Земли Союза Свободы все еще обступали их маленький корабль. Слева и справа были видны большие острова, приятно расплывающиеся в густом тумане, покрывающем все вокруг.

Но совсем скоро акватория Союза Свободы кончится, и начнется открытый океан, через который они попадут в одно из самых недоступных мест мира – в Союз Императора.

Троим путешественникам выделили просторную комнату, располагавшуюся ближе к носу маленького корабля. Это была комната с низким потолком и несколькими скамейками вдоль стен. Самым же главным ее достоинством было большое панорамное окно по направлению движения корабля, через которое можно было видеть, куда плывет корабль, да и боковой обзор тоже оставался просторным.

Свои вещи они сдали в багажный отсек. Лия и Квес, как всегда, сели вместе, а Софус – за соседнюю скамейку, через проход от них. В этой комнате могли бы поместиться и восемь человек (по два на каждой скамейке), но сейчас их там находилось всего трое, и никого не собирались к ним подсаживать.

Рассвет уже закончился, и через полупрозрачные облака палило солнце. Облака плавно переходили в туман, нежно обволакивая, казалось бы, весь мир. И через туман можно было видеть лишь размытые контуры островов: узкие и широкие дороги, мосты через протоки, парки с яркими пятнами клумб и насыщенным зеленым фоном деревьев и кустарников и посеревшие от времени дома.

– Как же прекрасно плыть по воде! – воскликнула Лия. – Жаль, что мы так редко ездим куда-то.

– Можно делать это чаще, – улыбнулся Софус. – Я не вижу в этом проблем.

– Квес, тебе нравится этот вид? – сияя от восторга, спросила Лия.

– Да, но мне куда больше нравится смотреть, как ты на него реагируешь, – с улыбкой ответил Квес. Щеки Лии налились краской то ли от смущения, то ли от удовольствия. Она крепче сжала руку Квеса.

– Мне кажется, – сказала она, – что этот туман расстилается везде. По всему миру. Это как связующая ткань, которая оплетает всю планету. И это так красиво!

– Да, это прекрасно! – сонно согласился Квес.

– Прекрасно, но неправильно, – подчеркнул Софус. – Туман – явление локальное. Его много в морях Союза Мира и Свободы, а вот дальше он уже рассеивается. Конечно, в Союзе Врагов тоже есть туман, потому что географически он находится почти что внутри Союза Мира. А вот Союз Императора… В смысле, Союз Великого Императора – почти лишен тумана. Он есть только в самой северной его части. А так там кристально чистый воздух.

– А у дикарей? – спросила Лия. – То есть у охотников?

– Не помню. Давно там не был, – признался Софус. – Они от нас далеко. Какой там микроклимат, я сказать не могу.

– Меня удивляют наши художники, – ни с того ни с сего вставил Квес. – Подумать только: мы все живем в мире тумана, а они только недавно заметили это. Много веков они рисовали картины так, словно никакого тумана нет и все четко видно. И лишь недавно некоторые из них додумались рисовать и туман тоже.

– И правда! – кивнула Лия. – Помнишь, мы ходили к ним в галерею? Там были картины, где вообще ничего нельзя разобрать. Только сгустки тумана, какие-то солнечные блики и яркие пятна. Я тогда не поняла этого. Но сейчас за окном я вижу то же самое!

– То, что находится под носом, бывает увидеть труднее всего, – подытожил Софус. – Все художники раньше воспринимали туман просто как помеху для зрения, которая мешает увидеть окружающий мир. И только сейчас они поняли, что туман – не помеха, а неотъемлемая часть этого мира. И притом очень красивая его часть.

Квес зажмурился от яркого солнца.

– Вроде бы это очевидная мысль, но додуматься до этого и правда непросто! – сказал он.

– Я и сам удивился, когда мне это объяснили, – признался Софус. – Хорошо, когда рядом есть человек, который может объяснить то, что ты не понимаешь, простыми словами. Не жалею, что у меня много умных знакомых! – Он растянулся в улыбке.

– Я слышал, что некоторые хотят пойти еще дальше, – продолжил Квес, – и вообще отказаться от изображения реального мира. Рисовать какие-то полностью оторванные от реальности формы.

– Я этого не понимаю, – вздохнул Софус. – Но и про туман я раньше тоже ничего не понимал. Думаю, если найдется кто-то, кто объяснил бы мне, зачем это нужно, я бы смог прочувствовать и эти картины. В нашей деятельности – служителей Идеи – очень важно уметь слушать собеседников и стремиться понять их. Враги делают с точностью до наоборот. А Идея любит взаимопонимание!

– Опять теория! – вздохнула Лия. – Мне куда ближе это море и океан, который начнется за ним. Думаю, каждый человек должен это увидеть. Море должно быть доступно всем. Это великое сокровище!

Квес улыбнулся, глядя на Лию.

– Какая ты романтичная, – Не то что я. Но море, кажется, как раз и доступно для каждого.

– Да, это так, – согласился Софус. – Я знаю, что Идея состоит из иной субстанции, нежели наш материальный мир, но иногда мне почему-то кажется, что море – это отражение самой Идеи. Оно настолько прекрасно, что… Да, мне кажется, Идея вложила в море нечто особенное, что нам, людям, пока понять не дано, но что мы можем чувствовать и чем мы можем восхищаться! Однако хватит лирики! – резко сказал он и хлопнул себя ладонями по коленям. – Нам надо выучить, а вернее, повторить некоторые правила. За ошибки в Союзе Императора приходится дорого расплачиваться!

Лия и Квес тут же напряглись. Квес закусил губу, чувствуя двойную ответственность, а Лия расстроилась, что ее отвлекают от того, что появилось задолго до Союза Императора и что, вероятно, будет существовать и после его падения, – от моря.

Софус посмотрел в глаза своим ученикам.

– Во-первых, надо называть их Союзом Великого Императора, а не просто Императора, как это принято у нас. Затем, Южный остров у них называется Мятежным островом. Первый Император никогда не называется первым, а только Великим. Второй и остальные идут уже по порядковым номерам. Задавайте поменьше вопросов; делайте все, что вам будут говорить (в рамках разумного, конечно). Я вас тоже не оставлю, хотя, уверен, иногда нам придется быть порознь. Так как мне не ясно до конца, какова ваша функция и какие у них на нас планы. График мне не выдавали. Ну и по мелочи тоже всякое может возникнуть. Вообще говоря, – Софус устало зевнул, – им нет никакой выгоды нас задерживать или казнить. Так что, я думаю, они сами создадут для нас условия, в которых мы сможем ни о чем не беспокоиться, зная лишь минимум правил. Но не надо искушать Идею и идти на провокации. Это ясно?

– Конечно, – сказал Квес. – Можете на нас рассчитывать.

– Все будет хорошо, – кивнула Лия.

Софус удовлетворенно кивнул.

Корабль шел медленно, постепенно подходя к краю Союза Свободы. Вот уже последние два острова исчезли из вида, и впереди остался только океан, уходящий далеко вперед. Туман тоже стал постепенно рассеиваться, показывая кристально чистую воду. Где-то вдалеке можно было различить суровую Стену Льда с одиноко торчащим на белом фоне серым скалистым пиком.

– Видите! – показал рукой Софус. – Этот пик называется Пик Уединения. Как же я люблю наших географов: умеют придумывать красивые названия. И притом логичные: на этом пике вы никогда никого не встретите. Он полностью скрыт во льдах. Это единственный остров, который мы еще можем видеть несмотря на то, что лед поглотил его. Где находятся остальные острова – для нас всех загадка, которую не хотят разгадывать.

– Я его раньше никогда не видела, – призналась Лия.

– Его невозможно увидеть из наших Союзов. Он слишком далеко, и к тому же туман слишком густой. Только в ясную погоду из мирового океана его и можно увидеть. Можно, но, по сути, незачем. Кроме красивого названия там ничего интересного и нет.

– А вдруг там живут какие-нибудь люди, – вслух задумалась Лия. – Люди, которые выжили, несмотря на холода. Они живут там и не знают о нас. А мы не знаем о них. Это же так интересно!

– «Чем месить здесь грязь, скорей уплывай за семь морей», – напел Квес. – Думаю, эта песня сюда подходит. Не надо выдумывать тайну там, где ее нет.

– Ну и подумаешь! – фыркнула Лия и продолжила разглядывать едва заметный серый горный пик.

Но недолго девушка могла им любоваться: вскоре корабль развернулся на девяносто градусов и поплыл вдоль границы Союза Свободы. Пик исчез из виду; невдалеке слева опять показался туман и появился большой остров.

Софус вгляделся в него.

– Хорошо идем, – отметил он. – Когда проплывем этот большой остров, за ним будет другой, поменьше. А там уже и до Союза Императора рукой подать. Главное, чтобы не было проблем с пересадкой.