Несколько дней Синдар меня не беспокоил. Возвращался домой поздно, в выходные отсыпался и упорно игнорировал моё общество. Впрочем, как и я игнорировала его. Такое положение дел меня вполне устраивало. Даже несмотря на то, что его сладкие поцелуи, ласки, возбуждающая настойчивость не выходили из головы.

В моей жизни был только один половой партнёр, и ему никогда не удавалось довести меня до конца. Сначала он хотел казаться старательным, недоумевал, а однажды спросил прямо: «Что с тобой не так?» Я даже по незнанию винила себя, что не могу расслабиться рядом с ним. А благодаря Синдару мне удалось понять: со мной всё так, просто рядом не было нужного мужчины.

Мне в голову не приходило сказать бывшему парню: «я хочу тебя». А Синдар завёл меня так, что я превратилась в одержимое желанием животное, умоляющее, забывшее себя от мучительного томления. И если бы он подошёл ко мне сегодня и коснулся меня ещё раз, смогла бы я устоять? Сомневаюсь. Я бесстыдно хотела этого невыносимого блондина.

А однажды вечером на улице я услышала громкий женский смех. Осторожно вышла из спальни, выглянула в окно и застыла. Синдар с толпой фейских друзей громко хохотал, что-то оживлённо рассказывал и плавал в бассейне. Шумные, весёлые, выпившие фейри плескались, обсуждали что-то занятное и прекрасно проводили время.

Обворожительные фейки нацепили на себя до того откровенные купальники, что мне было стыдно смотреть на них: минимум материала, максимум ниточек на тощих телах. Или принято считать их стройными?

Здесь был ещё и рыжеволосый Орикос, его бас я услышала сразу. Уж с ним мне точно больше не хотелось встречаться.

Одна из девушек с длинными золотистыми волосами так и липла к Синдару. Брала его за руку, клала его ладонь то на своё бедро, то на живот, то позволяла ему щупать её за грудь. А Синдар пил, пил и пил, пока не стал совсем пьяным.

Я наблюдала из удобной позиции — меня не видели, зато я видела всё. Особенно фейца, всегда учившего меня самообладанию, а теперь крепко напившегося. С чего бы, интересно? Не хотела, чтобы Синдар вспомнил обо мне и выволок к друзьям. Вот бы стать невидимкой! Я бы смогла сбежать. И никаких пыток, никаких инициаций, жестоких генералов…

Вздохнув, я решила выбраться из своего укрытия и спуститься в кухню, попить ароматного чая со вкусом, так сильно напоминавшим манго. И пока я заваривала напиток, думая об угрозах генерала, за моей спиной раздался удивлённый возглас:

— А ты кто такая?

Я обернулась. В кухню вошёл высокий фейец с длинными влажными тёмными волосами, крепкий, с красивым рельефным торсом, в непромокаемых шортах. И ещё не такой пьяный, как Синдар. Ослепительный красавец, я даже не сразу отвела от него взгляд, лишь усилием воли.

— А ты? — мрачно переспросила незнакомца, решив, что уже ничего не испугаюсь после конфронтации с генералом.

— Элиос. Друг Синдара. Значит, ты… — он подошёл ко мне и хитро заулыбался. — …та самая смертная девчонка. Поговаривают, из-за тебя он отказался от многих вечеринок.

Элиос без приглашения уселся за стол напротив меня. Я почувствовала себя неуютно — кто знает, может, он псих похлеще Лисандра или генерала?

— Фейри никогда ни от чего не отказываются ради смертных девчонок, — парировала я.

— Обычно Синдар не прячет своих подружек от своих друзей.

— Я не его подружка, — спокойно ответила я, а в голове промелькнула недавняя сцена нашей с Синдаром постельной забавы. — Он просто купил мой долг, и мне нужно этот долг отработать.

— Да, он рассказывал что-то об этом. Смертная девчонка, нарушившая граница Талмаара, и штраф, которой он решил погасить. Он никогда раньше так не делал. А со смертными девчонками забавлялся только из любопытства. С тобой другая история.

— Не понимаю, о чём ты, — стало неуютно, и я решила отшутиться. Что толку болтать с выпившим фейри? Вдруг разозлю его ненароком, и он решит мне напакостить?

— Пойдём к нам в бассейн, — пригласил Элиос, и его улыбка стала почти коварной. — Даже любопытно узнать, что в тебе особенного.

— Нет, благодарю, хочу лечь пораньше, — вежливо ответила я. — К тому же, не думаю, что Синдар будет в восторге…

— Синдар пьян и ничего не вспомнит. Я вообще пришёл сюда за добавкой.

Элиос поднялся, открыл один из шкафов и достал бутыль фейского золотистого вина. Затем поставил на столешницу два бокала и налил напиток.

Я ненавидела это стремление фейри напоить человека. А потом от души веселиться, наблюдая за тем, как смертный безвольно выполняет их самые отбитые приказы.

Разумеется, один из бокалов Элиос поставил передо мной.

— Пей, красавица, тебе понравится, — уверенно заявил тот, всё также отвратительно улыбаясь.

— Нет, не хочу, — спокойно, но твёрдо заявила, отстранившись.

— Да брось! — отмахнулся Элиос. — Вино поможет тебе расслабиться и присоединиться к нашему веселью. Ты когда-нибудь отдыхала с фейри?

Если я выпью это вино, друзья Синдара явно заметят, что на меня их магия не действует. Начнутся вопросы, подозрения, поползут слухи… Интересно, что они попросят меня сделать? Раздеться? Обслужить кого-нибудь из гостей? Или всех сразу? Захотелось швырнуть бокал в Элиоса, да ещё и наброситься на него с кулаками.

Может, стоит пройти этот опасный обряд инициации? Вдруг я всё же ведьма, и мне удастся отомстить всем фейри за отвратительное обращение с людьми?

— Давай! – оживился Элиос. – Отказ не приму.

Он навис надо мной и, кажется, не собирался отпускать, пока я не выпью хоть глоток.

Послышались маги и злой голос Синдара за моей спиной:

— Ты что здесь забыл?

Элиос удивлённо посмотрел на друга и ответил:

— Встретил твою подружку, которую ты ото всех прячешь. Пусть выпьет немного вина и присоединится к нам. Она явно симпатичнее всех твоих бывших смертных девок.

Фейец зачем-то протянул ко мне руку, дотронулся до моих распущенных волос, пропустил через длинные пальцы.

Я отшатнулась, а Синдар посмотрел на друга с такой угрозой, что мне лучше бы улизнуть отсюда поскорее. Мой блондин взял бокал, предназначенный для меня, сжал кулак, и стекло лопнуло.

Осколки и дорогущий золотистый напиток оказались на столе.

— Синдар, зачем? – выдохнула я, схватив его руку и развернув. Осколки впились в кожу, порезав её. Но фейец никак не отреагировал. Слегка пошатывался и с лютой угрозой смотрел на Элиоса.

— Не зверей, — хохотнул тот, и мой блондин пошёл на него, как бык.

— Ой нет! – пискнула я.

— Ты что, совсем допился?! – возмутился Элиос, отскочив.

— Пожалуйста, уходи! – тихо воскликнула я гостю, удерживая Синдара. – Ты же видишь, он совсем пьян!

— Решил друга променять на какую-то…

— Лучше остановись! — зарычал Синдар. — Если она сидит в доме и не выходит, значит, так и надо! Ещё раз сунешься и начнёшь предлагать ей вина, эту бутылку я затолкаю тебе…

— Хватит! – рявкнула я, уводя его из кухни. – Пойдём ко мне, я вытащу осколки.

С трудом вытолкнула блондина и повела за собой в спальню. Там я усадила его на свою постель и принялась долго, муторно вытаскивать осколки пинцетом. И всё то время, что я спасала его руку, Синдар смотрел на меня пьяным, заворожённым взором. Или уже не таким уж пьяным?

— Не нужно было так, — шепнула я, обрабатывая порезы обеззараживающим раствором.

— Не нужно было защищать тебя?

— Сжимать бокал в руке.

— Было бы лучше, если бы я позволил ему напоить тебя?

— Нет. Можно было просто сказать ему не трогать меня.

— Он был не понял, — зло ответил Синдар. — Только я могу прикасаться к тебе.

Я подняла на него взгляд, и внизу живота снова проснулось желание. Нет, он совсем не был пьяным, разве только слегка.

— Скажи, что тебе понравилось то, как я ласкал тебя, — этот шёпот дрожью пробежался по моему телу.

Я с трудом завязывала бинт.

— Прошу тебя, не нужно это вспоминать…

— Кто-то делал это лучше?

— Нет, но ты не захотел продолжить. И я решила, что…

Синдар рывком усадил меня к себе на колени и заткнул мне рот невероятным поцелуем.