Ностромо, империя Колоссус

Маркус Скабре (Гринч)

На плаце собрались двести новичков, завершивших обучение в Центре Получения Гражданства.

Подняв руку, я спросил:

— Где записываться в ополчение, господин инструктор?

Глядя на меня, Дракир расплылся в довольной улыбке:

— Я не сомневался, что вы, Скабре, именно так и поступите. Чем тише адепт себя ведёт, тем чётче он видит цель перед собой… Подходите к столу гарнизона. Остальным вольно! Расходитесь по тем вербовщикам и организациям, которые вас пригласили.

Перехватив рюкзак поудобнее, я направился к столу гарнизона. Однако на полпути меня перехватил вербовщик.

— Сто первый?

— Не знаю такого.

Нахмурившись, парень огляделся.

— Стой! У тебя же сто первый номер был?

— Нет, я Маркус Скабре.

Служка одного из вербовщиков во все глаза уставился на меня.

— Так я про тебя и говорю.

— Нет. Моего имени вы не назвали.

— Короче, Скабре! Ты идёшь в клан Оуш.

Я на секунду замер и посмотрел на служку так же, как… на людоедов, которых выкосил в Ледяном Мире. Мне и говорить ничего не пришлось. Испуганно сглотнув, парень шагнул назад.

— П-приказ госпожи! — произнёс он, запинаясь. — Тебя приглашают в её палатку.

— Я ведь могу отказаться? У меня есть планы на ополчение.

Парень напряжённо замер. Его взгляд заметался между мной и нужной палаткой.

— Слушай, Скабре… Я сам всего три месяца как прибыл из Пограничной Зоны. Скажу по своему опыту. Откажешь Оуш сейчас, они тебя в покое не оставят. Я их не люблю, но мне за эту работу платят.

И без помощи нейросети видно, что слуга не лжёт.

— Понятно… Пойдём посмотрим на твою госпожу. Как её хоть зовут?

— Агата, — произнёс он и тут же осёкся. — Обращайся к ней «госпожа Оуш» или просто «госпожа». Если что, я тебе её имя не говорил. Она новичкам его никогда не называет. Брезгует.

— Хорошо, буду знать.

— Делай вид, будто всё в порядке, — слуга приоткрыл полог шатра и впустил меня внутрь.

Та самая дама с тонкими губами, что окучивала блондинку Канру, сидела за столом. Окинув меня оценивающим взглядом, она указала на стул перед собой:

— Проходи и садись.

— Спасибо, но я откажусь, — продолжаю стоять у входа. — Я пришёл отдать дань уважения клану Оуш. По рекомендации почившего капитана Лебедона я буду работать на гарнизон.

— Вот как? — Агата усмехнулась. — Когда покойник успел дать тебе такую рекомендацию?

— В первый день. Его помощник Тарек потом рекомендовал мне то же самое.

Дамочка нахмурилась.

— А если клан Оуш предложит тебе более щедрую оплату и поддержку?

— Пожалуй… я откажусь. Может, скажете, чем я вас так заинтересовал? У меня нет ни ядра, ни корней стихий. Я даже на первую стадию Очищения [1−1] не прорвался.

Выдав свою благожелательную улыбку, Агата коротко кивнула.

— Мне известно, чего у тебя нет, Скабре… Клану интересна твоя закалка, — взгляд дамочки стал холодным. — Несмотря на четыре дня… эм-м-м… медитации и приём пилюль… Ты до сих пор выглядишь нормально. Не изменился цвет кожи, нет потерянности во взгляде. Даже глаза не покраснели, как обычно происходит на пятый день. Оуш — это клан алхимиков. Мы замечаем детали, которые другие пропускают. Напрашивается очевидный вывод. Твой организм хорошо выводит из себя яды. В клане есть, скажем так…

Я поднял руки.

— Стоп, стоп, стоп! Оставьте себе свои секреты. Я не хочу о них знать. Спасибо за предложение, но я пойду.

— СТОЯТЬ! — рявкнула дамочка.

Не слушая Агату, я вышел из палатки.

[Слуг своих стройте, госпожа Оуш. Я не мальчик на побегушках, чтобы выполнять ваши команды.]

Нашли работника на ядовитые рудники… Или что у них там? Пусть весь свой клан Оуш травят этой гадостью.

…

То же время

Агата Оуш

Клан — это организация, образующаяся вокруг семьи с сильной родословной. Речь не только об особых клановых техниках, основанных на сочетании родословной и предрасположенности к стихии… Но и о каком-то сильном УМЕНИИ главных ветвей клана.

У клана Оуш таковым являлось ощущение «намерений» собеседника. Делая кому-то предложение, Оуш зачастую заранее знают, согласится тот или нет. Чем дольше член клана находится со своей целью, тем точнее прогноз. В случае с вербовщицей, работающей в Центре, дело обстоит так же.

Агата происходила из побочной ветви клана, однако её дар ощущения намерений оказался сильнее, чем у многих чистокровных. Оттого дама точно знала:

[Скабре отказался бы, даже предложи я ему сто золотых в месяц.]

Маркус выглядел слишком хорошо. Четыре-пять дней приёма отходов алхимического производства даже здорового адепта подкосят. Тем более новичка без ядра и корня стихии. Не сразу… А, скажем, через неделю.

[В Центре Получения Гражданства случаи смертельного отравления происходят примерно раз в месяц.]

Администрация закрывает глаза на такие инциденты. Не всем суждено долго жить под Небесами.

[Значит, у Скабре есть какой-то секрет, который, по его мнению, намного дороже ста золотых монет!] — предположила Агата. — [Парень о нём знает и не хочет никому говорить.]

Мир Поднебесья устроен так, что ЛЮБОМУ клану для укрепления своего могущества нужны чужие секреты. Такова суть любой крупной организации. Чтобы делать себя сильнее, она подгребает под себя все доступные ресурсы… Включая знания, до которых другим не дотянуться.

— Скабре, значит? — Агата улыбнулась. — Есть люди, которые сами достанут из тебя нужные ответы.

…

То же время

Маркус

Выйдя из шатра клана Оуш, я сразу понял:

[Дело не закончится так просто.]

Взглянув в глаза Агаты Оуш, я сразу понял: эта старая дама любит, холит и лелеет доступную ей власть. Такие люди либо сразу получают мощный отпор и затыкаются… Либо давят до самого конца. То есть боятся сильных и издеваются над теми, над кем могут. Стоит быть готовым к грядущим неприятностям.

[Тот случай, когда нельзя избежать проблем.]

Сейчас работа на Лорда Валентайна — как раз то, что мне нужно. Чем ближе я окажусь к правителям маркграфства, тем сложнее меня будет достать. Особенно всяким гадам вроде Агаты Оуш.

Со слегка подпорченным настроением я направился к столу гарнизона. Очереди перед ним до сих пор не образовалось.

[Странно,] — я огляделся. — [Вот оно что. Кое-кто до сих пор не потерял надежды.]

Отбракованные адепты решили подождать до вечера на плацу. Вдруг кого-нибудь из них заберёт к себе одна из Сект, Кланов или Гильдий?

Подойдя ближе к военным, я произнёс:

— Маркус Скабре. Адепт без ядра и корней стихии. Хочу вступить в ополчение Ностромо.

Сидевший слева смуглокожий вояка усмехнулся и покачал головой.

— М-да-а! Адепта с такими вводными надо ещё поискать. Меня зовут лейтенант Шамрон… Я бы и рад сказать нет, потом снова нет… И даже на смертном одре повторил бы «нет»… Но, следуя приказу Лорда, вынужден принимать в ряды добровольцев ополчения даже таких, как ты.

С этими словами Шамрон достал из-под стола белый прямоугольный жетон на нитке и небольшой мешочек с монетами. Жетон выглядел как обычная металлическая пластинка.

— Всё просто, — вояка протянул мне идентификатор личности. — Направь сюда свою ауру. Ты же умеешь так делать?

Взяв кусок металла, я напитал его своей аурой, а затем протянул обратно Шамрону. Тот сунул пластинку в устройство размером с коробку из-под обуви и напитал артефакт духовными частицами.

— Готово. Данные записаны в информационный кристалл гарнизона. Теперь ты, Маркус Скабре, официально доброволец и член городского ополчения.

— А деньги зачем? — я указал на лежащий на столе мешочек.

Лейтенант тихо хохотнул.

— Это твои подъёмные, парень. Бери давай! Там десять золотых. И нет! Это не пожертвование от Лорда, а своего рода заём. Когда сможешь выплатить его и принесёшь ещё двадцать золотых сверху, тебе выдадут МЕДНЫЙ жетон ополчения. С ним ты получишь право выходить в том числе и за северную стену города. То есть на поля и фермы. При большом желании можешь покинуть и маркграфство.

Пытаясь уловить суть подвоха, я смотрел то на белый жетон, то на мешочек монет:

— Значит, пока не закрою долг перед ополчением и Лордом, мне нельзя покидать маркграфство?

— Не совсем так, — улыбаясь, Шамрон покачал головой. — Ты можешь находиться либо в Ностромо, либо охотиться к югу от города. Ищи целебные травы, камни, да хоть картины рисуй! Главный запрет касается северной стены. Маркграфство Валентайн ты не покинешь до тех пор, пока не выплатишь долг Лорду и не получишь полноценный жетон ополчения.

— Понятно. Это как кредит в банке и запрет на выезд.

Лейтенант снова покачал головой.

— Говорю же! Это подъёмные. У тебя, новичок, нет НИКАКОЙ экипировки. Ни пилюль, ни трав, ни оружия, ни знаний местности. Кольчуги и той нет! И главное, нулевой уровень боевой подготовки. Можешь считать, что наш Лорд… Да будет его правление долгим!.. Даже таким, как ты, даёт возможность прожить подольше.

Шамрон махнул в сторону выхода из Центра.

— … Ополченцы охотятся на монстров, продают что-то в Ностромо, а наш Лорд получает с этого налоги. Потом вы возвращаете долг… Или не возвращаете. Слышал, у вас, дикарей, в Пограничной Зоне есть поговорка: «Экономика — двигатель прогресса». Подъёмные, выданные Лордом, остаются в городе при любом раскладе. Поэтому он и заботится о тех, кем НЕ заинтересовались Секты, Кланы и Гильдии.

Шамрон пододвинул мешочек с монетами ко мне.

— Держи. А лучше спрячь подальше… Этой суммы ни на что действительно ценное всё равно не хватит. Если НЕ помрёшь от голода в первый месяц, поймёшь, как всё устроено в Ностромо.

Убрав золотые монеты в рюкзак, я аккуратно вытащил серебряную монету из нагрудного кармана. Поставил её ребром на стол и подтолкнул пальцем к лейтенанту. Она перекатилась через столешницу и упала на стул старшего Шамрона. Звук сразу же затих. Вояка перехватил монетку своей аурой.

— Какой бы совет вы мне дали? — спросил я тихо лейтенанта.

Делая вид, будто не заметил монетки, Шамрон улыбнулся:

— Ну-у… За такой подарок дам только один совет. — Вояка указал на отбракованных новичков. — Объединяйся в группы с добровольцами. Вместе снимайте жильё для новичков в квартале ополчения. Инструкторы из Центра показывали вам, где он расположен?..

Увидев, что я кивнул, Шамрон продолжил:

— … Сам готовь пищу. Первую экипировку покупай на рынке, а не в мастерских. Экономь на всём. Ах да! Оплати вступительный взнос в Гильдию Наёмников. Пока нет пятого уровня Очищения [1–5], до отклика на чужие заказы тебя не допустят, но членство дадут.

— Тогда зачем к ним вступать?

— Наставники, парень! — Шамрон хитро улыбнулся. — Надо уметь владеть не только оружием, но и телом. В Гильдии Наёмников можно нанять того, кто имеет сигнатуры нужных тебе навыков. Там же за дополнительную плату можно купить карты ближайших территорий к Ностромо. Причём в обе стороны.

[Нихрена себе один совет! Я себе одной монетой кучу времени и нервов сэкономил.]

Достав из кармана ещё одну серебряную монетку, я точно так же покатил её к старшему лейтенанту. Шамрон, улыбаясь, поймал её и покатил обратно ко мне.

— Спасибо, но нет… На мою жизнь эта сумма никак не повлияет. — Вояка покачал головой. — Вижу, что ты из понятливых и знаешь, как устроен мир. Говори прямо, что тебе нужно?

Вербовщик от гарнизона оказался опытным мужиком и сразу всё понял.

— Куда мне НЕ соваться и с кем лучше НЕ говорить? — произнёс я почти шёпотом. — На меня тут Агата Оуш зуб точит. Хочу понять, куда мне НЕ ходить, чтобы с её помощниками не пересечься.

При упоминании вербовщицы от клана Шамрон нахмурился. Вояка окинул мою фигуру взглядом и заговорил чуть тише:

— Тут всё сложнее, Скабре. «Оуш — это клан, который верит в звон монет». Таких полно на континенте. Поживёшь в Ностромо полгода и поймёшь, что это значит… Ты вроде опытный, поэтому скажу как есть. Криминала в городе хватает. Если интуиция шепчет, что ожидаются проблемы, так оно и есть. Если предлагают сделку в Нижнем Городе, сразу отказывайся. Если цена ниже нормы, тоже отказывайся. За пределами города держи ухо востро…

Видя недоумение на моём лице, лейтенант сразу посерьёзнел.

— … В лесах команды добровольцев из ополчения частенько пропадают. Их добро потом таинственным образом снова появляется на рынке.

— Понятно, — киваю своим мыслям. — Значит, пока не буду уверен в своих силах, за пределы города лучше не выбираться.

— Ты всё равно туда пойдёшь, — хитро усмехнулся Шамрон. — У всех новичков, которых я знаю, подъёмные деньги имеют свойство заканчиваться.

Немного подумав, я снова отправил вторую серебряную монетку в сторону лейтенанта. Тот её поймал и уставился на меня, ожидая очередного вопроса.

— Целитель, алхимик и талисманщик. К кому бы вы порекомендовали обратиться?

— Тут всё просто, — усмехнувшись, Шамрон постучал пальцем по виску. — Репутация, парень! Пилюли и талисманы можно покупать на рынке за полцены. Однако и срабатывать они будут через раз. Лучше сразу иди в лавку проверенного мастера и плати полную цену. Они рискуют своим именем и потому следят за качеством товара. Если нужно что-то ценное и редкое, делай заказ через Гильдию. Ах да! Следи за карманами. Не все люди в городе зарабатывают честно…

С этими словами Шамрон указал рукой на выход из Центра Получения Гражданства:

— … Всё, Скабре. Иди на выход. На нас новички поглядывают, видя, что мы долго болтаем. Дуй в жилой квартал. К вечеру там ни одного путного дома не останется. Может, у тебя получится сразу к кому-то подселиться.

…

Попрощавшись с лейтенантом Шамроном, я направился на выход из Центра Получения Гражданства. У первых же ворот стражник проверил мой белый жетон, считав с него информацию. Заметив его действия, я решил спросить:

— А как вы узнали, что это не поддельный жетон?

Стражник вздохнул так, словно устал отвечать на один и тот же вопрос в сотый раз:

— Парень, это не кусок металла, а мини-артефакт. На нём записано, кто ты, когда выдали жетон и кто это сделал. Также данные о привязке к городу. Погибших по ним обычно опознают.

С этими словами стражник вернул мне жетон и добавил:

— Добро пожаловать в Ностромо!

Путь до квартала ополчения сохранился в памяти нейросети. Проложив в ней маршрут, я за полчаса дошёл до нужного места. Территория, где обитают добровольцы, огорожена трёхметровым забором с шипами наверху.

[Без закалки тела или пятого уровня Очищения [1–5] через такую преграду без проблем не перебраться.]

Дойдя до входа в квартал ополчения, снова предъявил стражнику свой белый жетон. До этого по дороге дважды встречал патруль.

[Видимо, от адептов-новичков много проблем. Поэтому Лорд следит за тем, чтобы «дикари из Пограничной Зоны» не докучали местным.]

Во время недавней экскурсии по городу инструктор упоминал, что охота на монстров — это опасная профессия. Оттого арендаторы домов в квартале ополчения сменяются довольно часто. По этой причине целый домик или даже двор из нескольких построек можно снять с большой скидкой.

[Жители города не хотят жить рядом с южной стеной. А квартал ополчения примыкает к ней. Оттого и скидка на аренду здесь самая большая.]

Отыскав домик управляющей, я без стука зашёл внутрь.

— Чё надо? — сразу донёсся до меня сварливый голос.

— Мне нужен дом. Точнее, постоялый двор на одного человека.

— А прислугу тебе не надо? — ответили мне всё так же грубо.

Из-за печи вышла бабка и окинула меня оценивающим взглядом. Взгляд цепкий, на шее бусы из жемчуга, в ушах серьги. Леди — она и в возрасте остаётся леди… То есть хочет быть красивой.

— Если прислуга есть, то и она нужна, — спокойно парировал я.

— Ха, губа не дура! — бабулька с прищуром глянула на мой рюкзак. — Точно! Сегодня же суббота. Значится, из Центра пополнение скоро придёт. Меня Астрид зовут… Тут все меня «мадам Стрыгой» называют… Пока ты ютишься в квартале добровольцев, мы будем часто видеться.

— Тогда Астрид, — кивнул я, принимая правила старушки. — Мне нужен дом на одного человека.

— Нет таких! — Стрыга нахмурилась. — Вас что? Там вообще ничему не учат⁈ Вы же, как только за стену выходите, дохнете через раз! Вас потому и селят группами, чтобы вы друг у друга опыта набирались.

— И тем не менее, мне нужен домик на одного человека.

Старушка натурально зашипела.

— КАКОГО ОДНОГО⁈ Дом на четверых — это минимум! Ты халупу на одного найдёшь в любом другом квартале, но не у южной стены. Вы тут все друг дружку бережёте.

— Хорошо. Значит, я беру дом на четверых.

Буркнув что-то недовольное, старуха открыла шкафчик с ключами и достала парочку из них.

— Пойдём. Как тебя звать-то, ополченец?

— Маркус Скабре.

— Покажу, что есть. Только учти! Ты мне отдашь больше половины подъёмных денег от Лорда… Целых шесть золотых монет за то, чтобы жить месяц одному.

— Меня это устраивает, — отвечаю предельно спокойно. — И что насчёт обслуги?

Услышав вопрос, старуха остановилась как вкопанная:

— Ты чё… Из аристократов, что ли?

— Можно сказать и так. Мои родители весьма состоятельны.

Управляющая прошлась по мне тем сканирующим… чисто женским взглядом, который ни с чем не перепутать. За секунду она оценила мою ауру, потенциал, доход, связи и перспективы.

— Есть тут девки из дурёх, которых даже отряды добровольцев отбраковали. Я за ними присматриваю. Одна из них может за домом последить. Чистота в комнатах, еда, готовка и даже ванну подогреть… Но ничего больше!

— Меня это устраивает.

— Это ещё два золотых в месяц.

— Скромно. Я согласен, — снова пожимаю плечами.

— Ишь ты! И впрямь аристократ, — буркнула старуха, с прищуром глядя на меня. — Пойдёмте, ваше благородие. Покажу, куда вы можете въехать прямо сейчас.

От дома управляющей мы прошли буквально три двора. Подойдя к воротам, Астрид отперла замок прихваченным ключом.

— У квартала своя стража, — наставительно произнесла старушка. — Ты их не видишь, но они тебя видят. Четыре адепта высоких стадий Очищения постоянно следят за тем, чтобы ВЫ, молодёжь… друг к другу без спроса не совались. Если доживёшь до момента, когда получишь полноценный жетон ополчения, лучше сразу в другой квартал переезжай.

Отперев дверь, старушка, прежде чем войти, махнула рукой на запад.

— … Там все тёртые ополченцы живут. Некоторые до пика Очищения [1–9] добрались, но всё равно из ополчения не уходят. Всё им вольницы да бегание по лесам не хватает. Короче, вот первый дом. Рядом ещё два таких простаивает.

«Домиком» управляющая называла полноценный двухэтажный особняк. По-другому это здание не назвать. На первом этаже располагалась печка, просторная гостиная, она же столовая, а также выход во внутренний двор. Есть каморка с манекенами для хранения брони и стойки для мечей.

[Видимо, по плану здесь должна была жить сплочённая группа из четырёх адептов. Всё продумано до мелочей. Даже бочки с водой для обливания и места для медитаций.]

На втором этаже дома есть четыре отдельные спальни, комната отдыха и своего рода оружейка. Всё это я, не заходя, увидел через Сферу Восприятия. Стёкла в окнах, немного подтекающая крыша, необычная система водоснабжения, завязанная на артефакт «водоносного камня» — нам такой показывали во время обучения в Центре.

— Хороший дом, — киваю своим мыслям. — И щелей практически нет.

— Что значит «практически нет»? — Стрыга зыркнула на меня. — Парень… Я слежу за состоянием всех домов. Если надо, мастеров вызываю…

Не став слушать управляющую, я молча отсчитал шесть золотых монет. Ценник написан на табличке, висевшей на воротах. Сразу добавил ещё две монеты за наём прислуги. За хозяйством в доме должен кто-то следить.

Старуха собиралась ещё повозмущаться, но при виде золота мгновенно притихла.

Взглядом указываю на листву, нападавшую во двор дома.

— Позовите прислугу, которая проследит за домом. Хочу увидеть, кто будет на меня работать, и заодно прогуляться по городу.

— Бу-бу-бу… Ох уж эти аристократы! Жетон давай! — буркнула Стрыга.

Получив его, Астрид поманила меня за собой. Вскоре мы вернулись к дому управляющей.

— Дом зарегистрирую на тебя, — старушка переступила через порог. — И служанку хорошую предоставлю! Пусть за хозяйством следит. Двор и впрямь надо подмести. Набор ключей дам на четверых.

Схватив один из талисманов на своей шее, старуха что-то быстро произнесла. Через Сферу Восприятия я ощутил, как в нескольких зданиях от нас наметилось движение. В крохотном домике жило сразу двенадцать девиц. Кровати в комнатах стоят в три яруса. Одна из девушек спрыгнула с самой верхней койки и принялась быстро одеваться.

[Значит, прислуга в квартале есть, но живёт отдельно,] — отметил я про себя. — [Что-то вроде персонала при отеле.]

На уже знакомом мне устройстве Астрид зарегистрировала дом на моё имя. Когда мы закончили с формальностями и передачей ключей, в дверь тихо постучали.

— Заходи, — буркнула старушка. — Сати! Это новый арендатор третьего дома на главной улице.

Вошедшая молодая девушка оказалась смуглокожей, с вьющимися волосами. Оглядевшись по сторонам, она пыталась понять, где остальные адепты-ополченцы.

— Я буду жить один. Гостей не ожидается. Плата будет поступать регулярно.

— Эй, аристократ! Так дело не пойдёт, — Астрид нахмурилась. — Будешь мне приносить деньги за всё. И за прислугу тоже. Эти дурёхи друг у друга постоянно монеты отбирают.

[Мир другой, а люди всё те же.]

Присмотревшись к Сати, я заметил на её смуглой коже поджившие синяки. Видимо, Стрыга пытается защитить девицу.

— Можешь выбрать любую спальню на втором этаже, — обратился я к Сати. — В доме всегда должно быть чисто, горячая еда и вода.

— Да, господин, — едва слышно произнесла девица и глянула на Астрид.

Управляющая махнула рукой:

— Да переезжай ты! Чего тут смотреть. Этот хотя бы нормальный. Тебе те стервы и так жизни не дают.

…

Получив ключи, я вышел из дома управляющей на улицу. Сати последовала за мной.

— Ну что? — кивком указываю на третий двор. — Покажешь дом?

В квартале ополченцев мне бывать ещё не приходилось. Инструктор показывал только ворота и не более того. Надо понять, что здесь есть, чего нет и по каким правилам живут.

— Да-да! Конечно, — ускорив шаг, девушка первой дошла до ворот третьего дома и открыла мне дверь.

В тот же миг вся моя мужская гордость встала дыбом! ДЕВУШКА! Открыла мне дверь

— Это лишнее, — остановившись у ворот, я махнул рукой, указывая на проход. — Проходи первой. Там, откуда я родом, мужчина в доме остаётся таковым независимо от своего положения в обществе. Мне нужна служанка и не более того.

Как вскоре выяснилось, я не зря нанял прислугу. Кухонная плита оказалась артефактной и «топилась» духовными частицами. Отопление в комнатах и вентиляция тоже работали за счёт похожих приблуд, вмонтированных прямо в стены дома. Имелось столько маленьких нюансов, что я сам бы на них плюнул и жил как придётся. Кровать есть? И ладно.

Сати знала, как пользоваться каждой полезной вещицей в доме. У той же ванной есть маленький накопитель и нагреватель. Указав на ручку подачи воды, девушка объяснила:

— Бак с «водяным камнем» находится на крыше. Если предупредите, я нагрею воду для ванной примерно за час.

В каждой из четырёх спален на втором этаже обнаружилась подушка-сидушка для медитации. Чистое постельное бельё уже лежало на кроватях.

Видя, на что я смотрю, Сати добавила:

— В квартале есть общая прачечная. Адепты сами носят туда свои вещи для стирки, но…

— Можешь мне это не объяснять. — Я отмахнулся. — Дом на тебе. Бери любую из трёх оставшихся спален. В этой буду жить я. Здесь до комнаты отдыха рукой подать.

— Вы уверены? — Сати робко взглянула на меня и сразу же потупила взор. — Я могу остаться у госпожи Астрид. Мне и там хорошо…

— Ага, «хорошо», — взглядом указываю на синяки на голенях девицы. — Беги в ту каморку, откуда пришла, и неси сюда свои пожитки. Не переживай. Приставать не буду. Моё сердце уже занято, и никого другого я туда пускать не собираюсь. Еда, чистота и порядок в доме. Это три вещи, которые от тебя требуются.

Видя, что Сати медлит, я указал на лестницу.

— … Беги давай! Я здесь подожду. Потом сходим на рынок. Надо купить продуктов, а то в кладовке шаром покати. К нам даже мыши не суются!

Пока Сати бегала за своими вещами, я перешёл к детальному осмотру дома с помощью Сферы Восприятия. В гостиной на первом этаже под старыми половицами обнаружился старый тайник.

Пришлось аккуратно отодрать доски Телекинетическими руками. Слой краски и забитые в пол гвозди намекали, что эту нишу сделали ещё до последнего ремонта.

Место оказалось на редкость удобным и находилось у всех на виду. В тайнике, накрытом маскирующей тканью, лежали вещи одного из прежних владельцев дома — артефактная верёвка, пара мечей с изогнутым лезвием и непонятный мешочек.

[Кукри?] — я взял в руки оружие длиной в локоть взрослого мужчины. — [Оружие для адепта. Металл отлично проводит духовные частицы. В городе такими клинками лучше не светить.]

Содержимое мешочка превратилось в труху из высохших корешков.

[Судя по брелку в виде листочка на завязке — это пространственная сумка для алхимических ингредиентов.]

Положив в нишу пакет с трофеями из Центра, я забрал оттуда парное оружие, верёвку и мешок. Потом закрыл тайник. Пришлось немного повозиться с гвоздями. В итоге пол выглядит так, словно его никто не вскрывал.

Все остальные вещи я демонстративно разложил в спальне на видных местах. Клинки заняли место у окна.

[Надо сходить в Гильдию Наёмников. Урок обращения со столь экзотическим оружием мне точно не помешает.]

К моменту возвращения Сати я уже закончил раскладывать вещи по полкам. Служанка, бросив свой мешок на кровать в соседней комнате, сразу подбежала ко мне:

— Я готова, господин.

— Пока мы одни, можешь звать меня Маркус, — я поморщился от столь непривычного обращения. — На людях — «господин Скабре». У тебя будет один выходной в неделю. Можешь в этот день обращаться ко мне как угодно… Пойдём уже на рынок.

Достав из кармана оставшиеся у меня две золотые монеты и пять серебряных, я показал их девушке:

— Насколько это много или мало?

— Тут как посмотреть, гос… то есть Маркус. — Сати на мгновение задумалась. — Если сильно экономить, один человек может прожить день на шесть-семь медяков. В серебрушке сто медяков. То есть одной серебряной монеты хватит примерно на две недели.

— А если на двоих? — я кивнул, указывая на саму Сати. — Ты теперь будешь готовить и питаться здесь.

— Серебрушка на неделю, — девушка кивнула. — Если хотите блюда с мясом, то это все три серебряные монеты… На двоих… Если скромно.

Видя, как девушка боится говорить о тратах и нормальной еде, я накинул от её расчётов сверху ещё столько же.

— То есть «по-хорошему» на еду нужна одна золотая монета на пару недель? Или примерно два золотых в месяц только на еду. Я правильно понял?

Дыхание девушки участилось, сердце забилось чаще. Не поднимая глаз, она кивнула.

[О боги магии!] — Я по-новому взглянул на синяки девицы. — [Как же ты жила, чтобы так реагировать на две золотые монеты?]

Заметив моё удивление, Сати робко произнесла:

— Гос… Маркус… Две золотые монеты — это большие деньги для новичков из Центра. Вы… Ещё не знаете цену местным деньгам. В Ностромо сложно выжить тем, кого Небо не одарило талантом. Я здесь уже год и только три месяца назад пробилась на второй уровень Очищения [1–2].

Сати принялась объяснять, что некоторые услуги в квартале ополченцев тоже стоят денег. Прачечную держит «мадам Стрыга» — она же управляющая Астрид. Ещё тут есть договорённости с Гильдией Целителей. Их подмастерья за полцены практикуются в лечении на адептах-новичках.

— С услугами квартала потом разберёмся, — отмахнулся я. — Пойдём уже! Покажешь, где и что покупать. И к кому на рынке лучше вообще не подходить.

В Нью-Йорке родители легко могли позволить себе прислугу. Однако мама в дом чужих не пускала. Помогавший следить за теплицами садовник приходил к нам через день. Оттого у меня самого сформировалась привычка: «туда, где живёшь, чужих пускать нельзя».

Однако сейчас я в другом мире. Мне нужен проводник, знакомый с порядком жизни в Ностромо. Информация! Вот что сейчас самый ценный ресурс!

Какие продавцы честные, а какие сдадут тебя бандитам? С кем лучше не связываться? Прожив в Ностромо год, Сати не может не знать таких вещей.

На рынке девушка показала лавки, где обычно покупает свежие овощи и фрукты. В основном «пустые» — еда для смертных. В более дорогом магазине нашлась знакомая мне каша с содержанием духовных частиц и фрукты. Поглядывая на них украдкой, Сати то и дело сглатывала слюну.

Затем служанка показала мясную лавку и орудовавшего там лысого мясника.

— Это мистер Хруст, — шёпотом произнесла Сати. — Он один не загибает цены для адептов. Это сейчас он мясник, а раньше служил солдатом на южной стене. Из-за тяжёлой травмы и порванных энергоканалов он больше не может служить в гарнизоне.

Приглядевшись к мяснику, я обратил внимание на развитые запястья — признак того, что человек махал мечом или другим оружием. Идущий от лёгких к Ядру энергоканал и впрямь разорван и выглядит увядшим.

Сати шепнула мне на ухо:

— Мистер Хруст — один из немногих, кто продаёт мясо по хорошим ценам. Его родной брат… Второй мистер Хруст… Работает скупщиком дичи недалеко от ворот в южной стене. Ему все новобранцы сдают мясо, добытое на охоте.

— Буду знать.

Пройдясь по рынку, я стал понимать, как устроена жизнь в Ностромо глазами представителей ополчения.

[Они выходят за стену. Дальше каждый выживает как может. Одни промышляют обычной охотой. Другие целенаправленно уничтожают монстров. Третьи собирают редкие травы… Четвёртые охотятся на своих коллег.]

Свернув на одну из улиц мастеров, Сати указала на лавку травника.

— Там заправляет мистер Глыба.

— Кто? — я нахмурился.

— Гном, — усмехнулась девушка. — Самый настоящий гном! Он скупает у новобранцев ценные травы, но гораздо больше ценит редкие минералы из шахт и пещер. Такие штуки часто находят у кобольдов.

— Минералы? — я удивлённо вскинул брови. — Они тоже имеют алхимические свойства?

— О, ещё как! — закивала Сати, состроив страшные глаза. — Мистер Глыба, как гном, распознаёт их лучше, чем обычные растения. Алхимики потом перекупают их у него. Глыба сам не делает пилюль.

— Понятно. Таких называют «профессиональный скупщик», — я понимающе кивнул. — К нему приходят, зная, что он всегда даст честную цену.

В голове сложилось представление о цепочке поставок. Представители ополчения охотятся на монстров вроде тех же кобольдов. Находят у них ценные минералы и приносят Глыбе. Тот, в свою очередь, перепродаёт их алхимикам с наценкой.

— Где здесь лавки талисманщиков? — спросил я. — Хочу посмотреть, какие у них есть талисманы.

Сати нахмурилась, недоумённо глядя на меня:

— Талисманщики?.. А, точно! Вы же только сегодня вышли из Центра Получения Гражданства. Старый Дракир до сих пор там работает?

Упомянув старшего инструктора, девушка тихо хохотнула:

— … В Ностромо… Как и во всём остальном мире… Нужного вам мастера зовут начертателем, а не талисманщиком. Они же талисманы рисуют на бумаге. Потому их организацию зовут Гильдией Начертателей, а не Гильдией Талисманщиков. Лавка тут рядом, за углом. Она единственная рядом с рынком. Ополченцы в неё редко заходят. «Талисманщиками» их только Дракир продолжает называть.

Немного подумав, я понял, почему адепты-новички — редкие гости у таких мастеров. Начертатели создают одноразовые магические свитки. Для рядового ополченца это непозволительная роскошь. Речь идёт о нескольких золотых монетах за талисман первого ранга.

За прилавком сидел хмурый парнишка лет двадцати. Окинув меня оценивающим взглядом, он сухо произнёс:

— Осмотр платный. Одна серебряная монета за час нахождения здесь. Консультация — две серебряные монеты.

Выложив на прилавок серебряную монету, я стал разглядывать товар. Талисманы, которые нам показывал Дракир, здесь выставлялись на специальных витринах в виде подвижных оконных рам. Между двух стёкол находился сам «товар».

Можно увидеть талисман со всеми магическими символами и оценить вложенный в него объём духовных частиц. Чуть ниже шла цена в линши и золотых монетах.

Сдвинув окно-витрину в сторону, я увидел другие ранги этого же магического свитка. Ниже шла куча похожих талисманов.

Все три стены лавки начертателя выглядели как куча подвижных витрин. Однако ничего выше второго ранга найти не удалось.

Активировав нейросеть «Мохреш», я принялся заносить в память импланта рисунки со всех магических свитков. Цену, набор символов, разницу в типе использованной бумаги.

[Потом проведу структурный анализ. Если в создании магических свитков есть закономерность, значит, в ней можно разобраться.]

Пройдясь мельком по всем витринам, сохранил для себя информацию о ценах и названиях талисманов.

[Надо потом проверить мои трофеи из Центра Получения Гражданства. В том свёртке наверняка есть ценные магические свитки.]

Закончив осмотр, я повернулся к скучающему продавцу:

— На витринах представлены талисманы только первого и второго рангов. А если мне… скажем, нужен третий или четвёртый?

Парнишка за прилавком едва не расхохотался. Однако, наткнувшись на мой серьёзный взгляд, мгновенно растерял всю спесь.

— Прошу прощения…

— Меня зовут господин Скабре, — жёстко прервал его я. — И я жду ответ на свой вопрос.

Парень попытался незаметно просканировать меня своим восприятием. На что я нахмурился ещё сильнее.

— П-прошу прощения! Дурная привычка, — проблеял парень. — Не могу определить ваш ранг.

— Я жду ответа на мой вопрос. Где. Я могу. Взять. Талисманы третьего и четвёртого ранга?

— Т-третий ранг вы можете заказать лично у мастера… У м-моего мастера Церно. Цена будет зависеть от сложности работы. А ч-четвёртый ранг… Такие вещи есть только в самой Гильдии Начертателей…

Произнёс парень, так и не поднимая глаз.

— … В Ностромо таких талисманов нет в открытой продаже. Это слишком дорого. Мы ведь на самой окраине империи живём. Последний мастер-начертатель четвёртого ранга покинул маркграфство пять лет назад. Тогда и Лорд сменился.

— Благодарю, — сухо бросил я и направился к выходу.

Когда мы оказались на улице, Сати удивлённо прошептала:

— Господин… Точнее, Маркус… Зачем вы отдали ему целую серебряную монету? Это же грабёж средь бела дня!

— Нет, — я покачал головой. — Мастер-начертатель так защищает свою лавку от зевак. Они отпугивают состоятельных клиентов. Я узнал у того болтуна намного больше ценной информации, чем ты можешь себе представить.

Зайдя в лавку к алхимику, я получил примерно такой же ответ. Некий Прошка активно скупал алхимические ингредиенты у ополченцев. Цену он безбожно занижал, зато брал всё подряд.

[Без специальных свитков-хранилищ ценные растения и части монстров быстро портятся. Потому адептам проще сдать всё Прошке, чем искать алхимика, который даст нормальную цену.]

От наглого скупщика удалось узнать, что пилюли четвёртого ранга НЕРЕАЛЬНО достать в Ностромо. Вариант один — заказ через Гильдию Алхимиков. Со сменой Лорда, случившейся пять лет назад, уехал и последний свободный алхимик четвёртого ранга. У Валентайна есть свой специалист, но он работает ТОЛЬКО на интересы самого Лорда.

— Понятно. А как насчёт формаций? — решил уточнить я у Прошки. — В смысле, где найти Мастера Формаций?

Начав хохотать, ушлый алхимик чуть со стула не рухнул.

— Парень! Ты откуда вообще вылез?.. А, ну да! Сегодня же суббота. Значит, ты же из Центра только что вышел. Нет в Ностромо таких мастеров. Мастера Формаций — это элита среди элиты!

К скупщику пришла группа ополченцев, вернувшаяся с охоты. Пришлось сворачивать разговор. Подождав немного, я понаблюдал за тем, как Прошка ведёт торги.

[С таким ушлым дельцом надо держать ухо востро! Он и золотой песок купит по цене обычного, утверждая, что тот ничего не стоит.]

Потратив одну золотую монету, я купил «Фармакопею», или же «Кодекс лекарственных трав, минералов и частей тел монстров» — толстенный талмуд, с трудом помещающийся в большую сумку.

Этот коллективный труд Гильдии Алхимиков являлся базовым пособием для травников. Чтобы начинающий адепт-алхимик мог получить официальную профессию, он обязан выучить наизусть пятьсот самых распространённых трав, минералов и частей животных, используемых в их ремесле.

Раз в полгода по «Фармакопее» сдаётся теоретический экзамен на звание алхимика первого ранга. Только после этого этапа мастер берёт в официальные ученики адепта, сдавшего зачёт.

Справочник алхимика мне нужен из-за прилагающихся к нему картинок.

[Книга потому и весит двадцать килограмм. В ней куча рисунков и описание, где и что искать.]

Надо понимать, как выглядят растения, минералы и части тел монстров, на которых в лесах Ностромо можно заработать.

…

Ближе к закату мы с Сати вернулись в квартал ополченцев. Возле дома управляющей вовсю шёл скандал. Астрид ругалась с толпой отбракованных новичков. Они никак не могли разбиться на группы.

[И ты здесь?]

Среди разношёрстной толпы ополченцев оказалась и седовласая девица. Учитывая прорыв на второй уровень Очищения [1–2], ей наверняка простили все грехи и снова предложили присоединиться к Секте. Удивительно, что она в итоге выбрала пойти работать на гарнизон Ностромо.

Судя по размеру толпы около дома управляющей, вслед за мной сюда пришло больше сорока человек.

Заметив, куда я смотрю, Сати потупила глазки.

— Не переживай, — успокоил я девицу. — Я не собираюсь никого к нам подселять, чтобы сэкономить.

Дотащив покупки до дома, я поднялся в свою комнату и переоделся в только что купленные вещи. Теперь я внешне ничем не отличался от жителей Ностромо. Лёгкие свободные штаны, такая же рубаха и жилетка с большими карманами.

Когда солнце окончательно село за горизонт, я вышел из дома и покинул квартал для ополченцев. В моём кармане брякали три монеты разного образца — медная, серебряная и золотая.

[В Нью-Йорке у меня не раз получалось найти тайники с наличкой. Пора проверить, смогу ли я провернуть тот же фокус в Ностромо?]