Каково это — умирать?

Раньше мне казалось, что умереть — это резко, почти наверняка больно и до ужаса страшно. Но на самом деле смерть больше походила на сон. Сон, в котором перед моими глазами проносились, кажется, совершенно случайные фрагменты из жизни и, что самое главное, события последнего в этой жизни дня — дня, в конце которого я был зарезан на алтаре под изображением гремучей змеи.

***

Мне семнадцать. Футбольное поле. Бутса крепкого защитника с хрустом ломает коленный сустав. Боль. Темнота. Больница. Месяц. Два! Три... Разговор доктора и плачущей мамы: «Какой спорт?! Ему бы на ноги подняться!». Двенадцать лет вычеркнуты из жизни.

Ужасные баллы по ЕГЭ. Второсортный универ на окраине Москвы. Единственным утешение — компьютерные игры, в которые мы с моим новым товарищем Пашкой, таким же раздолбаем из универа, рубились всё свободное время.

Так бы и прошла моя жизнь: ненужный диплом, нелюбимая работа, компьютерные игры и пиво.

Но одним холодным осенним днём всё изменилось.

***

День этот начался плохо. Как, впрочем, начинался каждый день с момента получения травмы. Вот уже три года подряд. И особенно последние несколько недель, когда я упорно видел один и тот же ночной кошмар: какой-то потусторонний шёпот, морозное дыхание и лёгкое касание острого когтя.

Я проснулся в холодном поту в своей уютной кровати, одолеваемый двумя мыслями. Во-первых, острым нежеланием идти в универ. Во-вторых, странным ощущением, что сегодня должно произойти нечто по-настоящему неприятное... И если первое чувство преследовало меня с самого момента поступления, то второе появлялось значительно реже. И, чёрт побери, насколько же была права моя интуиция!

Посмотрев уведомления на телефоне, я поморщился. Всего два сообщения: от Лизы, моей, кажется, теперь уже бывшей девушки, и от Пашки.

Лиза записала голосовое:

**Слава, я подумала... и, в общем, мы не должны продолжать общение. Ты слишком зациклен на своём колене и футболе. Надо продолжать двигаться вперёд, а не жить вчерашним. И я готова к развитию, а ты? Ты не можешь отпустить прошлое и всё хочешь что-то кому-то доказать! А жизнь тем временем проходит мимо тебя, Слава.**

Ох уже эти псевдомотивационные цитаты... «Нельзя жить прошлым», «нужно развиваться»... Как будто и без того неясно? Но как это сделать? Об этом псевдомотивационные цитаты умалчивают, предпочитая более абстрактные рекомендации.

Я выругался и смахнул голосовое от Лизы вправо: потом решу, что ей ответить.

На экране появилось сообщение от Пашки. Друг пытался перекричать громкую музыку:

**Здорово, бандит! Завтра... Точнее, уже сегодня... В общем, прогуляю право и англ, так что встретимся сразу в столовке. А после пар мы с тобой идём в новый компьютерный клуб рядом с универом! Я вчера... вернее, уже сегодня до часу ночи там сидел! Железо отличное, после него садиться за наши компы — всё равно, что после Анджелины Джоли девок с курса... хм... ну, в общем, ты понял. Отговорок не принимаю! А Лиза твоя пускай подождёт, пока парни не поднимут рейт, а то уже друга стал забывать! Ладно. Бывай!**

***

Прихрамывая на правую ногу, я брёл по заваленной листьями дороге и пинал упавшие жёлуди, как будто маленькие футбольные мячи. Рядом семенил Пашка, который всё никак не мог приноровиться шагать со мной в ногу и постоянно то обгонял меня, то останавливался и, эмоционально махая руками, описывал показатели фпс, удобные кресла, холодное пиво и приятный персонал.

— На максималках минимум сто пятьдесят, а на минималках цифры просто до небес подскакивают!.. Фон Диккер, конечно, красавчик. Хотя я и не понимаю, сколько времени он планирует отбивать компы. И кто вообще в наше время открывает компьютерные клубы?!

Я вполуха слушал поток сознания друга, однако имя владельца показалось мне интересным. Не просто интересным, а... знакомым, что ли? Как будто что-то шевельнулось в памяти при упоминании этого человека. При этом вспомнить, где именно я о нём слышал, не мог. Разве что из учебника по истории европейского Средневековья вычитал: какой-нибудь немецкий барон или священник... Но в последний раз учебник я открывал классе в девятом.

— Фон Диккер? — хмыкнул я. — Как будто какой-нибудь немецкий барон.

Пашка эмоционально всплеснул руками:

— Именно! Барон! Так вот, я тебе и говорю, что бизнес-план крайне сомнительный. Лет пять, и все накупят нормального железа, так что клубу его наступит полный абзац!..

— А откуда он с таким именем вообще взялся? — перебил я Пашку. — Креативные родители?.. Или реально иностранец?

Пашка почувствовал, что я наконец-то вливаюсь в беседу, а потому затараторил с удвоенной силой:

— Родители? Не думаю. Вообще, ведёт он себя действительно странновато. Явно приезжий... Может, и немец, кто ж его разберёт? А вообще, нормальный тип: мне скидку обещал, если друга приведу. Кхм... Так что мы с тобой сегодня до ночи засяяяядем! — последнее слово Пашка протянул с особенным удовольствием, причмокивая губами и явно вспоминая вкус вчерашнего пива.

***

Компьютерный клуб с непримечательной вывеской «Интернет-кафе» располагался в старом домике, затерянном во дворах неподалёку от универа. Местоположение никудышное: спальный район, проходимость нулевая, да и найти «Интернет-кафе» — целое испытание. Поэтому сложно было не согласиться с Пашкой относительно скорого провала бизнеса этого самого фон Диккера. Но пока есть возможность погонять на хороших компах за относительно небольшие деньги, глупо ею не воспользоваться.

Звонок — через минуту металлическая дверь отворилась. На пороге показался высокий представительного вида мужчина средних лет. Из примечательных черт — эспаньолка с проседью, волевой хитрый взгляд карих глаз и довольно крепкое телосложение. А вот одет неизвестный был в длинный чёрный балахон, напоминающий монашескую робу, что несколько контрастировало с его аккуратно выбритой ухоженной бородкой.

— Павел?.. — недоуменно, как будто нараспев и с едва уловимым акцентом спросил мужчина. — А ведь вы сегодня рано, в среду мы открываемся в шесть вечера. У нас тут с коллегами небольшие дела...

Пашка скорчил удивлённую гримасу, посмотрел на дешёвенькие часы и стукнул себя по лбу:

— Простите меня, фон Диккер! После ваших слов о скидке я и думать забыл о времени... Вот, кстати, рад представить того самого друга, которого нужно привести — Слава Кортов, — Пашка дёрнул меня за рукав, подтаскивая к дверному проёму.

Фон Диккер взглянул на меня и тут же расплылся в улыбке, протягивая крепкую ладонь.

— Рад вас видеть, Кор... то есть, простите, Слава! Будем знакомы. Моё имя фон Диккер, я владелец «Интернет кафе». Мы открылись недавно, так что особенно рады новым посетителям, — фон Диккер снова поглядел на Пашку. — Ладно, ребята, сделаю для вас исключение, заходите!

***

Через ярко освещённый коридор с несколькими наглухо закрытыми дверьми мы прошли в опрятную комнатку с окнами, выходящими на какой-то дворик. Несколько диванчиков, стол, бар с холодильником и касса... В общем, всё чинно и благородно. Фон Диккер явно не хотел лишний раз демонстрировать своё странное одеяние, а потому предпочитал держаться в полумраке коридора:

— Подождите меня буквально десять минут, можете пока колы или пива выпить. Бутылки в холодильнике. Вам же есть восемнадцать? Надеюсь, что есть. Хах! Если нет, чур в полицию не звонить, — Фон Диккер весело подмигнул и прикрыл дверь.

Пашка развалился на диване и, цокая языком, открыл бутылку:

— Сейчас оплатим сразу часов на пять-шесть, — мечтательно протянул он, отхлёбывая прямо из горла. — А потом до вечера... Нет, до ночи! Ммм... Загляденье!

— Ты бы поменьше пил, — заметил я. — Реакция снизится — сольём всё, что только можно слить...

— Да не, — отмахнулся Пашка, — всё нормально, тут главное вовремя остановиться. Ахах! Садись лучше и возьми пиво. Расслабься! И чёрт с ней, с этой Лизой. Таких, как она, — весь универ...

Слова Пашки несколько меня кольнули. С другой стороны, он действительно хотел помочь, поэтому я не стал реагировать... да и мысли мои занимал теперь фон Диккер, оказавшийся, как его и описывал Пашка, рисковым бизнесменом со странными причудами. Несмотря на то, что имя вызвало у меня реакцию, граничащую с дежавю, вспомнить лица я не никак мог. Как будто память в этом месте попросту была стёрта...

А может, никакого воспоминания и не было вовсе, и имя я действительно увидел в учебнике по Средневековью.

***

Прошло уже десять минут, но фон Диккер не приходил. Ещё через пятнадцать я решился оставить улыбающегося Пашку, открывшего вторую бутылку, и выйти поискать директора клуба.

Как вообще можно доверять практически незнакомым парням, оставляя их в помещении без камер вместе с кассой и холодильником? Фон Диккер, похоже, действительно нездешний... или просто совершенный новичок в бизнесе. Что нам мешало забрать пиво и свалить на все четыре стороны? Скидка, которую он пообещал Пашке за то, что тот приведёт нового посетителя? Вряд ли.

— Пашка, пойдёшь со мной? — в последний раз спросил я у друга уже на пороге.

— Давай-давай, бандит! Я пока здесь побуду, — хохотнул Пашка, отхлёбывая из бутылки и что-то усиленно печатая на смартфоне второй рукой.

Я покачал головой и вышел в коридор.

Фон Диккер ушёл куда-то влево, вглубь «Интернет кафе», именно туда я и направился, попутно проверяя металлические двери, которые все как одна были закрыты. Компьютерный клуб явно ещё не был отремонтирован, и, судя по количеству арендованных помещений, у фон Диккера были далекоидущие планы на это место.

— Фон Диккер! Вы здесь? — в вполголоса позвал я. Не знаю почему, но кричать в незнакомой локации совершенно не хотелось.

Ответа не последовало. И только из конца длинного коридора долетели приглушённые голоса. Подойдя поближе, прислушался. Последняя металлическая дверь оказалась приоткрытой, за ней беседовали двое.

Хриплый мужской голос отчеканивал:

— Девять миров — это девять кругов ада! Девять кругов ада, я тебе говорю! Наверху — Либм. Некрещённый младенцы, добродетельные неверные и философы! Путь к нему закрыт. Путь закрыт, я тебе говорю!

Ему отвечал фон Диккер. Его ироничную манеру говорить сложно было не узнать: в голосе отчётливо чувствовался едва заметный акцент, доля хитрости и насмешка.

— А вдруг... всё наоборот? Лимб — это первый мир, а Девятый, закрытый, — самые пучины ада? Вмёрзшие по шею предатели, Люцифер и прочие замечательные вещи?.. И так ли нужно туда пробираться? Закрыт — ну и пускай себе закрыт! Грох, к примеру, в этом уверен на все сто!

Чувствуя себя шпионом, подслушивающим чей-то личный разговор, я не отважился выдать себя сразу, а потому невольно продолжал следить за беседой.

— Грох уверен, Грох уверен!.. — передразнил фон Диккера хриплый голос. — Ну и что твой Грох?! Он-то и есть главный предатель! Почему оставил культ? Почему поселился в Первом мире? Почему сотрудничает с носорогами? Вот пусть и сидят себе в девятом круге ада вместе с Уголино делла Герардеска и пальцы грызут... тьфу! И ведь в Первом мире сидят! В самой заднице девяти миров!.. Наверх нам надо! Наверх, я тебе говорю!! Не всё ещё потеряно, Гремучая змея ещё покажет всем этим носорогам, аистам, мангустам и прочим гадам!..

Хриплый голос явно начинал злиться, а вот фон Диккер сохранял спокойствие:

— Ты не следишь за трендами, мой друг. Исследование показало, что твой замечательный Уголино делла Герардеска людоедом вовсе не был...

— Тьфу ты! Чёрт! А предателем?! Предателем-то он был!..

Да кто этот Уголино делла Герардеска такой? Кто такой Грох? И что ещё за девять миров?..

Как на зло защемлённый нерв снова кольнул, заставляя меня сморщиться от боли и, сжав зубы, подавить стон. Хриплый голос на секунду замер:

— Фон Диккер, ты слышишь?.. Кто-то в коридоре!

Я понял, что самое время самостоятельно выдать себя, пока этого не сделали сидящие в комнатке мужчины. Вежливо постучал в металлическую дверь и, постаравшись сделать вид, что только-только подошёл, сказал:

— Фон Диккер? Мы там с Павлом уже минут тридцать сидим... может, давайте оплатим побыстрее, да пойдём играть?

— Корт!.. То есть, простите, Слава Кортов! — снова осёкся фон Диккер и как-то странно на меня поглядел. — Конечно, конечно, сейчас всё оплатим!.. А вы зайдите-ка пока сюда, выпейте с нами чаю!

Не придавая значения оговорке фон Диккера, уже во второй раз назвавшего меня Кортом, я открыл дверь, ожидая увидеть за ней двух бизнесменов, сидящих за столиком и обсуждающих какой-нибудь проект, и замер в испуге.

Здесь оказалось куда больше людей — семь человек, в чёрных балахонах и капюшонах, скрывающих лица. Часть стен была исписана чёрными рунами и изображениями змей. Секта! — промелькнуло у меня в голове. — Мы попали в долбанную секту...

Комнатка обставлена со вкусом: несколько игровых кресел, пара компьютеров и низкий столик с красивыми чашками. Видимо, здесь планировалось устроить второй игровой зал. Фон Диккер был за главного. Он и ещё один мужчина сидели в кожаных креслах и действительно пили чай, подаваемый несколькими прислужниками в точно таких же монашеских робах. Прислужники в беседу не встревали, сохраняя вежливое молчание. Но я буквально чувствовал на себе любопытные взгляды собравшихся в комнате.

— Это точно Корт? — прошептал хриплый голос. Его обладателем оказался неизвестный, сидящий рядом с фон Диккером. — Ты уверен?

— Да, — хмыкнул фон Диккер, отмахиваясь от чая и поднимаясь во весь свой огромный рост. — Сомнений быть не может.

Меня сектанты как будто не замечали, обращаясь друг к другу.

— Сколько ждём, чтобы не засекли? — обладатель хриплого голоса тоже приподнялся. Он казался чуть ниже своего товарища, но зато был шире в плечах. — Слышал, Клавдий наконец-то автоматику обновил... Если Корта поймают, смогут залезть в самые дальние уголки памяти!

Фон Диккер усмехнулся:

— Не поймают, уж будь уверен!.. Но мы перестрахуемся. Три кубика внутривенно и подождать часа полтора, тогда повтор будет испорчен... Надеюсь, на расшифровку не пригласят бирюзового аиста ранга, эдак, седьмого или кого-нибудь из мастеров-техников из Восьмого мира.

— Они не пригласят! — расхохотался вдруг хриплый. — Наверху у Трёх Великих Храмов намечается знатный замес! Так что никто Клавдию аиста просто так не выделит, это я тебе точно говорю!..

Как же мне всё это не нравится... Какие-то странные разговоры, аисты, ранги, VR-капсулы, а главное — тот факт, что меня здесь знают и почему-то упорно называют Кортом!

В общем, лучшее решение — свалить от греха подальше.

— Фон Диккер?.. — я попятился, но тут же наткнулся на выросшую за моей спиной фигуру крепкого человека в капюшоне. — Кажется... хм... мы с Пашкой всё-таки не вовремя... У вас тут собрание или... может, бизнес-встреча...

— Оооо! — рассмеялся фон Диккер, оглядывая окружающих его сектантов, — вы пришли чертовски вовремя, друзья мои! Вернее, ты пришёл, Слава Кортов.

Я дёрнулся в сторону, пытаясь пробраться к двери, но колено снова предательски отозвалось болью защемлённого нерва. Уже через мгновение кто-то схватил меня за руки, ещё один человек обхватил шею и поднёс к предплечью заготовленный шприц. Я заорал, но мою челюсть уже сжали, не давая раскрыть рот.

Из-за давления навалившихся сектантов боль в колене стала невыносимой, но я всё-таки попытался вырваться, едва не опрокидывая одного из нападавших!.. Впрочем, силы были неравны, а потому очень скоро игла-таки вошла в вену и впрыснула в кровь три кубика неизвестного вещества.

Почти мгновенно я почувствовал нарастающую слабость, а потому из последних сил попытался высвободить челюсть и предупредить Пашку... Следующие пять минут прошли в отчаянных попытках выбраться, но в конце концов я начал терять сознание. Глаза непроизвольно закрылись, а мозг отключился, предоставляя сектантам обмякшее тело жертвы.

***

Так я и попал на холодный алтарь, по которому текла теперь тёплая липкая кровь, струёй вырывающаяся из продырявленной грудины умирающего человека.

Последним, что явилось перед смертью моему затуманенному взору, было странное и даже страшное видение... Сон, который я видел каждую ночь последние несколько недель и который серьёзно подкосил моё эмоциональное и физическое здоровье.

Чёрная ломанная многосуставная рука с огромными когтями, вырывающаяся буквально из неоткуда, и два алых глаза, наблюдавшие за мной из самой Преисподней... Демонический голос говорил долго, целую вечность. Но в память отчётливо впечаталась лишь одна фраза:

«Мы все в игре, Корт, и она ничем не отличается от иллюзии. Ты запомнишь немногое, но знай, вскоре нам предстоит ещё одна встреча. В Первом мире находится Дверь, открой её — и ты получишь поистине впечатляющую силу.

Остерегайся Коллекционера!»

***

А потом я очнулся, чтобы узнать, что последние двадцать лет провёл в VR-капсуле.