Ровно за полчаса до назначенного звонка Макс выключил компьютер и достал из шкафа спортивную сумку с термобельем и защитной одеждой. Переодевшись в офисном туалете, он оставил верх цельного комбинезона снятым. Еще предстояло переобуться в те мотоботинки, которые ему всучил Шмель. Макс поначалу отказывался от дорогого подарка, но бывалый байкер напомнил о необходимости качественной экипировки, тем более поездка ожидалась опасной. «Ты за все наше братство подставляешься», – безапелляционно заявил Шмель. И Максу пришлось с ним согласиться.

Волнения сейчас, как ни странно, не было, только чистая сосредоточенность. Жаль только, не оказалось времени проехаться накануне выбранным маршрутом, но Макс изучил его по карте.

Вернувшись к себе, он проверил телефон. И, не увидев новых сообщений, сам написал Александру, что уже собирается.

В дверь раздался легкий стук, и в кабинет проскользнула Марина.

– Помочь? – спросила она, увидев, как Макс снимает часы и достает из сумки моток бинта. Он не стал возражать и позволил девушке перебинтовать ему руку.

– Не туго?

– Нет. Нормально, – ответил Макс, убедившись, что повязка не стесняет движений, но при этом хорошо фиксирует кисть.

– Будь осторожен, – тихо попросила Марина.

– Конечно. И вы тоже. Надеюсь, Лида не переборщит с забором у вас силы. Если что…

Он оборвал себя на полуслове и оглянулся на приоткрывшуюся после короткого стука дверь.

– Готов? – звонко, выдавая тревогу, спросила ведьма.

– Почти, – ответил Макс и протянул ей свою толстовку, которую Лида попросила у него как нужную для установки контакта личную вещь. Девушка быстро облачилась в его одежду, закатала длинные рукава и кивнула.

– Я готова.

– Не увлекайся только, пожалуйста, – попросил он, беспокоясь не столько о себе и о предстоящей поездке, сколько о Марине с шаманом.

– Не бойся, полностью их не обессилю.

Макс натянул верх комбинезона, взял перчатки и шлем. Пусть до назначенного времени оставалось минут десять, лучше подождать снаружи.

В коридоре уже столпились коллеги и все как один потянулись за ним на улицу. Макс едва удержался от усмешки, но шутить не стал: никто бы даже не улыбнулся.

– Действуем по плану, – сказал он, чтобы нарушить плотную тишину, которая заглушила даже дорожные шумы – так громко она звучала.

– Андрей, выезжай на небольшом расстоянии за мной. Люси, ты примерно через полчаса. Лида…

– Я начну ритуал сразу, как ты уедешь, – подхватила ведьма, и следующие инструкции отдала уже она:

– Гера, ты будешь следить за тем, чтобы никто нас не прерывал. Отключи телефоны, никому не открывай. Марина, Арсений, ни в коем случае не отвлекайтесь. Если я остановлюсь, придется начинать заново. Арсений, следи за своим состоянием и, если что, сожми мою руку. Тогда я прекращу забирать у тебя энергию. Марина, извини, но основным донором придется быть тебе.

– Я готова, – кивнула девушка.

– Гера, надеюсь, ты не все шоколадки в офисе сожрал, – обратилась Лида снова к мужу. – Они им понадобятся.

– Плохого ты обо мне мнения, дорогая.

– Я просто хорошо тебя знаю, милый, – без улыбки парировала она и заметно вздохнула, пытаясь унять волнение.

Макс не стал заострять внимание на общем настроении команды и снова проверил телефон. Был ровно тот час, когда Александр должен был дать отмашку, но сообщение не пришло. Готовясь в любой момент выехать, Макс надел шлем и направился к мотоциклу. Андрей, приняв его действия за сигнал, подошел к своей машине. Коллеги как завороженные подтянулись за ними и остановились поблизости.

Время шло, но ничего не происходило. Макс ждал возле байка, то и дело проверяя телефон. Коллеги перетаптывались неподалеку и ежились на прохладном ветерке.

– Может, все отменилось? – спросил с надеждой Гера.

– Возвращайтесь в офис. Тут холодно, – вместо ответа предложил Макс, но никто не пошевелился. Так они и простояли в молчании еще с четверть часа. И в тот момент, когда Макс решил сам набрать Александра, получил долгожданный сигнал: «Я написал ей. Легкой дороги».

– Давай, бро, – хлопнул его по плечу Гера. Макс на мгновение прижал к себе Марину и сел на байк.

Все действия были отработаны до механизма: убрать подножку, повернуть ключ зажигания, увидеть, как ожила панель – дрогнули стрелки тахометра и загорелись индикаторы, услышать жужжание топливного насоса. Левая рука – на сцеплении, большим пальцем правой нажать на кнопку стартера – все как обычно. Но сегодня что-то шло по-другому.

Прошлой ночью Макс долго не мог уснуть: закрывал глаза и представлял маршрут, мысленно отмечал участки, на которых встреча с призраком-убийцей была наиболее вероятна, прикидывал разные варианты событий. В темноте задание казалось простым и ясным, при свете дня проснулись сомнения. Разве можно учесть все обстоятельства? Любая мелочь может радикально повлиять на ход событий.

Макс дождался, когда прогреется двигатель, выжал левой рукой сцепление, включил ногой первую передачу. Обычно все это он проделывал не задумываясь, сейчас же словно мысленно проговаривал каждое действие – и это оказалось той самой чужеродной деталью в рутинной подготовке к поездке. Несмотря на внешнее спокойствие, какое он демонстрировал коллегам, Макс волновался и потому фиксировался на каждой манипуляции. Непорядок. Именно сейчас ему и нужно хладнокровие, которому по-доброму завидовал Гера.

Макс медленно отпустил сцепление, добавил газ и плавно двинулся с места. На небольшом расстоянии за ним отправился и Андрей. Погода благоволила, даже ветер, который грозил набрать силу, стих. Небо умеренно затянули облака, сквозь которые иногда проглядывало солнце. Дорога тоже ложилась под колеса ровным полотном: ни выбоин, ни опасных луж. По мере того, как мотоцикл набирал скорость, беспокойство улетучивалось и вместо него приходило ледяное спокойствие. В отличие от тех, кто стал жертвой призрака, у Макса было преимущество: он знал о ловушке, ждал появления помехи в любой момент и понимал, что это будет не человек.

«Ну же, давай», – в веселой браваде подначил он ту, с которой было назначено «свидание», и оглянулся, перестраиваясь. Андрей тоже сменил полосу, и Макс чуть сбавил скорость, чтобы не умчаться далеко вперед.

Впрочем, вскоре скорость и так пришлось бы сбросить: вдали замелькали габаритные огни притормаживающих машин. Вот тебе и первая неучтенная деталь – заторы, в которых на мотоцикле можно проехать меж рядами, а на машине нет.

Макс остановился на светофоре и, воспользовавшись передышкой, тряхнул левой рукой, пытаясь избавиться от онемения. Вторая, пусть и учтенная, сложность – травма. Из-за вибрации и того, что в городе то и дело приходилось выжимать сцепление, левая рука быстро устала и разболелась. Может, если бы не езда на дальние расстояния в предыдущие дни, эта поездка переносилась бы легче. Что ж, остается признать, что демо-версию безболезненных путешествий он использовал довольно быстро и не по назначению. Нужно было послушать Люсинду с Мариной и хотя бы в четверг все поездки (кладбище – дом шамана за городом – магазин Шмеля) совершать на машине, а не на байке.

Зажегся зеленый свет, но через пару-тройку десятков метров начиналась пробка. Макс быстрым взглядом оценил обстановку впереди, оглянулся на вставшую, как и другие, машину Андрея. И, поняв, что простаивание в заторе из-за превратившегося из помощника в обузу охранника грозит усилением боли в руке, потерей времени и концентрации, принял решение. Да простят его коллеги, но из двух рисков он выбрал наименьший. Дав Андрею знак, что дальше поедет сам, Макс вырулил в узкий просвет меж машин и помчался вперед вдоль разделительной полосы.

* * *

Они сидели в переговорной, сдвинув стулья и взявшись за руки, чтобы образовался круг. Марина чувствовала прохладную ладонь Лиды и, наоборот, уютно-теплую шамана и пыталась «расслабить ум», как ее попросила коллега. Но вместо того чтобы вспоминать счастливые моменты с Максом, она то и дело скатывалась в тревогу: где он сейчас, все ли с ним в порядке?

– Так не пойдет! – сердито сказала Лида, открыла глаза и выдернула свою руку. – Ты меня не тем кормишь! Хочешь, чтобы я притянула ему все те беды, которые ты сейчас проецируешь?

– Нет, – замотала головой Марина, чувствуя себя виноватой под строгим взглядом ведьмы.

– Или шамана обессилю, раз от тебя исходит не то, что мне нужно! – распалялась Лида и развернулась к тоже открывшему глаза Арсению:

– Поработай с ней, успокой, что ли. Я не знаю… Марина, соберись, в конце концов! Думай, блин, о том, как с Максом любовью занимаешься, а не как он на байке в столб летит! Мне нужна твоя радость! Твое счастье! Любовь! А ты будто в мыслях его уже хоронишь.

– Я поняла, Лида, поняла! – раздраженно перебила Марина и качнула головой в ответ на предложение шамана помочь ей успокоиться через медитацию.

– Если что, я пошутила насчет того, что буду видеть картинки, – проворчала Лида, снова закрывая глаза и беря коллег за руки. – Представляй себе все самые горячие сцены, если тебе это поможет переключиться. Я все равно ничего не увижу.

После длинной нравоучительной тирады Лида тряхнула волосами, подняла лицо и снова что-то беззвучно забормотала.

Не сразу, но у Марины получилось угомонить беспокойство и погрузиться в приятные мысли. Она вспоминала, перебирая, как драгоценные камни, свидания с Максом: тот вечер, когда он впервые пришел к ней домой и попал на семейный ужин. Вспоминала первый поцелуй с ним, поездку на дачу, новогоднюю ночь. Марина даже физически ощутила, как от нее к ведьме идет поток тепла и как постепенно согревается в ее руке ладонь Лиды.

Той слабости, о которой предупредила коллега, не ощущалось. То ли такой бескрайней была любовь к Максу, то ли в Марине просыпалась сила, полученная от шамана. «Мы с ним связаны, как кровные родственники», – внезапно подумалось ей, и Марина пожала ладонь Арсения. Он приоткрыл глаза и, поняв, что ничего не случилось, ободряюще подмигнул. Лиде это нисколько не помешало. Ведьма работала, и, похоже, все шло, как надо: сосредоточенная складка меж ее бровей разгладилась, а пухлые губы тронула легкая улыбка.

Все испортил внезапно донесшийся из коридора шум. Лида с досадой поморщилась, но работу не прервала. Однако голоса, принадлежавшие Гере и Люсинде, зазвучали громче.

Ведьма выдернула руки из ладоней Марины и Арсения и с досадой крикнула:

– Ну что там еще?!

Люсинда будто этого и ждала: распахнула дверь и решительно вошла в переговорную. За ней, виновато пожимая плечами, ввалился Гера.

– Извини, Лида, но это срочно. Мне только что звонил Шмель, – с явной тревогой объявила Люсинда, обращаясь одновременно ко всем. – Ему удалось навестить Влада Солнцева – парня, который недавно разбился. Влад говорит, что это была живая, а не призрачная девушка.

– И? – не поняла Лида, которая, видимо, мыслями находилась в своем ритуале. Но Марина сразу смекнула, в чем дело, и вскочила на ноги:

– Но Макс уверен, что это будет призрак! И собирается проехать через него, если тот появится на дороге!

– А пострадавший парень говорит, что едва не сбил живую девушку! – взволнованно пояснила Люсинда. – Он резко затормозил и кувыркнулся.

– Ты уверена?! То есть, он уверен?

– Влад утверждает, что девушка выскочила на дорогу, как если бы решила перебежать ее в неположенном месте, и не увидела мотоцикла. Так бы сделал реальный человек. Призрак бы… Ну не знаю… Нарисовался бы в воздухе? Возник внезапно перед самим мотоциклом? Размыл бы видимость, напугал бы голосом – что-то из того, что уже проделал в четверг!

– Макс изначально предполагал, что призрак может обморочить живых девушек и заставить их выбегать на дорогу перед мотоциклом. Но отверг эту версию из-за сложности исполнения, – пробормотала Лида в наступившей тишине и обвела всех коллег испуганным взглядом:

– Значит, он ошибся? И верно не второе, а его первое предположение про то, что на дороге проявляется не призрак, а обмороченная им девушка?!

– Я звоню ему, – Гера уже слушал длинные гудки, доносившиеся из поднесенного к уху смартфона.

– Не дозвонишься. У Макса шлем без гарнитуры, в дороге он не отвлекается на звонки, – разочаровала Люсинда.

– Тогда вызываю Андрюху! – нашел другое решение хакер. – Какой у него номер?

Марина бросилась к своему рабочему месту, где в компьютере хранились данные на всех сотрудников: Макс так и не добавил нового сотрудника в общий чат.

Но и звонок охраннику ничего не дал: Андрей сказал, что застрял в пробке, а Макс уехал вперед.

– Следуем плану, следуем плану! – передразнила, уперев руки в боки, Лида. – Кое-кому нужно наконец-то научиться работать в команде, а не скатываться снова и снова в «я так решил, и точка»!

– Замолчи, Лида! – неожиданно для всех рявкнула Марина, и ведьма растерянно закрыла рот. – Думаем, что делать! Быстро!

– Выезжаю прямо сейчас, – сказала Люсинда и отправилась за курткой и шлемом.

– Я могу предупредить его птичкой, – оживился шаман, но, поднявшись на ноги, покачнулся и уцепился рукой за край стола.

– Я из тебя все силы выкачала, «птичка», – с досадой пробормотала Лида и кивнула Гере:

– Любимый, сделай Арсению сладкий чай и дай ему самую вкусную шоколадку. Пусть восстанавливается.

Затем развернулась к Марине, протянула к ней руки и протяжно вздохнула.

– Вся надежда на нас, девочек. Меняем планы: делаем заговор на правильное решение для Макса. Марина, представляй себе свадьбу, детей от него и счастливую старость с ним! А не все то, что тебе сейчас хочется «нарисовать».

* * *

Пробка осталась позади, и вырвавшийся на свободу байк полетел вперед на предельно разрешенной скорости. Макс наконец-то поймал ощущение спокойствия и уверенности, которое сопровождало его в поездках. Маршрут он составил, учитывая не только знание выбранных дорог и их относительную близость к офису и его собственному дому, но и собранные Герой данные по авариям. Сущность не атаковала на перегруженных трафиком многополосных шоссе, выбирала малолюдные места и одно– и двухполосные дороги. Это было объяснимо: в пробках не разгонишься, а призрак провоцировал мотоциклистов на экстренное торможение на высокой скорости. И пусть сущность появлялась близко к месту назначенного свидания, Макс расширил маршрут и включил в него несколько подходящих дорог.

Было сухо, тепло и ясно. Перед тем как стихнуть, ветер разогнал облака, и из-за них выглянуло солнце. Благополучную картину портили только неровности на асфальте и усиливающаяся боль в месте переломов. Макс едва сдерживал желание снять руку с руля и дать ей немного отдохнуть от вибрации, но он как раз выехал на участок, на котором стоило ожидать нападения. Дорога шла вдоль посадки, поток был неплотный. Макс немного сбросил скорость и прислушался к ощущениям: заглушается ли слышимость, размывается ли вид впереди, окутывает ли его холод – верный признак присутствия рядом неживой сущности? Но ничего такого не заметил. Через несколько километров ожидался поворот на улицу с кафе, в котором было назначено «свидание». И Макс начал беспокоиться: невидимый убийца так и не появился. Неужели ничего не вышло? Как бы призрак, каким-то образом разгадавший подмену, не подкараулил Александра в другой день.

Но только Макс так подумал, как увидел идущую по обочине девушку. Одетая в бежевую куртку и голубые джинсы, незнакомка шла, чуть опустив голову, словно задумавшись. Длинные каштановые волосы скрывали спину до поясницы и слегка развевались при ходьбе. В какой-то момент девушка споткнулась и, пытаясь удержать равновесие, взмахнула руками. «Призраки же не спотыкаются», – машинально подумал Макс. Он ехал во втором ряду и на всякий случай решил не менять положения. К тому же в зеркало увидел, как по ближайшей к обочине полосе его нагоняет массивный трейлер.

Солнце вновь выглянуло из-за небольшого облака, и отразившиеся блики от мчавшейся по встречке машины ненадолго ослепили Макса. Этого оказалось достаточно, чтобы упустить момент, когда мирно идущая по обочине девушка внезапно выскочила на дорогу. Она перебежала полосу, по которой шла фура, пересекла вторую, но остановилась, увидев, что по другой стороне дороги едут машины. Макс на всякий случай отпустил газ и вильнул в сторону. Он бы без помех объехал незнакомку, но на встречной полосе одна машина решила обогнать другую и промчалась слишком рядом с разделительной полосой, будто не заметив ожидавшего за ней человека. Девушка испуганно отскочила и, увидев несущийся на нее мотоцикл, в панике заметалась, не зная, бежать вперед или назад. Трейлер поравнялся с Максом и прижался так близко, заехав не в свой ряд, что не оставил места для маневра. По встречной полосе ехали машины. Единственным выходом было тормозить. В тот момент Макс и понял, что призрак их обыграл: обморочил живую девушку, возможно, ту, которая написала Александру, и устроил ловушку. Другие мотоциклисты так и гибли: панически дергали передний тормоз, блокировали колесо, падали.

«Либо в тюрьму, либо на кладбище», – пронеслась в голове роковая мысль. У него не было возможности ни объехать девушку, ни остановиться, не доезжая до нее. Даже если бы он резко затормозил и завалил байк, тот продолжил бы лететь по асфальту, а сам Макс попал бы под колеса фуры.

Чудом подавив инстинктивный порыв пережать передний тормоз, он выровнял траекторию, сжал коленями бак и перенес вес тела назад, разгружая плечи и руки. Придавил педаль заднего тормоза и почти одновременно потянул на себя рычаг переднего. Байк опасно повело в сторону, но Макс ослабил давление, выровнял мотоцикл и усилил торможение. Это длилось всего мгновение, но в его представлении все растянулось до вечности. Мотоцикл продолжал катиться. Тормозной путь оказался длиннее жизни девушки. Макс стиснул зубы. Теперь убийцей станет он.

Он не зажмурился, продолжая смотреть на свою жертву: совсем юное лицо, паника в широко раскрытых карих глазах, приоткрытые в немом крике пухлые губы. Ее образ, показавшийся ему знакомым, он запомнит навсегда.

За долю секунды до удара Макс вдруг осознал, что девушка для других словно невидима. Ее не заметили ни водители встречных легковушек, ни фуры. Он бы тоже ее не увидел – если бы не был медиумом. Да еще бы она показалась мотоциклисту, с которым сущность установила канал связи через переписку.

Ужас на лице девушки сменился гримасой злости, милые черты превратились в безобразную маску, когда сущность поняла, что своего не добилась. Макс влетел в нее на замедляющем движение байке, и его тут же обдало ледяным холодом. Вид впереди опасно затуманился, дорожный шум стих. Новые образы были короткими, рваными, прыгающими, как картинка в плохо настроенном старом телевизоре. Но и этого оказалось достаточно, чтобы понять важное… и чуть не оказаться сбитым нагнавшей сзади машиной. Водитель минивэна явно не ожидал, что байк встанет посреди дороги. К счастью, автомобиль сумел с возмущенным гудением обогнуть препятствие.

С лихорадочно бьющимся сердцем Макс завел мотоцикл, съехал на обочину и там остановился. С трудом спешившись, он на ватных ногах отошел к посадке, тяжело сел на землю и привалился спиной к дереву. Стащив зубами с правой руки перчатку, он кое-как расстегнул застежку и снял шлем. В голове будто выключились все мысли, остался только назойливый белый шум. Макс безучастно смотрел на летевшие по дороге машины и пытался выровнять дыхание. Таким разбитым он не чувствовал себя и после недавней встречи с призраком и падения, а ведь тогда тоже мог погибнуть. Но сегодня он едва не стал убийцей – если бы девушка оказалась настоящей, а не созданным сущностью образом.

Где-то в глубине души Макс понимал, что выбрал единственно верное решение, благодаря которому не разбился сам и не сделал убийцей невинного человека, если бы попал под фуру или вылетел в попытке объехать препятствие на встречную полосу. Но знал, что потом, когда пройдет шок, все равно будет перебирать в уме все возможные варианты, как если бы речь шла о живом человеке: хватило бы ему метров, если бы он затормозил на долю секунды раньше и резче? Или, может, успел бы проскочить перед фурой, если бы выбрал объехать девушку? Что еще можно было сделать в такой ситуации?

Макс прижался затылком к шершавой коре ствола и закрыл глаза. Неправ Гера насчет его стальных нервов. Он такой же человек, как и остальные. Тоже, несмотря на опыт медиума и водителя, угодил в ловушку. И выбрал свою жизнь, а не юной незнакомки.

«Это была сущность», – напомнил Макс себе. Хитрая мертвая сущность, такая сильная в своей жажде мести, что научилась создавать слишком реальные образы, копируя мимику, поведение и движения девушек, к которым прикреплялась и чьей энергией питалась. Наверняка эта девчушка, которая якобы явилась на дороге, на самом деле сейчас лежит, обессиленная, дома, над ней хлопочет мама или уже вызванный врач. Но она жива, хотя ей и потребуется время на восстановление. Внезапно он вспомнил, почему образ этой девушки показался знакомым. Дело было не в аватарке в закрытом блоге, на которой почти нельзя было рассмотреть лицо, а в том, что Макс раньше ее уже видел. Это была одна из девушек, встреченных на кладбище после похорон Енота: не бойкая, а более застенчивая. «Пассажирки», как их окрестила Люсинда. Возможно, призрак выбирал тех девчонок, которые байкершами не были, но имели отношение к мототусовке или желали в нее влиться.

Белый шум уходил из головы, оглушенный шоком Макс вновь стал различать звуки: рев автомобильных двигателей, чириканье пичужки, шуршание ветра в кронах, покрытых ажурной молодой листвой. Словно в калейдоскопе из разбитых стекол-образов стала складываться картина, увиденная в тот момент, когда Макс въехал в призрака.

Он снова, как недавно на месте аварии мотоциклиста, увидел незнакомую пустынную дорогу с обледенелыми сугробами по краям. Но в сегодняшнем видении прямо по дороге шла одетая в серый пуховик, темные джинсы и красную шапочку девушка. Макс почувствовал ее эмоции – радость от предвкушения чего-то долгожданного, что вот-вот должно было произойти. А в следующую секунду из-за поворота выскочил белый мотоцикл. Все случилось так быстро, что никто не успел среагировать. Девушка в пуховике отлетела в сторону и застыла изломанной куклой на обочине. Белый мотоцикл от сильного удара потерял управление и упал набок, чуть не придавив водителя.

Следующую картину Макс увидел уже не со стороны, а будто глазами сбитой девушки. Она была жива, но сильно ранена. Сознание угасало, но пострадавшая успела увидеть двоих мужчин, склонившихся над ней: оба темноволосые, коротко стриженные и небритые. Ей было сложно сфокусироваться, лица расплывались, и в памяти отпечатались лишь эти затуманенные приметы – два коротко стриженных небритых брюнета. Ее подняли на руки и куда-то понесли. Пульсирующее сознание успело выхватить несколько картинок-вспышек: водонапорная башня, железнодорожные пути, синяя постройка с зеленой крышей – то ли заброшенный дом, то ли сарай, рука с татуировкой, вторая с массивным браслетом, которая зависла над ее лицом. Потом девушка почувствовала, как ее опускают. На лицо и тело тяжело упала плотная ткань. Несчастная хотела закричать, но вместо слов раздался сиплый хрип. Она захлебнулась собственной кровью и поняла, что умирать будет здесь, одна, брошенная, спрятанная от мира, вырванная из жизни и из объятий любимых людей. За что? Только за то, что имела несчастье оказаться перед несущимся на скорости мотоциклом.

– Эй! – раздался вдруг оклик. – Что-то случилось?

Макс нехотя открыл глаза и увидел спешившего к нему мужчину средних лет: водитель остановился, заметив припаркованный на обочине байк и сидевшего на земле мотоциклиста. Не перевелись сердобольные и отзывчивые люди.

Макс выдавил улыбку, которая наверняка выглядела как вымученная гримаса, и посильно бодрым тоном заверил, что просто ждет напарника, который отстал и вот-вот подъедет. Водитель еще раз уточнил, не нужна ли какая помощь: видимо, не купился на отговорку. Но потом уехал.

Только тогда Макс спохватился, что нужно позвонить Марине или кому-нибудь из коллег. Он снял вторую перчатку, но увидел, как неподалеку остановился красный спортивный байк. Люсинда торопливо спешилась и направилась к нему бегом.

– Все хорошо! – поспешил успокоить ее Макс и неуклюже поднялся на ноги.

Люсинда сняла шлем, с пару секунд таращилась на напарника, будто не веря ему, а потом поднесла к уху телефон.

– Он в порядке. Я перезвоню позже.

Она порывисто обняла Макса, опустила руки и отступила.

– Убить готова! Где ты бросил Андрея?!

– В пробке, – признался Макс.

– В пробке! – передразнила Люсинда. – Мы экстренно пытались связаться с тобой через него! На шоссе появляется не призрак, а живая девушка! И если бы ты…

– Не девушка, а призрак, – тихо, но уверенно перебил он. – Это был призрак, но выглядел как живой человек.

Напарница подняла брови и отчего-то шепотом спросила:

– Значит… Получилось?

– Получилось.

Макс подробно рассказал о случившемся, понимая, что во второй раз и кому-либо другому уже не сможет воспроизвести сцену во всех деталях.

– Только не надо про то, что затея изначально была убийственной и я поступил как идиот. Или, наоборот, что у меня стальные нервы и крутые яй… У меня до сих пор ноги трясутся, а футболку хоть выжимай, – поспешно добавил он, пока Люсинда не разразилась бранью.

– Ой, Макс… – вздохнула совсем как Марина она. Он улыбнулся: они настолько сплотились, что стали перенимать друг у друга словечки и интонации.

– Болит? – сочувственно спросила Люси, заметив, что Макс поглаживает руку поверх повязки, и уже решительным тоном заявила:

– Вот что. Звоню Шмелю. Он все равно ждет от нас вестей. Попрошу прислать эвакуатор. Я сама заплачу. Пусть отвезут мотоцикл к твоему дому. А мы дождемся Андрея, и он подбросит тебя. В офис ты сегодня уже не поедешь.

С тем, чтобы не возвращаться на работу, Макс в душе был согласен. Но день еще не закончился, и с такими сложностями добытую информацию нужно было обдумать и обсудить с коллегами.

– Люси, мы в пятнадцати минутах от моего дома. Я доеду. Оставлю мотоцикл и…

– И сам останешься! – отрезала она, поняв, что он будет настаивать на возвращении в офис.

– Мне нужно все передать Марине, – объяснил Макс, хотя с большой бы радостью послушался напарницу. Мокрая от пота одежда под комбинезоном неприятно липла к телу. Хорошо бы принять душ и переодеться во что-то чистое, сухое, удобное. Да и, похоже, придется принять обезболивающее.

– Вызови Марину к себе, – предложила Люсинда. – Ей все и передашь. А она – Гере завтра.

– М-м… Хорошая мысль, – согласился Макс. – Но мне бы хотелось, чтобы ты кое-что зарисовала.

– Без проблем. Все равно собиралась сопроводить тебя до дома. Одного не отпущу. Поднимусь и зарисую все, что ты мне скажешь. Не бойся, на обед не напрашиваюсь.

– А это, кстати, неплохая идея, – улыбнулся Макс. – Правда, в холодильнике у меня почти пусто: перед командировкой я не стал закупаться.

– Решим. Доставка – наше все, – отмахнулась Люсинда и принялась что-то набирать в телефоне. – Кстати, остальных тоже, может, отпустишь? Лида провела сложный ритуал. Ей бы отдохнуть перед поездкой.

– Без проблем.

– Тогда напишу, что ты всех отпускаешь, – сказала напарница и, не поднимая взгляда от телефона, попросила:

– Позвони Андрею, он где-то уже поблизости. Если сам доедешь и не нужно вызывать эвакуатор, то зачем зря гонять его сюда. Ему завтра рулить несколько часов: ты, наверное, вряд ли будешь в состоянии.

– Буду. В состоянии, – пробормотал Макс и набрал Андрея.

– Марина пишет, что шаман ее подвезет, – сказала, не поднимая взгляда от телефона, Люсинда.

– Ну, тогда и его пригласи, – засмеялся Макс. – И остальных, что уж.

Пока Люсинда отвечала в чат, он поговорил с Андреем и тоже отпустил его.

– Лида написала, что они лучше поедут домой. Ей хочется побыть вдвоем с мужем перед разлукой и неторопливо собраться. Марина завтра все передаст Гере.

– Хорошо.

Люсинда продолжала смотреть в телефон. Ее щеки чуть порозовели, на губах мелькнула улыбка, когда она прочитала ответ.

– Шаман говорит, что позаботится об обеде: позвонит в знакомый кейтеринг и закажет еду там.

– Вот уж официантов сегодня мне в квартире не хватало, – пробормотал Макс, вспомнив давний случай, когда Арсений решил проставиться.

Люсинда усмехнулась и спрятала телефон.

– Поздно. Надеюсь, он выбрал не мексиканскую кухню, а то у тебя в квартире и живая музыка будет.

Макс на мгновение представил у себя дома ансамбль усатых мужчин в вышитых пиджаках и в широкополых сомбреро, и непритворно ужаснулся:

– С него станется! Ладно, Люси. Поехали. Может, успеем перехватить этот мексиканский ансамбль еще во дворе.

По дороге к мотоциклам он вспомнил одну важную деталь, о которой забыл упомянуть:

– Девушку сбил белый спортивный байк, моделью похожий на мой.

– М-м… Я поспрашиваю у Шмеля, кто водит такой мотоцикл. Хотя владельцев белых байков в мототусовке должно быть немало.

– Возможно. Но Шмель уже сказал мне раньше, что Енот водила белый мот, потом его разбила и купила новый. На котором и погибла.

– Черт… – тихо выругалась Люсинда и замерла с поднесенным к голове шлемом. – Ты в видении ее тоже увидел?

– Лицо водителя скрывал визор. Но да, это была девушка.

– А мужчины, которые куда-то отнесли пострадавшую и бросили умирать, получается, Патрик и его друг?

– Вот их лица совсем не считывались. Но, по всей видимости, они. Кто еще мог сопровождать Енота? И кто еще носил браслет с головой льва?

– Какое дерь… – Люсинда замолчала на полуслове и задумчиво прикусила нижнюю губу.

– Мне нужно, чтобы ты зарисовала с моих слов погибшую девушку. Ее я как раз хорошо увидел. Зайдем в поисках через нее. Пока у нас лишь предположения, кто виноват в ее гибели. А доказательств – никаких. Мои видения, как улики, к делу не подошьешь.

– Ну да, – поддакнула Люсинда. – Нет тела, нет дела. Поняла, Макс.

Он хотел добавить, что раскручивать все дальше придется Марине с Герой, но его отвлек звонок.

– А вот и наш клиент с визиткой, – проворчал вслух Макс и поздоровался язвительным тоном:

– Здравствуйте, Юрий Петрович!

Может, если бы не усталость, пережитый стресс и боль, он был бы сдержанней.

– Здравствуйте. Звоню узнать, вы завтра едете наконец-то заниматься моим делом, или как? Время идет, а о результатах вы не докладываете.

– Отчего, Юрий Петрович, вот прямо сейчас и доложу, – тонко, будто клиент был перед ним, улыбнулся в трубку Макс. – Да, завтра мы едем в командировку в места вашего детства.

– Замечательно, – довольно обронил клиент, который еще не уловил в интонациях Макса, что как раз ничего замечательного его не ожидает.

– Это-то хорошо. Но плохо, Юрий Петрович, что вы от души нам напакостили.

– Я… Что?

– Визитка с сюрпризом, Юрий Петрович. И не говорите, что не знаете, о каком сюрпризе идет речь.

Повисшая тишина в трубке ясно дала понять, что клиент прекрасно все понял и отрицать содеянное не собирается. Люсинда, так и не надевшая шлем, стояла напротив Макса и с напряженным выражением следила за разговором.

– Это хорошо, что визитку взял я, а не кто-то из моих сотрудников. Я уже привык общаться с мертвыми, справлюсь и здесь. И хорошо, Юрий Петрович, что наша ведьма не сняла с меня это проклятие сразу, а оставила, как я ее и попросил, временно. Иначе бы, Юрий Петрович, все это вернулось бы к вам, но в двойном размере. И вряд ли вы бы мне сейчас звонили.

– Я… Простите, – пролепетал собеседник, в голосе которого разом погасли все командирские нотки.

– Двойной тариф, Юрий Петрович, – устало сказал Макс. – За то, что вы сами все усложнили.

– Конечно-конечно! – быстро согласился клиент. – Простите… Пожалуйста. Я все объясню. Я хотел сегодня приехать к вам в офис и…

– Не сегодня. Сегодня там уже никого нет. Завтра. Вас встретит моя заместитель. С ней и будете разговаривать.

– Как скажете! А… Ваша ведьма может пока не снимать с вас… Понимаете, у меня… У меня дочь скоро замуж выходит. Мне бы… Просто до ее свадьбы дожить.

– Доживете, Юрий Петрович. И до внуков, надеюсь, тоже.

Макс закончил разговор, опустил руку с телефоном и громко выдохнул. Люси качнула головой и усмехнулась:

– Вот теперь не промолчу и скажу: Макс, у тебя крутые… Ну, ты сам понял. Двойной тариф!

И она засмеялась.