И снова я провалилась в ту самую бездну, из которой, чувствую, уже не выбраться.

— Ладно, иди… — со вздохом отстраняюсь, пытаюсь освободиться из его крепких объятий.

Ох, как же трудно.

Да, мне приятно целоваться с ним, прижиматься к нему всем телом, обнимать его. Мне это приятно. Но я не должна этого показывать. Я не должна выглядеть жадной до поцелуев женщиной, которую пять лет никто не целовал.

Может, и больше…

Точно не сосчитать, сколько прошло времени с тех пор, как мы с мужем целовались … по-настоящему.

И вот сейчас эти абсолютно настоящие поцелуи сбивают меня с толку и заставляют сопротивляться — потому что я боюсь показаться слишком влюблённой.

— Вадим, иди.

— Но завтра я приду… — не отпускает, шепчет мне в губы.

— Ладно… приходи завтра, — шёпотом отвечаю.

Это слишком… слишком скоро. Я не готова… или готова. Не понимаю. Не знаю.

Я боюсь.

Он отпустил и пошел спускаться по лестнице.

Пока гулко звучат эхом его шаги, стою, прижимаясь спиной к стене.

Нарушен… безвозвратно нарушен мой покой.

-

На следующий день с утра я поехала в суд. Хотела написать заявление о разводе.

И каково же было моё удивление, когда мне сказали, что мой супруг уже подал заявление, и теперь он — истец, а я — ответчик.

Что ж… Мне без разницы.

Раз я ответчик — значит, так тому и быть.

После суда я поехала к маме.

Выложила ей последние события в нашей жизни. Мама явно не была готова к таким новостям.

Хоть и подначивала меня всё время раньше, но конечно она совсем не имела в виду, чтобы я от мужа уходила.

Слова, это — просто слова. Советы, это — просто советы. Ничего не имеющие в виду.

А когда случилось, она, ожидаемо, испытала лёгкий шок.

— Ой, Томочка, как же ты теперь будешь одна…

— Почему одна? У меня есть Даня, у меня есть ты. Я не одна.

— Ну, я имею в виду… теперь же тебе придётся на работу устраиваться, — сложила ладони на груди.

— Знаешь, лучше устроиться на работу и понимать, что ты за это что-то получаешь, чем быть домохозяйкой, к которой относятся как к домовой прислуге.

— Да, может быть, ты и права…

— Мам, что-то я не пойму, ты же первая кричала, что Стас не достоин быть моим мужем.

— Да, Тома… говорить-то одно, а как до дела дошло — это уже совершенно другое.

— Тут я с тобой согласна. Когда до дела дошло, я поняла, что надо было делать это раньше.

— Ой… что-то я за тебя волнуюсь. Ты такая стала уверенная.

— Как это — уверенная?

— Не знаю… Глаза горят, и ощущение, будто ты ожила. Может, этот развод и к лучшему, — плаксиво смотрит на меня.

Мама тоже это заметила.

Скорее всего, ожила я совсем не из-за развода, а по нескольким другим причинам. Но маме пока об этом я рассказывать не буду. Ещё часик пообсуждали моё будущее. Поразмышляли на тему — куда бы мне пойти работать. Мама привела несколько примеров своих знакомых кто, где работает и сколько кому платят.

— Ладно, мам, пора мне. Сегодня должен прийти человек, который ищет мне работу.

— Что за человек? — заинтересованно прищурилась мама.

— Да так, один знакомый.

— Один знакомый? Что-то ты темнишь… — во всех моих интонациях она что-то улавливает.

— Да не думай, мам, это так…

— Ой, Тома, — она как обычно сложила руки на груди. — Это ты из-за него разводишься?

— Из-за кого? — не поняла я.

— Из-за этого человека?

— Мам, только давай не будем выдумывать. Тебе вообще что-нибудь можно говорить, чтобы ты не начала додумывать и фантазировать?

— А я же сразу заметила, что что-то изменилось! — грозит пальцем.

— Ну так в лучшую сторону же, мам.

— Том, ты что, любовника завела? — опять чуть не плачет.

— Нет, мама!

— А выглядишь так, как будто завела, — она окинула меня взглядом с ног до головы.

— Да всё как обычно, мам, чего ты.

— Не как обычно, я-то знаю. А сейчас ты как раз какая-то необычная…

— Ну всё, мне пора. Давай, я тебе позвоню и расскажу, какую работу мне предложат. Надеюсь, это будет не кассиршей в «Девяточке».

— А что плохого в работе кассирши в «Девяточке»?

— Не хочется в таком возрасте мне в супермаркет кассиршей, — недовольно поджимаю губы.

— А ты как думала? Это плата за то, что я столько лет сидела дома и обслуживала мужа. А теперь, после развода, на работу взять тебя никто не захочет. Кому нужна бывшая домохозяйка?

— А может, кому-то и нужна. Может, тебе сайт знакомств открыть?

— Мам, не выдумывай. Нашла, что посоветовать…

— Ладно, ладно, молчу. Давай, дочь, удачи тебе. Пусть у тебя всё хорошо сложится, — обнимает, целует в щёку.

— Спасибо, мамочка, — мы расцеловались, и я пошла.