— Ты готова? — Вадим входит в комнату и, останавливается с открытым ртом, долго рассматривает меня в красном платье. Наконец, подбирает нужное слово, — Божественно!

Я покраснела, смутилась.

— Ты так считаешь?

— Ты — моя королева!

— А ты — мой король, — усмехаюсь.

— Нет, ты — моя королева, а я — твой раб.

Я засмеялась и снова повернулась к зеркалу.

Неужели я так изменилась? Не верится даже, что ещё недавно я с тусклым взглядом примеряла тёмно-синее платье, только для того, чтобы быть лишь оттенком своего мужа.

А сегодня я — чья-то королева!

— Ты готова? — Вадим пытается застегнуть запонку.

Подхожу, помогаю ему, и всё это время он пожирает меня взглядом.

— Не смотри на меня так, я смущаюсь.

— Мне нравится твоё смущение. Ты очень хорошенькая, когда смущаешься, когда краснеешь.

— Ты знаешь столько лестных слов. Где ты их набрался? — шутливо возмущённо выгибаю бровь.

— Я много лет копил их в себе, чтобы после встречи с тобой применить всё и сразу.

— Да, я это чувствую… Тебя словно прорвало комплиментами.

— Поверь, я нечасто говорю их женщинам. Можно сказать — вообще не говорю.

— Верю. Ладно, пошли, — помогаю ему надеть пиджак, выравниваю лацканы, поправляю рукава рубашки, чтобы выглядывал ровно один сантиметр манжеты.

— Да, иногда нужно подождать, чтобы получить своё, — не отводит от меня взгляд Вадим. — Иногда нужно долго терпеть, чтобы, наконец, дождаться.

— Дождался? Пошли… а то опоздаем и все статуэтки раздадут не тебе.

Мы вышли из дома, сели в машину и поехали в направлении Дворца металлургов, на вручение общегородской премии «Человек года», где Вадим Щербаков — один из номинантов на звание «Инвестор года».

У дворца уже собралась внушительная толпа. Люди постепенно заходят внутрь. Мы тоже вошли.

На входе Вадим показал приглашение. Я взяла его под руку, и мы, как почётные гости, вошли в огромный вестибюль, где уже находилось много людей, ожидающих разрешения пройти в зал.

— Привет, дружище! — услышали мы.

Повернулись. К нам подошёл какой-то человек, очень похожий на… О, Господи!

Это, кажется, сам — мэр города.

— Добрый день, — Вадим приятно улыбнулся и пожал мэру руку. — Алексей, познакомься, это Тамара, моя — вторая половинка.

— Ого! Даже так… — мэр внимательно посмотрел на меня.

— Я сама до сегодня не знала об этом, но, раз так, — очень приятно ощущать себя «второй половинкой», — улыбаюсь сияющей улыбкой.

— Ну что ж, отдыхайте. Пойду ещё с кем-нибудь поздороваюсь. Надеюсь, ты сегодня выиграешь, — указал мэр на Щербакова.

— Ну, это не так важно. Мне регалии не нужны, — заскромничал Вадим.

— Как всегда, очень скромный. Давай, дружище! — мэр отошёл, а Вадим приобнял меня за талию.

— Пусть только попробуют — не дадут мне эту статуэтку или кубок, что у них там.

Я усмехнулась и передразнила.

— Ты же сказал, что ты скромный и не хочешь никаких регалий.

— Это я так, просто сказал, для отвода глаз. В это необязательно верить.

— Значит, вот какой ты обманщик…

— Да, с удовольствием кого-нибудь обманул бы, — хитро прищурился и повёл взглядом вокруг.

— Меня-то уже обманул — и не раз.

— Ну, это было во благо.

Я засмеялась, повернула голову, но резко смех мой прервался, когда заметила направленный на меня суровый взгляд.

— Чего ты? — Вадим тоже обернулся. — А, муженёк твой тоже здесь. Интересно, кто сегодня у него в паре? Он очень быстро меняет этих девчонок.

— А ты завидуешь?

— Чему тут завидовать? Тому, что он неразборчив в связях? Я вот, например, очень даже разборчив. Выбрал одну-единственную — и люблю её.

Я резко повернула голову и посмотрела ему в глаза.

— Что ты сказал?

— Я сказал, что выбрал одну-единственную — и люблю её, — чётко проговорил он.

В этот момент я забыла, где я, кто на меня смотрит и что мы здесь должны делать. Нежность охватила меня, я положила ладонь ему на щёку.

— Не знаю… может быть, мы рано об этом говорим.

— Не рано, — он смотрит, не отрываясь, прямо на мои губы.

— Ты, надеюсь, не хочешь прямо сейчас меня поцеловать?

— Какая ты догадливая. Прямо сейчас я именно этого и хочу.

— А тебе не кажется, что это будет…?

— Не кажется.

— Может, не надо?

— Надо, — он больше ни о чём не спрашивает, быстро обнимает меня и касается губами моих губ. Я обхватываю его за талию — и происходит что-то невероятное прямо посреди холла, среди толпы людей в костюмах и вечерних платьях. Мы стоим с Вадимом Щербаковым и целуемся, забыв обо всём вокруг.

Кто-то рядом присвистнул, кто-то захлопал. И вот уже вся толпа хлопает в ладоши.

— Горько!

И Вадим, уже было отпустивший меня, снова начал целовать.

Я покраснела, кажется, до самых кончиков волос, но вдруг поняла, что мне всё равно. Пусть смотрит кто хочет. Пусть радуются за меня и за него.

Он вдруг отпустил, поднял руку — и вся хлопающая толпа затихла.

— Ребята! Друзья! Я хочу сделать объявление!

— Давай, говори! — кто-то подначивает, остальные тоже покрикивают и его вдохновляют.

Я не уже не знаю, куда деть глаза и как исчезнуть. Все взгляды обращены на нас.

— Друзья мои, эта женщина… Я люблю её. И прямо сейчас хочу предложить ей выйти за меня замуж!

Он повернулся, встал передо мной на одно колено.

Я в шоке приложила руки к щекам.

— Тамара, извини, я не планировал… поэтому без кольца. Но ситуация требует решения. Итак, Тамара, ты выйдешь за меня замуж?

— Боже… — я качаю головой, не зная, что ответить.

Я ведь только недавно…

— Да! Да! — кричит толпа.

Я смотрю Вадиму в глаза и понимаю — ещё секунда сомнения, и он это почувствует.

— Тамара, ты выйдешь за меня замуж? — повторил он.

— Да… Я выйду за тебя, Вадим Щербаков, — говорю, кивая.

Не соображаю, что делаю, не понимаю, к чему это приведёт. Я соглашаюсь на брак с мужчиной, в которого влюбилась за эти дни.

Просто влюбилась. Не могла не влюбиться в такого человека — он не дал мне выбора и шанса. Перекрыл всё моё прошлое, заполонил собой настоящее и вселил веру в будущее.

С самой нашей первой встречи он открыл для меня новые горизонты — для жизни, для мечты, для любви.

— Я согласна выйти за тебя, — повторяю ещё раз.

— Ну, вот и славно! Значит, будет свадьба! — откуда-то рядом появился мэр.

Подскочили репортёры, начали щёлкать фотоаппараты.

Я счастливо улыбаюсь. Вадим обнимает меня, и нас обоих обнимает мэр.

— Невероятно… — шепчу я.

Это — вершина! Я на ней!

Я счастлива!

Когда восторги поутихли, и все пошли в зал для участия в церемонии, я повернулась и сказала Вадиму:

— Мне нужно отойти в уборную.

— Давай шустренько! Я подожду тебя здесь.

— Не нужно, заходи в зал, я скоро подойду.

— Ну, хорошо, — он отпустил и направился к двери в зал, а я свернула к туалетам.

В дамской комнате, постояла у зеркала, ещё раз рассматривая себя в красном платье. Долго смотрю.

Всё слишком быстро происходит. Я даже не могу ничего предпринять, чтобы спокойно подумать.

— А что тут думать, Тамара? Нужно идти туда, где тебе хорошо, — сказала себе, глядя в зеркало.

Вышла из дамского туалета и сразу на углу увидела — своего "ещё пока" мужа. Взгляд холодный, льдом пронизывающий до костей.

Я остановилась.

— Вторая половинка? — насмешливая гримаса исказила его губы.

— Тебя это удивляет? — удерживаю спокойный тон.

— Меня это смешит, — он вальяжно встал, сунул руки в карманы.

— Ну, так посмейся. Извини, я не смогу составить тебе компанию, — собралась пройти мимо, но он ухватил меня за запястье и потянул на себя.

— Не слишком ли ты торопишься? — пальцы сжались сильнее. — Ты ещё не развелась.

— Это вопрос времени, — дёрнула руку, но он не отпустил.

— А если я не дам тебе развод? Как тогда ты сможешь выйти за него замуж?

Я повернулась к нему полностью, посмотрела прямо в глаза, голос стал твёрдым, почти чужим:

— Ты так ничего и не понял?

— Что я должен был понять? — он сузил глаза.

— Дело не в разводе, а в человеке. В его отношении. В благодарности.

— А он, значит — благодарен, за то, что ты работаешь служанкой в его доме?

Я почувствовала, как закипает кровь, но ответила совершенно спокойно, гордо приподняв подбородок:

— Очень благодарен. Он купил для меня помещение. Я буду открывать собственное кафе.

— Прямо-таки и купил? — в его голосе сарказм и едва заметная злость.

Боже… Этот человек давно уже перестал быть тем, кого я когда-то любила.

— Помнишь, ты сказал мне, что устал от меня?

— Ну?

— Так вот, я тоже устала. Очень устала. Смертельно устала от тебя. Ты больше не можешь влиять на меня, указывать, что мне носить и что делать. Я больше не люблю тебя, понимаешь? Не люблю. И от этого мне так хорошо… Ты не представляешь, как мне хорошо сейчас. Я счастлива. Потому что у меня есть человек, который любит меня, уважает, который стремится сделать всё для того, чтобы я была счастлива. Я — понимаешь? Я! Он делает счастливой именно меня. И от этого — сам счастлив.

От этих слов он отшатнулся будто от пощёчины. Я высвободила руку.

— Прощай. Живи как хочешь. Люби, кого хочешь. Я отпускаю тебя. Я… прощаю тебя. Будь счастлив.

Я развернулась и пошла прочь. Сердце бешено колотится, но это не от страха. Это от ощущения невероятной свободы от этого человека. Я почувствовала, будто за спиной выросли крылья. Ничего, больше ничего меня не держит. Путы слетели, оковы проржавели, я отряхнулась, встала и пошла навстречу другой жизни.

Завернула за угол — и увидела стоящего у двери Вадима. Всё-таки ждёт, не заходит без меня. Поспешила к нему.

— Ну, где ты ходишь? Хочешь, чтобы я пропустил свою награду?

— Ты уже получил свою награду, — я остановилась напротив, улыбнулась и потянулась к нему, чтобы поцеловать.

— Точно. Я и забыл, — усмехнулся он.

И мы надолго зависли в поцелуе посреди холла, возле двери в концертный зал. И даже не обратили внимание на эхом разнёсшиеся по холлу шаги и хлопок тяжелой двери.

Кто-то ушел с торжества, а мы и не заметили.