Слёзы на глаза набежали сами собой. Да как он мог?!.. Как посмел заявиться к моей матушке?!

Я бродила меж рядов гостиного двора и бессильно сжимала кулаки. Потрясение сменилось злостью, а злость — горечью. Чего ещё надо Бержену?! Уехал и уехал в свою Полонью, скатертью дорожка!..

Странное дело, но рынок к вечеру словно онемел. Я страстно желала отвлечься, поспорить с торговкой или грузным хорасаном, но все как воды в рот набрали! Не лезли, ничего не предлагали. Даже кошель был на месте — дурной знак. Ни один воришка не прошёл бы мимо девицы, витающей в облаках!

Я сделала пару шагов и... резко обернулась. Зря. Уткнулась носом в молодецкую грудь язычника, который крался за мной по пятам!

Зато молчание торговцев перестало быть загадкой — связываться с правой рукой царя, с жутким Тайным приказом, себе дороже. Но выходит, что Руд уже полчаса слоняется со мной?!..

— Ты сегодня в ударе, сваха, — усмехнулся мужчина, — сначала на площади ворон считала, а потом и вовсе на рынок отправилась, в одиночку гулять! То есть, боярские сыны тебе не по нраву, лучше всякие цыгане или хорасаны, а то и наёмники местные. Слушай, если нужны приключения, ты обращайся!.. Так и быть, поглажу девицу по старой памяти!

Я в ответ зашипела дикой кошкой! Вышло не хуже, чем у настоящей оборотницы! Это... это было подло и нечестно! Однажды, ещё зимой, нам с подружками подлили в медовуху особое зелье. Такое зелье, что неистерпимо захотелось любви: похотливой, плотской и горячей! Но подружки-то при женихах были, с ними утешились, а я... Я повстречала Руда на свою беду!

— Мной управляло зелье богомерзкое, — упёрла руки в бока, — кто ж в здравом уме будет с оборотнем ожиматься?!.. Чары языческие не считаются!

— Не считаются до трёх брюхатых девок — твоих подружек?.. — оскалился Руд. Я вспыхнула.

— Это по любви! Что по любви, то Богу угодно!

— Сваха, рассуждающая о любви, — Руд подхватил меня под локоть и повёл дальше, к разочарованному вздоху зевак, — это интересный поворот. Я думал, вы только по купле-продаже залежалого товара!

— И тебя, — развеселилась я. Мужчина прищурился.

— По заднице получишь, сваха!

Картинно округлила глаза:

— За что?! Пусть истина та скорбная, зато правдивая! Девки похотливые за тебя замуж не хотят, а приличным барышням пользованный товар не нужен... Ай!!! Я матушке-царице пожалуюсь!!!

— Ради твоего воспитания я готов терпеть укоры царицы! Отделаюсь подарками да обещаниями, но задница твоя гореть будет, сваха!!!

Я увернулась от его ладони и вдруг застыла, как вкопанная:

— О! Подарки, говоришь?! Беру только заморским кофе и шоколадом!

Язычник чуть не перекрестился:

— Ты Бога-то своего побойся, девка!

— А вот нечего лапы распускать!

На нас уже оборачивались, но я вошла в раж и затихать не хотела:

— Ну, коли нет ни кофе, ни шоколада, то и прощения не жди!..

Руд оценивающе посмотрел на меня.

— С другой стороны, не так дорог кофе, сколько сладости будет в твоём "воспитании"! Иди-ка поближе...

Взвизгнув, я припустила вниз по улице. В юбке да сапожках. От оборотня-медведя.

Ну ума — палата!

Я проскользила по мощёной дорожке, чуть не влепилась в чей-то забор и оглянулась.

Руда не было видно.

Неужели остался у рынка?.. Правильно, больно ему надо за свахой бегать! Не одну по заднице приголубит, так другую, не капризную! Шутить про порченный товар я могла сколько угодно, но девки на Руда вешались. Ещё бы понять, что они в этом хаме находили!

Я вновь закрутила головой. Никого. Только серый кот на столбе пристально следил за мной. Кхм...

— Руд?.. — я подошла к коту: — Это ты?.. Да нет же, языческая бабушка сказала — медведь! А если он котом оборачивается или соколом, или кузнечком?.. В сказках у колдунов же получалось!

Кот, выразительно мявкнув, задрал ногу и принялся вылизывать свои... эм, причиндалы.

— Как тебе не стыдно, развратник?! — от возмущения у меня перехватило дыхание! — Руд! Немедленно прекрати!

За спиной раздался сдавленный хохот. Ёжки-матрёшки!.. Я повернулась... и узрела оборотня в самом человеческом виде! Руд аж пополам согнулся от смеха.

Краска стремительно залила моё лицо. Боже, Лапка, ты как обычно!..

— Отстань от кота, блаженная! У него сейчас время свиданий, он готовится!

— Кто же вас, язычников, разберёт?! — всплеснула я руками. — Может, у медведей тоже пора свиданий! Откуда ж мне знать?!

— У медведя, — Руд невесело улыбнулся, показав отросшие клыки, — дурная бабка с царём-предателем, которые сговорились ему и жизнь, и весну испортить! Пойдём, сваха! Разговор к тебе имеется...

Руд

До дворца мы Лапкой добрались, почти не ругаясь. Учитывая наши непростые отношения, это было неплохо. Под конец прогулки девица заметно устала — и мне невольно захотелось подхватить её на руки. Ну что для медведя цыплячий девичий вес?.. Я присмотрелся к Лапке — и осознал, что места для мужских рук у девицы стали намного меньше! Это ещё что такое?!.. Неужели взялась подражать новой царице, хрупкой лебеди?! Вот вечно у девок какие-то заморочки!

Весна кружила столицу в свадебных хороводах, ласкала в тёплом солнце и влюблённо щебетала в кустах или тёмных углах. Медведь ожил от сна, огляделся — и увидел тусклую заморенную девицу, которая в одиночестве бродила по рынку. Клыки вновь поползли — нам обоим не нравилось то, что происходило с Лапкой.

— Чего слёзы-то лила? — спросил я, аккуратно щипая девицу пониже спины. Сваха ойкнула, подпрыгнула и сверкнула на меня глазами. Да там щипать уже нечего, а когда нечего — то не считается!

— Не твоё дело, оборотень! — вскинула хорошенький носик с россыпью светлых веснушек. Веснушки у Лапки то появлялись, то исчезали, вызывая у меня недюжее любопытство. Как и её волосы, которые то отливали медью, то становились каштановыми.

— Как это не моё?! — искренне изумился я. — Вот женишь меня на какой-нибудь змее — и что делать прикажешь?!

Лапка смешно надула щёки, а потом выдохнула и рассмеялась! Я и рад был увидеть её улыбку, и слегка растерян. Чего мы такие смешливые да загадочные?..

...Конечно, я видел её взгляды на высокого парня — приятеля Мартышкина. Но тот по лицу был чистый полонец. С Полоньей империя только недавно заключила мир, а до этого они были кровными врагами. Откуда у Лапки подобные знакомцы?..

Да и парень явно не прост. Кажется, Бержен. Надо бы разузнать о нём побольше.

Но говорить об этом свахе я, разумеется, не стал. Девица же, широко улыбаясь, фамильярно похлопала меня по плечу.

— Твоя языческая бабушка уже подготовила мне список невест! Все девицы как одна: богатые, красивые, знатные... глаза разбегаются!

— Не трудись, сваха, я с бабушкой знаком дольше, чем ты, — фыркнул, — уж она способна найти девиц, которые даже меня поставят в тупик!

— Не переживай, если что — сваха разберётся! — совсем развеселилась Лапка. — В конце концов, ты у меня жених яхонтовый, за которого царь золотом платит!.. Не мужчина — клад! Можешь капризничать да приговаривать — не для этой девки бабушка ягодку растила!..

И ведь отбежала умно, ласка синеглазая! Догадалась, что по заднице за выверты свои получит крепко!

Правда, эта горе-девица сразу налетела на кого-то молодца.

А?..

Откуда на территории царского кремля очередь из парней?! Да ещё у рабочего терема новой царицы?! Куда Мик смотрит?!

Лапка тоже захлопала ресницами. Ясно, спрашивать, что задумали её бешеные подруженьки, бесполезно.

— Царица, мать твою! — рявкнул я, что эхо прокатилось по улице, а нервная молодёжь вздрогнула. — У тебя что за смотрины мужские?! У нас холопы закончились али в стрельцах недобор?!

— За невестой мы! — гулко отозвался бородатый мужик средних лет, судя по виду — трактирщик. — Ходят слухи, что девица ясно-солнышко — подружка царицы — во дворце томится, у окошка горюет, замуж хочет! Сама золотогривая, с глазами синими, кожей белой, фигурой дородной! Нежная девка, печальная — любви ей хочется, да какие мужья при дворе?!

— Какие? — спокойно уточнил я, закатывая рукава. — Поясни, мил-человек.

— Бояре молодые — охальники да мужеложцы, — принялся перечислять "мил-человек", а соседи ему охотно поддакивали, — дворянские дети с чином своим носятся, а язычники, всем известно, по мужскому делу слабы! Недаром они только чистых и невинных дев выбирают!

Дворовые стрельцы и пришедшие со мной ребята тоже потемнели лицом. Значит, быть развлечению...

— Таша!!! — дурным голосом заорала Лапка. — Выходи, не то сейчас мордобой будет!

— Да помолчи ты!.. — зашипел парень из моей свиты, но поздно — на крыльце появилась матушка-царица. Ну, эта барыня любую малину испортит! От её поучений даже медвежья натура пряталась подальше, вглубь меня. И ведь слова худого не скажешь — жена побратима, царица, растудыть её, и мать будущая.

— Никакого мордобоя! — решительно заявила Таша. — Спасибо всем женихам, но на сегодня приём окончен! Приходите завтра!

Зароптав, парни стали расходиться, а я не выдержал:

— Какого овоща, царица, ты мою... сваху сватаешь?! Ты вроде беременная, а не блаженная! Хотя по ощущениям, одно и то же... - закончил я уже тише.

Царица в очередной раз закатила глаза. На всё моё недовольство она всегда реагировала одинаково!

— Ничего-ничего, — зловредно пробормотала Таша, — скоро приедут фракийские мастера по этикету — и научат этого хама поведению!

— Я их сожру, — парировал мрачно, — ненавижу фракийцев! Жеманные, кучерявые, напомаженные — ни подраться, ни хмельного мёда выпить!

— Только попробуй! Я сделаю из вас, дремучих невежд, нормальных людей! Русса будет самым образцовым городом Европы!

Вздохнул. И почему лекари отказываются признать беременность болезнью, а?.. Пусть временной, но болезнью! Царица и раньше не подарок была, а с дитём в животе вообще страшной женщиной стала! Главное, внешне-то — русалочка на Купала, не меньше!

Правильно её Никандр бесовкой называл!

— И женихов моей свахи сожру, и фракийцев твоих сожру, — подытожил я. Еще бы царицу в женских терем вернуть, но этим пусть Мик занимается — я не настолько рисковый!

Толпа разошлась (разбежалась!), но два смельчака всё же остались у крыльца. Ну давайте разбираться, кто на мою сваху претендует!