1917 год стал переломным не только в истории всего человечества, но и в истории Вьетнама, как год начала подъема национально-освободительного движения. Императорский двор полностью находился под контролем французской администрации, крупные землевладельцы довольно быстро нашли с оккупантами общий язык на почве торговли сельскохозяйственной продукцией, а вот среди вьетнамской буржуазии, ремесленников и крестьян преобладали антифранцузские настроения.

Вьетнамская буржуазия шла по пути мягкой политической борьбы, стремясь к расширению своего участия в экономической и политической жизни страны, разделенной на два протектората и одну колонию. В 1923 году буржуазными кругами была создана Конституционная партия, генеральным секретарем которой был избран Буи Куанг Тиеу, крупный землевладелец, служивший во французской администрации и имевший «полноценное» французское гражданство. Для колониального режима Конституционная партия никакой опасности не представляла, поскольку в ее программе не говорилось о независимости – речь шла лишь о некоторых реформах. Однако создание партии стало важной вехой вьетнамской истории – отныне вьетнамцы могли принимать участие в политической жизни Французского Индокитая в организованном порядке.

Наряду с Конституционной партией, в тот период существовали еще две организации, деятельность которых подразумевала улучшение положения вьетнамцев на их родной земле, – Общество возрождения Вьетнама в Тонкине и Молодежная партия в Кохинхине. Основной упор обе организации делали на передовую интеллигенцию, а главной своей целью видели достижение независимости. Их недостатком было отсутствие четкой политической программы, без которой любые требования являются пустопорожним сотрясением воздуха: собрались, поговорили, разошлись, вскоре опять соберемся и снова поговорим. Но тем не менее в конце длинного темного туннеля появился свет – вьетнамцы не забыли о тех временах, когда были свободными, и не собирались навсегда оставаться под властью французов. Широкое распространение получила шуточная (вроде бы шуточная) песенка, в которой были такие слова: «Хань, Тан, Мин, где они? А мы здесь!». Таким образом вьетнамцы словно бы говорили французам: «Великие империи Хань, Тан и Мин пытались править здесь и канули в небытие… И вам туда же дорога!»

Изначально феодально-монархические круги Вьетнама выказывали полную лояльность по отношению к французскому режиму – французы твердой рукой обеспечивали порядок на контролируемой ими территории и активно скупали продукцию сельского хозяйства, пусть и не по самым выгодным для продавцов ценам. Вдобавок французская администрация заигрывала с крупными помещиками, пытаясь найти в их лице проводников своей политики. Но к началу двадцатых годов прошлого столетия вьетнамской знати надоело пребывать на задворках политической жизни, и она стала выступать за реставрацию старых институтов, ликвидированных французами (императорский аппарат был сведен к минимуму), иначе говоря, – за установление конституционной монархии. А вьетнамской буржуазии конституционная монархия была нужна как веер осенью[234], ее идеалом была буржуазная республика, устроенная по французскому образцу[235].

Портрет Хо Ши Мина. Ок. 1947 год

При этом у знати и крупной буржуазии, при всех разногласиях, была одна общая особенность – и те, и другие стремились к сотрудничеству с французской администрацией, а не к освобождению от нее.

Главная проблема освободительного движения начала ХХ века заключалась в отсутствии лидера, вождя, способного повести за собой народные массы. Одно время казалось, что таким вождем может стать создатель Общества возрождения Вьетнама Фан Ван Шан (1867–1940), более известный как Фан Бой Тяу. Сын школьного учителя из Намдана[236] в молодости принимал участие в Движении в защиту императора, а затем создал Общество возрождения Вьетнама. В молодости многое сложное представляется простым, а тяжелое кажется легким. Фан разработал трехэтапный план по изгнанию французов из Вьетнама, согласно которому сначала нужно было объединить вокруг себя сторонников независимости, затем заручиться поддержкой императорской семьи и сановников и обратиться за помощью (политической и финансовой) к китайским или японским революционерам.

На бумаге план смотрелся хорошо, и представитель правящего дома хоу Кыонг Дэ[237], прямой потомок императора Нгуен Тхе-то, разделял чаяния Фана, но на деле все пошло не так, как было задумано. В 1908 году Фан Бой Тяу и его сторонники запустили кампанию «за обновление образа жизни и нравов народа», в ходе которой людей призывали отказываться от старинных обычаев и привычек. Заодно раздавались призывы к снижению налогов и отмене трудовой повинности, а также пропагандировались идеи независимости. По замыслу Фана, эта кампания, охватившая весь Аннам, должна была перерасти в нечто большее, но этого не произошло. Тем не менее Фан Бой Тяу все же внес свой вклад в развитие национально-освободительного движения – он стал одной из искр, разжегших большое пламя. Однако пламя разгорелось не сразу.

Подъем, начавшийся в 1917 году, спустя некоторое время пошел на спад, и к 1926 году многие сторонники независимости успели впасть в уныние. С одной стороны, вьетнамские политические лидеры того времени были настроены на «плодотворное» сотрудничество с французами, а с другой, французская администрация внимательно следила за обстановкой в своих колониях и жестко пресекала все свободолюбивые устремления. Играть в политические игры разрешалось только по правилам, установленным французами, и в дозволенных ими рамках.

Протест против военного парада США 19 марта 1950 года

В годы Первой мировой войны французские власти вывезли из Вьетнама около ста тысяч вьетнамцев, часть которых оказалась в рядах армии, а прочие отправились работать на заводы. По окончании войны эти люди вернулись на родину и привезли с собой марксистские идеи. Другим проводником марксизма стал для вьетнамцев Китай, освободившийся от императорского правления.