1. Прекрасно, о султаноподобный вестник.

Трон твой происходит от воды и венец твой от огня.[1]

2. Не от праха он, но праху сторож.

О, не от воды он, но воде художник.

3. О сменяющий периоды блага и разрушения,

побуждающий тучу и вождь корабля.

4. Тобой от силы материальной осуществляется главенство

и правосудие над животной душой.

5. Огонь от тебя подобен груде кораллов,

и вода на тебе — изумрудный панцирь.

6. Саду ты также опора и единомышленник,

ростку также ты кормилица и также муж.

7. Ты — источник сухости и доступная влага,

отец Иисуса и составляющий толпу.

8. Ты совершаешь те движения, к которым стремишься.

На море ты — как спина рыбы.

9. Ты духу уподобляешься, хотя ты внизу.

Человек тебя не ощущает, но существование — это ты.

10. Ты поднимаешься до эфира, но на него не ступаешь.

Ты пересекаешь сушу, и влажным не становишься.

11. Ты — источник движения и ты — шаг каждой ноги.

Тебя нигде нет и ты — имя каждому месту.

12. Ты — движение и остановка калама.

Скрижаль первой буквы — это ты.

13. Движенье твоё — как дерзкая смерть,

а это вместилищу откровения путь очищает.

14. Ты — творец и величие героизма.

Ты — рассказывающий доказательства метаморфоз.

15. В телесной могиле и пламенном гробу

нашей душе от тебя идёт сила и пропитание.

16. Порой ты становишься венцом, порой — престолом.

Порой ты становишься голубой водой, порой — эфиром.[2]

17. От тебя происходит разрыв одежды на теле розы,

так же как и воротника кипариса и юбки розы.

18. Порой холм волны на водоёме ты вздымаешь.

Порой шатёр ума на эфире ты вздымаешь.

19. Порой весеннего дождя в месяц Нисан ты творишь из розы драгоценный перстень с печатью.

Порой зимнего месяца Дея ты творишь из воды стекло.

20. В летний месяц Тир [выстрел][3] сколько раз в цель ты стреляешь бутоном розы!

Скольких локонов ты касаешься самшитовыми гребнями!

21. Скольким кварталам ты сторож!

Скольким лицам ты живописец!

22. Как давно ты кружишь как бы без вежливости

круговорот мириада диковин!

23. Доколе существованию быть от подлой силы!

Доколе быть собранию произведений живописи, сделанным подлыми!

24. Хотя ты, как путешественник, горы и равнины прошёл,

хотя ты — землемер посёлка тростниковых шалашей,

25. Хотя ты — пересекший с ловкостью

склон и вершину участка праха,

26. Но в доказательство ангелоподобному

освобождению своему от воды и от огня

27. Попробуй пнуть эфир и море!

Попробуй шатёр на макушке Плеяд разбить!

28. Разом от языка познания моего

слушай тайну творения моего.

29. Так ты узнаешь всё, что покорным не являлось,

ведь ничто без помощи твоей, ветер, имени не имеет.[4]