Как-то раз на обеде у императрицы Василий Жуковский заметил, что Иван Андреевич требовал каждое блюдо из тех, что предлагала прислуга. Он шепнул баснописцу:

– Откажись хотя бы раз. Дай царице возможность попотчевать тебя.

– А вдруг не попотчует, – испуганно возразил баснописец.

Он, кстати, недолюбливал придворные обеды. Причина – слишком маленькие порции. Как правило, потом Крылов ехал домой или в Английский клуб – обедать второй раз, уже по-настоящему.

Особенно ему не нравились десерты. Баснописец возмущался: «А сладкое? – Стыдно сказать… Пол-апельсина! Нутро природное вынуто, а взамен желе с вареньем набито. Со злости с кожей я его и съел. Плохо царей наших кормят, – надувательство кругом».

Кстати, блюда он предпочитал простые, русские. Каша, кулебяка, поросенок, осетрина, гусь с груздями, пироги. Иногда позволял себе устрицы – съедал их штук по 80—100 и запивал темным английским пивом.

А вообще к алкоголю он был равнодушен. Видимо, потому что алкоголь его не брал. Какой смысл пить вино и водку, если квас нравится больше, а эффект один и тот же.

Многие пытались напоить Крылова. Он исправно пил, но не пьянел.

По окончании обеда баснописец выпивал несколько чашек кофе. Может, хотя бы здесь он отдыхал от чрезмерного чревоугодия? Ничего подобного. Иван Андреевич обычно наливал туда огромное количество густых и жирных сливок.