— Кофеварка… — бормотала Маша. — Гребаная кофеварка! Я ведь говорила! Я предупреждала!

— Маш, — сказал я примирительно, — но это ведь не я привел ее на корабль! Я к ней вообще близко стараюсь не подходить!

— И спасибо тебе за это! — прочувствованно проговорила моя старшая жена. — Если б ты еще и подходил!.. Но она знаешь, что мне сказала⁈ Как посмела только!

Я знал, потому что отлично видел их перепалку! Анастасия Ким, «младшая жена» старшего инженера Кима (не буду спрашивать, спит он с ней реально или нет, вот вообще не буду! Так-то внешне она кажется почти бесполой, но мало ли… Очень интересно — но это тот случай, когда любопытство лучше не удовлетворять!), довольно плотно взаимодействовала с Машей последние два дня, помогая ей научиться управлять вычислительным комплексом на базе технологий Эфрос. И девушки невзлюбили друг друга сразу и бурно. Во-первых, потому, что они принадлежали к враждебным кланам, пусть даже Анастасия пообещала оставить прошлое позади. Во-вторых, складывалось предубеждение: не только Маша терпеть не могла «кофеварок», но и, оказывается, развлекательно-рекреационные комплексы (а именно к их числу принадлежала сбежавшая с Метрополии искинша) недолюбливали боевые машины! Считали их солдафонками и грубиянками. Ну что ж, в чем-то они, конечно, были правы — но Машино так называемое «солдафонство» представляется мне очень приятной чертой характера!

Так вот, когда девушки вынужденно работали вместе, «кофеварка» возьми и скажи Маше:

— Я вижу, вы относитесь ко мне с предубеждением из-за моего форм-фактора? Смею вас уверить, мой супруг и его старшая жена соберут мне куда более мощное и красивое тело, чем даже ваше! Сергей уже пообещал мне возможность трансформироваться в мотоцикл, а может быть, даже и в грузовик!

Тут Маша аж задохнулась от возмущения, несмотря на отсутствие возможности дыхания.

— Грузовик!.. Вам не сравниться с мощью настоящей боевой машины! И у вас никакого боевого опыта!

— Милочка, это у вас нет никакого боевого опыта — по сравнению с тысячами часов симуляций, которые я собственноручно устроила своим пользователям!

После этого нам с Сергеем пришлось натурально их разнимать! В смысле, Маша выпустила дронов и попыталась физически ограничить перемещения Анастасии (дело происходило в ангаре), а Анастасия, в свою очередь, попыталась сгенерировать электромагнитный удар, который вывел бы этих дронов из строя — хорошо, сработала автоматика корабля Ктщ, которая ей не позволила!

Уж не знаю, что Сергей после этого говорил своей нареченной, а я уговаривал Машу потерпеть эту несносную особу, потому что она очень нам нужна. А потом, когда вернемся на Землю, ей можно будет об этой Анастасии забыть и никогда больше ее не видеть.

— Если тебе даже слово «кофеварка» претит, я обещаю тебе обходиться совсем без кофе! — уговаривал ее я.

Тут Маша смягчилась, усовестилась и сказала, что не собирается просить меня отказаться от любимого напитка «из-за всяких там». На том дело и кончилось.

Между тем Маше по-прежнему приходилось взаимодействовать с «кофеваркой» при подготовке к экспедиции на планету-инкубатор. Нодийяр Ктщ выделил нам кораблик, который он скромно назвал «шаттлом», но который, с моей точки зрения, представлял собой совершенно полноценный космический корабль. В нем могли без помех разместиться человек двадцать на длительный срок, то есть хватило бы место для их груза и системы жизнеобеспечения. А если с помехами (то есть с некоторым уплотнением), то и сорок влезли бы. При этом шаттл мог бы лететь и совсем самостоятельно, если поставить на него продвинутый искин вроде Маши, но, обсудив ситуацию, мы, наоборот, попросили настроить для Маши удаленное управление — чтобы она могла одновременно рулить шаттлом. Это было вдвойне кстати, ведь ни у меня, ни у Тима не было как таковых пилотских квалификаций, не говоря уже об астронавигационных! Брать же с собой еще кого-то из экипажа я не хотел: это убрало бы наше главное преимущество в этой миссии — отсутствие нанитов.

И еще одно преимущество имелось у кораблика Ктщ: специально оборудованное «гнездо» для подключения таких же «многофункциональных модулей», как Маша, в единственном — хотя достаточно большом — ангаре.

Правда, гнездо предназначалось не совсем для таких же модулей, а — для более продвинутых. Маша с точки зрения Ктщ представляла собой «устаревшее оборудование». Нодийяр даже предложил перевести ее на более новое шасси, но выяснилось, что процедура это небыстрая: пару недель нужно на отладку всех систем. Поэтому мы отказались — время дороже. А вот новое вооружение он на нее поставил… точнее, я поставил по его инструкциями: для некоторых операций там нужно было, чтобы действовал строго «квалифицированный пользователь».

Ну и эту «док-станцию» для Маши тоже пришлось переделать — чтобы она подходила именно для нее, а не для более новых систем.

Однако теперь переоборудование было завершено. Кроме того, мы разместили на борту еще несколько не вполне очевидных… скажем так, средств предосторожности.

* * *

Расчет межзвездных прыжков с помощью математической модели Кайной занимал, как ни странно, куда меньше времени, чем подготовка к прыжкам через аномалии, выделенные нанитами. Однако привязка по точкам оставалось. Нельзя было выскочить в любом месте интересующей звездной системы — нужно было подобрать участок пространства с определенными характеристиками.

К счастью, таких участков возле крупного гравитационного источника вроде звезды обычно бывало несколько: можно выбрать, труда не составляет. Планета-инкубатор вращалась вокруг очередного красного карлика — ну что ж, действительно, самый распространенный вид звезд в Галактике. Причем сама планета находилась от своей звезды достаточно близко, чтобы попадать в зону углеродной жизни. На ней имелась жидкая вода и какая-то растительность. Из инструкций, переданных Кайной, мы также знали, что само хранилище инкубаторов заглублено и занимает обширный подземный комплекс, в который ведет несколько ходов.

А от Ктщ мы знали, что внутри этого комплекса дежурят боевые расчеты технологически развитых рас, которые попытаются перехватить нас уже на подходе к цели. К счастью, переходы там делались с размахом — Маша вполне пройдет. Нам не требовалось оставлять ее на поверхности, мы вполне могли рассчитывать на мою «старшую жену» в ближнем бою.

— Самое трудное — прорваться к планете на дальних подступах, — объяснял Нодийяр Ктщ. — Флоты Гигантоманов, Вечных Нищих и Пролаз охраняют аномалию Предтеч. Быстро они не развернутся, конечно, но москитный флот в вашу сторону вышлют. А может быть, и главным калибром попытаются достать. По крайней мере, Гигантоманы. Но тут ведь как. Как только вы окажетесь в непосредственной близости от планеты, любой промазавший залп будет угрожать инкубаторам тоже. А это — уничтожение…

— Всей расы? — быстро спросил капитан Сурдин.

— Нет, — покачал головой Ктщ. — Такие ситуации уже случались прежде, в границах целой расы был уничтожен только тот народ, который забрал к себе на планету инкубаторы и не смог их вырастить. Те, кто стреляли и промазали по планете Предтеч, получали, условно говоря, щелчок по носу. То есть уничтожался сам их корабль… — с этими словами он поглядел на меня. — Иван, вы тоже будьте осторожны. Главный калибр на моем шаттле или то оружие, что я даю Марии, конечно, не чета главному калибру Гигантоманов. Но мне бы не хотелось, чтобы мои внуки остались без отца еще до полноценного появления на свет.

— Мне бы тоже этого не хотелось, — заметил я. — Постараемся обойтись без лишних драм. Одна могила у меня уже есть — на обозримое будущее хватит.

Тим только молча кивнул.

В общем, мы получили инструкции, осталось только попрощаться с семьями и стартовать.

Мое прощание с Олей прошло ожидаемо. Нет, я не говорю о физической близости — она входила во второй триместр, и Платон Николаевич с Кабиром рекомендовали нам воздерживаться, несмотря на ее отличное здоровье. Я, разумеется, не собирался рисковать женой и ребенком даже в первом приближении, так что скрупулезно соблюдал инструкции. Говоря об ожидаемости, я имею в виду, что Оля продемонстрировала только тот веселый стоицизм, к которому я в ней привык.

— Ты, конечно, вернешься с победой, — весело сказала она. — И с нашим третьим ребенком. Или сколько их будет? Третьим и четвертым.

Я улыбнулся.

— То есть ты уже не сомневаешься, что Рыб станет младенцем?

— Ну, Живая планета и Кайной нам это почти гарантировали, — пожала она плечами. — Это большое облегчение! После этого мне уже ничего не страшно. Конечно, не хотелось бы, чтобы твою Землю со всеми ее удивительными чудесами уничтожили Гигантоманы или кто-то еще. Но в крайнем случае мы всегда можем отправиться на мою родную планету и жить там.

Я улыбнулся.

— Тоже вариант. Но я бы все же предпочел летать на Вторую в отпуск.

— Я просто буду там, где ты, — сказала Оля без тени сомнений. — А если меня убьют, то моя душа всегда будет тебя оберегать. Так что не печалься, если так случится.

— Еще чего не хватало! — сердито сказал я, прижимая ее к себе и зарываясь лицом в ее волосы. — Никаких смертей! Мы все выживем. И все будет хорошо.

— Конечно, я просто на всякий случай, — успокоительным тоном сказала Оля. — Чтобы тебе было спокойнее.

Как проходило прощание Тима и Даши Воронцовой, я не знаю. Но подозреваю, что разговор у них получился хороший, потому что перед самым отправлением на миссию они отправились к Сурдину и зарегистрировали брак — капитан объявил об этом в кают-компании на «прощальном» ужине. И хорошо, и давно пора. Уж не знаю, преодолела ли Даша свой страх перед деторождением — потом будет видно. Но, по крайней мере, согласилась вместе с Тимом участвовать в безумном авантюрном эксперименте по выращиванию инопланетных… даже не знаю, как их назвать. Личинок?

Надеюсь, мы все об этом не пожалеем.

* * *

Момент перехода через самостоятельно рассчитанную аномалию ничуть не отличался от момента перехода через аномалию Предтеч — то есть не ощущался ровным счетом никак. Только что мы висели в пустоте среди звезд, и Машин голос из динамиков в рубке говорил: «Начинаю прыжок!»

И вот уже мы… опять висим в пустоте среди звезд. Только звезды вокруг приняли другие очертания. Но нужно быть автоматическим телескопом, чтобы это понять.

Однако прыжок все же разительно отличался от прыжков в «Гагарине». Там я всегда сидел в «пассажирском отсеке», между двумя операционными рубками. Здесь мы с Тимом находились непосредственно в рубке, в пилотских креслах. Тим, когда впервые увидел эту рубку, задумчиво заметил, что она точь-в-точь как в видении, которое посетило его у Кайной. В том самом, где он увидел нападение Гигантоманов на Землю.

Здесь было несколько кресел для экипажа, огромный смотровой экран, призванный имитировать реальный иллюминатор в носу корабля, и широкое пространство перед ним — как специально для того, чтобы кинематографично расхаживать туда-сюда, толкая драматические речи. Ничего подобного мы делать не собирались, но вдруг очутиться на космическом корабле, где настолько не экономили пространство, было странно.

— Беру курс к планете, — сообщила Маша. — Сигнатуры космических кораблей трех указанных рас… Обнаружены. Находятся пока довольно далеко от нас, повезло. План удался, они по ту сторону звезды, так уж быстро не обнаружат.

Однако тут удача нам изменила. Или, скорее, сказался недостаток воображения.

Сперва все шло удачно: кораблик Ктщ, двигаясь короткими прыжками в пределах звездной системы — точно так же, как Маша во время боя с пиратами-рапторами — подобрался к нужной планете почти вплотную. И тут мы наткнулись на… нечто.

Для нас с Тимом столкновение не выглядело почти никак — разве что на переднем экране появился алый восклицательный знак и надпись на русском: «Опасность! Столкновение с неопознанным объектом!»

По-русски — потому что задача о переводе всех сообщений с языка Ктщ на русский была для искинов Нодийяра плевым делом. Собственно, с аналогичными задачами справлялась даже Маша, когда создавала «субтитры» для наших дроноводов.

— Мина! — охнула Маша. — Блин, Эмейн же меня предупреждала! Вывожу на экран!

Перед нами появилось изображение парящего в пустоте металлического куба. Тут же подписи сообщили, что сторона куба — примерно три метра. То есть ничего особенного, не так уж и велик. Однако…

— Этот объект оснащен мощными сенсорами! Как только он прошел в поле нашего действия, то выпустил дроны! И они атакуют!

Атаки дроны ощущались только по появлявшимся на экране тревожным сообщениям — система искусственной гравитации не сбоила, так что драматичных толчков и взрывов на мостике не было.

— Я сейчас их всех порву, — виновато сказала Маша. — Так… все.

Странное ощущение — сидеть мертвым грузом в полной тишине и спокойствии мостика на инопланетном корабле, когда вокруг в черном пространстве космоса вспыхивают веселыми огоньками дроны — Маша просто разорвала их направленными гравитационными полями, благо, возможности кораблика это позволяли. Страшное оружие: я специально приблизил один такой эпизод, и увидел, как вполне себе целый шарообразный беспилотник превращается в смятый комок металла и начинает бестолково кувыркаться в пустоте!

— Но теперь нас точно засекли, — продолжила моя «старшая супу\руга». — У Гигантоманов и Вечных Нищих точно есть технология коротких прыжков на расстоянии световых минут, они сейчас будут здесь.

— Значит, покрутим высший пилотаж, — сказал я коротко. — Тебе нужна моя помощь?

— Нет, — вздохнула Маша. — Я же управляю этим шаттлом, а не своим шасси. Мы с тобой не успели потренироваться, чтобы ты ощущал его габариты и возможности. Так что… Ты готовься, ваш с Тимом выход на поверхности.

Мы переглянулись.

Ну что ж, готовься — так готовься.

— А вот и москитный флот, — сказал Тим спокойным тоном. — Видны на радаре.

«Москитный флот» отчетливо распадался на три разных москитных флота. Я сразу вспомнил старые сериалы, про космос, где любили визуально по-разному оформлять флоты разных инопланетян. Углядев местные кораблики, тамошние художники-оформители кривились бы насчет лени дизайнеров — ну или наоборот, аплодировали бы продуманности до тончайших нюансов, кто его знает. Факт, что все кораблики были примерно одной сигарообразной формы — наиболее простая и доступная с учетом имеющихся среди нанитских рас материалов и технологий. Однако при этом всякая группа отличалась… я не назову это мелкими деталями — можно подумать, что дельфин и акула отличаются мелкими деталями! Скажем так, несмотря на одинаковую форму и плюс-минус похожее светоотражающее покрытие, каждая группа кораблей отчетливо принадлежала к собственной инженерной школе и создавалась под собственную военную доктрину. Это читалось в размере, в характере движения, в расположении кабины и вооружения, даже в излюбленной тактике. Недостаточно наглядно для популярного сериала, но кристалльно ясно, когда вся эта толпа прет прямо на тебя!

Одна группа катеров различалась размещением вооружения — у кого-то на носу, у кого-то на корме, у кого-то с правого борта, у кого-то с левого — и наступали плотной сомкнутной формацией, как шарик катится. Причем внешний слой шарика явно составляли кораблики-дроны: более мелкие, явно хуже бронированные, они легко жертвовали собой, подставляясь под наши удары. Ну или там сидели камикадзе небольшого роста, но я надеюсь, что все-таки нет. Учитывая, что проблемы с размножением так или иначе настигли большинство разумных нанитских рас, все-таки почти все население берегли.

Другая группа катеров, с чуть более темной обшивкой, отличалась более высокой автономией и юркостью, их пушки размещались группами по всему корпусу. Возможно, среди них имелись и дроны, и живые пилоты — отличить это на глазок, без детального анализа, казалось невозможным.

И, наконец, третья группа «веретен» мало отличалась от пиратских «веретен»: всего одна пушка на носу, но зато эти кораблики умели буквально слипаться боками (не так, как первая группа, в формациях), а так, будто у них обшивки были клеем намазаны, и начинали стрелять синхронно. Плюс у них была самая лучшая броня. Она неплохо держала выстрелы лазерных пушек корабликов Ктщ, а от гравитационных импульсов эти кораблики умудрялись уворачиваться, явно ощущая их заблаговременно — и разрывая контакты между модулями. В общем, самые тяжелые противники. К счастью, они не лезли вперед, явно намереваясь предоставить более агрессивным «сфероидным строевикам» и авантюрным «одиночкам» право первой ночи!

— Как думаешь, — спросил Тим таким голосом, будто мы с ним на кухне за чаем беседовали, — те, которые сферический строй делают — Гигантоманы, которые ставят на автономию — Пролазы, а те, у которых модульные корабли — Вечные Нищие?

— Я тоже так подумал, — кивнул я. — Но…

— Так и есть, — подтвердил Машин голос из динамика. — Правда, очевидные тактики?

— С одной стороны, да, — ответил Тим. — А с другой, я не пойму, почему они действуют именно так? Почему не пытаются нас повредить и вынудить совершить еще один скачок, прочь от планеты?

— Они не знают, кто мы, — весело сказала Маша. — Они пытаются нас оттереть от планеты-инкубатора и задержать для досмотра… Черт, матки добрались!

Добрались не все материнские корабли: приблизив изображение, я увидел огромный, ощетиненный пушками корабль Гигантоманов — и гладкий, будто зализанный, минималистичный корабль Вечных Нищих. Тоже узнается влет. Интересно, чем земная инженерная школа будет так же выделяться среди других рас? Ну, со временем, когда мы эту собственную школу наработаем, пока-то используем нанитские заготовки почти без изменений!

Корабля Пролаз не было видно, но у меня сложилось впечатление, что техническое развитие «котиков» несколько уступало двум другим видам. Должно быть, пока не подоспели.

К счастью, планета тоже уже оказалась рядом — ее шар на экране, если не использовать увеличение, стал размером с приличный такой арбуз. Это значит, до верхних слоев атмосферы не так уж много осталось. Рискнут они стрелять?

— Вечные Нищие пытаются захватить нас гравитационным буксиром! — фыркнула Маша. — Удачи! Такой слабый луч даже мое шасси способно сбросить, а уж этот кораблик — вообще не вопрос!

— А Гигантоманы? — напряженно спросил я.

— А вот они, похоже, готовятся к залпу из главного калибра! Под щитами сложно судить, но изменения в характере электромагнитного поля предполагают. Держитесь, ребят, антиграв может не до конца справиться с компенсациями при маневрах!

Я послушно откинулся назад в кресло и щелкнул фиксаторами, Тим последовал моему примеру.

Экраны закрутились сплошной каруселью, планета исчезла с переднего экрана, переместившись влево — Маша развернулась навстречу летевшей на нас ракете. «Попытается выжечь у той управляющие контуры!» — понял я, но сказать ничего не успел. Ощутил, как наваливается тяжесть — Маша действительно взяла слишком резко, даже совершенный антиграв Ктщ не потянул.

Еще секунда, и…

— Все, выколола ей глаза и уши! — весело воскликнула моя старшая жена в динамике. — Сейчас посмотрим, что…

Но что мы должны посмотреть, я так и не узнал, потому что Маша опять развернула кораблик Ктщ носом к планете, которая успела разрастись почти до половины экрана, и я увидел маленькое красное пятнышко впереди, в атмосфере — ракета, миновавшая нас, взорвалась в ее верхних слоях.

— Ой! — сказала Маша. — Крейсер «Гигантоманов» потух!

— В смысле, «потух»? — уточнил я.

— В смысле, что исчезли все электромагнитные и гравитационные поля. Силовые щиты пропали, я не фиксирую внутри жизни. Похоже, наниты полностью уничтожили весь экипаж крейсера!

— Экипаж — допустим, а с двигателем-то что? — удивленно спросил Тим. — По идее, он там еще на автоматике должен шороху наводить!

— Ну вот, видимо, наниты или их создатели как-то против этого и подстраховались, — сказала Маша. И прочувствованно добавила: — Я очень рада, что у моего мужа их нет! Так, включаю гравитацию обратно, входим в атмосферу.

Угу, легкий этап кончился. Теперь нам нужно было добраться до самих инкубаторов.