— И всё же я не поверю в твой план, — гость усмехнулся. — Осада — дело хлопотное и непростое. Уж, поди внутри тоже сидели, как ты говоришь, не пальцем деланые.

— Конечно, нет, — усмехнулся хозяин. — Мы с Горгом обсудили по шагам, то, что я предложил. Я знал, что в моих силах. Он верил мне ровно наполовину. Я хотел от него поддержки и после рассчитывал, что крови прольётся довольно, чтоб заглушить демона. А уж с магиками я как-нибудь справлюсь. Так я думал. Горг, скорее ждал от меня предательства, и думал что коль обману, следовать своему плану. Я ж предложил ему дело проще ячменной похлёбки.

— Какое?

— У крепи два полукольца стен. Первое не высоко, коль изловчиться, то можно было и забраться, но сам ход на ней широк. Со второго кольца хорошо просматривался. Коль попасть наверх, то со второго кольца, если заметят меня точно могли снять луками. Рисков здесь было больше, чем когда-либо. Но я уж заручился поддержкой демона и йорманда. С тем и начали.

*****

Я совсем не шутил. Жнец требовал жертв, и я был готов их обеспечить. Но прежде, само собой, требовалось открыть ворота так, чтоб наши воины пробились внутрь. Штурмовать отвесные стены под градом стрел и баллист Горг не хотел. Людей своих жалел. Требовалось прикрытие темноты и лёгкий способ попасть за стену.

Я скатился в ров, дно которого было усеяно глыбами льда и мусором. Теперь предстояло невероятное, но я верил в успех. Как же быть иначе, когда перед тобой только два пути. Или вперед или смерть. Смерти я не хотел, Жнец, как я полагал, тоже.

Крюк зацепился за кладку с пятого раза. А там уж я был готов. Почти. Забрался на стену, скрываясь в тени. Под покровом сумрака стянул в пропасть дозорного, тот даже пикнуть не успел. Только сдёрнул с него шлем, нацепил на голову. Коль не приглядываться, можно было принять меня за убитого. Телом мы на вроде были сходны, разве у дозорного лук за плечами. Тут уж я не успел, свалился воин вместе с луком. Ну, а дальше я уж на риск пошёл вперёд.

Дозорные не сразу поняли, что случилось. Не ждали нападения в одинокую. Думали, будет штурм, а тут видишь как вышло. Первых двух я снял тихо. А уж после поднялся переполох. Лучники с дозорных башен не различали нас, ибо я для них сделался невидимым, накинув плащ с белой чайкой, что сдёрнул с дозорного. Пока они разобрались, что к чему, я уж был у надвратной башни. А там дело попроще. Под прикрытием стен.

Горг начал атаку вовремя. Как мост упал, так и началось. На стены посыпались снаряды. Под покровом ночи не разглядеть противника. А мне того и надо. Началась невероятная сумятица. Защитники уж не были уверены, где враг, внутри иль снаружи. А я делал своё дело. И, скажу тебе, тогда как будто потерял себя совсем. Навроде я, а как будто и не я. Я слышал, управлял руками, но слышал и Жнеца, что выпивал каждую отнятую жизнь. Клинки пели, получая своё, а я всё сильнее проваливался в ледяную пустошь. Вот уж Жнец выдернул меня из-под снаряда, а после и из-под града стрел, и поместил за укрытие. Я словно сделался марионеткой для него. Но не могу сказать сам себе пока, хотел ли этого.

Через мои удары, он выпивал каждого, кто встречался на пути. Я давно потерял плащ, и теплая меховая куртка, иссеченная удачными атаками, которые, все же не достигали тела, уже была растоптана где-то на стене. Но холода я не чувствовал. Смотрел в искаженные злобой лица, слушал проклятия в свой адрес и чувствовал вкус крови на губах. И никак не мог решить, что довольно. Я слышал радость демона. Но чувствовал пустоту, в какую проваливался.

*****

— Ты открыл ворота? — напряжённо уточнил гость.

— Да, — хозяин медленно кивнул, — за суматохой шансов для меня стало больше. К воротам подоспели с тараном, и защитники переключились на штурмующих. А я меж тем делал, что должен. Вскоре горговы воины ворвались в цвингер, и перед нами осталось последнее кольцо стен.

*****

— Вон он! — Защитники разделились. Большая часть отправилась к разоренным воротам, вторая перешла на площадку, аккурат над подъемным механизмом. Я только успел поднять голову, как увидел льющееся масло. Вокруг ревели, ругались, лилась кровь, стрелы и масло. Вместе со мной пришёл ад.

— Вот пекло! — Я дернулся в сторону. Бок обожгли раскаленные капли. Рядом просвистела стрела, потом другая.

«Жнец?» Легкость в теле уходила. Мышцы наливались свинцом. Насытившись демон отступал в свое логово, оставляя человека наедине со многими врагами.

— Что б ты провалился, — я спрыгнул на землю. Внутренние ворота покосились, оставаясь подвешенными на одной цепи. Горгова армия уже спешила прорваться дальше. Навалились с таранами и начали закидывать тяжёлыми снарядами крепь. Стены поддаваясь напору крошились. Защитники же, поняв, что внешнее кольцо они потеряли, поспешили укрыться за внутренним кругом стен.

С криками врывались воины во внешний круг. Горг во главе отряда, завидев меня поспешил ко мне.

— Я не могу поверить, ты всё-таки открыл ворота, Гордарик! Ты дьявольски везуч!

— Еще не все… — я с досадой указал на врата внутреннего круга. Нас били с новыми силами. А лучники делали своё дело.

— Крючья! — Горг повернулся к своим. Были брошены крюки, зацеплена покосившаяся створка. Стали тянуть. Лучники поливали защитников градом стрел. Те же отплевывались кипящим маслом. Наконец, ворота с треском поддались усилиям многих и с треском завалились, открывая дорогу. Я в числе прочих с криком кинулся на штурм. Смерть хлынула внутрь крепости.

Бой продолжался до самого заката. Целый день защитники бились с яростью достойной северных сынов. Даже, когда пали вторые ворота, Горгу все равно пришлось зубами выгрызать свою победу. Потери были без счета. Только к закату нападающим удалось занять крепь, загнав защитников в пещеры под горой.

Победители уже начали потихоньку обшаривать жилые помещения, в надежде хорошенько поживиться. Заглянули в кухню, вытащили изрядное количество вина и припасов из хранилища. Готовились праздновать победу. Тех же, кто не успел уйти в пещеры вместе с отступающими согнали во дворе, на холоде. Их было около двух десятков человек. Среди них стояли раненые, женщины, мужчины, большей частью старухи и старики. Все, кто не смог держать оружия.

Горг тяжело ступая обошел пленных. Окинул взглядом двор. Все его люди теперь отдыхали. Кто-то лег спать прямо тут, на земле, кто-то делил добытое с товарищами.

Я ж в тонкой своей рубашонке в крепчающий мороз стоял, оперевшись руками о жерло колодца, уронил голову меж рук. С волос на снег текла вода. Пара вёдер мне потребовалась прежде, чем отступил кровавый морок и я смог вернуть себе себя.

*****

— Ты рисковал, — осторожно заметил гость.

— Я рисковал не вернуться, — согласился хозяин. — Демон овладевал мною всё сильнее. Его жажда становилась моею, а мои нужды уходили прочь, уступая напору. Эти чёртовы магики точили мою волю, а Жнец с радостью принимал дары. Но в этот раз мне было позволено остаться. Жнец отступил по своей воле. И я уж ничего не мог с этим сделать. Я стал тоньше волоса. Такова была моя доля, и я не мог её изменить.

*****

Горг, добрый воин, скажу я тебе. Он шёл вместе с нами, и с нами же праздновал победу. Но участь пленников он решал самолично. Был бы на его месте его старик, все б расстались с жизнью, а головы их украсили бы дорогу к Фольхтейну. Но Горг был не таков. И тем мне нравился.

— Молитесь, — только и сказал он пленникам. Сам подошел ко мне, все еще стоящему у колодца.

— Ты сдержал слово, — начал Горг. Я поднял голову.

— Я тебе не верил. Как ты это сделал, тоже не спрашиваю, главное, что сделал, — Горг дернул плечом, скидывая свой плащ с плеча. Лицо моё явило ему картину безрадостную. В отражении я видел себя. Как был бледен, какими тёмными пятнами нарисованы глаза и очерчены скулы.

— Награда будет немалой, как я и обещал, — Горг набросил свой плащ мне на плечи. — Теперь я могу назвать тебя братом. Чего ты хочешь? Бери отсюда любой трофей…

Я обвел глазами двор. Ничего из земных благ мне было не надобно. Единственное, чего я желал, не сделаться игрушкой в чужих руках. А то, что я чувствовал недавно не оставляло мне ни единого шанса. Спорить могу, что взгляд мой казался им всем безумным. Я и сам не был уверен, я ли сейчас отвечу названному брату, иль демон возьмёт всё на себя. Но Жнец уступил, покушав изрядно, и оставил мне моё разбитое в бою тело.

— Спать… — я остановил взгляд на лице Горга. — Мой тан. Могу я…?

— Да, конечно. Наверху много комнат, выбирай себе любую.

Я поежился, крепче завернулся в подаренный плащ, и медленно, точно после тяжёлой болезни отправился к жилому крылу. Далее они говорили громко, иль Жнец мне обострил слух, не ведаю.

— Странный… — Горг обернулся. Крысолов. Жив, черт патлатый. С хохотом обнялись.

— Чего ты затеял, Горг? — Пробасил Эйгар. — Душу дьяволу продал?

— Ты о чем? — Горг поднял бровь.

— Сам дьявол открыл тебе ворота. Вот о чем шепчутся люди.

— Что за глупости? — Горг недовольно сморщился.

— Верно говорю. Вон спроси их, — Крысолов кивнул на пленных.

— Чего мне у них спрашивать. Я победил, они проиграли. Зилби Смелый тут командовал? Где он? Нашли?

А вот тут, я уж ушёл, могу только представить.

— Неет. Утек. Говорят, ранен в бою, так его в норы и вынесли.

Горг вздохнул, снова направился к пленным. Крысолов последовал за ним.

Пленники с опаской косились на тана.

— Чего? — Обозленно спросил Горг.

— Не знал я, что Фениксы продали душу черному Всаднику. — Выдохнул один из раненых воинов, едва стоящему на ногах.

— О чем ты толкуешь? — Зашипел Горг, подходя ближе.

— Сам Дьявол открыл тебе крепость. Иначе сложил бы ты тут свою голову, — задиристо отвечал второй.

— Хоть дьявол, хоть кто. Я теперь здесь, а вы? — Горг медленно прошелся туда-сюда. — Вы видели Дьявола?

— Видели, — один из стариков выпятил вперед хлипкую бороденку. — Ясно, что душа у тебя черная, ты теперь проклят. — И плюнул под ноги.

Горг сжал зубы, отошел.

— Почему они так говорят? — Он повернулся к Крысолову. Тот пожал плечами.

— Спросим твоего Гордарика?

Горг подумал. Потом кивнул. Уж очень чудной этот Гордарик.

— Спросим. Дьявола узнать сумеешь?

— Как не суметь. У него поди рога, и кровь черная.

— И святого слова боится! — Добавил рядом стоящий рядом воин.

— У Гордарика, поди, рогов-то нету, — хохотнул Горг. — Привиделось им. Со страху…

— Мыслимо ли одному против целой армии? — прошептал на ухо Крысолов. — Еще неясно, как он в крепость попал. Нечисто тут дело. Истину говорю.

— Что ж, пускай так, — Горг подумал немного. — Спросим еще…

— Беда случится, ей-е, — Крысолов покачал головой. — Не будет удачи от такой победы.

- Замолчи, — Горг поднял руку. — Не говори, что мои люди зря здесь свои головы положили. Как появится Гордарик, ко мне его приведешь. А пока ша…

*****

— Чёрная кровь? — удивлённо спросил гость. — У дьявола?

На это хозяин рассмеялся.

— Не обижайся на тёмных людей, благородный асатр. Откуда им знать, что чёрная кровь только у потомков последних богов. — И подмигнул. — У дьявола-то она красная.

*****

Усталость навалилась на меня как-то сразу. Едва демон ушел, тело человеческое, не сдержав чрезмерных нагрузок, дало сбой. Холод доламывал последние барьеры. Когда йорманд подошел ко мне, я едва стоял на ногах.

А как добрался до подобия кровати, уж и вовсе не помню. Уснул, как в обморок упал. Никаких снов в этот раз не снилось. Проснулся — точно вынырнул с глубины. Как-то сразу вернулись звуки и краски. Крепость жила теперь жизнью новых хозяев. Стучали молотки, скрипели пилы. Доносилась брань и говор.

Поднялся, понял, что голоден, как пятеро мужчин. Отправился на поиски съестного. Пока еще не началась круговерть в брюхе. Все смотрели на меня с опаской. Это казалось странным. Но к странностям я уже привык.

По запахам нашел кухонную залу. Там кухарка из пленных налила мне в миску похлебки и отрезала приличный ломоть хлеба. Я, предвкушая обильную трапезу, уселся за стол. Подсел рядом Къелингвар, кровавая тряпка пересекала его голову.

— Жив? — Я усмехнулся. — Поздравляю…

— Тебя тан к себе зовет… — Загадочно кивая промолвил Къелингвар.

— Че вот так сразу? — спросил я, не отрываясь от занятия. Прогрохотали сапоги, в кухню вошли Крысолов и еще двое молодцев.

— Гордарик, — усмехнулся Крысолов. — Здоров же ты спать!

— Угу.

— Двое суток…

— Бывает…

— Пойдем, Горг хочет тебя видеть…

— Пожрать-то можно? — Я обернулся.

— Потом доешь, — Крысолов положил руку мне на плечо. — Пойдем.

Я позволил себя увести. Я примерно представлял, о чём пойдет речь. Но, скажу тебе, не желал покидать этого мира, и думал остаться при Горге Доенвальде мечником. Мы шагали по гулким коридорам на самый верх, где раньше располагался Тан северных кланов, а теперь обитал Горг Доенвальд, будущий тьярд северных земель. В богато обставленной комнате Горг был не один. С ним за резным столом сидел хорошо одетый старик в расшитом золотом плаще. Его я еще не видел ни разу.

Крысолов прошел так же к столу, присел на скамью. Двое молодчиков, что были с нами, вышли прочь, а я остался стоять посреди комнаты.

— Мой тан? — я с недоумением взглянул на йорманда. К чему театр?

Горг покосился на старика.

— Вот это Гордарик. Как тебя?..

— Эрих, мой тан, рода Атилла, — с готовностью ответил я. Старик смерил меня тяжелым взглядом.

— Подойди, — выдохнул он голосом человека, тяжко больного легочной горячкой. Я приблизился на два шага.

— Еще, не бойся, не съем тебя, — улыбнулся старик. Я подошел вплотную, на всякий случай, приготавливаясь к худшему. Что я творил на стене, помнил смутно. Может статься, что и для этих мужей то было через край. Старик придирчиво оглядел меня, сухими костлявыми руками взял меня за запястья, помял их так, точно хотел выдавить пару костей.

— Что такое? — я вопросительно взглянул на тана. Горг, внимательно следящий за стариком, вздохнул.

— Ничего. Удивляются все, как ты живым вышел из того боя.

— Я чрезвычайно везуч… — Усмехнулся я. Старик меж тем вытащил нож, уколол моё запястье. Я молча стерпел, даже с интересом понаблюдал, как кровяная слеза стекла по коже и капнула на подставленный под каплю амулет. Старик покосился на серебряный круг с зеленой прозрачной горошиной внутри. От крови горошина нисколько не потемнела, осталась как и была дивного изумрудного цвета.

— Нет, не вижу я следов Черного всадника.

— Черного Всадника? — Я приподнял бровь.

— Дьявола, — пояснил Горг. — Тут среди моих людей ходит байка, что ты продал душу Дьяволу и я вместе с тобой. Почтенный Сильзений успокоит моих людей, коли это не так.

— На вот, — Сильзений поднялся, взял в руки кубок с бултыхающейся на дне зеленоватой жижей. — Испей настой с добавлением освященного праха. Коль стерпишь, знать чист.

— Чего? — я с отвращение дернулся. — На рвоту похоже, не стану.

Благо, пожрать не дали, скажу я тебе.

— Тогда не смогу сказать слово в твою защиту…

— И я не смогу, — кинул Горг. — По другому станем разговаривать…

— Ты навроде братом меня назвал…

— Потому Сильзений с тобой толкует раньше палача…

Я прикинул последствия отказа, взял кубок, осушил одним глотком. На вкус напоминало разведенную известку с чем-то кислым. Старик с интересом поглядел на моё лицо. Меня дернуло от отвращения.

— Чего ты ждешь? — Скривившись спросил я старика.

— Дьявол явит себя, ежели ты с ним в сговоре…

Голова закружилась, но я стоял на ногах твердо. Настой ожёг желудок, я сглотнул кислую отрыжку. Лицо покрылось липким потом. Горг встал держа наизготовку боевой топор. Я спокойно взглянул на него. К слову, я потом стравил это дерьмо во дворе за постройками.

— Опусти оружие…

— Либо он сильно крепок, либо демон в нем слаб… — Ответствовал наконец старик. — Для дьявола слишком слабая реакция… Кровь не черна. Молитва святая не стала ему препятствием. И знак на полу пропустил его без препонов. Мое мнение такое, что если и есть тут черная кровь, то чуть. Угрозы для человеков нету. Но очищающая молитва не помешала бы. Это ты хотел узнать? — Это Горгу. Я перевел взгляд на тана.

— Я открыл тебе ворота… — Хрипло напомнил я. — Служу тебе…

— Это верно. Если б не твоя помощь, не сумели бы взять крепь… — Горг задумался.

— Это все гордарские магики. У них часто демоны поселяются в людях. Даже деньги берут за такое. Отступники, — продолжил старик. — Смотри сам, что с ним делать. — И сел, устраняясь далее от разговора. Горг тоже сел. Крысолов сверлил меня тяжелым взглядом.

— Не дело всякую чернь иметь рядом… — Вступил он в разговор. — Потому Серые и охотились за ним.

— Охотились, — кивнул я. — Да не по зубам оказалась добыча…

Горг снова промолчал. Стало тихо в комнате. Я вытер пот со лба, вытащил клинки, что до сих пор были с мною. Крысолов вскочил, следом и тан выхватили топоры. Я швырнул их на стол перед Горгом.

— Ты говорил, что никто не обвинит тебя в предательстве… — Я тяжело взглянул в глаза своему тану, уперся руками навалившись на стол. — Решай теперь, так ли это…

— Это не предательство… — Начал было Крысолов, но Горг поднял руку, чтобы тот замолчал.

— Я понял. Мы поклялись друг другу, ты свое слово сдержал, я тоже не отстану, — Снова поднял руку отсекая возражения. — Почтенный Сильзений, подтвердил, что ты человек, ни демон, ни дьявол. Ему верю. Верю и тебе. Я назвал тебя братом. Пусть так и будет.

Крысолов недовольно покачал головой.

— Любому, кто скажет против тебя, я сам отвечу, — Горг посмотрел на Крысолова.

Я кивнул.

— Могу идти?

— Ступай…

Я подобрал свое оружие, и не торопясь отправился восвояси. А они уж еще балакали.

— Зачем ты ему веришь? Видишь? Черная у него душа, черная…

— Не спеши, — Горг вздохнул. — Коли и вправду привиделось чайкам, тогда что? Хорошего воина в расход пустить? Ночь была темная…

— Не можно одному столько наломать… — Шипел Крысолов. — Я тебе кольцо показывал? Адским огнем рассечено. Он цепь порвал? Он, кому еще…

Горг запустил пальцы в волосы.

— Ты пойми, Эйгар, не возьми я эту крепь…

— Тьярд скор на расправу, это я знаю… — Крысолов кивнул. — Что ж, нам на пользу произошедшее. Тебе — И ткнул пальцем в Горга. — На пользу…

— Если что покажется, недолго пустить в расход… — Проворчал Горг.

— Смотри, смотри…

*****

— Они тебе не верили, — уточнил гость. — Но позволили остаться.

— Я уж после такого и рад был, что меня не погнали, — посмеялся хозяин. — Тяжко стало, веришь? Хотел чувствовать себя человеком рядом с людьми. Не хотел в одинокую отшельником. Потому что так демон меня точно сожрал бы.

— Когда же вы встретились с будущей супругой?

— Э, брат, — и снова усмешка. — Я уж ей показался во всей красе. И как она меня взашей не погнала, мне ведаю. Но скажу. Слушай…