– Эй, дурная башка, я сказал: ставь сундук, – повторил Марковий.

Трясясь от волнения, Перри неловко отпустил ручку, и сундук грохнулся на пол. Изголовье кровати украшала резьба в виде лошадиных голов. Покрывало было соткано из пурпурных и золотых нитей, и…

Вот бы мама всё это увидела! – подумал он. – На фестивале она только зря тратит время. Здесь, на вилле, всё настоящее!

– Эйя, ты куда собрался? – спросил Марковий.

– Я…

– Разожги лампу.

– Лампу? – Перри растерянно огляделся по сторонам и не нашёл никакой лампы.

– Вон там, на столе, – раздражённо воскликнул Марковий и указал на странную глиняную вещицу на маленьком столике, выкрашенном в красный.

Перри подошёл к столику. По форме лампа напоминала сплющенный заварочный чайник с рельефным изображением орла и двумя отверстиями наверху, где должна была быть крышка. Внутри носика мерцало крошечное жёлтое пламя, но как разжечь его ярче?

– Вах, ты глупый? – фыркнул Марковий.

Он протопал мимо Перри и схватил со стола что-то похожее на бронзовый гвоздь. Воткнул его в носик и резко дунул на пламя. Оно вспыхнуло и разгорелось, едва не опалив ему брови, и он отпрыгнул.

Перри с трудом сдержал смех.

Марковий вышел из комнаты через другую дверь, и Перри поспешил за ним.

– Уже совсем поздно, – воскликнул Марковий, спускаясь по лестнице, ведущей в сад. – Скоро ужин.

Перри взглянул на солнце, стоящее высоко в небе.

Древние римляне ужинают как-то рано, – подумал он. – Сейчас ещё даже не вечер.

Но Марковий смотрел не на солнце, а почему-то на землю у себя под ногами.

– Как ты определил время? – спросил Перри с искренним любопытством.

– Вот по ней. – Марковий указал на свою длинную тень. – А как его определяешь ты?

– Наверное, никак, – признался Перри. И действительно, как определить время без часов или телефона?

Марковий закатил глаза.

– Я так и подумал. Ладно, давай соберём цветы. – Он взял корзину с каменной скамьи и опустился на корточки рядом с клумбой.

Перри на секунду замялся и тоже присел. Можно побыть здесь ещё немножко, а о том, как вернуться домой, он подумает позже.

– Собирай бархатцы. – Марковий сорвал несколько ярких оранжево-жёлтых цветков и швырнул их в корзину. – Сегодня будет особенный ужин. В честь возвращения хозяина.

Перри нервно взглянул на него. Особенный ужин… Он надеялся, что им не придётся есть мышей!

К его удивлению, Марковий перестал рвать цветы и принялся рассматривать листья.

– Ты что-то ищешь? – спросил Перри.

Марковий издал тихий смешок.

– Увидишь.

Через пару минут он издал победный крик и резко поднялся на ноги.

– Пойдём в столовую. Надо успеть до Габрины. Это здешняя домоправительница, – пояснил он. – Старая грызма, коровья морда.

Они вихрем промчались по крытой веранде. Перри успел лишь мельком взглянуть на маленькое святилище со статуями богов, сверкавшими в лучах солнца, а потом они с Марковием ворвались в большую, богато украшенную комнату.

Это столовая? – удивился Перри.

В комнате не было ни обеденного стола, ни стульев. Только круглый низенький столик и опоясывающая его с одной стороны изогнутая кушетка. На кушетке лежала женщина, обмахивая себя веером из слоновой кости с золотом. У неё была очень бледная кожа и одета она была в длинное платье цвета морской волны.

– Это Доната, хозяйка, – шепнул Марковий.

– Валентия, – проговорила Доната, – сядь и не ползай по полу как рабыня.

Раздался слабый звон, а затем из-за кушетки поднялась девочка. У неё были большие карие глаза и тёмные густые брови. Я её уже видел, – понял Перри. – Это та самая девочка с длинными волосами, которая выбегала встречать повозки.

Сейчас её волосы были собраны в пучок на затылке. И платье на ней тоже было другим – цвета ржавчины, со спущенными с плеч рукавами. Тонкие браслеты у неё на руках тихонько звенели при каждом движении.

Она с любопытством взглянула на Перри. Потом посмотрела на Марковия и широко улыбнулась.

– Марковий, смотри кого привёз папа с севера!

Как по команде, из-под кушетки выскочила кошка. Самая толстая кошка из всех, каких видел Перри. Пушистый шар в тёмно-коричневую и белую полоску.

Девочка провела длинным рукавом по мордочке кошки, но та лишь зажмурилась и зевнула.

– Ленивое создание, – пробормотала Валентия и наклонилась погладить кошку.

– Валентия, – строго проговорила Доната, – этому зверю не место в столовой. Твой отец привёз его не для забавы, а для ловли мышей. Марковий, отнеси его в амбар.

Девочка сердито надула губы. Марковий ей подмигнул, и уже в следующую секунду они с кошкой носились по комнате как угорелые, перепрыгивая через низкие табуреты и ныряя под столики на высоких ножках. Валентия буквально каталась по полу от смеха.

– Марковий! – возмущённо прикрикнула на мальчика Доната.

Рыжий парнишка бросил на Валентию извиняющийся взгляд, поймал кошку и понёс её к двери. Кошка громко мяукала и вырывалась.

Доната перевела взгляд на Перри.

– Стало быть, ты из новых рабов, привезённых с севера, – сказала она.

Перри изумлённо уставился на неё. Вот почему никто не удивился его присутствию! Но… раб?!

Спасибо, мама, – кисло подумал он. – Ты мне сшила костюм раба.

– Надеюсь, ты не такой проказливый, как юный Марковий, – продолжила Доната, поднимаясь с кушетки.

Ха! Значит, Марковий тоже раб.

– Валентия, я только надену те изумрудные серьги, которые мне привёз твой отец, и сразу вернусь, – сказала Доната. – Он скоро придёт на ужин. Мальчик… – Она махнула Перри. – Займись цветами.

Она тоже вышла из комнаты.

Перри шагнул к двери. Пора возвращаться домой, в своё время. Он сделал ещё один шаг, а потом передумал. Будет весело притвориться рабом. Ненадолго…