодно обсудим рабочие вопросы.

Он разворачивается, чтобы вернуться в свою комнату, а я суматошно соображаю, как отказаться от предложения. Неизвестно, что моя магия может вытворить с кухонной утварью. Не очень хочется отбиваться от взбесившейся зубочистницы.

— Райгард, я не голодна, — высунувшись по пояс, бросаю ему вслед.

— Отлично, значит, полностью сосредоточишься на нашем разговоре. Можешь даже ворона взять, чтобы точно всё запомнить, — с улыбкой, в которой я замечаю ехидство, отвечает дракон и берётся за ручку двери.

— Но я так устала, — снова пытаюсь откосить я. — Дорога была утомительная, да и впечатлений столько…

— Алиса, — со вздохом перебивает меня декан. Бросает взгляд на потолок, потом, склонив голову набок, смотрит на меня. — Это не просьба. Это приказ твоего руководителя. Ты мне нужна для серьёзного разговора. Завтра с утра меня не будет, а дела нужно выполнять. Понятно?

— А-а-а, ну раз так, — бормочу я.

— Она мне ещё и одолжение делает, — хмыкает дракон. — У тебя двадцать минут.

— Хорошо.

Едва его дверь захлопывается, как я закрываю свою и прижимаюсь к ней спиной. Округлившимися глазами пробегаюсь по комнате. Что делать-то? Как мне скрыть мой дар от декана, если от малейшего прикосновения любая вещь превращается в живой артефакт?

— Алиса-а-а-а!

Вопль Чика срывает меня с места. Залетев в ванну, я замираю на пороге и не знаю, что мне делать. То ли смеяться, то ли ворона спасать.

— Что ты ржёшь? Что ты ржёшь, я тебя спрашиваю?! — возмущённо каркает Чик, отбиваясь от расчёсочного паука, который всеми силами пытается расчесать перья ворона.

Над ними летает светляк, показывая пауку особо нуждающиеся в уходе места.

— Забери этого маньяка! — уже не каркает, а гаркает Чик.

И хоть мне немного боязно, я всё же присаживаюсь на корточки и протягиваю к пауку ладонь. Тот, напоследок мазнув лапками-расчёсками по хвосту ворона, шустро семенит ко мне. Одно мгновение — и вот он уже забирается на моё плечо и разве что не мурчит, проводя лапками по моим волосам.

— Я думал, ты боишься пауков, — комментирует Чик, облетая нас и направляясь в комнату.

— Боюсь, — подтверждаю я и, покосившись на увлечённо орудующего лапками артефакт, добавляю: — Но этот… вроде бы милый.

— Ага, — саркастично каркает ворон. — Как же, милый. Чуть не зачесал меня до смерти.

— Не преувеличивай, — с улыбкой отвечаю я и прижимаюсь плечом к косяку.

Мне нужно выдохнуть и подумать.

— Что декан-то хотел? — а вот ворон и не думает молчать.

— Ты не поверишь, Чик. Меня позвали на ужин.

— Мне составить завещание? — учтиво интересуется птиц.

Секунду я непонимающе смотрю на ворона, а затем начинаю смеяться. Тихо, но неостановимо. Видимо, так выходит нервное напряжение.

— Да ладно тебе, не такая уж и смешная шутка, — замечает Чик.

— На самом деле — очень, учитывая ситуацию, в которой я оказалась. Завещание действительно не повредит, жаль только, что мне оставлять-то нечего. Разве что тебя да этих товарищей. — Я киваю на летающего по комнате светляка, а затем взглядом показываю на паука, перебравшегося на голову. Посмотрев в зеркало, наблюдаю, как новый питомец придирчиво разглядывает пряди и пытается уложить их в какое-то подобие причёски.

— Ну если так дело пойдёт, то тебе можно будет открывать магазинчик живых артефактов. Вон, смотри, это чудо вроде даже полезное. — Чик клювом указывает на паука.

— Да кто ж мне разрешит что-то открыть, — со вздохом произношу я и, подойдя к кровати, плюхаюсь на неё.

Какое-то время в спальне царит тишина, нарушаемая лишь мерным жужжанием светляка да тихим урчанием паука. Не артефакт, а кот какой-то.

— Что думаешь делать? — подобравшись ко мне, спрашивает Чик.

Отвечаю я не сразу. Старательно обдумываю произошедшее чудо и варианты решения проблем, которые это чудо мне сулит. В любом случае первая волна паники сошла, в голове уже потихонечку рождается план действий. В конце концов, именно за это меня и ценила семья Аделис — за неискоренимый оптимизм.

— Не унывать, — отвечаю я. — Как говорила лотта Аделис, даже у загнанного в угол есть выход. Будем прогрызать себе путь к спасению, Чик.

— Ты хочешь покусать декана и таким образом уволиться? — предполагает ворон.

— Нет, — улыбаюсь я. — Я собираюсь вкусно отужинать, получить задания на завтра и спокойно лечь спать.

— А как же паника, бегство по кругу и посыпание головы пеплом?

— Так, всё, — хмыкаю я. — Прошли этот этап. К тому же ничего из того, что ты перечислил, не поможет мне устроить моё будущее. Надо работать с тем, что есть.

Поднимаюсь, ссаживаю недовольно уркнувшего паука на тумбочку у кровати и принимаюсь одеваться.

— Ну? — тем временем нетерпеливо каркает Чик.

— Что ну?

— Что делать-то будем?

— Поступать, Чик, поступать. Учёба в академии даёт адептам неприкосновенность. У меня будет минимум пять лет на то, чтобы разобраться с моим даром и найти способ, как обеспечить себе свободу.

Закончив с рубашкой, я берусь за юбку, на которой мне чудятся какие-то пятна.

— И поступать ты всё же будешь на боевой факультет?

— Ну, во-первых, так сказал ректор. Во-вторых, интуиция подсказывает мне, что лотта Жеванш вряд ли будет рада такой ученице, как я. И сделает всё, чтобы выставить меня за порог на первой же сессии, — бормочу я, разглядывая уже не показавшиеся пятна. — Да откуда они взялись?

— Что?

— Пятна, говорю. На юбке, вот тут. А она у меня единственная. Придётся брюки надевать.

— А это разрешено? — уточняет Чик, склонив голову набок.

— Вот сейчас и проверим. В поместье Аделис все одевались, как им удобно.

— Ну ты же понимаешь, что у нас там вообще анархия была? Чета Аделис в принципе не любила всех этих снобских правил.

— Ну академия — это средоточие свободы духа и новаторских идей, — парирую я. — Слушай, ну в конце концов, нет у меня больше ничего другого. Сарафан того и гляди пахнуть начнёт. Юбка испорчена. Ну не в пижаме же мне идти?

— А что, новаторски! — ехидничает Чик.

— Ой, всё. — Закатываю глаза, и в этот момент в дверь снова стучат.

— Алиса, ты готова?

— Да-да-да, сейчас! — поспешно заверяю я и быстро застёгиваю ряд пуговиц на брюках с высокой талией.

Обегаю комнату быстрым взглядом, натыкаюсь на выжидающе смотрящих на меня светляка и паука. Драконьи боги, а за ними же присмотр нужен!

— Чик, за старшего, — командую я и подхожу к зеркалу.

— Да почему я?! — возмущённо каркает птиц. — Артефакты твои же!

— Цыц, а то конфеток лишу, — угрожаю я, разглядывая себя в отражении.

В принципе, я довольна. Рубашка чистая, приталенная, брюки хоть и тесны немного в попе, но тоже сидят отлично. Не пошло, скромно — самое то!

— Сидите тихо, — напутствую я напоследок и подхватываю из чемодана блокнот с артефактным пером.

Вижу, что Чик горит желанием высказаться, но не даю ему этой возможности. Приоткрыв дверь, я просто выскальзываю в коридор. И тут же замираю под тяжёлым взглядом Райгарда. Он проходится по мне, вызывая странную дрожь по телу. Чем дольше дракон молчит, тем темнее становятся его глаза.

— Что-то не так, лотр Ска-а-а… Райгард?

— У нас не носят брюки, — холодно комментирует дракон.

— Но вы же в них? — слегка опешив, отвечаю я и взглядом показываю на идеально выглаженные штаны декана.

Кажется, глаз у Райгарда нервно дёргается.

— Девушки у нас не носят брюки, — монотонно выдаёт декан.

— Это закон? — учтиво интересуюсь я.

— Это… традиция, — обтекаемо поясняет Райгард.

— То есть я ничего не нарушаю, да? — с улыбкой переспрашиваю я. И получив кивок, продолжаю: — Отлично, тогда пойдёмте? Признаться, я пока собиралась, очень сильно проголодалась.

Райгард молча склоняет голову в сторону лестницы.

— Где твой ворон? — спрашивает дракон, когда мы, покинув коридор, спускаемся по ступенькам.

— Он сегодня вымотался, — и глазом не моргнув отвечаю я. — Решила не нагружать его сверх меры. Тем более у меня есть это. — Показываю декану мой письменный набор, на что получаю прохладный взгляд. То ли Райгард не в настроении, то ли ему всё равно. А может, он просто голодный. Поди разбери этих драконов и их генеральских тараканов в голове.

— А где все? — уточняю я, когда после десяти минут молчаливого похода от тишины в ушах звенеть начинает.

Если бы не редко попадающиеся навстречу адепты да служки, можно подумать, что академия вымерла. Да и те, кого мы встречали, как-то странно на меня глазели, но тут же отворачивались под мрачным взглядом Райгарда.

— Кто-то на лекциях, кто-то на практике, кто-то отбывает наказание или сидит в лекарском крыле, — занудно перечисляет декан. — Тебе кто-то конкретно нужен?

— Не-е-ет, — тяну я и пожимаю плечами. — Просто странно. Тихо как-то. Я немного иначе представляла академическую жизнь.

— Здесь каждый занят своим делом, Алиса. Времени прохлаждаться особо нет. Тем более для студентов действует комендантский час.

— Жуть как всё строго.

Дракон оставляет мой комментарий без ответа, и дальше мы снова идём молча.

— А нам ещё долго? — спустя какие-то три минуты снова не выдерживаю я.

— Уже нет, — пространно отвечает Райгард и поворачивает на очередной развилке.

Ума не приложу, как он тут ориентируется. По ощущениям, мы уже с километр накрутили, но всё, что я видела, — коридоры, коридоры, несколько грандиозно украшенных холлов, залы и три лестничных площадки.

— А вы не особо разговорчивы, верно? — продолжаю докапываться я.

— Не вижу смысла в светской болтовне, — бросает дракон и открывает передо мной очередную дверь.

За ней обнаруживается широкий коридор, стены которого украшают картины, инкрустированные магическим стеклом. На них изображены представители факультетов «Ресталии» — артефакторы, бытовики, зельевары, астрономы и художники. Отдельное полотно выделено под счетоводов, ремонтников и другие немагические профессии. Но самая масштабная картина, конечно же, у боевого факультета. Сцена битвы, где студенты, одетые в красные кители академии, отражают атаку тварей Бездны, поражает воображение.

Неосознанно замедлив ход, я с открытым ртом рассматриваю баталию. Персонажи будто живые: двигаются, швыряют грозовые разряды и запускают воздушные смерчи. На фоне вспыхивают огненные шары и пролетают ледяные стрелы. И над всем этим парят величественные и пугающие своей яростью драконы.

— Вау! — выдыхаю я в искреннем восхищении.

— Настоящий бой далеко не такой сказочный, — замечает Райгард, останавливаясь за моей спиной.

Меня тут же окатывает странным ощущением — опасности и в то же время защищённости. Словно дракон, его аура, окружает меня коконом, дарящим чувство уверенности, что всё будет хорошо. Просто потому, что мужчина за моей спиной не позволит мне навредить.

— Я понимаю, что это всего лишь эпичная и красивая картина. — Почему-то мой голос слегка просаживается. Прокашлявшись, я продолжаю: — Чтобы воодушевлять и вдохновлять тех, кто на неё смотрит.

— Я рад, что ты это осознаёшь. — Впервые за вечер слышу улыбку в словах Райгарда.

Декан отходит дальше, и вместе с ним исчезает и наваждение. Сердце успокаивается, а мурашки, толпой бегающие вдоль позвоночника, разочарованно расходятся по своим местам.

Я ещё секунду смотрю на картину боя, ловя себя на мысли, что не боюсь ужасов войны, но и ярого рвения участвовать в этом всём не испытываю. Однако если это понадобится для меня, для защиты всего того, что мне дорого, я сделаю всё, чтобы поступить на боевой факультет и стать лучшей ученицей. Ведь только так я гарантирую себе свободу выбора той жизни, которой хочу сама.

— Ты идёшь? — слышу зов Райгарда и понимаю, что он ушёл довольно-таки далеко.

Дракон ожидает меня у широкой арки, пройдя которую мы оказываемся в длинной анфиладе, соединяющей множество залов. Нас окружают шум голосов и запахи еды.

— Это общая столовая? — спрашиваю я, активно крутя головой в бесплодной попытке всё запомнить.

— Нет, здесь питается только персонал, — ровно отвечает декан, ведя меня мимо наполненных людьми залов.

— О, там лотта Жеванш, — сообщаю я, заметив знакомую фигуру за одним из круглых столов.

И, видимо, делаю это слишком громко, потому что женщина тут же вскидывает голову и, найдя нас взглядом, расплывается в улыбке.

— О, Райгард! — Она взмахивает ладонью, привлекая не только наше внимание, но и всех соседей. — Не хотите присоединиться?

— Нет. — Райгард качает головой и даже делает шаг в сторону другого зала.

— Там всё занято, — поспешно извещает его декан бытовиков. — А у нас тут свободно.

Она указывает на стол, за которым, помимо неё, восседают ещё две женщины. Серые кители на них указывают на принадлежность к академическим службам. Место за столом действительно есть, но оно всего одно.

— Знакомьтесь, — тем временем щебечет Жеванш и указывает на свою соседку, высокую, полноватую блондинку. — Лотта Покопалис, наш главный счетовод. А это, — палец лотты некультурно указывает на худую, как жердь, брюнетку с выпученными глазами, — Лотта Шмонна, отвечает за порядок и обеспечение «Ресталии».

— Благодарю, — учтиво произносит Райгард. — С лоттой Шмонной я уже знаком, добрый вечер. — На этих словах брюнетка взволнованно икает. — Приятно познакомиться, лотта Покопалис. — Блондинка тут же польщённо краснеет. Но Райгард на этом не замолкает. — Спасибо за предложение, но мы всё же поищем свободный стол.

Стоя рядом с драконом, я снова ловлю на себе изумлённые взгляды. Ужинающие преподаватели перешёптываются между собой, и если мужчины смотрят на меня с интересом, то у женщин реакция неоднозначная. У некоторых в глазах читается восхищение, у других же — печать осуждения на лицах. И последних, кстати, больше.

— Ваша помощница может сесть в дальнем зале вместе с остальным младшим персоналом, — любезно предлагает Жеванш, чем вызывает у меня желание плюнуть ядом.

Если б я, конечно, умела его вырабатывать.

— Где сидеть и что делать моей помощнице, решать мне, — холодно и предупреждающе цедит Райгард. — Всех благ, лотты. Пойдём, Алиса.

— Но там не ваш уровень, — взволнованно лепечет лотта Покопалис.

— Серьёзно? — только и спрашивает Райгард и, выразительно приподняв бровь, смотрит на женщину. — В «Ресталии», чтобы отужинать, нужно обладать особым статусом?

— Мы не хотели никого обидеть, — почуяв неладное, встревает Жеванш. — Если для вас так важно, чтобы помощница была рядом, то нет проблем. Сейчас всё будет.

Декан бытовиков прикасается к броши на груди. Зелёный камень в центре украшения вспыхивает золотистыми искрами магии, которая впитывается в пальцы Жеванш. А уже через мгновение женщина кладёт руки на стол, который тут же увеличивается в диаметре. Ровно настолько, чтобы у меня появилось место.

Подняв голову, я вопросительно смотрю на Райгарда. Откровенно говоря, сидеть в этом змеином клубке мне не улыбается. Вместо вкусного ужина я рискую заработать изжогу.

— Не стоило тратить магию, лотта Жеванш, — комментирует дракон.

— Мармея, — мягко поправляет его декан бытовиков. — Прошу, Райгард. Нам не удалось обсудить мой вопрос, можем сделать это сейчас, и тогда завтра вам не придётся забивать голову моими проблемами.

По виду дракона я прекрасно понимаю, что он предпочёл бы и вовсе не иметь дел с её проблемами.

— Хорошо, — вздохнув, соглашается дракон и, отодвинув стул, предлагает мне сесть. — Алиса, что ты будешь?

— А что тут есть? — тихо спрашиваю я, слегка растерявшись от количества внимания, которое мне уделяют.

И ладно бы окружающие, но и подружки Жеванш, оценивающе прищурившись, рассматривают меня.

— Полагаю, мясо, рыба и овощи, — спокойно отвечает Райгард, пробегаясь взглядом по небольшой карточке, лежащей перед ним. Затем передаёт её мне и инструктирует: — Как определишься, коснись нужной позиции. Еду принесёт служка.

Дракон указывает на располагающуюся за его спиной открытую кухню, где я вижу суетящийся у раздаточного артефакта персонал.

— Ага. — Я киваю и опасливо беру протянутое меню. — А вам что?

— Стейк форели, печёный картофель на гарнир, чёрный чай и лимонные дольки, — бросает Райгард и обращается к сидящей рядом с ним Жеванш: — Так в чём суть вашей проблемы?

Я старательно прикасаюсь к обозначенным начальством позициям и с детским восторгом наблюдаю, как мягко загораются, а затем тухнут картинки.

— Интересная причёска, — тем временем слышу тихое.

Повернув голову, натыкаюсь на пристальный взгляд Покопалис. Машинально прикасаюсь к ракушке, в которую паук уложил мои волосы.

— Благодарю, — сдержанно отвечаю я и возвращаюсь к изучению меню.

— И костюм ваш, надо сказать, весьма эксцентричный, — подаёт голос Шмонна. — Вы прибыли к нам откуда-то издалека?

— Вы угадали, — чуя какой-то подвох, отвечаю я.

Райгард, общающийся с Жеванш, слегка прокашливается. Скосив на него взгляд, я вдруг отчётливо понимаю, что дракон контролирует не только беседу с деканом бытовиков, но и за мной приглядывает. От этого становится гораздо спокойнее.

— Действительно, откуда бы ещё пришла эта дикарская традиция носить брюки, — фыркает Шмонна, переглядываясь с Покопалис.

И делают они это так сочувствующе, мол, что с этой деревенщины взять.

Чувствую, как в груди закипает злость. Нет, я была готова к тому, что меня будут обсуждать. Но осуждать? Нет уж, не позволю.

— Благодарю за проявленный к моему гардеробу интерес, — с устрашающе милой улыбкой отвечаю я, чувствуя, как злость постепенно трансформируется в злорадство. А по рукам в этот момент пробегают странные колючки, будто кто-то запустил под кожу искристые пузырьки. — Брюки могут показаться дикарскими, но та же принцесса Вайресс участвовала в ежегодной северной охоте будучи одетой в брючный костюм. Я потом читала в новостнике слова принцессы о том, что нужно идти в ногу со временем, а не держаться за устаревшие представления о стиле. Если хотите, я могу показать вам вырезку. На мой взгляд, чудесная и прогрессивная статья. А вы как считаете? Принцесса права?

Слышу одобрительный хмык со стороны Райгарда и кладу меню на стол. В этот момент происходит что-то странное. Те самые пузырьки, щекочущие меня, будто выплёскиваются наружу и впитываются в карточку, которую я только что держала в руках. Несколько долгих секунд ничего не меняется. Окружающие продолжают ужинать, а лица подружек Жеванш потихоньку краснеют от злости. А затем начинается.

Со стороны открытой кухни доносятся страшный грохот и крики разбегающихся служек. Вскочив, я в ужасе наблюдаю за тем, как взбесившийся раздаточный артефакт швыряет в разные стороны продукты. Кому-то прилетает помидором, кто-то из ужинающих оседает на стул, получив яичницей в лоб.

— Что это такое?! — истерично выпаливает Жеванш и разворачивается в сторону угрозы.

И тут же огребает прилетевшей селёдкой.

— Мармея! — вскрикивает Шмонна и получает подгнившей картошкой в рот.

— Девочки! — ахает Покопалис и уворачивается от летящей в неё тарелки с супом.

— Драконьи боги, — слышу обречённый выдох со стороны Райгарда, и в тот же миг продуктовый ураган прекращается.

Декан боевиков двумя взмахами рук направляет на раздатчик такой поток воздуха, что артефакт сжимается прямо на глазах. Так же, как чайник сегодня утром.

На целую минуту в зале воцаряется потрясённая тишина. Все присутствующие в шоке снимают с себя еду и осматривают соседей. Везде, куда ни падает взгляд, валяются овощи, фрукты, мясо и многое другое. Даже потолок «украшен» свисающими макаронами.

— Впервые вижу, чтобы раздатчик выдавал настолько масштабную ошибку. — К нам подходит высокий мужчина лет пятидесяти в жёлтом кителе артефакторов. — Перегрелся, что ли? Прям аномалия какая-то.

— Действительно, — мрачно отвечает ему Райгард и стряхивает с уха упавшую на него лапшу. Переводит тяжёлый взгляд на меня. — Какая-то аномалия.