Эля была заметна издалека в своем белоснежном наряде. Поэтому Семён её заприметил первой и заулыбался, радуясь неожиданной встрече. Но когда он увидел кто идёт с ней рядом… его щеки вспыхнули и улыбка стерлась. Павел и Александр сообразили, что они тут лишние и тут же исчезли с глаз долой, оставив Семёна один на один с его девушками.

Все трое поравнялись и встали друг напротив друга. Улица была заполнена людьми, постоянно кто-то просачивался мимо них.

Сперва они стояли молча, осознавая каждый своё. Семён – неизбежность происходящего. А Эля и Ирина затаились в ожидании, к кому из них он подойдет первой. Ведь они застали его врасплох и это будет реакцией тела, неосознанной, необдуманной – самой искренней.

Семён даже не взглянул на Ирину. Он не открывал глаз от Эли, пытаясь понять её мысли и подобрать слова. И сделал шаг к ней. Ирина увидев всё, что она хотела: вся сжалась, укутываясь в свой кардиган и сказала Эле всего одну фразу, её голос звучал твердо:

– Я же говорила, что он выберет тебя...

Она развернулась и пошла прочь не оглядываясь. Ирина прекрасно поняла, что он не бросится ей вдогонку, она видела как он смотрел на Элю и эта его реакция говорила ей больше, чем все его лживые слова.

Эля, которая заранее приготовила десятки слов, которые хотела сказать ему при встрече стояла как статуя и не могла произнести ни одного из них. Она почувствовала как подступают слёзы, но не разрешила им пробиться.

Семён пришёл в себя только через минуту, его лицо было пунцовым. Ему было и стыдно, и больно видеть, что же он натворил... Он взял Элю за руки. Она тут же с силой отдернула его руки, будто прикоснулась к чему-то грязному. Странно – ей не хотелось уйти. Она смотрела ему прямо в глаза и жаждала услышать, что же он ей скажет в свое оправдание. Увидев её реакцию Семён совершенно потерялся. Но молчать уже было невыносимо.

– Я хотел тебе сказать. Я правда собирался тебе все рассказать.

Эля чувствовала как в ней закипает лютая ненависть, она боялась впасть в истерику или разрыдаться. Он не должен видеть её слёз, такой чести она ему не окажет. Он не увидит, как ей больно.

А он уже всё увидел по её глазам, по её искаженному лицу. Семён почувствовал насколько ранит её и это чувство передавалось ему, впивалось в него словно жало.

Эля говорила сквозь зубы:

– Да? И что же ты сказал бы мне? Прости Эля, я врал тебе с самого начала с первого дня знакомства? Или может, извини, но ты у меня девушка–вторник, а Ирина–понедельник? А? Что? Что бы ты сказал мне?

Она начинала задыхаться и переходить на крик, обращая на себя внимание прохожих. Семён не хотел привлекать излишнее внимание, но и понимал, что им нужно поговорить. Он хотел, чтобы она сначала немного остыла.

– Пожалуйста, давай поговорим спокойно, как взрослые люди. Давай отойдем с дороги во двор.

Эле было совершенно всё равно где и как с ним разговаривать. Она сверлила его яростным взглядом, пряча за ним боль и отчаяние. Семён повернул в арку попадая во двор дома. Она пошла за ним. Увидев лавочку в центре двора он сел на неё, Эля сделала то же самое.

К ней только сейчас начало приходить понимание, что он выбрал её и хочет говорить именно с ней, что на Ирину он даже не взглянул. И она немного остыв, замолчала, готовая его выслушать. Ей потребовались все её силы чтобы не сбежать и не разрыдаться перед ним, она монотонно повторяла про себя: «Держись девочка. Не плачь. Мы поплачем потом, сколько захочешь...» Она сидела с совершенно потухшим взглядом и смотрела в одну точку перед собой, ощущая, как ей становится безразлично всё происходящее, ведь чтобы он не сказал, она всё равно не поверит ему.

Семён говорил очень осторожно, но внутри у него все разрывалось, ему было невыносимо смотреть на изменившееся и застывшее лицо девушки, которая всегда смотрела на него с теплом.

– Эля... Но она даже не повернулась к нему. – Послушай. Пойми. Мне было очень трудно сказать правду. Я запутался и не знал что мне делать.

Эля взглянула на него ожидая чего-то подобного:

– Это всё?

– Нет не всё. Понимаешь... Я встречаюсь с Ириной три года. Это немалый срок. Нас с ней многое связывает. Но я именно сейчас осознал, что всё то, что я пережил с ней за эти годы ничтожно мало, по сравнению с тем, что меня связывает с тобой за эти три месяца. Ты стала мне дорога. Но и с ней порвать мне было трудно. Я постоянно метался между двумя огнями и корил себя и не мог выйти из этого порочного круга.

– Нет, не понимаю. Я не понимаю, зачем я вообще тебе сдалась. На кой черт я тебе была нужна? Зачем ты пошел на эту дискотеку? Зачем познакомился со мной? Обманул меня? Осознанно сблизился если у тебя была она? Зачем? Поразвлечься захотелось? Мало одной?

– Если честно. Последнее время отношения с Ириной стали очень натянутыми, мы редко виделись и я думаю, что она всегда меня обманывала. Она постоянно уезжала в деревню и там точно у неё есть кто-то другой. И да, я просто хотел отвлечься. Но я не планировал ... Я не думал, что ты мне так понравишься. Я не хотел тебя обманывать, но так получилось.

– Правда? Ты не думал? Как это возможно, что такой умный парень оказался таким дураком? Или, может у тебя мозги там?

Эля жестом указала ему между ног.

– Она оставалась у тебя ночевать? Мы спали все втроем в одной постели, да?

– Ночевать она у меня не оставалась...

– Я тебе не верю. Я готова была ради тебя на что угодно. Я тебе поверила. Я думала ты не такой как все... А что ты с этим сделал? Ты даже хуже, чем все...

Эти слова Семёна ранили глубоко, в самое сердце. Он был готов отвечать за свои поступки, он бы хотел забрать её боль, но не знал как это сделать. Он снова взял её руку, аккуратно и бережно и сказал:

– Прости. Я не знаю как вернуть твоё доверие. Но я хочу быть с тобой.

Эля не стала отдергивать руку, она просто медленно убрала её за спину и очень тихо ответила:

– Никак. Я больше не могу верить твоим словам.

Эля почувствовала как начинают дрожать её руки, как голос перестает слушаться, как адреналин вновь ударяет в виски. Она больше не могла сдерживать волну истерики – нужно было уходить. Уже дрожащим голосом она сказала:

– Не прикасайся ко мне и не надо за мной идти.

Она встала и направилась на остановку. Её ноги с трудом слушались, но она ещё держалась. Она шла не оборачиваясь. Перешла дорогу и ждала свою маршрутку, стиснув зубы. Она видела как он стоял напротив на другой остановке и смотрел на неё сквозь проезжающие автомобили. Она мысленно сохраняла в голове этот его образ, силуэт с которым прощалась. Понимая, что теперь с ним рядом слишком больно, даже если он хочет быть с ней, даже если он выбрал её, даже если она этого хочет… это просто слова. И ничего уже не будет как раньше.