Так же серьезно надо отнестись и к общению с детьми. Говорить с ними надо уважительно – как со взрослыми людьми. Во время моего опроса дети признавались, что почувствовали свое взросление, когда родители начали говорить с ними серьезно и откровенно.

Разговор с взрослеющим ребенком на обычную подростковую тему может звучать примерно так:

Папа. Эй, Мелисса, что задумалась? Может, расскажешь, что у тебя на уме?

Мелисса (колеблется. она не хочет откровенничать с папой). Э-э-э, пожалуй, нет.

Папа. Ладно, но, судя по виду, тебя что-то беспокоит, а я хочу помочь, если смогу.

Мелисса. Ну, если я скажу, ты обещаешь не сердиться?

Папа. Я постараюсь, но это нечестный вопрос. Может, ты собираешься сказать мне, что разбила мою машину? Потому что – предупреждаю заранее – тогда я точно рассержусь.

Мелисса (с улыбкой). Нет, пап. Но дело достаточно серьезное, и тебе, наверное, не понравится.

Папа. Что еще за новость? Давай выкладывай.

Мелисса (глубоко вздыхает). Ну, мои друзья собираются в субботу вечером у Кортни и зовут меня. Я хотела бы пойти, но в прошлый раз кое-кто там курил, и мне стало интересно попробовать. Теперь мне кажется, все ждут, что я снова буду курить.

Папа. А что ты, собственно, подразумеваешь под словом «курить»?

Мелисса. Травку. Марихуану. Ну, ты знаешь.

Папа. Ну да. И ты попробовала. Понравилось?

Мелисса. Вообще-то неплохо, но, пожалуй, не по мне. Папа, мне очень неловко от этого разговора. Поверить не могу, что говорю с тобой об этом.

Папа. Ну да, подобные разговоры – не самая приятная штука. Но я, разумеется, знаю, что некоторые подростки курят марихуану, и предполагал, что рано или поздно ты с этим столкнешься. Я хочу, чтобы ты мне рассказывала. Так ты говоришь, что это не твое? Тебе не понравилось?

Мелисса. Дело не в этом. Просто я как-то не поняла, в чем смысл. Все остальные вели себя так, будто это здорово и лучше не бывает, а я практически ничего не почувствовала.

Папа. Имей в виду: большинство подростков готовы сказать, что курение травки – здорово, только потому, что этого от них ждут приятели. Но на самом деле для очень многих людей в этом нет ничего приятного. И нет, как ты сказала, «особого смысла».

Мелисса (изучая лицо отца). А ты когда-нибудь пробовал?

Папа (глядя Мелиссе прямо в глаза). Какое это имеет значение? Ты уже сама поняла, что у людей разная реакция на наркотики, и тебе твои ощущения не понравились. То, что другие балуются наркотиками, не должно влиять на твое собственное решение – принимать их или нет. Не говоря уже о том, что наркотики незаконны и, если тебя с ними поймают, это может погубить твои шансы на будущее.

Мелисса. Так ты мне не скажешь? Наверное, это значит, что ты их пробовал.

Папа (хмыкает). Думай как знаешь. Повторяю: это совершенно неважно. А важно твое решение. И последствия, с которыми ты можешь столкнуться в результате этого решения. Подумай об этом как следует и в любом случае не позволяй неверному выбору твоих друзей влиять на твои решения. Ты – самостоятельная личность, а в будущем тебе предстоит сталкиваться с подобными вещами постоянно. Сейчас тебе самое время оценить свою позицию и вообще подумать о том, кто ты есть.

Мелисса. Так что же мне делать? Представь: я еду к Кортни, а там кто-то дает мне сигарету с наркотиком и смотрит, что я буду делать. Ведь все произойдет именно так.

Папа. Просто покачай головой и скажи правду, что тебе это не нравится и ты не будешь курить. А лучше не ходи туда, где происходит нечто подобное.

Мелисса (закатывая глаза). Ну, папа…

Папа. Пожалуйста, выслушай меня (ждет, пока Мелисса будет готова к дальнейшему разговору). Вот скажи, где находятся родители Кортни, когда такое происходит в их доме? Ты понимаешь, что, если тебя и твоих друзей поймают, ее родителей ждет жуткое разбирательство, уголовное преследование, штрафы и испорченная репутация. Так всегда бывает в подобных случаях. Если они знают, что происходит в их доме, им должно быть стыдно. Им нужно научиться воспитывать своих детей. Если они этого не умеют, мне их очень жаль – ведь их дочь с друзьями обманывает их доверие.

Мелисса. Они знают, и им все равно. Они просто не обращают внимания, или делают вид, что ничего не происходит, или еще что-то.

Папа. Ну, это очень печально и безответственно с их стороны, и я не хочу, чтобы ты бывала в доме, где родители не исполняют свой родительский долг. Почему бы тебе не приглашать друзей к нам почаще? Собирайтесь лучше здесь. Мы не будем вам надоедать, но курить травку, конечно, не позволим. Можете считать нас вредными. А вообще, вот тебе мой совет: будь честна с друзьями. В конце концов, друзьям всегда можно сказать правду.

Мелисса. Я подумаю.

Папа. Звучит неплохо. Я понимаю, что тебе до смерти надоело выслушивать наставления, но помни, что выбор есть всегда. Не думай, что ты должна сдаться и сделать нечто, чего тебе не хочется. Ты всегда можешь позвонить нам, и мы за тобой заедем, ты всегда можешь на нас сослаться, и ты всегда можешь быть честной с друзьями. Ты достаточно умна, чтобы знать: у каждого решения есть последствия. И прежде чем что-то сделать, надо хорошенько подумать, чем это обернется и надо ли это тебе.

В этом диалоге важно не только то, что было сказано, но и то, что осталось неозвученным.

– В ответ на признание Мелиссы отец не стал демонстрировать шок и возмущение. Он воспринял слова дочери спокойно, хотя при этом ему было очень плохо. Но он знал: бурная реакция заставит девочку замкнуться, и в следующий раз разговорить ее будет намного труднее.

– Отец не стал говорить с Мелиссой как с ребенком или демонстрировать к ней недостаточное уважение как к мыслящему человеческому существу. Он не упрекал ее, не кричал, что она сделала глупость, не спрашивал, есть ли у нее голова на плечах, не проявлял сарказма и не читал длинных нотаций.

– Отец мягко ее поддразнивал и вносил элемент юмора в разговор. Хорошая шутка может повысить настроение и облегчить непростой разговор.

– Когда Мелисса призналась, что пробовала наркотик, он не пытался ее стыдить и не говорил, как он в ней разочаровался.

– Когда Мелисса спросила отца, приходилось ли ему самому пробовать травку, он не дал ей повода продолжать вести себя так же. Вы, как родители, не обязаны раскрывать детям свои секреты или рассказывать о своих прошлых ошибках. Обратите внимание: отец не солгал – он просто не захотел отвечать на вопрос дочки. А какая польза могла быть от его ответа? Если он не пробовал марихуану, Мелисса решила бы, что отец ничего в этом не понимает, а значит, его мнение ничего не стоит. Если курил, Мелисса могла посчитать, что это оправдывает ее поведение: «Все это делают, даже мой папа».

– Отец повел себя как ответственный родитель. Он не забыл, что его дочь переживает переходный момент от детства к взрослости и вообще-то еще далека от самостоятельности. Поэтому он воспользовался своим родительским влиянием и сказал, что не одобряет появление дочери в доме, где родители не смотрят за своими детьми. В то же время он предложил Мелиссе интересную альтернативу – чаще приглашать друзей в свой дом.

– Мелисса получила удобную отговорку для общения с друзьями: «Родители мне не разрешают». Такая отговорка удобна многим детям, которые хотят поступать правильно, но недостаточно сильны или зрелы для того, чтобы в кругу сверстников настоять на своем. Им легче переложить ответственность на родителей. И дети будут благодарны вам за такую возможность – даже если ничего не скажут вслух.

– Отец не стал требовать или пересказывать статьи Уголовного кодекса и грозить вселенскими карами. Вместо этого он предложил другие варианты и помог Мелиссе их обдумать. Он напомнил дочери, что у нее всегда есть возможность выбора. Если бы он наказал девочку за ее честность и обращение за советом, это был бы их последний разговор на важную тему.

– Отец признал, что это искушение будет всего лишь первым из множества соблазнов, с которыми Мелисса столкнется в ближайшие несколько лет. Но он направил ее мысли по важному пути, и теперь Мелисса сможет делать правильное решение всякий раз, когда перед ней встанет подобный выбор. Поскольку в принятии важных решений ее учат руководствоваться логикой и здравым смыслом, то в будущем Мелисса вряд ли поступит так же бездумно, как тогда в гостях, от неожиданности. Она не станет одной из множества подростков, которые, выскользнув из родительских тисков в колледж, во взрослую жизнь, тут же пускаются во все тяжкие.

– Отец не запретил Мелиссе встречаться и проводить время с друзьями. Это было бы губительно для отношений отца и дочери. Любой ценой избегайте соблазна выбирать друзей для своих отпрысков или запрещать им общаться с ребятами, которые им нравятся. Всего через пару лет они официально станут совершеннолетними, так что им надо научиться принимать решения без постоянного контроля со стороны мамы и папы. Да и, если честно, как бы вы ни старались, вы не сможете контролировать общение своих детей – даже не пытайтесь. Таким образом вы только отвратите детей от себя, заставите их лгать и увиливать – это я вам гарантирую.

Ваша задача на эти годы – перейти от принятия решений за детей к ненавязчивому руководству, основанному на жизненном опыте. Постепенно дети научатся отвечать сами за себя. Приведенный выше диалог в общем-то ничем не примечателен, и это сделано намеренно. Вы можете подогнать его практически под любую ситуацию, и, разумеется, вам следует персонализировать свой подход. Если вы религиозны, религия может стать основой для вашей беседы о спорных и сложных вещах. Если у вас есть личные истории или примеры из жизни родственников, друзей – используйте их. Но два момента во время разговора должны оставаться неизменными, вне зависимости от его темы, – это уважительный обмен мнениями и понимание ребенком того, что любое решение имеет последствия. Пока вы сами можете создавать для детей последствия. Но они должны усвоить: когда вас не будет рядом, жизнь преподнесет им множество сюрпризов, и выбираться из разных ситуаций они должны будут как взрослые, которыми сейчас учатся быть.

Недавно моя дочь Рэчел напомнила мне об инциденте, который произошел, когда ей еще не было двадцати, – она говорит, что в это время «чувствовала себя по-настоящему взрослой». Рэчел ехала на машине на работу (дело было летом) и превысила скорость, что и зафиксировал радар. Мою дочь вместе с еще несколькими водителями остановили и выписали штраф на 200 долларов. Рэчел позвонила мне, в ужасе оттого, что я рассержусь. Ей было неловко признаваться, что штраф заслужен, и боязно, что мы с отцом накажем ее. Она сказала, что испытала самое сильное облегчение в своей жизни, когда услышала мою реакцию.

– О, Рэчел, это ужасно. Ты действительно превысила скорость?

– Да, – ответила она. – Примерно на двадцать пять километров в час. Это было в том самом месте… ну, ты знаешь… Там же ограничение до пятидесяти километров в час. Именно поэтому всех и останавливали.

– Да уж. Мне тоже приходилось попадать в такие ловушки, и это ужасно. Мне так жаль, что тебе не повезло. Знаю, как это неприятно.

Позже Рэчел сказала, что облегчение, которое она почувствовала в тот момент, как будто сняло с ее плеч тяжелый груз. Она совершенно ясно понимала, что мы с мужем не будем оплачивать за нее штраф и что один этот штраф обойдется ей в недельное жалованье. Это, что называется, жизненные последствия – и Рэчел знала, что мы не станем защищать ее от этих последствий. Но она также знала, что мы любим ее, поддерживаем и сочувствуем ей.

– Вот так я и поняла, что уже выросла, – заключила Рэчел. – Я знала, что вы всегда будете рядом, но знала и то, что самостоятельно должна разбираться с последствиями своих решений. Штраф, конечно, был серьезной неприятностью, но я чувствовала себя отлично.

С моей стороны не потребовалось особых усилий, чтобы добиться этого. Я просто поставила себя на место дочери и дала ей поддержку – так же я сделала бы, случись подобное с моей подругой или другим человеком, которого я уважаю. Я знала, что урок уже усвоен, и это позволило мне сыграть роль чуткой матери.