Как мы и ожидали, ксуры атаковали сразу же с трёх сторон. Одновременно открылись сотни порталов, и из них повалили песьеголовые, гоблины, какие-то степняки и даже кентавры.

К счастью, всё это время генштаб гремлинов не терял время зря. Офицеры внимательно изучили всю информацию про потенциальных противников, определили уровень угрозы и совместно с Титанами выработали соответствующие стратегии противодействия.

Военная доктрина гремлинов опиралась на исходящий от вторженцев уровень угрозы, и уже с опорой на эту градацию использовала тот или иной шаблон.

К примеру, гоблины считались Ничтожной угрозой, и на купирование таких прорывов отправлялся взвод стрелков в лёгких мехах. Этого должно было с лихвой хватить для подавления противника. А на случай, если среди гоблинов окажется одарённый, взвод был усилен двумя снайперами.

Степняки и кентавры, в зависимости от количества, считались либо Низкой , либо Средней угрозой — для их подавления выделялись два взвода стрелков в лёгких мехах, взвод тяжёлых мехов, выполняющих роль копейщиков, и один-два Титана.

Высокой угрозой считались песьеголовые — их легионы демонстрировали отличную выучку и понимание тактики боя, ну а сами псы были в разы сильнее гремлинов.

Для купирования таких прорывов выделялись, в зависимости от количества некромантов и шаманов, одна-две роты мехов с обязательным усилением в 5–6 Титанов.

Ну а Критической угрозой были сами ксуры.

По идее, Титаны могли в одиночку уничтожать тех же самых гоблинов или, к примеру, степняков, но именно на этом гремлины чуть было не погорели во время Первой волны.

Из-за неправильного планирования, сильнейшие боевые единицы были заняты уничтожением слабеньких войск вторжения, а на долю обычных гремлинов пришлись мощные удары псов.

Поэтому сейчас, как бы мне ни хотелось одним махом избавиться от полусотни порталов, приходилось действовать чрезвычайно расчётливо.

Да, взвод лёгких мехов при отражении атаки гоблинов мог понести потери до 20% личного состава, но я и генштаб считали эти потери приемлемыми.

И если офицеры генштаба всё же были подвержены эмоциям, то для меня мехи гремлинов были просто-напросто цифрами. Статистикой.

Мне, по большому счёту, было плевать на гремлинов, и это влекло за собой как плюсы, так и минусы.

Из минусов — меня считали злобным тираном-диктатором, который может испепелить любого гремлина за сущую ерунду. Причём боялись не только обычные граждане Республики, но и власть имущие.

Почему я считал это минусом? Да потому что из-за страха наказания мне постоянно врали. Приукрашивали победы, занижали потери… И чем чаще я наказывал за враньё, тем сильнее меня боялись.

А ещё у меня не было здесь друзей.

Лишь дед, да семья генерала Вуза относились ко мне с теплом, что ли? Но даже их я не мог считать близкими. Молчу уж о том, чтобы поделиться с кем-нибудь из них своими мыслями или страхами!

Жутко не хватало Дона, Лары и Васи, но я сумел переключиться на рабочий лад и выкинуть из головы все остальные мысли.

Что до плюсов, то я без сомнений жертвовал гремлинами там, где это было выгодно, и сохранял войска, когда это было целесообразно.

Я словно играл в компьютерную игру, и всё, чего бы я ни касался — будь то боевые действия или экономика — зависело от цифр.

Есть возможность обменять взвод лёгких мехов на закрытие пяти порталов гоблинов? Меняем! И неважно, выживет ли кто из гремлинов после этого подвига.

Есть шанс пожертвовать ротой мехов за полное уничтожение легиона песьеголовых? В бой! И пусть обязательно уничтожат портал!

Всё моё управление Республикой сводилось к банальной математике — количество опытных воинов, количество доспехов, количество добровольцев, количество вторженцев.

И если первые три дня после начала Второй волны, математика складывалась в мою пользу, то на четвёртый пришлось идти ва-банк.

* * *

— Диктатор Ван! Разведка зафиксировала многочисленные порталы на Плато, в Горном ущелье и Мёртвом море! Судя по мощнейшим источникам энергии — это ксуры.

— Это точно не обманка? — уточнил я, нависая над картой, на которой обозначили порталы ксуров.

— Никак нет! — отрапортовал генерал Вар. — Зафиксировано прибытие командных пунктов и танков!

— Что у нас по пластинам? — поморщился я.

Прибытие ксуров было ожидаемым, но я бы не отказался, если бы они задержались на недельку-другую.

— На текущий момент мы смогли оснастить пластинами четыре сотни мехов. Теоретически, этого должно хватить, чтобы нанести ксурам неприемлемый ущерб на одном из направлений.

— На одном? — поморщился я.

— Увы, — развёл руками гремлин. — Но распылять силы нам нельзя.

— Ладно, — я мазнул взглядом по карте. — На каком направлении предлагаете использовать мехов?

— Либо Плато, либо Мёртвое море, — не раздумывая, ответил генерал. — Горное ущелье заминировано так, что ксурам мало не покажется.

— Это хорошо, — кивнул я, мысленно убирая из уравнения одну переменную. — Ксуры не успеют разминировать горы?

— Такая вероятность есть, — тяжело вздохнул генерал Вар. — Аналитический центр предполагает, что как только ксуры осознают масштаб минирования, они, вместо организации военной базы и развёртывания плацдарма для дальнейшего наступления, сделают ставку на блицкриг.

— А если подорвать Горное ущелье прямо сейчас? — предложил один из офицеров.

— Тогда они усилят бдительность на Плато и в мёртвом Море, — вместо Вара ответил я. — В идеале нужно ударить разом по всем трём точкам.

— По двум, — поправил меня генерал.

— По трём, — покачал головой я. — Где на данный момент наблюдается наибольшая концентрация вражеских войск?

— На Плато, — нахмурился генерал Вар. — А что?

— А где наши войска держатся из последних сил?

— Там же, — если гремлина и задело, что я проигнорировал его вопрос, то виду он не показал. — Юг Республики находится в самом уязвимом положении.

— Ясно… — протянул я и, оторвавшись от карты, оглядел сидящих вокруг стола гремлинов. — Кстати, а где рудознатец Ваи?

Поначалу я путался в именах гремлинов, но, стоило мне вспомнить особенности их именования, как всё сразу же стало легко.

Имена всех влиятельных гремлинов, входящих в Совет, состояли из трёх букв, первой из которых непременно должна была быть «В», вторая — любая гласная, третья — любая согласная.

Вернее, не любая, а строго определённая, ведь по имени гремлина можно было понять, чем занимается его род. Я, понятное дело, в это глубоко не погружался, но любой гремлин, услышав имя генерал-интендант Вуз, сразу бы сказал, что сей достойный гремлин принадлежит славному роду военных, специализацией которых является артиллерия.

Что до рудознатцев, то их имена состояли из одной согласной и двух гласных.

Деда звали Ваа, его южного коллегу Вао, а восточного рудознатца — Ваи.

Меня, к слову, должны были называть Диктатор Ва, но я сначала упустил этот момент из виду, а потом стало не до этого.

— Рудознатец Ваи вышел в уборную, — отозвался его адъютант.

— Стоп-стоп-стоп, — нахмурился я. — А когда он вышел?

— Где-то час назад, — подключился к разговору дед. — Это, действительно, странно.

— А где генерал Вув? — я пробежался взглядом по той части стола, где обычно заседал рудознатец Ваи со своей свитой. — И… остальные?

— Кто-то пошёл на обед, кто-то подышать свежим воздухом, у кого-то заболел живот! — отрапортовал адъютант рудознатца.

— Да сбежал он! — скривился рудознатец Вао. — Как горячим запахло, так и решил у себя на востоке отсидеться.

— Не может быть, — покачал головой я. — Это ж предательство чистой воды!

Я посмотрел на адъютанта, словно ожидая, что последний развеет все наши сомнения, но тот лишь отвёл взгляд в сторону.

Не знаю, чего больше было в этом жесте — стыда или страха, но меня захлестнула волна гнева.

— Ах он подлец!

Вскочив на ноги, я призвал забившуюся в правом кулаке молнию и швырнул её в каменную стену.

Гдадах!

Прогремевший гром отрезвил меня, и я мгновенно успокоился.

— Значит так, — я посмотрел на оставшихся гремлинов. — Всех восточных гремлинов срочно перекинуть на север. Проверить пластины и мехи. Заменить всех лояльных Ваи офицеров!

— Я займусь, — поморщился дед. — Эх, Ваи, Ваи… Как же не вовремя!

— Не вовремя? — отпустивший было меня гнев вновь вскипел в груди. — На кону судьба Республики! И в самый важный момент эта падаль сливается! И ладно бы один! Если узнаю, что он отвёл лояльные войска на восток, сгною на рудниках!

— Ничего ты ему не сделаешь, — покачал головой дед. — На востоке хорошие укрепления и форты. Да и продовольствием они не только себя обеспечивают, но и север Республики…

— Ты! — я ткнул пальцем в адъютанта. — Говори.

— Я… я ничего не знаю, — залепетал гремлин.

— Оставь его, Ван, — вздохнул дед. — Ваи назначил его адъютантом в тот же день, когда ты взял власть. Наверняка заранее всё продумал. Надо было отдать ему шахты Вао.

— Я хотя бы открыто выступил, — пробормотал рудознатец Вао. — А этот… как крыса.

— Несколько полковников не выходят на связь! — подлил масла в огонь генерал Вар. — И молчит охрана юго-восточного завода!

Гремлины, вцепившись в переговорные амулеты, принялись отдавать приказы своим людям, забегали гвардейцы, пытаясь перехватить тех, кто ещё не успел сбежать. Что до адъютанта, а вместе с ним и остальных лояльных Ваи гремлинов, которых рудознатец оставил в зале Совета, то они сжались в ожидании неминуемой кары.

Я же, вместо того, чтобы раздавать приказы, уставился перед собой.

Ну свалил рудознатец Ваи, и что дальше? Если бы он был на стороне ксуров, то уже ударил бы в спину. Он же просто сбежал… А значит, что? Значит, думает пересидеть.

Вполне, кстати, возможно. Но дальше-то, что он планирует делать? После того, как Республика падёт? Пойдёт в услужение к ксурам?

— Рудознатец Ваа, — я посмотрел на деда. — Ваи сможет пойти на службу к ксурам?

— Он торгаш, — скривился гремлин. — Не удивлюсь, если так и случится.

— Ты тоже, вроде как, торгаш? — протянул я.

— Я в первую очередь инженер, — выпрямил спину дед, — и только потом всё остальное. Так же, как и рудознатец Вао в первую очередь воин.

Поднявший мятеж гремлин согласно кивнул и, вслед за дедом, приосанился.

— А Ваи — торгаш, — дед сказал, словно припечатал. — Не удивлюсь, если он уже вышел на контакт с ксурами!

— И я, — кивнул Вао.

— Что ж вы раньше-то молчали! — не выдержал я.

— Да кто ж знал-то? — удивился дед. — К тому же, его тайная служба ничуть не уступает службе безопасности Республики.

— Так, ладно, — я поднялся на ноги и посмотрел на притихших гремлинов. — Генерал Вар — на вас Горная гряда, Мёртвое море и оснащение лучших пилотов нашими три ЭС мехами.

Гремлин скривился так, словно съел лимон, но я не обратил на это ни малейшего внимания.

— Рудознатец Ваа, — я посмотрел на деда. — Помогите генералу найти пластины и мехи. Четыреста пилотов должны встретить врага через несколько часов.

Дед коротко кивнул, а генерал Вар чуть посветлел лицом, понимая, что все поставленные мной задачи только что стали реальней.

— Рудознатец Вао, — я посмотрел на южанина. — Собирайте личную гвардию и всех верных вам гремлинов. Через несколько часов вы должны быть у Мёртвого моря. И не переживайте, Титаны помогут открыть порталы.

— Готовимся к генеральной схватке, диктатор Ван? — уточнил генерал Вар.

— Именно, — кивнул я. — Или сейчас, или никогда. Главное, — я поочерёдно посмотрел в глаза генералу и деду, — начать одновременно.

— Сделаем, — заверил меня генерал, а дед лишь молча кивнул.

— При всём моём уважении к Вам, диктатор Ван, — рудознатец Вао, поднявшись на ноги, посмотрел мне в глаза, — но что будет с югом? С Плато? Если не произвести ротацию, то оборона рухнет. Там и так осталось не больше двадцати процентов от личного состава.

Некоторое время я смотрел на рудознатца, прокручивая в голове свой план, после чего кивнул сам себе.

Увы, но как бы ни хотелось избежать личного участия в этой войне, без моего вмешательства не обойтись. Математика — математикой, но личная сила решает. Особенно моя Могущественная длань молний .

Я достал из Инвентаря шлем и, надев его, произнёс:

— А с югом, товарищ Вао, я разберусь сам.