Три кошки, которых Гоша только что отшвырнул одним ударом хвоста, снова приближались. Их шерсть стояла дыбом, глаза горели яростью. Безумные, бесстрашные, они снова лезли в пасть чудовищу. Видимо, у этих кошек действительно было девять жизней. Так как я бы уже после первого удара задумалась и не стала лезть на рожон.

Гоша, словно понимая, что схватки было не избежать, снова напрягся, собираясь в кольцо, готовый нанести новый удар. Он был моей единственной защитой, так как больше никто не попытался меня защитить от них. Но кошек было трое, и они были настроены крайне агрессивно. Эти кошки просто не понимали намеков!

Змей недовольно зашипел, почувствовав мое напряжение. Он приподнял голову, его раздвоенный язык быстро заметался в воздухе, вычисляя траекторию движения приближающихся мурок. Я вцепилась пальцами в его прохладную кожу, мысленно благодаря Гошу за его преданность.

— Может не надо, Гоша? Или хотя бы, пожалуйста, аккуратней — это же не просто дворовые кошки! — прошептала я, зная, что он понимал каждое мое слово.

Я посмотрела на мужчину, что недавно вышел из машины, и на чьих глазах практически избивали подданных, но он, как и остальные мужчины за моей спиной, ничего не делал, просто стоял и смотрел, ожидая чего-то. Их бездействие злило меня, но я знала, что чуть позже я им всем все выскажу, главное было — остановить этих кошек.

Змей вновь приготовился к атаке, собирая свое мускулистое тело в пружину, готовый обрушить всю свою мощь на назойливых кошек.

Но тут, из-за моей спины, раздался такой жуткий вопль, что я подпрыгнула на месте.

— МЯУ! — пронеслось в воздухе, заглушая даже шипение Гоши.

Одновременно с этим я услышала утробное рычание. Сердце ухнуло в пятки. Я медленно обернулась и замерла в ужасе. Из-за моей спины выскочил Зубастик, мой ставший огромным мейн-кун. Он был в ярости. Шерсть на загривке стояла дыбом, глаза горели злобным огнем, а из пасти вырывалось нечто среднее между рыком и шипением.

— Зубастик! Что ты делаешь⁈ — только и успела я пропищать, прежде чем все завертелось в безумном танце.

Зубастик с разбегу набросился на черных кошек, разметав их в разные стороны, словно кегли. Гоша воспользовался замешательством кошачьей братии и отполз подальше, освобождая мне обзор. Клубок шерсти, когтей и злобного шипения носился по асфальту. Я стояла, как громом пораженная, не зная, смеяться мне или плакать. Наш домашний злыдень, оказывается, умел так яростно защищать не только свою территорию и не только дома, да и там я никогда не видела его в таком грозном виде.

Когда пыль немного осела, я увидела, что местные кошки спешно ретировались, поджав хвосты. Они отошли на почтительное расстояние и, удивленные, сели на свои пушистые задницы, а перед ними на асфальте остались следы когтей. Интересно, кто их оставил? Зубастик, тяжело дыша, но с гордо поднятой головой, вернулся ко мне и потерся боком о ногу.

— Вот это да, Зубастик, — прошептала я, опускаясь на колени, чтобы погладить его. — Спасибо!

Гоша, в свою очередь, подполз ближе и нежно коснулся моей руки своей головой. В этот момент я почувствовала, что, несмотря на все странности и опасности совместного проживания с такими необычными питомцами, я абсолютно счастлива. У меня была своя собственная маленькая армия защитников.

— Ты же в клетке был, демон хвостатый? — наконец-то раздался в наступившей тишине возмущенный голос Саши.

— Ты про ту клетку, что за твоей спиной? — спросил Омар.

Все обернулись. Медленно, будто в кошмарном сне, наши головы поворачивались назад, к распахнутой двери самолета. Там, у самого порога, валялась искореженная, разорванная на куски металлическая клетка. Еще секунду назад в ней жалобно мяукал мой кот. Мой любимый Зубастик.

— Как ты это сделал? Нет, ты точно не простой кот! — сказал Дик.

— ДА, не простой котик, — как-то загадочно подтвердил Омар.

— В нем течет наша кровь. Но только как такое возможно? — послышались удивленные женские голоса кошек, вернувших себе человеческое обличие.

Мы с Леной молча переглянулись и все свои комментарии оставили при себе.

— Почему вы напали на меня? — спросила кошек, хоть я уже и сама поняла, но решила уточнить, вдруг я опять чего-то не знала или мне не сказали. В самолёте мне почитать мои книги ведь не дали, так как магия могла помешать полету, сбивая навигацию.

— Ты осквернила тело нашей сестры. Теперь она не переродится! — объяснила одна из них, поправляя обрывки платья.

— Сожалею, но по-другому было нельзя, — тихо ответила я ей, мне было жаль, что пришлось это сделать.

— Не вините Марьяну. Судя по тому, что я вижу, ей и так было не суждено переродиться. Она не проходила требующийся ритуал погребения. Даже я такого никогда раньше не видел, — теперь Омар был серьезен и внимательно смотрел в транспортировочный ящик, в котором лежала мумия, которую мы привезли.

— Что это значит? — спросил Ингвар.

— Думаю, это все мы уже обсудим в городе. И, сестры Бастет, вам следует извиниться за свое поведение. Мы пригласили гостей, что бы они нам помогли, а вы устроили драку! — последние слова он сказал властно и в приказном тоне, от чего девушки повинно опустили головы.

— Простите нашу грубость и неподобающее поведение. Мы были не правы. Поэтому вы вправе потребовать с нас выполнение одной из ваших просьб в любое время, когда это вам будет нужно. И мы вам не откажем, вне зависимости от просьбы. Даже если ее выполнение будет стоить нам жизни, — сказала одна из сестер, остальные согласно кивнули головами.

— Ну вот, опять твою уникальный талант знакомиться с существами и производить впечатление при первой встрече! — тихо на ухо прошипел мне Ингвар.

— Думаю, нам пора ехать в город, — сказал Омар и, повернувшись к машине, стал садиться внутрь.

Так же поступили и кошки Бастет — сели в свою машину. Меня Ингвар подтолкнул к третьей машине. Туда сели я, Лена, Ингвар и Дик. Остальные остались снаружи, так как подъехали еще машины, которые будто ждали, когда мы закончим наш разговор, и из самолёта началась выгрузка всего, с чем мы приехали. Только мы не стали их ждать и поехали вперёд. Зубастик запрыгнул ко мне на колени, ревниво посматривая на Дика, который положил свою руку мне на плечо. А Гоша, поняв, что для него достаточно места в машине нет, решил, что на моей талии в виде пояса ехать ему будет комфортнее всего.