Алиса Люкан

Вылетев в приёмную, я не сразу понимаю, что происходит. Чик, которого я по доброте душевной выпустила из клетки, когда искала рекомендацию, гоняет по комнате высокую женщину. Черноволосая и статная, в зелёном кителе факультета бытовиков и форменном платье, она была бы очень красивой, если бы не гримаса ужаса на лице.

— Чик, ты что?! — Я бросаюсь ловить невесть с чего взбесившегося ворона.

— Он напал на меня! — кричит гостья, прикрывая руками голову. — Невоспитанная птица!

— Это я-то не воспитанный?! — гаркает ворон, которого я успеваю поймать и прижать к груди.

Птиц вырывается с явным намерением продолжить охоту, но я не позволяю.

— Он что, разговаривает?! — выпаливает женщина, на всякий случай обходя меня по широкой дуге.

— Не только разговаривает, но ещё и всё замечает и запоминает! — с чувством собственного достоинства отвечает Чик.

Я же кошусь на декана, который стоит на пороге кабинета. Сложив руки на груди, он приваливается плечом к косяку и следит за происходящим. И хоть выглядит дракон скучающим, я всё равно отмечаю цепкость, с которой Скайрид рассматривает гостью.

— И вообще, эта лотта тут шарилась, пока вы там беседы свои вели, — тем временем докладывает Чик, осознав, что отпускать его никто не собирается.

— Я не шарилась! — выкрикивает женщина, побледнев и затравленно водя взглядом по сторонам.

Видя, что на неё больше никто не покушается, она наконец-то останавливается и нервно поправляет одежду и потрёпанную причёску. Гостье требуется всего секунда, чтобы из запуганной лани превратиться в благородную лотту. Выпрямив спину, она снисходительно смотрит на меня с Чиком.

— К вашему сведению, я терпеливо ожидала, пока декан Скайрид освободится. А эта птица напала на меня.

— Чик не стал бы делать этого просто так, — бормочу я.

— Именно! — восклицает ворон. — Эта лотта сунула нос к твоему чемодану! Потом пыталась спереть конфеты!

— Да не трогала я твои конфеты! — взрывается гостья, с гневом раздувая ноздри.

— То есть к чемодану вы всё-таки подходили? — голос лотра Скайрида разрезает пространство и звучит так, что я бы на месте лотты даже не думала врать.

— Было дело. — Женщина благоразумно не отпирается и стреляет глазками в сторону декана. — Но вы же простите мне невинный интерес?

— Ничего не невинный! — снова взвивается Чик, взмахивая крыльями. — А если бы она что-нибудь утащила? Или подкинула?! Конфеты-то ей совесть не запретила воровать.

— Да дались тебе эти конфеты, — прошипев, я сжимаю ворона поперёк грудки, надеясь хоть так его угомонить. — Я тебе целый свёрток куплю, только клюв свой закрой.

— Лимонные? — деловито интересуется Чик.

— Лимонные, — со вздохом подтверждаю я и ловлю на себе изучающий взгляд декана.

Отвечаю ему неуверенной улыбкой. Надеюсь, это нелепое происшествие не заставит лотра Скайрида переменить решение и должность помощницы останется за мной.

— Что ж, раз инцидент исчерпан... — Дракон отводит взгляд и, оттолкнувшись от косяка, смотрит на нашу гостью.

Однако договорить ему не дают. Женщина вздёргивает подбородок и упрямо заявляет:

— Ничего не исчерпан. Я требую извинений.

— Вот ещё! — каркает Чик. — Я защищал собственность хозяйки. И конфеты, — добавляет он спустя секунду раздумий.

— А я и не от птицы их требую. Пускай девушка извинится за то, что её фамильяр столь плохо обучен. На моём факультете это непозволительная ошибка.

— Инцидент исчерпан, — цедит лотр Скайрид, и я слышу рычащие нотки в его голосе. Да такие, что хочется вжать голову в плечи. — Вы не на своём факультете — это раз. Алиса не ваша подчинённая — это два. Ворон-секретарь никогда не врёт, и я вправе обратиться к стражам «Ресталии» для проверки вас на честность — это три. Мне продолжать?

На добрые полминуты в приёмной воцаряется молчание. У меня с Чиком оно, очевидно, восхищённое, а вот наша гостья явно ошеломлена выговором. Я с трудом сдерживаю триумфальную улыбку, в то время как в груди расползается чувство крайней благодарности. Лотр Скайрид не обязан был меня защищать, и оттого его поступок особенно приятен.

— Давайте не будем обострять, — наконец-то нарушает молчание лотта. Снова нервно поправляет пучок на макушке и поводит плечами. — Я, вообще-то, познакомиться пришла.

— Я весь внимание, — учтиво произносит дракон.

Хотя количеством сарказма в его голосе можно убить всех бабочек, которые наверняка порхают в животе нашей гостьи: уж слишком влюблённо она смотрит на лотра Скайрида. И я где-то в глубине души её понимаю: всё-таки Райгард не только прославленный герой войны с Бездной, но и просто очень красивый мужчина. Хорошо, что нас с ним связывают чисто рабочие отношения. Плохо, что мне отчего-то это не очень нравится.

— Может, продолжим знакомство у вас в кабинете? — тем временем предлагает лотта, беззастенчиво флиртуя со Скайридом.

— Если вы пришли только для этого — не вижу смысла. — Дракон пожимает плечами.

— О, нет-нет-нет, — принимается тараторить женщина. Порывисто подходит ближе к Скайриду и заговорщицким тоном продолжает: — У меня к вам очень важное дело.

— С которым вам помочь могу только я?

Предупреждающий взгляд дракона останавливает лотту на расстоянии, которое может сойти за приличное.

— Увы, — наигранно вздыхает женщина. — Решить мою проблему по силам только вашему факультету. Но, может, поговорим без лишних ушей?

Она косится на меня с Чиком, а следом и Скайрид мажет по мне ничего не значащим взглядом. Я же принимаюсь с преувеличенным энтузиазмом изучать обстановку приёмной и делать вид, что прикидываю план работ.

— Хорошо, — наконец изрекает дракон и отступает в сторону, пропуская женщину в кабинет. — Алиса, — зовёт он, заставляя меня встрепенуться. — Приготовь нам с лоттой…

— Мармея Жеванш, — споро откликается та, невесомо касаясь плеча дракона. — Я декан факультета бытовой магии. А ещё возглавляю попечительский совет. Вы бы это знали, если бы три дня назад приняли моё приглашение посетить наш сбор.

— Не видел, — нахмурившись, качает головой Скайрид.

— Видимо, вашей помощнице, — эта Мармея смиряет меня презрительным взглядом, — не хватает профессиональных навыков и дисциплины, раз она умудрилась потерять столь важное послание.

— Алиса здесь первый день, — холодно обрывает лотту Скайрид, и та замолкает, даже несмотря на то, что явно хотела наградить меня ещё десятком «комплиментов». — Прошу впредь не обсуждать компетенцию моих сотрудников. Ни со мной, ни с кем-либо ещё. Всё, что я хотел сейчас от вас узнать, — что вы будете пить?

— Кофе, — обиженно поджав губу, отвечает Мармея.

Всего на секунду, но по лицу дракона проходит еле заметная судорога. Будто одна мысль о кофе вызывает у него рвотный рефлекс. И это чуточку, но расстраивает меня. Сама-то я кофе обожаю и на все праздники прошу дарить мне хоть немного этих волшебных зёрнышек.

— Хорошо. — Скайрид кивает и обращается ко мне: — Алиса, будь добра, один кофе…

— Со сливками, — тут же добавляет декан бытовиков, а я успеваю заметить, как дракон закатывает глаза.

— Со сливками, Алиса. И чай.

— Чёрный, зелёный, фруктовый, травяной? — бросаюсь перечислять я, внутренне радуясь тому, что Скайрид хотя бы чай любит.

Кухарка семьи Аделис научила меня готовить изумительные напитки на основе чайных сборов.

— Простой чёрный чай. Без сахара. Без трав и экспериментов. Если раздобудешь лимонные дольки — буду благодарен.

С этими словами он закрывает дверь, оставляя меня в гулкой тишине приёмной.

— Вот же прилипала! — громко каркает Чик, заставляя меня подпрыгнуть на месте. — Давай мы ей в кружку плюнем?

— Ага, — кривлюсь я. — И тогда чемодан можно даже не распаковывать — сразу ехать домой. Вот папенька обрадуется!

Прохожу к широкой столешнице, установленной под окном позади рабочего стола. Среди мусора и стопок папок я распознаю чайный артефакт — крупное устройство, в народе называемое просто чайником. Такие штуки, в зависимости от количества заварочных колб, способны приготовить разные виды напитков. В поместье Аделис было похожее, и я частенько делала для старой лотты успокаивающий настой. Естественно, по рецепту семейного лекаря.

— Да откуда она узнает? — тем временем продолжает подбивать меня на преступление Чик.

— Ниоткуда, — спокойно отвечаю я. — Потому что мы не будем этого делать.

Усаживаю ворона рядом с артефактом и принимаюсь за поиски зёрен кофе и листьев чая. Сделать это не так уж и легко. Видимо, прежняя помощница была совсем плоха, раз довела кухонную зону до такого плачевного состояния. Мне, откровенно говоря, хочется вызвать бригаду бытовых магов, чтобы они тут всё простерилизовали: мало ли какая жуть могла завестись в дальних уголках местных шкафчиков.

— Ну давай я хотя бы клюв в её чашке прополощу? — не отставая от меня, предлагает Чик.

— Что, настолько тебя взбесила? — со вздохом спрашиваю я, пробегаясь взглядом по столешнице.

Напитки готовить совсем не хочу. По уму, тут сначала порядок надо навести, вытряхнуть из ящиков и шкафов все «скелеты» моей предшественницы и загрузить свежими продуктами. Я почему-то уверена, что лотр Скайрид будет не прочь перекусывать в течение работы.

— Да ты не представляешь как! — в искреннем возмущении приговаривает Чик. Вышагивая вслед за мной, он жалуется: — Зашла как к себе домой. На меня так высокомерно посмотрела и даже не поздоровалась, тоже мне аристократка. Но я молчал. Честное воронье. Даже когда она одну из конфеток со стола стащила, молчал! Но когда она полезла к чемодану, вот тогда я не выдержал. Я ж не знал: может, это воровка какая?

— В кителе бытовиков? — Я скептически приподнимаю бровь. — Мы же перед поездкой с тобой все знаки отличия «Ресталии» учили. И структуры академии — тоже. Ладно я не помню, но ты-то у нас с феноменальной памятью.

— Так-то оно так, — важно задрав голову, отвечает Чик. — Но мало ли где она этот китель упёрла.

— Тебе никто не говорил, что ты всех вокруг подозреваешь в воровстве? — бормочу я скорее для того, чтобы просто поболтать, чем действительно узнать, что же тут произошло.

— А как ещё жить? А? Если всё так и норовят друг у друга что-нибудь да прихватизировать. Вот знал я одну сороку…

В очередном шкафчике обнаруживается видавшая лучшие времена банка с кофе. Открываю крышку и морщусь от гадкого запаха. О нет, это нельзя использовать. Если, конечно, не хочешь выпроводить гостей за порог.

— …И вот эта сорока умудрилась стащить мой фамильный жетон вороньих секретарей, представляешь?

Улавливаю конец фразы Чика и поднимаю на него задумчивый взгляд.

— Эй, Алиса, ты меня вообще слушаешь? А что у тебя с лицом?

— А что с ним? — нахмурившись, переспрашиваю я.

— Ну с таким выражением либо в бой идут, либо соперников травят. У нас какой вариант?

— У нас кофе варят, — ухмыляюсь я.

Глазки Чика озадаченно округляются. Он смотрит то на меня, то на зажатую в моей руке банку.

— Может, всё-таки просто плюнем? — неуверенно предлагает ворон.

— Нет-нет, милый, — улыбаюсь я и поглаживаю птицу по мягким пёрышкам на голове. — Никаких посторонних жидкостей в напитках наших гостей. Только антикварный, судя по плесневелому запаху, кофе. И пускай весь мир подождёт.

— Я тебя уже боюсь, — бормочет Чик, отодвигаясь в сторонку, и тут же почтительно добавляет: — Но и уважаю, конечно.

— Конечно, — киваю я, высыпая нужное количество зёрен в приёмный раструб чайника. — А то кто ещё тебе лимонные конфетки добудет?

— Это поклёп. Я люблю тебя за то, какая ты есть! — В голосе ворона слышится улыбка. — Кстати, а ты заметила один интересный момент?

— Какой? — не отрывая взгляда от работающего артефакта, переспрашиваю я.

— Ну как же. Похоже, наш начальник тоже любит лимоны.

— Тоже?

Я совершенно не улавливаю мысли Чика, ведь сама-то я к лимонам равнодушна.

— Ну Алиса! Ну я тоже люблю лимоны! Понимаешь, что это означает?

Бросив косой взгляд на птицу, я качаю головой.

— Ну ты даёшь! Он дракон, любит лимоны. Я тоже люблю лимоны. Уверен, в моей родословной совершенно точно отметился кто-то из драконов! Из тех, древних, которые ещё не обрели человеческую ипостась, а потому были самыми сильными созданиями нашего мира!

В ответ я лишь многозначительно закатываю глаза. У Чика любовь не только к лимонным конфетам, но и к приписыванию себе особой важности. И к тому и к другому я уже привыкла, а вот к работе с местным чайником, похоже, придётся приноравливаться: слишком много тут рычажков и кнопочек. И какая из них пусковая?

— Возможно, эта? — бормочу вслух и нажимаю на самую симпатичную, зелёненькую.

И ничего не происходит. Чайник не гудит, не кряхтит да даже не всхлипывает, как бывало с артефактом на кухне Аделис.

— Он помер, что ли? — озадаченно спрашивает Чик, подойдя ближе к чайнику и заглядывая в кофейный раструб.

— Учитывая состояние приёмной, ничему не удивлюсь, — расстроенно отвечаю я, принимаясь исследовать прибор.

Может, я его неправильно включила? Или разрядились магические накопители? Просунув ладонь к задней стенке, я нащупываю вытянутые кристаллы пресловутых накопителей, и в этот момент чайник оживает.

Даже не так — он восстаёт! Громко хрюкнув, грозно хрустнув, артефакт начинает приготовление кофе и попутно выплёвывает кофейный жмых в Чика, который в этот момент как раз сунул голову в раструб.

— Караул! — громко каркает ворон, взлетает и принимается носиться по приёмной ошпаренной белкой.

Наблюдая за хаотичным полётом Чика, я молча прикрываю раструб специальной крышкой.

— Эй, потомок древних и ужасающих драконов, может, угомонишься? — с лёгким ехидством спрашиваю я. — Это всего лишь кофейные отходы. Между прочим, полезные для кожи лица.

— Вот и засовывай голову в колбу! А чайник хотел меня убить! — обиженно докладывает Чик, благоразумно выбирая мой стол для посадки. — Это было спланированное покушение!

— Ещё скажи, что ты ему сразу не понравился, — фыркаю я, беря чашечку с дурнопахнущим кофе и выискивая взглядом поднос.

Последний нахожу под ворохом каких-то обёрток и — о, ужас! — яблочных огрызков. М-да-а, всё ещё хуже, чем я думала. Желание вызвать очистительную бригаду крепнет с каждой проведённой в приёмной минутой.

— Именно, Алиса! У всего магического есть душа. И конкретно вот той душе, — ворон тычет крылом в сторону чайника, который в этот момент будто соглашаясь со словами Чика, громко подвывает, — я не нравлюсь.

— Ну да, ну да, а я тогда инари, — откровенно ехидничая, отвечаю я.

Инари — настолько редкое явление, что встретить их — это всё равно что узреть живое воплощение Единой Матери. Шутка ли, жить себе, жить и вдруг осознать, что в тебе пробудилась древняя магия. И не какая-нибудь стихийная, а каждый раз уникальная. В книгах из библиотеки лотты Аделис я читала про инари, способную оживлять растения. А нынешняя императорская семья и вовсе ведёт свою родословную от первой инари, которая, как поговаривают, умела возвращать из мёртвых.

Размышляя о видах магии и удивительных вывертах судьбы, я вытаскиваю поднос из-под груды мусора и скептически осматриваю некогда блестящую поверхность. Серебро — а это, очевидно, оно — покрылось чёрными пятнами и требует немедленной чистки. Жаль, что времени для этого сейчас нет.

— Ты бы так не шутила, Алиса, — с внезапной серьёзностью произносит Чик.

— Почему?

Ставлю кофе на столешницу и принимаюсь за поиски сливок. Под чайником как раз установлен хладошкаф, где любой скоропортящийся продукт может храниться годами. Редкость дорогущая и жрущая магические накопители как семечки, но, похоже, «Ресталия» может себе её позволить.

— Потому что быть инари не только честь, но и дикая ответственность. — Голос Скайрида заставляет меня ойкнуть и оглянуться.

Дракон стоит у моего стола и почёсывает шею Чика, который разве что лужицей не растекается. Взгляд декана при этом прикован ко мне, и я чувствую себя застигнутой врасплох.

— Я не помню ни одной инари, которая была бы довольна своей судьбой, Алиса, — продолжает Скайрид. — Так что не стоит кликать беду, тем более в шутку.

— Но почему? — искренне удивляюсь я. — Разве инари не получают всеобщее внимание и исполнение всех желаний?

— За уникальную магию девушки-инари расплачиваются свободой, — холодно поясняет декан и переводит взгляд мне за спину. — Что с напитками? Нашла кофе?

— Э-э-э, да! И он как раз таки готов, — докладываю я, несколько озадаченная быстрой сменой темы. — Сейчас сделаю чай и всё подам.

— Не надо, — останавливает меня дракон. — Давай кофе. Сам отнесу, раз уж вышел. А чай оставь на потом. Когда наша гостья соизволит отчалить.

Не знаю почему, но мне чудится в последних словах Скайрида раздражение. И это странным образом меня радует. Будто мы с драконом заодно в нашей нелюбви к лотте Жеванш.

— Удачи, лотр Скайрид, — с улыбкой произношу я, отдавая ему чашечку кофе и маленький кувшинчик сливок.

Бровь дракона уже узнаваемо приподнимается. Декан принюхивается к кофе и морщится, но делает это так, будто другого и не ожидал.

— Мне стоит беспокоиться? — всё-таки спрашивает он, поворачиваясь к кабинету.

— Для тревог нет причин, — смело рапортую я. — Можете порадовать лотту Жеванш, что кофе раритетное и безумно дорогое.

— Берегли специально для неё, — подкаркивает Чик.

Прежде чем скрыться в кабинете, Скайрид награждает нас недоверчивым взглядом.

— Эх, надо было плюнуть, — разочарованно вздыхает ворон.

— Плюнем, милый, обязательно плюнем, — обещаю я, поглаживая его по голове. — Но потом. И не в чашку.

— А куда? — заинтересованно уточняет Чик.

— В душу, — отвечаю я. — И то если продолжит свои нападки. Мы с тобой помощники декана боевого факультета и должны ограждать его от непонятных личностей и нелепых ситуаций. Поэтому в чашки мы не плюём, ноги не полощем. И вообще, улыбаемся и машем. Понятно?

— Это мы можем, — кивает Чик со всей возможной серьёзностью. А потом, задумавшись, добавляет: — А что делать-то? Ну кроме запоминания всего и вся?

— Для начала — сделать чай, а затем — навести порядок в этой обители хаоса.

Потрепав напоследок пёрышки ворона, я возвращаюсь к чайнику. И пока медитативно наполняю его водой, засыпаю чайные листья, на удивление оказавшиеся достаточно свежими, прислушиваюсь к звукам, доносящимся из кабинета. Кажется, у меня даже уши вытягиваются — так интересно узнать реакцию Жеванш на наше особое угощение.

Правда, ждать приходится недолго. Когда я завершаю последние приготовления к запуску чайника, в кабинете раздаются странные звуки. Грохот, вскрик, а затем суетливая возня.

Замерев, я озадаченно переглядываюсь с Чиком.

— В моей памяти нет информации о ядовитости кофе, — бормочет ворон. — Ты уверена, что мы случайно не грохнули лотту? Она мне, конечно, крайне неприятна, но не до смерти же.

— Не мели чепухи, — чуть раздражённо отвечаю я, хотя внутри разрастается нешуточное беспокойство. — Максимум, что может произойти с Жеванш, — туалетный инцидент.

— О, как ты деликатно, — с уважением кивает Чик. — Но что…

Ворон не успевает договорить. В следующий миг одновременно происходят два события. Дверь в кабинет распахивается, являя нам зелёную, как её китель, Жеванш. А за моей спиной начинает фонтанировать чайная колба артефакта.

— Драконьи боги! — вскрикивает Чик и в страхе забивается в клетку.

Даже дверцу за собой прикрывает и держит лапкой. А я не знаю, за что хвататься, куда бежать: помогать лотте, которая, прикрыв рот ладонью, пытается сдержать рвотные позывы или поскорее отключить взбесившийся агрегат?

Всё решает появившийся следом за Жеванш дракон. Хмурый, с глазами, мечущими молнии, он оглядывает приёмную и в один пасс сминает чайник в комок металла, стекла и магических кристаллов. В ту же секунду в комнате воцаряется полная тишина, нарушаемая лишь иканием декана бытовиков.

— Простите, — только и успеваю пискнуть я, стараясь выглядеть при этом как можно невинней и жалостливей. Мол, это не я, это всё само!

— Лотта Жеванш, обговорим вашу ситуацию позже, — смерив меня тяжёлым взглядом, произносит Скайрид и, поддерживая декана бытовиков под локоть, ведёт её на выход. — Когда вам станет лучше. Сопровождение потребуется?

— Нет! — почти истерично выкрикивает женщина, а затем, взяв себя в руки, добавляет уже спокойнее: — Не стоит, лотр Скайрид. Я не сомневаюсь в вашей благородности и умению прийти на помощь слабой лотте, но сейчас мне хочется побыть в одиночестве. Ещё раз простите за рубашку.

За рубашку? Вы чего там делали?

Озадаченно переглядываюсь с Чиком. Тот разводит крыльями, мол, и сам ничего не понимаю. Разгадка приходит, когда дракон, закрыв за Жеванш дверь, разворачивается и, на секунду прикрыв глаза (и даже, кажется, ругнувшись про себя), стремительно направляется в кабинет. А я замечаю коричневые пятна на его рубашке и потёки жижи на шее. Будто кто-то в дракона плюнул.

— Лотр Скайрид! — окрикиваю его, когда декан уже почти скрывается в своей обители.

— Что?

— Чай нужен?

Ответом мне становится что-то неразборчивое.

— А?

— Неси, Алиса, неси, — как-то обречённо выдаёт декан и исчезает за порогом.

Через несколько мгновений слышу хлопок двери, ведущей в личную уборную декана. Значит, у меня есть несколько минут, чтобы исправить созданное впечатление. А то Скайрид, чего доброго, решит, что я криворукая и ему такая помощница не нужна. Ещё и уничтожение дорогущего чайника на мой счёт запишет, чтобы было чем оправдывать перед ректором моё увольнение.

— И чего теперь делать? — На столешницу усаживается Чик, и мы вместе разглядываем разноцветный шар, который остался от чайника.

— Попробую заварить чай на подогревательных пластинах, — вздохнув, отвечаю я.

— А они тут есть?

— Молись, чтобы были, — мрачно отвечаю я.

Лезть в закрома местной кухни мне совсем не хочется. Но делать нечего: нужно подать чай. И, видимо, судьба всё же решает надо мной сжалиться. В третьем по счёту ящике я нахожу нужные мне артефакты. Плоские квадраты с вмонтированным по центру красным подогревательным кристаллом. Их используют при подаче горячих блюд, чтобы те не успели остыть.

— Отлично, похоже, нам всё-таки везёт, — бормочу под нос и принимаюсь за приготовление напитка.

К моей радости, заряда кристалла хватает на то, чтобы довести воду до нужной для раскрытия чайных листьев температуры. Выждав нужное время, я аккуратно сливаю чай в чистую кружку, ставлю её на пластину и иду в кабинет. Тот оказывается пустым, и я даже успеваю похвалить себя за то, что для подачи решила использовать вторую пластинку. А то пока лотр Скайрид приведёт себя в порядок, чай успеет остыть.

Прохожу к рабочему столу и, остановившись, высматриваю место, куда бы пристроить напиток. Но вся поверхность стола занята многочисленными бумагами, папками и свитками с магическими печатями. Из чистого любопытства пробегаюсь по строчкам открытых документов. В конце концов, я же должна знать, над чем работает мой начальник.

— Лимонные дольки! — внезапно осеняет меня.

Я стремительно разворачиваюсь и тут же натыкаюсь на дракона. Ума не приложу, как он так незаметно подкрался. Но плохо даже не то, что он застукал меня за разглядыванием его рабочих бумаг, а то, что я не удерживаю чай. Кружка срывается с пластины и летит прямо на Скайрида. Секунда-другая — и вот уже брюки декана встречаются хоть и не с кипятком, но с очень горячим напитком.

— Алиса-а-а-а, — шипит сквозь зубы дракон.

— Простите-простите-простите, — тараторю я, бросаясь вперёд и пытаясь хоть как-то просушить пятно захваченными с собой салфетками.

— Всё в порядке.

Декан пытается отстраниться, но я так боюсь, что меня могут выгнать, что упрямо продолжаю попытки. В какой-то момент происходит нечто странное. Подогревательная пластинка в моих руках будто шевелится, нагреваясь, и прыгает на брюки декана. А уже в следующее мгновение штаны весело тлеют вместе с артефактом.

— Да драконьи боги! — натурально ревёт Скайрид, вскидывая руки и мгновенно гася воздушной магией начинающийся пожар.

В кабинете воцаряется тишина, в которой слышно лишь моё паническое дыхание. Дракон мрачно смотрит на обгоревшие брюки, затем поднимает на меня тяжёлый взгляд и интересуется:

— И когда ты хотела сообщить, что обладаешь магией огня?