— Господин, прошу вас, сегодня на обед у нас запеченная утка с лесными ягодами, — Нора выставляет большое блюдо, от которого идет неимоверный запах дикого мяса с нотками кислинки, — На гарнир печеный картофель с лимоном и розмарином, а на десерт миндальный пирог.

— Спасибо, Нора, — киваю своей кухарке, — Позови нашу гостью к столу, пожалуйста. Я бы хотел сегодня с ней отобедать.

— Конечно, сейчас позову Илву.

Нора убегает, поправляя свой фартук. Один из помощников Норы наливает мне из глиняного кувшина бокал красного вина. Пробую на вкус, смакуя нотки алкоголя.

— Хорошо, — даю свое одобрение, — Можете идти.

Прислуга знает, что я не люблю есть, когда вокруг люди. Привык трапезничать в тишине и спокойствии. До недавнего времени мои трапезы проходили вместе с любимой Ариэлой, но сейчас ситуация слегка изменилась.

Я только начинаю разрезать сочный кусок филейной части утки с жареной корочкой, как двери распахиваются и на пороге возникает самозванка.

Девушка заходит в столовую в шикарном голубом платье, судя по всему, слуги приодели миледи, чтобы она выглядела подобающе этому дому.

Несмотря на то, что я отправил ее помогать на кухню к Норе, я все равно чувствую и вижу, что девушка не простых кровей. Она держит безупречную осанку, ни разу не позволив себе сгорбиться, у нее ухоженное лицо и волосы, аккуратно подстриженные ногти с ровной ногтевой пластиной.

Я успел отметить каждый нюанс, чтобы понять, кто она такая.

Если, как она говорит, мой брат за ней охотится, то значит не все так просто.

От воспоминаний о брате рука непроизвольно сжимается на рукоятке ножа.

— Добрый день, господин, — коротко улыбается, — Нора сказала, вы хотели меня видеть.

— Да, — ножом показываю ей на место напротив, — Присаживайтесь. Пообедаем.

— Я недавно пила чай с печеньем. Не голодна.

И снова этот горделиво вздернутый подбородок, который она выставляет вперед. Чувствую, как кровь начинает закипать и бурлить по венам.

Ненавижу, когда мне перечат! Это просто непозволительно.

Ариэла никогда себе не позволяла такого, никогда не пререкалась и не вставляла свое слово, когда мое слово уже было сказано.

— Тогда просто посидите со мной, — сквозь зубы выталкиваю слова.

— Ладно, — тут же соглашается, подбирая подол платья и присаживаясь наконец на этот злополучный стул.

Продолжаю есть утку, которая потеряла вкус из-за резко упавшего моего настроения. Окунаю в ягодный соус, но даже он не спасает ситуацию.

Теперь все раздражает до ужаса, но я не показываю свое настроение гостье. Чтобы она ненароком не подумала, что может вывести меня.

Женщинам только дай повод усомниться в своей силе или правоте, они тут же начнут этим пользоваться.

— О чем же вы хотели поговорить? — аккуратно складывает свои ладоши на белой скатерти с золотой вышивкой.

— Расскажите о себе, госпожа Илва. За завтраком нам не удалось побеседовать, но сейчас думаю атмосфера располагает. Может, вы хотите вина?

— Спасибо, воздержусь. Что бы вы хотели узнать обо мне?

— Все, — резко впериваю в нее свой взгляд, — Откуда вы, чем занимались в королевстве брата, как познакомились с ним и почему решили бежать.

Ее глаза начинают бегать по столовой, она нервно теребит край скатерти, и я тут же цепляюсь за ее состояние нервозности.

Что-то здесь не то…

— Вам нехорошо, мисс Илва?

— Нет, все в порядке. Просто… Вы задаете вопросы, заставляя меня окунаться в неприятные воспоминания о той жизни в королевстве. И, — она облизывает губы, — Я распереживалась.

— Я вижу ваши переживания, — громко складываю приборы на столе, ударяя металлом о тарелку, — Но я бы хотел знать правду.

— Правду… Ну что ж…

Она начинает говорить, и двери в столовую распахиваются, Нора заходит вновь.

— Господин, время подавать чай и пирог.

Раздраженно отмахиваюсь.

Нора наливает ароматный чай и разрезает пирог.

— Что-то новенькое, — киваю на блестящие абрикосы, — Что за рецепт?

— Это не я готовила, — хитро улыбается моя кухарка, — Это все Илва.

— Вот как, — вновь кидаю взгляд на девушку, — Значит, вы любите готовить, так?

— Да, очень люблю. И в королевстве вашего брата, — ее грудная клетка вздымается то вверх, то нервно опускается вниз, — Я также работала на кухне.

— На кухне?

— Да, я не голубых кровей, поэтому я работала там. Я сирота, у меня нет родителей, воспитывалась в детском приюте, — ее губы быстро шевелятся, — Когда я собиралась укладываться спать в один из дней, двери в мои покои резко открылись и на пороге возник ваш брат. Он мне приказал быстро встать, собрать свои вещи и перенести их в его покои. В тот день я узнала, что я его истинная. Вернее, он так сказал.

Она заканчивает свой рассказ, отклоняется на спинку стула, а я пробую первый кусок миндального пирога.

Все рецепторы за секунду начинают танцевать внутри рта, создавая феерию вкуса. Никогда ранее не пробовал ничего вкуснее…

Судя по всему, эта самозванка не врет. Она и правда работала на кухне.