Гин отреагировал первым:

— Идентифицировать объект!

Один из операторов гильдии рядом склонился над панелью. Второй пытался вывести изображение на отдельный экран. Арденовский инженер рядом со мной застыл, изумлённо глядя на корабль над змеёй.

— Это же корабль главы… — тихо произнёс он.

Потом опомнился и уже громче в общий канал сказал:

— Всё в порядке. Это личный корабль Лерона Ардена.

На секунду стало ещё тише.

Странная реакция. Ардены вокруг меня не выглядели людьми, которые увидели долгожданное подкрепление. Скорее теми, кто только что заметил, что рядом с ними на стол положили заряженный боеприпас без предохранителя.

Они явно не ожидали увидеть здесь главу клана.

Один из Арденов возле управляющей стойки даже повернулся к кораблю всем корпусом, забыв на время о своей работе. Сосед тут же толкнул его плечом, возвращая к панели. Мужчина вздрогнул и снова вцепился в управление, но взгляд всё равно раз за разом срывался вверх.

Вот это было показательно. Не появление подкрепления. И не прибытие начальства. В их реакции читалось что-то другое: глава клана оказался там, где его по всем правилам не должно быть. И никто, похоже, не знал, зачем он пришёл лично.

Данте на мгновение повернул шлем вверх. Потом снова посмотрел на змею и чуть изменил стойку. Щит остался поднят, золотая Ци всё ещё плотным слоем держалась вокруг тела, но теперь он выглядел иначе. Не так, будто собирался принять удар любой ценой.

Похоже он что-то понял и это заставило его изменить мнение. Значит Лерон прилетел не один.

Нижний шлюз корабля резко раскрылся и в проёме появился мужчина.

Камеры поймали его с разных углов. Одна — со стороны корабля, вторая — от нашего временного штаба на склоне, третья — с дрона, зависшего на одном уровне с кораблём. Везде картинка выглядела одинаково странно. Лишь один человек в броне. И всё. Больше никого внутри не было видно.

Я уже видел Лерона на записях, но изображение через камеры всё равно воспринималось иначе. Высокий, светловолосый мужчина со строгим, волевым лицом. Он был в тёмном боевом костюме без шлема.

Как-то уж слишком он спокоен, учитывая то, что прилетел один.

Внизу горел склон. Барьер у разлома трещал под давлением. Данте стоял в нескольких десятках метров от пасти твари, способной сбить этот корабль одним лучом. А глава Арденов смотрел на всё это так, словно оценивал не катастрофу, а плохо составленный отчёт.

Змея решила не ждать.

Радужная точка в её пасти вспыхнула, и воздух перед мордой задрожал от давления. Луч сорвался наружу.

Прямо в Данте.

Не вверх и не в корабль. Именно туда, где стоял человек с золотой Ци и поднятым щитом. Видимо, тварь уже выбрала для себя главную угрозу среди тех, кто бил её до этого, а новую не сочла опасной.

Лерон сделал короткое движение кистью.

Луч застыл в воздухе между змеёй и Данте, будто врезался в невидимую стену.

Я несколько секунд смотрел на это и не мог поверить своим глазам.

Радужная энергия продолжала давить вперёд. Передняя часть потока расползалась по невидимой плоскости. Вспыхивала, трещала, сжигала воздух, выбрасывала в стороны искры плотной Ци. Камень на земле плавился от жара луча, но дальше он не шёл.

Данте стоял совсем рядом.

Если бы эта невидимая преграда исчезла хотя бы на мгновение, луч ударил бы по нему почти без потери мощности. Но он не двигался.

Я машинально начал искать объяснение.

Корабельное защитное поле? Нет. Слишком далеко от корпуса и нет характерного мерцания. Стационарный барьер? Тоже нет. Для него нужны модули, наподобие тех, что Ардены установили заранее до того, как выманит змею. Может это какая-то техника Ци?

Я активировал обнаружение и ничего не увидел. Ни структуры потока энергии, ни самой энергии. Ничего. Только луч и пустое место, о которое он разбивался.

И тут внутри меня коротко дёрнулся источник псионики.

Не сильно и не болезненно. Скорее как отклик на присутствие схожей энергии. Я медленно выдохнул, осознавая ответ на происходящее.

— Арон, это псионика. — мысленно произнёс я.

Несколько секунд он молчал.

— Похоже на то.

Я сжал пальцы на краю панели. Похоже⁈ Если это псионика, то я до этого даже не понимал, насколько огромен у неё потолок возможностей.

До этого момента псионика была для меня оружием точечного применения. Лезвие в полёте. Щит под ногами. Невидимая рука, которая может сдвинуть, ударить, удержать. Опасная, скрытая, полезная сила.

То, что сделал Лерон, не укладывалось в эту схему. Он не двигал предмет. Он удерживал сам поток энергии. Плотный, бешеный, чужой поток, который должен был прожечь ущелье насквозь. И делал это одним движением кисти.

— У корабля нет активного защитного поля такой мощности, — пробормотал один из техников Арденов, стоящий неподалёку.

— Оружейные системы даже не задействованы, — почти сразу добавил другой. — Нижние орудия закрыты. Боковые тоже.

После этого оба замолчали. Они осознали, что луч заблокировали не системы корабля.

Кто-то из охотников рядом со мной тихо выругался. Оператор гильдии быстро проверил ещё одну сводку данных, потом удивлённо посмотрел на коллегу из клана Арден за соседней стойкой, но ничего не сказал.

Ардены тоже молчали. И их потрясение было куда более сильным, чем у охотников. Для гильдии происходящее было неизвестным фактором. Для людей Ардена — тайной, которая всё это время находилась рядом с ними и сейчас неожиданно вскрылась на поле боя.

Змея усилила поток.

Её тело напряглось, чешуя возле основания головы вспыхнула ярче. Камень возле пасти начал трескаться и плавиться. Воздух дрожал так, что камеры выдавали рябь даже через фильтры.

Лерон не мешал монстру. Он не отступал, не давил сильнее, не пытался вернуть атаку обратно. Просто держал невидимую стену на месте, позволяя змее вкладывать всё больше сил.

И тогда я понял его замысел.

— Он заставляет её сжигать Ци, — мысленно произнёс я.

— Да, — ответил Арон. — Не просто блокирует. Даёт ей увериться, что ещё немного, и она продавит.

Логично. Когда цель перед тобой, когда поток идёт, когда сопротивление вроде бы есть, но не ломает твою атаку, хочется продавить. Добавить ещё усилий и сломать сопротивление.

Змея именно это и делала. Через несколько секунд Лерон чуть повернул кисть и луч резко ушёл вверх.

Его будто взяли за конец и подняли, сохраняя всю накопленную мощь, а затем убрали сдерживающий заслон. Радужный поток разрезал воздух над склоном, пробил облака и исчез в небе, оставив за собой светящуюся рваную линию.

Сразу после этого в нижней части корабля Лерона раскрылась оружейная кассета.

Сначала я решил, что сейчас заработают орудия. Но из отсека вдруг вылетели десятки тонких клиновидных сегментов. Узкие, тёмные, с острыми кромками.

Сегменты замерли вокруг Лерона тремя идеально ровными кольцами.

Одно ближе к телу на уровне пояса, второе на метр выше и большего диаметра, третье ещё больше и уже над головой. Всё это двигалось невероятно плавно.

— Что это? — тихо спросил один из охотников рядом со мной.

— Новая система Арденов? — предположил второй. — Может, электромагнитный контур управления.

Арденовский инженер неуверенно покачал головой.

— Не похоже. Электромагнитный контур даёт совсем другую стабилизацию.

Я их почти не слушал. Источник псионики внутри снова отозвался. Сегменты висели в воздухе так же, как мои клинки. Не на электромагнитных контурах или чём-то подобном.

Только псионика могла держать их с такой точностью, что они не дрожали даже в потоках воздуха от работающих двигателей.

— Венец… — почти шёпотом произнёс один из бойцов Арденов. — Но он не должен так работать…

— Что значит не должен? — спросил гильдейский оператор.

Арден не ответил сразу.

— Это экспериментальная оружейная система. Её показывали как управляемый комплекс ближнего действия. Но… я не понимаю…

Лерон вышел из шлюза.

Он не прыгнул и не спрыгнул на склон. Просто шагнул прямо в воздух и остался висеть рядом с кораблём. Вокруг него вращались кольца Венца, перестраиваясь в пространстве с идеальной точностью.

Вот теперь змея почувствовала угрозу.

Её тело сжалось, радужная Ци вспыхнула вокруг чешуи, и через мгновение появилась сферическая защита. Та самая плотная оболочка, которая уже выдержала ранее удар Данте.

Первые двенадцать сегментов сорвались с места.

Они ударили по барьеру с разных сторон. Сверху, снизу, справа, у основания шеи, возле хвоста, рядом с пастью. Не хаотично. Каждый клин бил в новую точку, постоянно меняя угол. Барьер вспыхивал под ударами, но не ломался.

Змея яростно рыкнула. Радужная Ци вокруг сферы стала ярче. Сегменты на мгновение отступили.

На секунду показалось, что Лерон просто проверил прочность и сейчас ударит сильнее. Но вместо этого он изменил рисунок атаки.

Теперь Венец бил волнами.

Одна группа ушла к голове, заставляя змею закрывать глаза и пасть. Вторая полетела к шее, третья — к основанию хвоста. Четвёртая вообще не атаковала, а зависала рядом с участком шеи под нижней челюстью, куда ранее попал Данте.

Защитная сфера вокруг змеи исчезла. Вместо неё начали вспыхивать локальные барьеры.

Тварь больше не закрывала всё тело. Она отвечала участками. Быстро. Умно. Но уже не так свободно и легко как раньше.

— У неё начинает кончаться запас, — мысленно произнёс я.

Арон хмыкнул:

— После второго луча это неудивительно.

Данте понял, что происходит, первым.

Он отступил на несколько шагов, не убирая щит, и жестом велел Арденам уйти с линии атаки. Те подчинились сразу. Никто не пытался доказать, что тоже может поучаствовать. Сейчас их задача была простой: не мешать.

Гин перестроил операцию почти мгновенно.

— Кораблям отойти от сектора со змеёй. Не приближаться к линии атаки. Третью и пятую группы вниз, к нижнему периметру. Скорпионов не выпускать из оцепления. Ардены, держать барьер, но не сближаться без команды.

Никто не спорил. Даже появление главы клана не отменило того, что операцию вёл Гин.

В этот момент змея ударила хвостом по Лерону.

Движение вышло быстрым и яростным. Огромный хвост пошёл снизу вверх, под таким углом, чтобы снести и самого Лерона, и корабль над ним.

Пять сегментов Венца ударили в хвост по касательной. Не врезались лоб в лоб, а прошли вдоль траектории, меняя угол движения. Ещё три встали чуть ниже, задавая новую линию для атаки монстра. Хвост не остановился, но ушёл в сторону и пробил склон рядом с кораблём.

Камень взорвался крошкой, по воздуху прошла волна пыли, но ни Лерон, ни корабль не пострадали.

Умно.

Лерон не тратил силу на то, чтобы удержать удар в лоб. Не пытался соревноваться массой с монстром размером с корабль. Просто точными движениями сбил ей траекторию атаки.

Змея видимо передумала сражаться и снова рванула к разлому.

Барьерные модули затрещали от перегрузки. Один из них дымился, второй мигал красным. Если тварь сейчас продавит поле, то сражаться придётся уже внутри горы. С мешающимися под ногами остальными змеями.

Часть сегментов Венца резко ушла вниз.

Они вертикально вонзились в камень перед телом змеи, образуя широкую дугу. На первый взгляд — бесполезное действие. Слишком маленькие клинья против огромной массы твари.

Однако змея врезалась в пустоту между ними и остановилась так резко, будто напоролась на крепчайшую стену.

— Якоря, — задумчиво произнёс я.

— Да, — отозвался Арон. — Он создал точки приложения силы.

Змея давила вперёд, и радужная Ци вновь сформировала вокруг тела плотную оболочку. Она пыталась продавить препятствие не массой, а энергией. Снова тратила запас.

А Лерон продолжал атаковать.

Сегменты били по глазам, челюсти, ране, стыкам чешуи и хвосту. Не давая змее ни собраться, ни нормально развернуться или сделать новый выстрел.

Змея резко развернулась и выпустила широкий радужный выброс.

Сегменты перед Лероном сложились в многослойную защиту. Десяток клиньев встал под разными углами, перекрывая друг друга, но я понимал, что дело не только в металле. Вокруг них легла плотная псионическая энергия. Невидимая обычному глазу, но мой источник реагировал на неё слишком отчётливо.

Выброс ударил в эту конструкцию и разошёлся в стороны, словно его разрезали на несколько потоков.

Один прошёл выше корабля, второй ударил в склон, третий ушёл в небо тонкой лентой. Лерон даже не сдвинулся.

Теперь я наконец понял разницу между нами. Своей силой я лишь двигал лезвия, атакую ими врагов напрямую. А он строил из них временные жёсткие конструкции. Защиту, ловушки, направляющие для отведения удара, точки давления. Сами клинья были только частью схемы. Главным оставалась псионика между ними.

Это означает, что её можно развивать. Отличный урок для меня. Я запомню.

Змея начала нервничать и ошибаться. Это было видно по движениям. Раньше она выбирала удобную позицию, закрывала слабые места, пыталась совмещать атаки с отходом к разлому. Теперь же всё чаще бросала тело вперёд, била хвостом.

Лерон именно этого и добивался. Венец резко ускорился.

Теперь вокруг змеи двигались не отдельные клинья, а несколько независимых потоков. Один бил в голову, заставляя закрывать глаза. Второй вдоль тела, а третий работал по основанию хвоста. Четвёртый не бил вообще, просто висел рядом с раной под челюстью, вынуждая держать защиту в этом месте постоянно.

Радужное сияние Змеи стало менее плотным. Раньше оно покрывало тело ровной плотной оболочкой, из-за которой даже изображения с камер давали искажения. Теперь слой местами разваливался. У шеи он ещё держался, возле хвоста тоже, а вот по бокам появились разрывы.

— Он лишает её энергии, — сказал Арон. — Не пытается убить сразу. Заставляет защищаться и тратить Ци в огромных объёмах.

— Да. Сам при этом расходует только псионику. Запас которой я до сих пор не понял.

— Верно. Он тратит сил куда меньше змеи.

Тварь снова попыталась создать полноценный сферический барьер.

Радужная энергия хлынула из тела наружу. Сфера начала замыкаться вокруг монстра, но Лерон впервые поднял обе руки.

Движение было коротким. Он словно сжал невидимую сферу с двух сторон и барьер змеи перекосило.

Защита появилась, но форма была нарушена. Её будто сдавили слева и справа. Поверхность пошла складками, плотность в нескольких местах упала.

Клинья Венца ударили именно туда. Раздался сухой треск. Словно стекло засунули под пресс.

Барьер треснул.

Змея попыталась отступить в сторону, но пространства ей уже не дали. Часть сегментов вонзилась в камень вокруг тела. Часть зависла у головы. Ещё несколько остановились возле хвоста и шеи, не касаясь чешуи.

Тварь дёрнулась, но не смогла сдвинуться. Передняя часть тела ушла вперёд на пару метров. Хвост остался на месте. Середина корпуса дёрнулась и будто застряла в невидимых тисках.

— Он её держит, — удивлённо произнёс я.

— Да, теперь может, — отозвался Арон. — Защита ослабла. Раньше плотная Ци не дала бы так просто схватить тело. Сейчас она потратила слишком много.

Логика была довольно простой.

Пока Ци змеи была плотной, она защищала не только от ударов, но и от захвата. Снаружи, внутри, по всему телу. После потери ресурса монстр стал доступнее. Не слабым. Нет. Но уже не закрытым полностью.

Змея попыталась собрать остатки энергии в пасти.

Несколько сегментов тут же полетели к нижней челюсти и в пасть. Один ударил сбоку, заставляя голову повернуться. Второй вошёл в мягкую ткань у края пасти. Третий зацепил нижнюю челюсть.

Накопленная Ци сорвалась короткой вспышкой. Змея резко дёрнула головой.

Два сегмента Венца согнулись. Один треснул пополам и разлетелся осколками, когда челюсть сомкнулась на нём. Ещё один клин ударился о чешую под плохим углом, потерял скорость и упал вниз, вращаясь.

Оружие Лерона не было неуязвимым.

Это, как ни странно, немного отрезвило. Лерон был чудовищно силён, но не всемогущ. Змея могла ломать его оружие. Могла сопротивляться. Могла бы даже вырываться из ловушки, будь у неё больше Ци.

Внешне Лерон никак не отреагировал на сломанные сегменты.

Даже взгляд не изменился. Новые сегменты быстро заняли пустые места. У меня возникло ощущение, что он это предвидел и подстраивал их движение так, чтобы быстро заменить утерянные.

Змея вложила остатки Ци в рывок. Ей даже почти удалось выскользнуть.

Несколько клиньев вырвало из камня. Один барьерный модуль перед входом в пещеру окончательно погас, осев набок с треском и дымом. После этого погас и барьер. Тело монстра сорвалось вперёд, продавливая невидимую фиксацию.

Лерон сделал короткое движение кистью.

Я не видел саму силу, но видел результат. Голова змеи застыла на месте. Основание шеи остановилось чуть позже отдельно. Средняя часть корпуса дёрнулась и тоже замерла. Хвост странно выгнулся в сторону, словно его схватили и потянули за конец.

Тело будто подвесили на невидимых крюках.

Змея попыталась дёрнуться, но всё чего добилась — это несколько рваных движений, похожих на конвульсии.

Лерон медленно сжал руку.

Голова змеи повернулась против естественного угла. Хвост выгнулся в другую сторону. Середина корпуса осталась зафиксированной.

Раздался хруст.

Громкий, влажный и отвратительный. Похоже это был позвоночник. Однако змея ещё была жива.

Она попыталась собрать Ци, но сияние вокруг тела вспыхнуло рваными пятнами и тут же погасло. Лерон усилил давление.

Второй хруст был громче.

Чешуя вдоль спины пошла трещинами. Не от разреза, а от того, что тело выгибали против собственной анатомии. Голова ушла ещё дальше, хвост дёрнулся, корпус остался на месте.

Короткое движение кистью и шея змеи окончательно вывернулась назад.

Тело рухнуло.

Удар вышел таким тяжёлым, что склон дрогнул. Сверху посыпалась порода. Несколько датчиков на стойке рядом со мной на секунду погасли, потом перезагрузились. Один экран ушёл в серую рябь.

Наступила тишина.

Не полная, конечно. Внизу всё ещё сражались со скорпионами. Двигатели кораблей работали. Где-то осыпался камень. Но главный канал, люди у стойки, бойцы Арденов, даже операторы гильдии — все замолчали.

— Цель мертва, — произнёс техник после сканирования. Потом сглотнул и повторил уже увереннее: — Подтверждаю. Цель мертва.

Никто не обрадовался.

Обычно после смерти сильного монстра люди хотя бы облегчённо выдыхают. Кто-то опускает оружие. Кто-то позволяет себе короткую фразу в канал. Здесь не было даже этого. Слишком многое произошло за эти несколько минут.

Сначала все увидели, как B+ тварь ломает весь план гильдии и Арденов. Потом — как Лерон останавливает её луч невидимой силой. Потом — как оружие, которое считали техническим комплексом, начинает работать по принципу, о котором почти никто не знал.

Ардены молчали, потому что только что увидели, кем на самом деле является их глава. Гильдия молчала, потому что увидела силу, которая превзошла их представление. Я молчал, потому что впервые увидел, чем может стать моя псионика.

Лерон остался висеть у корабля.

Венец собирался вокруг него обратно, но уже не такими идеальными кругами, как в начале. Часть сегментов была погнута. Нескольких не хватало. Один клин болтался в воздухе ниже остальных, с треснувшей кромкой.

Лерон включился в общий канал.

— Займитесь ранеными. Тело змеи изолировать и не разделывать без моего разрешения. К зоне растений не приближаться без согласования с гильдией. Периметр со скорпионами удерживать. Основное командование операцией остаётся за Гином Арчером. Его приказы выполнять как мои.

— Принято, — первым ответил Гин.

После этого канал снова ожил.

Корабли начали менять позиции. Часть ушла вниз, к нижнему периметру. Медики занялись ранеными. Ардены возле барьера проверяли модули, которые ещё не сгорели окончательно и восстанавливали барьер. Несколько бойцов осторожно занимали позиции вокруг туши змеи.

Операция продолжалась.

Внизу очередной скорпион вылез из бокового разлома и сразу попал под залп корабля. Гильдейская группа добила его у самого выхода, не позволяя уйти по склону. Мир не остановился из-за смерти змеи. Остальные проблемы только дождались своей очереди.

Я смотрел на Лерона и понимал: он раскрыл псионику не только ради помощи. Если человек такого уровня пошёл на это перед гильдией, значит вся эта ситуация была для него выгодной. Или он решил, что скрывать больше нет смысла.

Оба варианта мне не нравились.

В этот момент Лерон повернул голову и наши взгляды встретились.