Я ещё пару секунд смотрел в окно. Дорожка, кусты, фонарь у поворота, кусок забора. Если не знать, что за зелёнкой стояла призовая BMW с вмятиной и «лишним» пробегом, можно было даже поверить, что вечер идёт нормально.

Но я уже знал. А когда знаешь, поздно делать вид, что просто проходил мимо.

Я повернулся к пацанам.

Стас сидел серый как мышь. Пашка смотрел на дверь, за которой только что исчез Кирилл. У Марата была стиснута челюсть. Федя стоял у стены и тяжело вздыхал.

— Значит так, — сказал я. — Все четверо сейчас спокойно выходите через боковой коридор и идёте к машине.

— Все четверо? — уточнил Федя, чуть поёжившись.

— Ты тоже, Федь.

— Роман, я всё-таки куратор…

— Вот и курируй этих трёх будущих автослесарей.

Стас вскочил. Ему так и не терпелось поскорее решить вопрос.

— А вы? — спросил он.

— Подойду.

— А вы куда? — Федя подозрительно прищурился. — В тубзик?

— Да, — я охотно принял версию пацана.

Сам подошёл к двери, приоткрыл её и выглянул в коридор. В нём было пусто. Из дальнего конца доносился голос Леночки, которая бодро объясняла, что ситуация находится под контролем. Всё как всегда — такие слова обычно произносили в момент, когда контроль уже ушёл курить за угол.

— Идёте по одному, — сказал я. — Сначала Федя, потом Пашка, следом Стас и ты, Марат, последним.

Так и сделали. Федя первым вышел в коридор, за ним пошли остальные ребята.

Марат задержался последним.

— Если Кирилл спросит, куда идём?

— Скажешь, что пошёл дышать свежим воздухом.

Пацан хмыкнул и вышел следом.

Я подождал пару секунд, потом вышел в коридор уже один. До туалета, разумеется, не пошёл. Туалет сегодня мог справиться без меня. А вот Александр Викторович — нет.

Я прошёл по коридору к выходу. В холле Олег Дмитриевич как раз провожал отца Стаса, суетливо кивая и что-то говоря про уведомления, внутренний разбор и порядок дальнейших действий. Леночка шла рядом с телефоном в руке. Кирилл тоже был тут.

Я не стал подходить сразу. Дал им выйти.

Олег Дмитриевич распахнул дверь, Александр Викторович шагнул на крыльцо. Леночка почти бегом ушла куда-то в сторону административного кабинета. Директор засеменил за отцом Стаса до самой дорожки, ещё пару раз кивнул, получил короткое «до свидания» и наконец остановился. Вместе с Кириллом пошёл что-то обсуждать. Дальше Александр Викторович пошёл один.

У ворот возле тёмного внедорожника стоял водитель. Крупный мужик в куртке, из тех, кто видит больше, чем говорит. Он открыл заднюю дверь как раз в тот момент, когда я подошёл к машине.

— Александр Викторович, — позвал я.

Отец Стаса остановился у машины. Водитель замер с открытой дверью и посмотрел на меня.

Отец Стаса медленно повернул голову.

— Вы что-то забыли?

Я подошёл ближе.

— Прошу две минуты вашего времени, пока вы не уехали.

Он посмотрел на меня внимательно, перевёл взгляд на водителя.

— Вить, подожди. Я с Романом Михайловичем поговорю.

Водитель без лишних вопросов закрыл дверь, отошёл на несколько шагов к переднему крылу и отвернулся так, как умеют только «профессиональные молчуны».

Александр Викторович снова посмотрел на меня — вопросительно.

— Говорите, Роман Михайлович.

Я не стал подбирать слова — может, и попробовал бы, но не в том случае, когда времени практически нет, и за забором стоит битая проблема немецкого автопрома.

— В общем так, Александр Викторович, пацаны во главе с вашим вождём краснокожих решили с утра пораньше приятно провести время на парковке торгового центра, — начал я.

— Так? — отец Стаса вскинул бровь. — В смысле в рамках вашей психологической практики?

— Ну если только импровизированной, — пояснил я.

Ну и следом поведал отцу Стаса о приключениях его сына и друзей на парковке торгового центра. Мужик по мере того, как я говорил, менялся в лице.

— Машину пытались отжать цыгане через постановку? — уточнил он.

Вообще, в лице он хоть и менялся, но после услышанного большая часть слушателей поседела бы к чёртовой матери. А этот неплохо держался. Видимо, жизнь преподносила ему сюрпризы не раз.

— Вот же паршивец… знает же, что машина для завтрашних соревнований! — отец ударил кулаком себе по ладони. — Насколько всё плохо?

— Настолько, что завтра под чехол в качестве приза в таком виде её ставить нельзя, — честно ответил я.

Александр тяжело вздохнул, отвернулся на секунду. Потом так же спокойно выдохнул, спуская пар и напряжение.

— Стаса сюда, — потребовал он.

— Подождите, — я подняла палец. — Я не договорил.

Отец Стаса медленно вернул взгляд на меня. Вот теперь в глазах уже появилась угроза.

— Вы сейчас будете мне объяснять, как воспитывать сына?

— Нет. Просто если вы это сделаете, то только испортите ему урок.

Александр усмехнулся.

— Интересное начало у вас.

— Если вы сейчас решите проблему сами, то Стас получит ровно один вывод: папа снова всё закрыл. Потом вы его отругаете, он покивает, переживёт, уткнётся в телефон и через месяц сделает глупость ещё дороже. Выбор за вами, Александр Викторович.

Он смотрел на меня испытывающе. Переваривал мои слова, искал в них смысл. Хорошая, кстати, черта — не рубить сплеча, а сначала попробовать разобраться.

— И что вы предлагаете?

— Дать ему ночь.

— На что?

— На то, чтобы он сам разгребал последствия. Сам искал мастера, договаривался и искал деньги. Я буду рядом. Федя будет рядом. Его приятели тоже, если не сольются. Но решать за него проблему вы не будете.

Отец Стаса молча переваривал услышанное. Я видел, что ему это не нравится. Сильно прям не нравится. Ему проще было сейчас достать телефон, звякнуть, и через двадцать минут вокруг BMW стояли бы нужные люди. У богатых и сильных отцов это почти рефлекс. Ребёнок накосячил — взрослый мир включился. Потом ребёнка наказали. Но через время всё повторилось, только на следующем уровне цены.

— Деньги нужны? — едва слышно спросил он, видимо проникшись моей идеей. — У него не хватит.

— Значит, будет думать. Друзья помогут, — улыбнулся я.

— Он несовершеннолетний.

— Поэтому я отвечаю и рядом. Но двигаться будет сам Стас со своими корешками.

Александр посмотрел в сторону корпуса. Я тоже невольно покосился. В одном из окон на секунду мелькнула тень. Кирилл? Может быть. С такого расстояния он ничего бы не услышал. Но увидеть вполне себе мог. И этого ему хватит, чтобы потом начать меня «сверлить».

Отец Стаса медленно вернул на меня взгляд, уже приняв решение.

— До утра, — сказал он наконец. — Машина должна быть на турнире. В виде, который не позорит клуб.

Я не ответил, и Александр сел в машину. Водитель закрыл дверь, обошёл внедорожник и сел за руль. Двигатель завёлся мягко, практически без звука. Машина выехала за ворота, а я стоял у дорожки и смотрел вслед.

Теперь отец знал. Не всё в мелочах, конечно, но очень даже достаточно. Я развернулся и пошёл к зелёнке, где меня ждали Федя, трое пацанов и наша проблемная бэха.

Все стояли у тачки с таким видом, будто не знали, с какой стороны подступиться. Федя первым поднял на меня глаза, как-то совсем уж сдавленно улыбнулся. Марат и Паша стояли, согнувшись у бампера, и рассматривали место повреждения. Не знаю, что они там хотели увидеть, но вид у них был крайне сосредоточенный.

А вот Стас был хмурый и стоял в стороне, с каким-то отстранённым видом. Увидев меня, он посмотрел как-то уж совсем нехорошо.

— Можно вас на секундочку, Роман Михайлович? — спросил он.

Мы отошли, и Стас снова уставился на меня, буквально буравя взглядом.

— Вы ему сказали? — процедил он.

Голос у него получился только на первой половине фразы. На второй уже полез страх, сжавший горло. Молодец пацан — сразу все понял.

— Сказал, — я не стал отрицать.

Стас сжал кулаки, с трудом сдерживая гнев.

— Всё сказали⁈

— Достаточно.

— Он меня теперь убьёт?

Я медленно покачал головой.

— Пока нет.

Стас смотрел на меня, моргал редко.

— Что значит «пока»?

— Значит то, что он дал тебе ночь, — пояснил я. — На то, чтобы ты перестал быть приложением к папиной фамилии. И начал думать своей башкой.

Стас нахмурился. Видно было, что слова до него дошли, но смысл ещё упёрся где-то в привычную мягкую стену: папа решит, взрослые разберутся, потом будет наказание, но всё вернётся на круги своя. Только круг сегодня треснул.

— Я не понял, — признался пацан.

— Сейчас поймёшь. Машина — твоя проблема. Не моя, не Феди и не твоего отца. Твоя, Стас. Я рядом, потому что ты ещё пацан и один такую историю не вывезешь. Но бегать, думать и договариваться будешь ты. Деньги, кстати, тоже будешь искать сам. Понял теперь?

Стас остервенело заскрёб макушку.

— А если не получится?

— Тогда утром твой отец получит полный набор: битую машину, сорванный приз и сына, который попробовал. Последний пункт может тебя частично спасти. Может. Если будешь не пробовать, а делать.

— Я сделаю, Роман Михайлович, — пообещал пацан.

Мы хоть и разговаривали чуть-чуть в стороне, но, естественно, пацаны и Федя слышали наш разговор и грели уши.

— Мы тоже, — вдруг сказал Пашка.

Я повернулся к нему.

— Что тоже?

— Будем помогать, Михалыч. Мы же вместе влезли в траблы.

Марат тут же подался вперёд.

— Да. Мы вместе поехали. Значит, вместе и разгребать. Я, если надо, могу… ну… что скажете.

Стас посмотрел на обоих своих друзей. До этого пацан был по сути один на один с отцом, машиной и своим страхом. Теперь рядом возникли два таких же перепуганных оболтуса, но уже не пытавшихся отползти в сторону и отсидеться.

— Спасибо, пацаны… — прошептал Стас, явно впечатленный.

— Потом благодарности, — отрезал я. — Сейчас давайте разбираться с тем, что имеем.

Стас медленно заговорил:

— Машина повреждена, Роман Михалыч. Пробег лишний…

— Хорошо. Что нужно?

Пашка первым ответил и ответил так, что я аж закашлялся.

— Ну… можно тачку новую взять. Ну, купить в смысле.

Я, честно говоря, немного забыл, что имею дело с детьми, чьи родители располагают такими средствами, что для них купить новую бэху — как два пальца об асфальт. Мне блин в свое время родители на школьный пирожок в столовке давали, а этим… страшно даже представить сколько у них нулей в сумах на карманные расходы.

— А если мозгами пошевелить? — предложил я.

Пацаны всерьёз задумались, начали перебирать варианты. Я не лез, ожидал, когда они сами озвучат выводы после совещания.

— Мастер нужен, — сказал Пашка.

— Деньги, — добавил Марат.

Стас сжал кулак.

— И время.

— Вот теперь начали думать в правильную сторону. Время самое дорогое. Денег всегда где-нибудь можно найти, а вот лишний час не купишь даже у папы.

Федя снова осторожно вмешался:

— В официальный сервис поедем?

Я посмотрел на него молча.

Он быстро поднял ладони.

— Всё, понял. Вопрос снят.

— Федь, официальный сервис сейчас — это как прийти в поликлинику с гранатой и попросить талончик к терапевту. Нам нужен человек, который умеет делать быстро и тихо. Так что нет, пацаны — нам нужен нормальный мастер, который не будет задавать лишних вопросов и ничего никуда не будет вносить.

Пацаны сразу засуетились. Посыпались разные предложения. Федя припомнил «Авито», где можно посмотреть разных исполнителей, в том числе автослесарей и автоэлектриков. Начали искать объявления. Даже сделали несколько звонков, но как только речь заходила о необходимости смотать пробег, никто не соглашался.

— Может, у вас есть такой человек, Роман Михалыч? — спросил Стас после очередной провальной попытки договориться по объявлению.

Возможно, следовало дать пацанам ещё немножечко времени для того, чтобы убедиться в тщетности своих усилий. Но времени у нас действительно было не так много даже на такой полезный эксперимент, как сейчас.

— Был один, — подтвердил я.

Я вспомнил про одного мастера, которого в девяностые знала половина авторынка. Серёга Шило. Битые машины к нему приезжали как покойники, а уезжали по сути как невесты на выданье. Предпродажную подготовку он делал такую, что перекупы плакали от счастья и боялись моргать.

— Правда, не знаю, где он сейчас, телефона не сохранилось, да и не виделись давно, — я вздохнул.

Шило я не видел не просто давно… правильно сказать, я не был уверен, что мужик был жив. А если жив, то не знаю — занимался ли он тачками. Но других вариантов у нас попросту не было. Я прекрасно понимал, что даже если мы найдём какого-то автослесаря и автоэлектрика по объявлению, то в лучшем случае на починку BMW уйдёт несколько дней. А вот Шило потому и был известен, что делал быстро и качественно.

И если нам кто-то сейчас и мог помочь, так это Серёга.

Марат почесал затылок.

— А ехать куда?

— Хороший вопрос, — вздохнул я.

Я знал, где располагался гараж Шила в прошлой жизни. Он сидел в старых боксах за авторынком, возле бетонного забора. Но сейчас две тысячи двадцать шестой, город за это время успел поглотить половину нормальных мест и заменить их складами, кофейнями и вывесками с английскими словами. Серёга мог переехать, спиться, лечь в больницу или даже стать приличным предпринимателем, что хуже первых трёх вариантов. Да и склеить ласты он тоже вполне себе мог. Поэтому существовал единственный вариант — поехать и смотреть, что стало с гаражом Серёги сейчас.

— Если Шило ещё работает, то на Западном. Так что поедем проверим, — сказал я.

Федя не удержался от комментария.

— Это не звучит обнадёживающе.

— Федь, сейчас всё, что не звучит как «нам конец», уже обнадёживает.

Я продиктовал адрес, и Стас начал вводить его в навигаторе на телефоне.

— А бабки есть? — спохватился Марат.

Стас не отрывался от телефона.

— У меня на карте есть.

— Сколько?

Он назвал сумму. Федя присвистнул, потом сделал вид, что кашлянул. Для подростка сумма была ну очень приличная.

Стас нашёл место и повернул экран ко мне.

— Тут сейчас склад какой-то. Но рядом есть шиномонтаж и старые промзоны. Может, это оно?

Я глянул. Место похоже было лишь примерно. Старые ориентиры исчезли, дороги перестроили, заборы выросли там, где раньше стояли гаражи. Но рядом действительно тянулась промзона.

— Поедем туда, — подтвердил я.

— Я готов, — подтвердил Стас.

— Ну тогда по коням! И да, Федя, не смотри на меня так, за твоим велосипедом заедем на обратном пути.

Мы сели в бэху, и я поехал. Федя в этот раз сидел спереди, пристёгнутый. Я, честно говоря, пристёгиваться был не приучен, но машина противно пищала, извещая об отсутствии на мне ремня безопасности.

Сзади устроились трое виновников торжества. Стас держал телефон с картой, Пашка молчал и смотрел в боковое стекло, Марат всё время порывался что-нибудь сказать, но каждый раз ловил мой взгляд в зеркале и откладывал выступление.

— Сколько ехать? — спросил Федя.

— Показывает двадцать минут, — ответил Стас.

Пашка вдруг спросил:

— А он, ну этот ваш Шило, точно умеет с BMW? В своих-то гаражах?

— А ты сомневаешься? — я улыбнулся, поймав взгляд Пашки в зеркале заднего вида. — Он ещё и не то чинил.

Пашка кивнул, хотя явно хотел услышать что-то более обнадёживающее. Например, что у Шило есть официальный сертификат на сервис BMW, а еще немецкий сканер и подобная бутафория.

Мы доехали до промзоны практически молча. Я свернул туда, где раньше шла дорога вдоль гаражного ряда, и сразу сбросил скорость. Вместо гаражей перед нами вырос забор из профлиста, высокий и новый. За ним стоял склад маркетплейса с сияющей вывеской, шлагбаумом и камерой на столбе. Слева светилась автомойка с пластиковыми окнами, справа пахла жареным мясом шаурмичная будка, а по мокрым лужам шлёпали курьеры в одинаковых жилетках.

Я остановил машину у обочины и посмотрел на склад. На месте, где когда-то стояли ржавые боксы, теперь висела вывеска про быстрые доставки.

Я вышел из BMW. Пацаны выбрались следом. Федя тоже вышел, огляделся, увидел, что вокруг нет ничего похожего на цивилизованную приёмку автомобиля, и сразу стал выглядеть ещё несчастнее.

— Роман, может, всё-таки сервис через приложение?

Я повернулся к нему.

— Федь, если ты сейчас откроешь приложение, оно первым делом спросит номер машины, владельца и удобное время записи. Удобное время у нас было вчера. Мы его потратили на цыган. Вернее вы.

Он спрятал телефон.

— Логично…

Мы прошли вдоль забора. За шлагбаумом сидел молодой охранник в форме, который на мой вопрос про Шило раздражённо буркнул:

— Не знаю таких, — сказал он. — У нас склад.

Пашка оглянулся на меня.

— Дальше?

— Дальше больше, — я не стал отвечать.

Ну не мог такой человек, как Шило, провалиться сквозь землю. Не мог, и всё…

От автора:

Меня предали, убили и забрали всё, что я строил годами. но настоящий инженер умеет строить с нуля даже в теле жалкого работяги. Я иду возвращать своё. https://author.today/reader/595497