Когда Фиона услышала звуки взрывов и стрельбы, она моментально всё поняла. Руки затряслись, ноги задрожали, и она рванула в дальнюю комнату, в которой забилась в угол и зарыдала, придерживая себя за живот.

Она не знала, сколько так просидела, тихо сипя от страха, когда по ощущениям ударило так, что она едва не упала. Навалилась тоска, страх, боль и агония, от которых она впервые почувствовала удар изнутри живота. А потом по громкоговорителю раздался сумасшедший крик.

– Так! Прекращаем балаган! Да, поцапались! С кем не бывает? Но сейчас все системы контролируются мной и его божественным величеством, Аидом, и раз такая делюга, кто выстрелит, тому турели запихают килограмм вольфрама в жопу! Или Аид трахнет, и я даже не знаю, что страшнее! Итак, кто первый?

Она почувствовала, как давление ударило в голову, и она заплакала ещё сильнее. Дрожащие руки погладили небольшой животик, и она с тоской произнесла:

– Ну вот… твой папа пришёл… – Слёзы солёными искрами попали в рот, и она просипела. – И на что я рассчитывала… маленький… прости меня…

С этими словами она свернулась калачиком и так и лежала.

Пока не услышала звук открывающейся двери.

В последний миг она подумала о том, насколько жалкой встретит свою смерть. Эта мысль настолько сильно ударила по ней, что она поднялась на негнущихся ногах и медленно встала, направившись в сторону гостиной.

– Так, пиздатая жопка, где эта визгливая балбеска? – Послышался отдалённый рокот.

– Ещё раз так меня назовёшь, то твои кишки повиснут на стене… – Ответил холодный голос Миранды, от которого ей стало чуточку спокойнее.

Она медленно вышла в гостиную, увидев три фигуры, которые направлялись в её сторону. Первым выделялся огромный мужик с лицом, как будто его откопали на кладбище, а после нарядили в броню. Жуткий настолько, что она невольно сбилась с шага.

Второй была Миранда в своём неизменном белом комбинезоне.

И последний был… Виктор. Но не тот, каким она его запомнила. Не красивый и благородный на вид мужчина, который стеснительно улыбался, глядя на ее лицо. А хищное создание в чёрном плаще, с торчащей из-под него бронёй и тёмными очками.

Увидев его, ноги задрожали, и она упала на колени, почувствовав боль в ногах. Губы затряслись, и всё, что она могла издать, это был тихий сип.

– Прошу, не убивай… – Еле выговорила она, заставив всю троицу в недоумении остановиться. – Хотя бы ради ребёнка…

Виктор, который явно хотел дёрнуться к ней, застыл на месте. Она впервые видела его таким. Страшным и пугающим. Теперь она поняла, каким он мог быть. Какие не разглядела в первый раз. Убийца, хищник и потусторонний монстр.

Виктор медленно снял очки, устремив на неё взгляд фиолетовых глаз. Намного более ярких, чем она помнила.

Странную тишину прервал рокочущий голос.

– Ты её пиздил, что ли, Аид? – Проворчал удивлённый здоровяк.

– Нет. – Тихо ответил Виктор.

– Хуле она так тебя боится? – Здоровяк оживлённо замахал руками, заставив Миранду поморщиться. – Я думал, тут будет слезливое воссоединение, как в ёбучих мелодрамах! Ну типа: «Я люблю тебя!», и в ответ: «Нет, это я люблю тебя!», но блять… «не убивай меня» я не ожидал…

– Идиоты… – Прошипела Миранда. – Она в стрессе!

Дверь опять открылась, и в помещение стали входить люди в чёрной броне. Завалившись гурьбой, они в шоке уставились на плачущую на коленях Фиону и стоявшего напротив Виктора, снимая шлемы.

– Что за хуета? – Раздался чей-то голос. – Мы что, не принцессу от дракона спасали, а наоборот?

– Не, они любят такое. Даже ебались так, будто он убивал её. – Раздался очередной ехидный голос, причём знакомый.

Из-за слёз она толком ничего не видела. Протерев рукавом пижамы глаза, она увидела знакомое азиатское лицо, смотрящее на неё с ухмылкой.

– Мы это… сердце принесли, которое Аид спиздил! – Со смехом произнёс странный мужчина, который затем добавил: – А можно я вашу порнуху выложу?

– Диктатор! – Рявкнул Виктор, заставив всех вздрогнуть. – Заткнись!

С этими словами виновник ситуации подошел к ней и подхватив на руки, рванул в другую комнату. Ощутив себя на сильных руках, она невольно прислонилась к Виктору.

– В смысле, порнуху… – Прошептала Фиона, пытаясь сообразить, что вообще происходит.

– Не обращай внимания. Они идиоты. – Тихо ответил Виктор, бережно укладывая её на кровать. – Прости, Фиона. Ты, должно быть, напридумывала себе, раз так встретила меня.

– А что я должна была думать… – Фиона протёрла глаза, пытаясь остановить поток слёз.

– Не знаю. – Так же тихо ответил Виктор. – Я вообще уже ничего не понимаю.

– Я тоже…

Они сидели так несколько минут в полном молчании, пока широкая ладонь Виктора не потрогала её небольшой животик. Прикосновение холодной руки заставило ее вздрогнуть.

– Я думала… мечтала, что мы станем настоящей семьёй. – Тихо просипела она. – Что ты когда-нибудь вернёшься, закружишь меня и сына, и мы будем жить долго и счастливо.

Виктор молчал, лишь медленно водя рукой по её животу. А она всё пыталась говорить глупые слова, которые превращались в неостановимый поток.

– Потом я поняла, что ты не тот, за кого себя выдаёшь… а потом… всё так запуталось, что я стала тебя бояться и ненавидеть… Каждую нашу минуту я вспоминала уже не с тоской по тому, что ты ушёл… а с ужасом… Ты раздел меня… оголил всю мою натуру… и ушёл, оставив наедине с собой. И я поняла, насколько я убогий человек…

– Ты всё не так поняла. – Виктор успокаивающе погладил её по волосам.

– Так ты не будешь меня убивать? – Вытирая дорожки слёз, спросила Фиона.

– С чего ты вообще такое решила? – Улыбнулся ей Виктор.

Но вместо успокоения от знакомой улыбки в ней проснулась злость и ярость. Эмоции захлестнули так резко и с такой силой, что Виктор буквально отшатнулся.

– А как я ещё должна была понимать?! – Громко завизжала она. – Что ты, ублюдок, какой-то непонятный хрен, засадил в меня своего сперматозоида?! А потом отшил меня?!

– Когда я отшивал тебя? – Виктор был настолько шокирован сменой её эмоций, что спиной вперёд отпрыгнул к двери.

– А как понимать «пиши только по делу»?! – Громко крикнула она. – Как понимать, что ты не отвечал мне месяцами?! Даже после того, как я отправила тебе результаты тестов?! Как?!

– Я был занят! – С паникой ответил Виктор, медленно пятясь от неё. – И вообще, мы же договорились с тобой, чтобы ты связывалась по делу! А беременность – это «дело»!

– Я пыталась тебе сказать! Я даже написала тебе первой! – Со всей злостью закричала она.

– «Как дела»? – Виктор округлил глаза, медленно выходя из комнаты, а она, резко поднявшись, пошла на него.

– Да! Как дела! А как ещё нужно начинать разговор?! – Под руку попался планшет, через который она любила смотреть сериалы, и тот полетел в сторону Виктора. – А ты! Ублюдок! Ответил! Мне! Пиши! Только! По! Делу! – С каждым словом она отправляла в Виктора всё, что смогла обнаружить под рукой.

Лампы, журналы, массажёр, табуретка – всё отправлялось в Виктора, пока тот уворачивался, отступая. В себя она пришла, когда поняла, что опять стоит в гостиной, а на неё смотрят полтора десятка мужчин в броне, и Миранда, глаза которой походили на синие блюдца. И Виктор, который в этот момент спрятался за бледного великана.

– А вот это уже похоже на сериалы! – По помещению загрохотал хохот. – Эй! Ебланы, тащите сюда попкорн! Давайте посмотрим, как Аид получает пизды! Ну ты и долбоёб, Аид… не ответить на «как дела»… и спровоцировать всю эту хуйню мог только ты… только ты, ебланище ты косорогое…

Виктор не ответил, лишь массируя виски.

– Сука, Липа жалко нету… – Послышалось из толпы.

Фиона, ощущая внимание столь странных людей, не нашла ничего лучше, чем спрятаться за диван, обхватив себя за колени и задрожав. И она в шоке поняла, что кусает свои ногти, пытаясь успокоиться.

– То есть вы хотите сказать… – Послышался голос Миранды. – Что напали на Цербер, убили кучу сотрудников, убили Призрака, ударили меня шокером и напали на моего отца просто из-за того, что один идиот не ответил другой идиотке… на «как дела»?

– А, ну да… Мы ещё твоему папашке голову вскрыли. Ну и поставили туда рабский чип. – Здоровяк почесал голову, в шоке присев на скрипнувший диван. – Ну нихуя… ебать...

– Точно! А ещё мы оставили с ним Мясника, заставив Лоусона преподавать ему MBA по корпоративной культуре… – Услышала она очередной голос. – Ебать… вот мы долбоёбы…

– А нихуя так… как-то даже жутко… мы же, получается, не за добро, да?

– Мы… – Здоровяк вытащил сигару и закурил. – Да мы вообще, хуй пойми за что и против кого. Реально, долбоёбы, лезем во всякие пиздорезы, даже не понимаем, нахуя нам это надо. Вон, визгливую бабёнку спасли, а она плачет «не убивайте». Аид, ты че творишь, заебал?

– Иди нахуй. – Прошептал Виктор. – Мне нужен алкоголь и пси-подавитель.

– Опять будешь шлюх доводить до трясучки? Пятерых на этот раз маловато будет да?… На рекорд идёшь?

– Иди нахуй. – Виктор устало упал на диван, посмотрев в сторону всё ещё сидящей на корточках Фионы. – А теперь пора поговорить…

– Со шлюхами своими разговаривай! – Прошипела Фиона, чувствуя, как её поднимает Миранда.

Поддержка девушки дала ей ощущение опоры, и она попыталась дёрнуться в сторону Виктора.

– Сука! Подонок! Ублюдок! Козёл! Подлец! Блядун! – Заверещала она, пытаясь сорваться к нему, пока Миранда пыталась её удержать. – Мало того, что обрюхатил меня! Так блядовал направо и налево! А потом напугал меня! А потом… – Осознание пришло резко. – Ты записывал видео! Извращенец! А-а-а! Как я тебя ненавижу!

С этими словами она упала в истерику, став рыдать, пытаясь бросаться на Виктора, запускать в него предметы и кричать.

– Дела… нахуй ты её трахнул, долбоёб? Не мог найти кого-нибудь по спокойнее? – Буркнул здоровяк. – Хотя, с другой стороны, чего я ещё от тебя ожидал. Из всего самого хуевого, ты выберешь самое неожиданное, и самое хуевое...

– Иди нахуй...

***

Миранда сидела на кровати и гладила Фионе волосы, пока та, выплеснув бурю эмоций, спала.

Виктор сидел напротив, откинувшись на спинку кресла, и просто смотрел в потолок. Странная ситуация. Даже не странная. Абсурдная. Сумасшедшая.

Она вспоминала слова Призрака перед встречей, когда он сказал, что сегодня ей лучше ничему не удивляться. Кажется, он был прав. Это был действительно сумасшедший день. Страшный, ужасающий, невероятный и совершенно абсурдно-сумасшедший день.

– Станция под вашим контролем, Аид. Солдаты разоружены и сейчас находятся в изоляции. – Тихо произнесла Миранда. – Я выполнила свою часть сделки.

– Спасибо, Миранда. – Устало ответил Виктор. – Я очень благодарен, что всё закончилось относительно… бескровно.

Бескровно… Миранда покачала головой. Бойцы Стикса буквально вынесли большую часть Цербера, загнав их во вспомогательные помещения, даже несмотря на поддержку турелей. И счёт погибшим с двух сторон ушёл за полсотни хороших людей.

– И что теперь? – Тихо спросила она. – Цербер обезглавлен, а вы, я так понимаю, захотите руководить им?

– С чего вы взяли? – Виктор устало выдохнул. – Я впервые за долгое время думал, что нашёл союзника. Что не одинок в своих целях и взглядах. А в итоге… союзника у меня нет.

– Вы не врёте? – Миранда наклонила голову. – Мне казалось… хотя это уже не так важно. Теперь я уже совершенно ничего не понимаю.

– Я не вру. Я правда так считал. – Виктор посмотрел на тихо сопящую Фиону. – Я думал, что нашёл единомышленника, потому что разговор по связи дал мне эту надежду.

– Так всё-таки… кто вы? Я ведь уже поняла, что вы умеете читать мысли, я видела ваш геном, и как человек, который разбирается в этом, понимаю, что вы не совсем человек.

– Вы знаете… – Виктор посмотрел ей прямо в глаза, и она увидела, что его взгляд потускнел. – Я могу ответить вам на этот вопрос, но должен перед этим проверить вас.

– Уже очень и очень страшно. – Миранда натянуто улыбнулась. – В прошлый раз это закончилось отрезанной головой моего руководителя.

– Кстати, после того, как тело начало разлагаться, я приказал полностью сжечь его. Слишком опасно, и нужно провести исследования. Но приступить следует… не знаю когда. – Виктор провёл ладонью по белым волосам. – Что касается проверки, то она чрезвычайно проста. Скажите, вы сможете возглавить Цербер? Готовы ли вы дальше вести его за собой?

Миранда задумалась. Очень сильно задумалась. Она всегда мечтала о признании, о чём-то большем, чем признание. И возможность возглавить Цербер – это было именно то, что могло закрыть эту потребность. Но она не была дурой. Слишком большой объём работы, слишком много проектов, и даже больше. Политика, переговоры и страшная, судьбоносная ответственность. И страх.

Она вспомнила разговор с Призраком. Этот человек, несмотря ни на что, преподал один важный урок. Тогда, ещё утром, его слова казались очередной манипуляцией и даже провокацией. Но сейчас она начала понимать всю их глубину. Объективность при такой ответственности была единственным, за что можно было держаться, чтобы справляться с подобной ролью. И она таковой ещё не была.

– Нет. – Однозначно ответила Миранда. – Я могу только взять крохи ответственности за исследовательские проекты. Но всю эту структуру я никак не потяну. Вам нужно будет искать другого человека либо справляться самому.

На её слова Виктор прикрыл глаза.

– Спасибо за честность. – Тихо ответил он, поднимаясь. – Тогда попрошу для начала позаботиться о Фионе и нашем будущем ребёнке. Теперь, когда ситуация стала настолько сложной, на него будет завязано очень многое. Я постараюсь найти подходящего человека и сам включусь в исследовательские проекты.

– Так вы и вправду не хотите вставать во главе… – Миранда улыбнулась. – Это так странно.

– Нет. Я плохой политик, плохой переговорщик, и у меня чрезвычайно плохо выходит планировать. – Виктор грустно улыбнулся. – Так что я вряд ли смогу.

– Странно… Я думала, что вы можете вообще всё. – Миранда продолжила улыбаться. – Но вижу, что вы не лишены стандартной слабости всех мужчин: выдержать гнев женщины.

– Вы чертовски правы. Против чего-то подобного я совершенно бессилен. Но честно сказать, я бессилен против многого. – Виктор пожал плечами, стоя на пороге.

– Вы так и не ответили на мой вопрос. – Миранда стрельнула глазами в сторону кресла. – И раз я буду заниматься вашим ребёнком, то хотела бы получить понимание, с чем работаю.

– Ох, конечно же… – Виктор прошёл обратно и, присев на кресло, долго пытался собраться с мыслями. – Как будущий директор исследовательских проектов Цербера, вы должны понимать, что на вас ляжет самая серьёзная ответственность. И, скорее всего, вы больше никогда не сможете принимать участие в полевых работах. Вас это устроит?

Миранда нахмурилась. Аид предлагал очень радикальную сделку. Но теперь на кону стояло очень многое. А возможность исследовать новые технологии и генетику… не оставляла ей выбора.

– Да. – Кратко ответила она.

– Тогда, пожалуй, расскажу вам то, о чём не знает больше никто. Даже самые мои близкие люди не знают о моём происхождении. И я не намерен с ними делиться этой информацией до тех пор, пока они принимают участие в полевых работах. Это основы секретности, которые я выучил за десятилетие моей борьбы, и вас это тоже касается. – Тон Аида превратился в усталый монолог. – Начну с того, что я не из этого мира. И мой мир… это война…

Чем дальше говорил Аид, тем больше раскрывались глаза Миранды. И под конец, не выдержав, она прошептала:

– Этого не может быть…

***

Морган вошёл в полутемное помещение с большим иллюминатором, где стояло только одно кресло, в котором сейчас развалился Виктор. Взгляд упал на работающий пси-подавитель, и он увидел, как бледная рука взяла стакан с алкоголем и опрокинула в себя.

– Хуле не зовёшь, Аид? – Буркнул Морган, пытаясь найти хотя бы табуретку.

– А ты опять позовёшь шлюх? – Раздался тихий смешок.

– Я что, колдун ёбучий, чтобы найти шлюх на секретной станции Цербера?

Морган не нашёл ничего лучше, чем сходить в коридор и вырвать лавочку из приёмной, уронив её по соседству с Аидом. Виктор уже протягивал ему стакан с тёмной жидкостью. Принюхавшись, он понял, что это бурбон. Чрезвычайно дорогой бурбон, который приятным эхом растёкся во рту.

– А нихуя, этот безголовый зомби разбирался, как отдыхать. – В руке тут же оказалась сигара, и он выдул кольцо дыма. – До сих пор страшно вспоминать пиздящую голову.

– Да, во вкусе Призраку было не отказать… – Меланхолично ответил Виктор, закинув ногу на ногу.

– Так что теперь?

– А кто его знает…

– А кто, блять, знает? – Морган уставился в глаза Аида, который смотрел сквозь него. – Говори уже, что ты там задумал, ёбанный тихушник.

– Ты, как всегда, лаконичен. – Виктор грустно улыбнулся. – Пока думаю. Но Цербер придётся поднимать. Как и Стикс.

– Это понятно. Я спрашиваю, как именно?

– Нашёл, какие вопросы задавать. – Виктор покачал головой. – Нет, я не могу тебе сказать, потому что сам не знаю. Придётся привлекать людей, планировать, думать над стратегией.

– А Стикс? – Морган засопел. – Только не говори, что теперь мы для тебя использованные гандоны, а ты нашёл новую, и более красивую игрушку.

– Нет. – Виктор встретился с его глазами. – Я никогда так не скажу. Не после всего, что произошло. Не после всего, через что мы прошли.

– Так что ты будешь делать?

– Не знаю, сказал же уже. Я пытаюсь придумать, но в голове пустота. – Уже раздражённо ответил Виктор.

– Сука… тебе бы к психологу. – Морган ухмыльнулся. – А то хуй его знает, до чего ты там дальше допланируешься. Я уже и так в ахуе от всего, что происходит. Ебнуть Призрака на переговорах... из-за "как дела"... ебануться.

Они замолчали, просто смотря в иллюминатор, на какую-то планету. Зелёная, но необитаемая. Бесплодная. Атмосфера на основе серы и ещё чего-то.

– Ты знаешь… – Начал Морган. – Я думаю, что тебе всё-таки надо объясниться. Хотя бы со мной. Команда и так уже понимает, что ты не совсем обычный еблан, но спросить стесняется. Но я считаю, что мы заслуживаем знать. – Он посмотрел в фиолетовые глаза.

– Уже второй раз спрашивают. И даже странно отвечать на этот вопрос. – Виктор затянулся.

– Ты кому-то уже рассказал, а мне нет? – Голос Моргана стал набирать мощь. – Аид, сука ты тупорылая! Какого хуя ты пиздишь всем, кроме меня?! Ты охуел?!

– Тише, пожалуйста… – Виктор поморщился, потирая виски. – И да, я рассказал, предварительно договорившись, что теперь она станет полностью изолированной от остального мира. Это нужно для секретности, чтобы тайна не уплыла из наших рук. Слишком многое завязано на мою тайну. К тому же она будет заниматься исследованиями.

– Она? Пиздатая жопка, что ли? – Недовольно проворчал Морган, присаживаясь обратно. – А мне ты вообще собираешься рассказывать?

– Ну ты же не пиздатая жопка... – Усмехнулся Виктор, с воздохом продолжив. – Зависит от того, захочешь ли ты прекратить воевать и сосредоточишься на тыловой работе. Там, где риски попасть в плен минимальны. – Ответил Виктор. – Тогда на тебя накинут кучу уровней секретности, и ты станешь перебирать бумажки.

– Вот ты сука, уёбок. Опять свою циничную натуру показываешь… – Морган раздражённо выдохнул дым. – А можно не так радикально? Ну типа, пизданёшь так, чтобы я понял, но чтобы не до конца?

– Наверное… Попробую. – Виктор явно задумался. – Я из другого мира.

– Типа не из пизды, а из жопы? – Спросил Морган, отпивая бурбона.

– Типа того. – Виктор невесело улыбнулся, а затем рассмеялся. – Ты как обычно точен. Я именно из жопы. – Он затянулся сигарой и медленно выдохнул. – Я воевал десять лет, воевал против пришельцев. А потом погиб и оказался здесь, на Мендуаре. Ничего не зная, ничего не понимая, я пытался жить обычной жизнью, хотел путешествовать, посмотреть другие миры. Думал, что попал в настоящий рай или отпуск.

– А потом настал пиздец. – Морган кивнул. – Дела… а твоё колдунство?

– Это наука, которая в моём мире пошла по другому пути. – Виктор пожал плечами. – Но дальнейшие подробности я тебе не скажу, пока ты не завяжешь воевать.

– Понятно. – Морган медленно переваривал новые данные. – В целом нихуя ты нового не рассказал, но хоть так. Спасибо, долбоёб.

– Пожалуйста. – Виктор фыркнул.

Они посидели ещё несколько минут в молчании, и Морган решил действовать.

– Значит, смотри, какая хуйня. У нас есть Стикс, и теперь у нас есть Цербер, верно? – Дождавшись кивка Виктора, Морган продолжил: – Мы строили Царство Аида. А Аид – это твоё ёбучее величество Виктор Волков. Так? – Дождавшись очередного кивка, Морган с ухмылкой продолжил: – Так давай поступим просто. Давай строить это ёбучее Царство с этими двумя силами. Найди каких-нибудь долбоёбов, которые возьмут на себя основное управление, как Бато и остальные в Стиксе. И будете потихонечку выстраивать твоё ёбнутое Царство с блэк-джеком и шлюхами. Я и дальше продолжу придумывать хуйню про Стикс. Я уже придумал иерархию, структуру и всякую подобную залупу. Даже есть мысли, как использовать рабов. А ты и твои долбоёбы будут выстраивать тыл. Цербер же секретная хуйня? Так пусть так и остаётся. И ребят возьми из наших. Я тут внезапно понял, что Тени всё равно звучит хуёво.

– Тени? Почему? – Виктор явно удивился.

– Да потому что куда ни плюнь, везде всякие Тени. – Морган сердито махнул рукой. – Это уже звучит дёшево. Нахуй. Поэтому мы станем Свитой Аида. И она будет везде, нахуй. И в Цербере, и в Стиксе. Типа самые крутые ебланы, которые шли с тобой изначально.

– Ты так просто говоришь разделить команду. – Виктор покачал головой.

– А как ещё прикажешь? Что мы вечно будем дюжиной долбоёбов, которые рвутся в самый пиздорез? Не, это вообще хуйня. – Морган задумчиво задымил. – Надо развивать, пока развивается. И я тут понял… – Он отпил бурбона. – … не все из нас мертвецы. Хоть и хотят казаться ими.

– Как ты это понял? – Аид явно удивился. – Даже я этого не понял, а ты понял.

– Змей, Дилан, Нзато и, конечно же, Чень и даже Гора. – Морган медленно выговаривал имена команды. – Они хотят жить. Особенно последний, и я думаю, что это хорошо. Пускай валят в Цербер и потихоньку вливаются. Здесь им найдётся работа по душе. А я хочу… реку мёртвых. Я хочу аккумулировать всю эту ебланскую энергию в злость, которая накроет всю галактику. И я, кажется, знаю, как это делать.

– Давай сначала поговорим с ними, хорошо? – Ответил Виктор, отпив бурбона.

Они так и продолжали сидеть, обдумывая новые условия.

– Я чудовище, Морган? – Тихо спросил Аид, заставив Моргана нахмуриться. – Даже Фиона смотрела на меня так, будто была готова к смерти от моих рук.

– Да потому что она дура. – Буркнул Морган в ответ. – Не парься об этом. Ты, конечно, самый смертельно опасный сукин сын, которого я знаю, но так же ты тот ещё долбоёб. А это человеческая черта.

– Ха… – Виктор улыбнулся. – Может, я чудовище именно потому, что идиот?

– Нет, ты идиот, потому что слишком умный. – Морган ухмыльнулся, оформив символический удар в плечо Аида. – Ты тупой, потому что в один момент ты крутой ебака с большим членом, футболист из Премьер-Лиги, а в другой момент – ты тупой девственник, который перепутал отверстия. В этом весь ты, и даже не знаю, можно ли это исправить или нет. И заебал со своим чудовищем. Это меня пугаются прохожие, а не твоё ёбнутое величество.

– Уел. – Виктор вздохнул. – Действительно, даже не понимаю, через что ты прошёл, чтобы стать таким мудрым.

– О! Наконец-то ты спросил, тупая пизда! – Морган заржал. – Я, сука, столько ждал, а ты, еблан, всё никак не спрашивал!

– Так ты расскажешь? – Виктор обернулся, отпив бурбона, и с интересом уставился в глаза Гроба.

– Ещё спрашиваешь! – Морган размахнулся рукой. – Это же моя гордость! Я же крутой сукин сын!

– Говори уже. – Виктор откинулся в кресле, рассмеявшись.

– Короче, я родился в Литл-Рок, что в Арканзасе, когда дядя изнасиловал мою маму. Родной, сука, дядя… – Морган с ухмылкой выдул сигару. – Родился я, короче, а папа-дядя в тюрьме. Мне сделали генную терапию, вся хуйня, но как-то так получилось, что я немного отличался. У меня меланин в коже не задерживается.

Виктор в шоке смотрел на радостно рассказывающего Моргана, пытаясь понять, как тот мог с таким лицом рассказывать об этом.

– И все меня пиздили лет до… тринадцати. Родственники, соседи, в школе… дохуя, короче. – Тем временем говорил Морган. – А потом я вырос. Резко и как понос. И теперь меня никто не пиздил, а пиздил уже я. Тогда я понял, что меня боятся. Вот тогда-то я и понял, какое я чудовище. Хотя многие меня жалели, но я ненавидел жалость. Я был большим, и сильным, и страшным. И жалость не давала мне двигаться дальше. Когда был малой, понятно, что жалел себя, плакал. Но потом понял, что это пиздец бесполезная и даже вредная хуйня.

– А мама?

– А мама? Она была… – Морган задумался, отпивая бурбона. – Она была доброй. Пожалуй, даже очень. Денег не хватало, но даже так она пыталась мне помочь, учила, хотя сама читала по слогам. Вот… Правда, мой отец её убил, когда мне было шестнадцать. Он вышел из тюрьмы и пришёл домой, когда я был в школе. Изнасиловал и убил её. А потом пришёл я и убил уже его.

Морган посмотрел на планету, цедя сигару. Так давно это было.

– После этого я скрывался, вступал в банды. Потом удалось рвануть с Земли. Тогда до меня стало доходить, что я не смогу побороть отношение ко мне, как к чудовищу. – Морган посмотрел в глаза задумчивого Аида. – И поэтому я понял, что раз я монстр, то мне нужно стать самым охуенным монстром. Самым крутым перцем, самым опасным, самым заебатым! И тогда всё стало проще. Мир стал проще.

Виктор впечатлённо откинулся на спинку кресла.

– Я это к тому, что ты ведь сам понимаешь, куда мы идём. – Морган посмотрел в его глаза. – Так что зачем ты вообще паришься об этих тупых вопросах? Делай красиво и без оглядки! Твори хуйню! Относятся как к ублюдку – забудь! Или даже пойди к этому навстречу!

– Наверное ты прав. – Виктор не пытался как-то показать свою жалость, за что Морган был ему благодарен. – Но странно это все. Я не строю иллюзий, я убийца, оружие. И наверное, останусь таким. Просто... иногда странно осозновать, что я не хороший человек.

– В том то и проблема, что ты слишком хороший человек. До такой степени, что долбаеб. – Морган рассмеялся. – Ну прилетел ты из другого мира, так? Обычный нормальный человек бы продал свои шмотки, сперму, и трахал бы всех сук на пути. И плевать ему было бы и на рабство, и на прочие глупости. А ты... ты долбоебище, потому что решил изменить этот мир. Бороться за все охуенное против всего хуевого. И сделал это в своем неподражаемом стиле так, что очко разъехалось у всех вокруг тебя. У твоей бабехи, которая просто чилила, у пиздатой жопки, которая вообще в ахуе, у меня, у команды. Да даже у тебя самого. Ты реально психопат, который ворвался в бордель, чтобы спасти оттуда всех шлюх, но вместо нормального спасения, решил затрахать их до смерти! – На этих словах Морган раскатисто заржал. – Ебать, я так давно не ржал...

– Я понял тебя. – Виктор признательно кивнул, подняв стакан. – Тогда твоё здоровье, охуенное чудовище.

– Твоё здоровье, охуенное чудовище! – Морган чокнулся со стаканом Виктора, и они дружно отпили.

***

Петровский медленно пил чай, смотря в окно кабинета. Там проносились челноки, внизу ездили машины, а он всё смотрел и думал над сложившейся ситуацией.

Адмиралтейство всё-таки начало действовать, причём сразу по всем фронтам, от СМИ до правительства. Поднялась такая буча, что трудно было даже осознать. К нему постоянно шли толпы журналистов, командиров, политиков с целью узнать судьбу его ведомства.

В СМИ превалировало мнение, что штаб Сухопутных сил больше не нужен. И даже опросы населения показывали схожую тенденцию. Все настолько поверили в Флот, что даже мыслей не допускали, что это глупое решение. Даже из родного правительства теперь шли похожие лозунги. Да, там всё ещё оставались союзники, но ситуация была уже понятна.

Его время ушло, и вернуть его было нельзя. Даже если он обнародует видео, переломить ситуацию оно не сможет. Нужно было создать такой хаос, который полностью сломает всю игру Альянса и людей, за ним стоявших. Тандемный удар, от которого вся шелуха спадёт и начнётся настоящий хаос, в котором он сможет создать хоть какой-то, хоть и теневой, но центр силы.

На экране загорелся входящий звонок в фиолетовой окантовке. Фиолетовый цвет означал самую защищённую и самую высокопоставленную линию, по которой обращались самые первые лица Альянса. Вот и очередной звоночек, отмеряющий его последние дни в Альянсе.

Глубоко вдохнув воздуха, он убрал в сторону стакан с чаем и, выпрямившись в кресле, нажал на приём.

Напротив появилась голограмма скрытой тенями фигуры. Интересно. Кто-то из кукловодов решил лично с ним попрощаться?

– Приветствую, генерал Петровский. – Голос звучал приглушённо.

– Приветствую, таинственный незнакомец. – Петровский тонко улыбнулся.

– Перейду сразу к делу. Моими агентами предпринимались неоднократные попытки завербовать вас, и, видя безрезультатность данных мер, я решил созвониться с вами лично.

– Призрак… – Почти под нос произнёс Петровский. – Признаться, я удивлён столь открытому вашему появлению.

Значит, Виктору не удалось…

– Да, к сожалению, мне известны подробности ваших действий, которые заново открывают для меня масштаб вашего влияния на мои интересы. – Фигура наклонилась. – И сейчас я в очень сложной ситуации, когда предполагаемый кандидат решил укусить кормящую руку. Так что время вышло, генерал Петровский. Я отзываю своё предложение.

В этот момент на омни-тул, на самую засекреченную почту, по которой он держал связь с Виктором, пришло сообщение.

«Удалось. Белая Собака укрощена. Прошу взяться за дрессировку.»

После прочтения сообщение тут же было автоматически удалено, и его кабинет погрузился в тишину. Он тупо смотрел в окно, пытаясь осознать все, что только что произошло. А затем Петровский рассмеялся со всей силы. Настолько, что горло пересохло, и он, едва не давясь чаем, посмотрел на тёмную фигуру.

– Вам есть что сказать? – Вкрадчиво спросила фигура Призрака.

– Это была хорошая партия. – Петровский со смешком отпил чай. – Это была действительно хорошая партия.

– Счастливо оставаться. Жаль, что нам не удалось найти общего языка.

– Прекрасно. Просто прекрасно. – Олег Валерьевич засмеялся, когда голограмма пропала. – Ну и ну… что за ужас тут творится…