Очир молча сидел у лифтовой шахты, свесив ноги и смотря вниз. Сколько времени уже прошло? Он не знал.

Сон не шёл. Идти гулять с остальными он не мог. Теперь не мог. Досик ушёл, а за ним и Синдзи. Два человека, которые могли понимать его без слов. Слишком много общего у них было. А теперь он остался совсем один.

Вокруг ходили бойцы Стикса в череполиких шлемах и регулярно пытались у него что-то спросить. Но вскоре вокруг него встали несколько ронинов, отцепив место его уединения. Он не просил их об этом, но был не против.

Голова была пустой. Мысли никак не хотели приходить. Оставалась надежда, что он вновь услышит голоса с той стороны. Голоса мертвых друзей.

К нему приходил Морган, пытался нести свою околесицу, но вскоре он ушёл. Потом рядом сел Борч, который находился рядом с ним уже несколько часов, ничего не говоря. Они просто смотрели на шахту, каждый думая о своём, пока кроган не нарушил тишину.

– Моего отца звали Харч из клана Огар.

Голова Очира была настолько пуста от мыслей, что эта жуткая в своей сути фраза заставила его выйти из оцепенения. Точно, он ведь убил отца этого, в своей сути, ребёнка. Убил жутко, буквально испепелив того изнутри, и всё ради того, чтобы утолить свою ярость.

Тем более было странно видеть, как вместо того, чтобы возненавидеть его, он наоборот постоянно тянулся к Очиру. Повторял его действия, часто прикрывал, двигался за ним. Уже сейчас он неплохо управлялся ракетницей, хоть ему было учится и учится.

В голове всплыло воспоминание о коммодских варанах и мифе об их привязанности. От этой мысли Очир вздохнул.

– Ты ненавидишь меня? – Тихо спросил Гора.

– Нет. С чего бы это? – Круглый глаз повернулся на него, а в руке ящера появилась сигара.

– Я ведь убил твоего отца.

Борч закурил сигару, вызвав у Очира едва уловимую улыбку. Борч ведь по сути еще ребёнок, а им курить было нельзя. Хотя, с другой стороны, у этих ящериц настолько высокий предел прочности, что от табака они даже не почешутся.

– Но в честной схватке. – Тем временем ответил кроган. – С чего бы мне ненавидеть сильного воина? Тем более человеческого крогана.

– Как? – Очир обернулся, пытаясь понять, о чём речь.

– Человеческий кроган. Так вас называют. – Ухмыльнулся Борч, выпуская дым. – Видео с убийством моего отца распространилось очень сильно. В последний раз я выходил в экстранет ещё до Протеи и видел, что там очень много просмотров. Вас теперь называют Вулканом.

Гора покачал головой. Стать знаменитым, да ещё и в таком амплуа, он точно не желал. От внезапной догадки он вздрогнул.

– Они узнали моё имя? – Он посмотрел на Борча.

– Да. Они знают. Мунхжаргал Очирбат. Такое сложное, но сильное имя, как рычание. Моим соплеменникам оно очень нравится. – Его имя Борч произнёс почти полностью правильно. – На вас теперь есть целое досье, и многие хотят сойтись с вами в открытом бою. Даже ставки делают.

Очир взлохматил волосы. Вот идиот. Мало того, что подставил всю команду, так ещё и стал известным. А ведь они могли выйти на его родственников.

Точно, родня ведь теперь тоже в курсе, что он жив. Это было просто ужасное открытие.

– А остальных они тоже узнали?

– Большинство. Тогда по сети гуляли слухи о вас и Аиде. Но без особых подробностей. Установили только то, что вы связаны с террористическим актом на Новерии. Хотя как дело обстоит сейчас, я не знаю. Бывают ролики выстреливают и ажиотаж вокруг них долгий. Бывает, сразу забывается. Но кроганы точно не забудут. Мой народ любит такие вызовы.

Очир невидящим взглядом посмотрел в шахту. Ну вот, про Досика теперь тоже все знают, особенно его родные, с которыми он не разговаривал. И Очиру как-то придётся с этим жить. Вернее, существовать. От боя к бою, до тех пор, пока не уйдёт на тот берег. К родным, которых он забыл, к Досику и Синдзи. И ко многим другим.

– Так почему ты не ненавидишь меня? Разве отец не был тебе близок? – Спросил Очир.

– Близок? – Борч нахмурился. – Как вы и Досик? Точно нет. Скорее, как Аид с нами после Калестона. Я его боялся и подчинялся.

– Теперь стало понятнее. Твой отец был больше командиром, чем отцом? Или как это у вас работает?

Очир не понимал социальных связей кроганов. Даже общего представления не имел.

– У нас… – Борч пожевал губы, затягиваясь сигарой. – Всё просто. Кроган – это кроган. Сын, отец, брат, разницы нет. Мы клан, и клан действует под началом вождя. Когда кто-то хочет оспорить право руководить, он вступает в бой с вождём. Обычно это заканчивается смертью. Ещё есть банды, где всё ещё проще. Кто сильнее, тот и приказывает. Всё. А у вас?

– У нас… – Очир задумался. – У нас всё гораздо сложнее.

– У вас есть отец?

– Есть. – Слово далось тяжело.

Он ведь где-то там, на Земле, пытается узнать, что с ним случилось. Куда пропал его сын и вся его семья. И вот он узнает об этом из новостей, где Очир убивает крогана в рукопашную, а после сжигает его изнутри. Какой же он идиот, что не рассказал о себе сразу.

Мама, сёстры и братья. Вся родня, они, наверное, в шоке, пытаются понять, что произошло. Еще и сами туда полезут, пытаясь узнать подробности. А он поставил их жизни под угрозу. Что за идиот.

– И какой ваш отец? Вы общались с ним как с Досиком? Или как с Синдзи? – Непосредственно спросил Борч.

– Как… Примерно как… – Очир попытался сформулировать ответ и не мог подобрать слов. – Не знаю. Это очень сложно.

– Было бы интересно узнать. – Пробормотал Борч. – Мне всё интересно. Особенно странные шарики, которые готовил Синдзи. Круглые, с мясом и рыбой.

– А моё мясо?

– Вкусно. – Однозначно высказался Борч. – Но не интересно. Шарики интересные. И кушать их интересно. До последнего не знаешь, что окажется внутри. На Тучанке я ловил рилов, запекая в песке, но это было скучно. Никакой тайны. А в шариках рыба, мясо, овощи… люблю, когда попадалась рыба. Кости вкусно хрустят. Но даже если не угадал, всё равно интересно.

– Попробуй научиться их готовить. – Очир улыбнулся.

– Синдзи прогонял меня с кухни. – Борч грустно вздохнул. – Хотя я хотел.

– Синдзи… был сложным человеком. – Очир задумался. – Но он всё равно был сильным. Даже сильнее меня.

– С чего бы? – Фыркнул Борч. – Вы самый сильный в команде! Аид самый смертельный, а вы самый сильный!

– Нет. Я не о физической силе. Хотя есть ещё Морган. Он тоже не слабак. Я говорю о силе духа.

– Сила духа? – Борч развернул к нему голову. – Это как?

– Это когда можешь перебороть собственные страхи. Даже не так. Когда можешь перебороть самого себя.

Вместо ответа Борч поднялся на ноги, встав в боевую стойку.

– И как мне бороть самого себя? – Недоуменно спросил кроган, попытавшись обхватить себя за туловище. – Как Синдзи это делал? Я тоже хочу быть сильным духом.

Очир на эти слова негромко рассмеялся. До чего наивный юноша. Совсем еще ребенок.

– Есть что-то, что ты не любишь? Или ненавидишь? – Спросил он.

– Ненавижу? – Борч задумался. – Не знаю. Не люблю, когда спина чешется.

– Допустим… – Очир попытался придумать. – Допустим, что ты бы навсегда перестал чесать спину, даже если она ужасно чешется. Сможешь?

Борч задумался. И думал очень долго, прежде чем ответить.

– Наверное, нет. Как же я не почешусь… она же зудеть будет… – Пробормотал кроган.

– Вот. А он смог. – Ответил Гора. – И Досик тоже смог. Кажется, они смеялись, когда уходили.

– Вот оно что… да, тогда я примерно понял… – Борч озадаченно кивнул. – Значит, они сильные. Тогда я пошёл учиться делать рисовые шарики.

– Они называются онигири. – Произнёс Очир. – И не говори никому, где я. Пусть отдыхают.

– Хорошо.

С этими словами Борч ушёл. А он опять остался один, рассуждать о жизни и смерти. И к этим размышлениям добавились тяжёлые мысли о родственниках. Выходит, умирать ему было пока рано. Нужно было раздать долги.

В последующие дни он занимался снаряжением и постоянно приходил к шахте лифта. Требовалось всё обдумать.

Он слышал Досика и Синдзи во время боя. Он не мог этого выдумать. Его друзья каким-то образом помогали ему наводить прицел и убивать врагов. И ему казалось, что именно здесь, у шахты, он мог реально это почувствовать.

В очередной день он сидел у шахты, тщетно пытаясь услышать голоса друзей, но ничего не выходило.

– Не стоит. – Рядом раздался тихий голос.

Очир обернулся, увидев Виктора, который медленно подошел, встав рядом.

Последствия штурма сильно отразились на лидере. Кожа стала ещё бледнее, глаза потускнели до тускло-сиреневых, вместо ярко-фиолетовых. Он был одет в обычную чёрную одежду, которая сильно контрастировала с его предыдущими образами. Движения его были скованными, вместо обычной мягкой пластичности, ломанные, натужные шаги. Поморщившись, Аид присел рядом, смотря вниз шахты.

– Почему? – Тихо спросил Очир.

– Потому что они погибли. – Спокойно ответил Виктор, прикурив сигару. – Разговаривать с мёртвыми — весьма плохое занятие.

– Я бы многое отдал за возможность поговорить с ними. – Произнес Гора.

– Но ты ведь говорил с ними?

– Да. Я знаю, что их не вернуть. Что они были по-своему счастливы в момент смерти. Смеялись и опять говорили глупости. – Очир задумался над следующими словами. – А потом они помогли мне сражаться, направляли оружие, смотрели по сторонам. Но всё равно их не хватает. Они меня понимали.

– Мда… – Виктор вздохнул. – Я это понимаю. И тебя я, наверное, тоже понимаю.

– Я знаю. Возможно, что ты потерял больше всех нас. – Ответил Гора. – Даже больше меня, того, кто потерял память о своей семье.

– Возможно, что моя проблема как раз в обратном. – Виктор невесело улыбнулся. – Моя проблема в том, что я все помню даже слишком хорошо.

Они несколько мгновений молчали, просто смотря вниз. Там, внизу все еще находилось много людей. Очень много людей, которых они спасли, но которые все еще не знали об этом.

– Я бы хотел увидеть лица семьи, вспомнить, обнять. Понять, что я потерял. А потом я понимаю, что боюсь. – Едва выговорил Гора. – Боюсь, что кошмар станет ещё ужаснее. Что потом меня будут изводить не безликие тени со знакомыми голосами, а родные дети и жена. И это страшно.

– Да… это страшно. – Виктор кивнул, выдыхая дым. – Но бывает так, что страх затмевает разум, не давая сделать шаг. А когда ты всё-таки его свершишь, удивляешься, чего ты так боялся?

– А ты умеешь бояться? – Спросил Очир.

– Умею. Ещё как. – Тонко улыбнулся Виктор. – Но я давно выучил этот урок, и поэтому понимаю, что важно делать шаг вопреки страху. И даже использовать его. Идти на встречу, и тогда страх проходит, иллюзии исчезают, а боятся неизвестности можно долго, но это точно не приблизит тебя к твоей цели.

– Это… – Очир задумался. – Очень интересный взгляд.

– И тебе придётся поступить так же. – Виктор слегка смутился, нажав на омни-тул. – Откроешь, как будешь готов. Досик оставил тебе подарок. И там все твои страхи.

Виктор медленно и аккуратно встал, слегка покачиваясь от любого движения. Напоследок он добавил:

– Я вижу, что ты уже немного изменил свои взгляды. – Виктор вновь тонко улыбнулся. – И у меня будет просьба. Прилетели представители водного народа, и я бы хотел, чтобы ты рассказал о смерти Синдзи его родственнице.

***

– Ну здарова, зайбал…

На экране появилось лицо Досика. Неуверенное и смущённое, он даже почесал голову, оглянувшись по сторонам.

– Как-то странно записывать такую хрень. Вон ты спишь. – Досик переключил камеру, показав на спящего Очира в трусах, а затем переключил камеру обратно на лицо и вышел из каюты. – Короче… хрен его знает, че я творю. Впервые записываю завещание, и ощущается пиздец как странно. Но почему-то кажется что надо, так что, пускай будет. Кто знает, как там дальше сложится.

Очир откинулся на спинку кровати, улыбнувшись.

– Да-да, раз ты смотришь, я уже того… улетел, короче. Какая-то из хапок все-же меня прикончила. – Досик опять почесал голову. – Так-то в целом похуй. Я и так знаю, что мой путь — весьма тупой способ самоубийства. Да и у тебя ситуация не лучше. Как говорится, два дебила – это сила. А нас тут целая плеяда утырков, которую хорошим словом-то не назовёшь. Одни маты, да препинания.

Досик присел в пустующем камбузе, налив себе чай.

– Я это к чему всё… – Он достал сигарету, пустым взглядом уставившись вдаль. – Ты не подумай, я не сожалею о своём решении. Оно было пиздец каким верным. Наверное, самым верным, которое я вообще совершал. И дело даже не в мести… – Досик вновь затянулся, пригубив чай. – Хотя и в ней тоже. Просто я понял, что шансы-то есть. Как они появились, до сих пор не понимаю. Будто косяк раскурил, и вот на тебе! Армия, культ с черепами, Аид чего-то бормочет, опять небось свои планы планирует. И как будто я в самом начале всего этого пиздеца. Только вот ощущения такие… будто не пойду я дальше. Хрен знает, как объяснить, да и не мастер я словесной эпитафии. За этим обращайся к Гробу. Он тебе все мозги прохавает, и, возможно, будет прав. Всё это я тебе говорю, чтобы ты не тосковал, когда и если я уйду. А то с таким образом жизни, точно надо завещание писать. Это я к тому, что я не жалею, что подпёрся в этот пиздорез. Сам захотел, сам пошёл, сам долбоёб. Считай, диагноз такой.

Очир вздохнул, понимая, о чём говорит его друг. Его и самого посещали подобные мысли, но додуматься оставить видеообращение он не смог. Хотя надо было. Вот только говорить на камеру, как казах, он вряд ли бы смог.

– И ещё… – Досик покачал сигаретой. – Надеюсь, простишь меня, Очирка. Видосы у меня были, с деревни нашей. Я там отфильтровал кучу всего и собрал небольшой архив для тебя. Там твоя семья. – Гора медленно вдохнул побольше воздуха. – Ты не подумай, что я такой жлоб. Просто у тебя реально фляга свистела, а я боялся, что от этого она совсем улетит. Почему сейчас? Да хуй его знает. Хоть не увижу, как ты буянишь. Да и не успеешь дать мне пизды. – На этих словах Досик рассмеялся. – Вот, видишь, какой я хитрый? Пизды ты мне не дашь! Ищи других! Ладно, бывай, братишка! Чмокнул бы тебя, да ты не поймёшь! Ха-ха!

Гора вытер влагу с глаз, улыбнувшись.

– Балбес до самого конца. – Прошептал он и, вдохнув поглубже, открыл фотографии, где на него смотрели три дочки и жена.

***

Саюри медленно двигалась вдоль коридора самого странного строения в её жизни. Круглое яйцо, висящее над глубокой шахтой. Звучало настолько абсурдно, что даже пошло.

Ей всё ещё с трудом давалось ходить по твёрдой поверхности. Но ещё сложнее давался процесс лечения. Её тело будто бы только сейчас поняло, что бороться больше не нужно. Что всё окончено, и от этого организм пошёл в разнос. Каждая частичка тела постоянно умоляла о помощи, вопя изо всех сил. Суставы, желудок, голова, даже кости будто бы посылали болевые сигналы. Но зубы наконец-то перестали кровоточить, доставляя постоянный дискомфорт.

С каким наслаждением она приняла нормальный душ… вид обычной воды, безобидной и ласковой, порождал в голове странное, противоречивое состояние. И вот сейчас их отправили на планету. Третью планету в её жизни. Земля, Протея, Нонуэль.

Вид планеты из вулканов и синего пара заставлял мозг в голове переворачиваться. Она будто не верила, что вырвалась из трясины ужаса пребывания на Плавнике. Будто навсегда осталась там.

Но вскоре они были внутри этой странной конструкции, больше напоминавшей космическую станцию. Внутри всё носило следы сражений, но их разместили на жилых этажах, где почти не было следов боя. Здесь всё выглядело очень странно, будто их поселили в многоквартирном доме, в котором всё есть. Словно она вновь на Земле, еще совсем молодая, готовится к отлету на Протею. Тренажёрные залы, бары, кафе, даже голотеатр и самые разные продукты, о которых она даже не могла ранее догадываться.

Крыло, в котором их поселили, было изолированным, хотя все ее земляки с Протеи могли двигаться совершенно спокойно. Здесь же устроили что-то вроде медицинского центра, который занимался их здоровьем. Но она ещё не успела насладиться всеми удобствами, хоть и очень желала. Ее думы прервали спустя половину дня, когда от двери её жилого отсека раздался звонок.

– Синдзи! – Закричала она, подбегая к двери и не глядя открывая её, запищала она, медленно понижая голос. – Си-и-индзи…

Под конец она замолкла, смотря едва ли не в пояс огромного мужчины. Подняв взгляд, она широко открытыми глазами посмотрела в лицо Горы. Осознание пришло мгновенно.

– Нет… – Трясущимися губами произнесла она.

– Мне жаль… – Тихо произнёс Очир.

Между ними воцарилась полная тишина, который прервал тихий хлопок. Гора в шоке смотрел на живот, в который прилетел миниатюрный кулачок Саюри. А затем ещё один и ещё.

Спустя полчаса Очир сидел на маленькой кровати, гладя по спине вздрагивающую в рыданиях девушку, и думал о том, что отдавать долги было чрезвычайно сложно. А ведь он только что увидел своих мёртвых дочерей и жену. И ему как можно скорее нужно было попасть на Землю, чтобы встретиться со своими родными, с родными своей жены. А ещё нужно было посетить родителей Досика и Синдзи.

Отдавать долги, пускай и чужие, было чрезвычайно трудно. Но он должен был это сделать.

***

– Итак, Воск. – Виктор пробарабанил пальцами по столу. – Выходит, этот Видо сидит рядом с Терминусом, на планете Зоря, и оттуда командует Светилами. А Салем Дал’Сера кто?

Воск смотрел на Виктора и не понимал, кто перед ним. За почти семь дней безвылазного сидения в камере у него была возможность хорошенько обо всём подумать. И выводы получились интересными, даже интригующими.

Он не знал, кто такой Виктор, не понимал того, что произошло, но понимал, что перед ним сила. Стихия, которая могла перевернуть всю галактическую доску. Он видел, какими взглядами его провожают солдаты в череполиких шлемах. Он видел, на что способны его люди. И видел, что здесь они надолго. Нечто подобное он испытывал годы назад, когда поднимался вместе со Светилами. Но тогда это ощущалось иначе. Не столь грандиозно.

Также Воск ясно понял, что Виктор сильно отличался от всех остальных его руководителей. Пока это впечатление ещё не оформилось окончательно, но различия уже были ясны. И первым, что выделяло Виктора, была какая-то болезненная искренность и уверенность в своей цели. А острый ум, чёткая логика и слово, которое ценилось наравне с физическим законом, давало понимание, что он зайдёт очень далеко.

Поэтому Воск решил действовать в абсолютно похожем ключе. Спокойно, не лукавя, не умалчивая и не приукрашивая собственные достижения, рассказывать обо всём, что знал. И, наверное, ему было бы интересно поработать с таким человеком.

– Салем — это всего лишь один из офицеров, который может принимать только ограниченное количество самостоятельных решений. На бумаге его контролируют остальные высокопоставленные офицеры Светил, но на самом деле это решения Видо.

– Какая интересная ситуация. – Виктор поднялся с кресла, налив себе колы. – Какие силы насчитывают Светила?

– Точное число не знает даже сам Видо. – Ответил Воск. – Всё дело в форме организации. Каждая ячейка обладает определённой автономностью, и состав этих ячеек постоянно варьируется. Можно попробовать взять за основу среднее количество боевых единиц, но текучка такая, что разрыв в числовых показателях будет достигать тридцати и даже сорока процентов.

– И как ему удаётся контролировать нечто подобное? – Виктор с интересом обернулся, отпивая сок.

– Через систему заказов. В настоящий момент именно Видо контролирует финансы, и вознаграждение за выполнение заказа идёт через его руки. Также в его руках сконцентрированы основные материальные ресурсы, которые он может тасовать в зависимости от ситуации. Начиная от кораблей, заканчивая доступом к арсеналам, провианту, нулевому элементу и так далее. Система работает давно, и неплохо показала себя. Что касается численности... под сотню тысяч. Но это весьма условная цифра, в которую будет входить в том числе обслуживающий персонал, технический и другие. Вплоть до почти номинально числящихся.

– Понял. – Виктор отвлёкся, когда пиликнул омни-тул.

– Аид, я включаю связь. – Раздался голос Диктатора. – Пока выделенную линию, через которую только ты и я сможем связываться с экстранетом.

– Я не давал такого решения. – Заметил Виктор, переглянувшись с Воском.

– Ну Аид! Ну пожалуйста! Я уже заколебался сидеть без связи целых два месяца!

Воск улыбнулся. Диктатор и раньше был известен среди Светил как непрошибаемый сетевой задрот.

– Ты же нашёл себе хороший досуг. – Раздражённо произнёс Виктор.

– Ну да… Да я не за порнухой! – Принялся канючить Джаспер. – Там много всего накопилось! Ты видел, сколько просмотров с Калестона? Там на Очира и нас целую характеристику написали! Мы же террористы теперь! Даже ЭЭЭ за нас выставило награду! И Дай Линга ищут китаезы. Столько новостей!

Виктор явно удивился, присев на кресло, пока Воск внимательно слушал слова Диктатора.

– Хорошо, но только ты. Позаботься о безопасности соединения. Чтобы отсюда не ушло даже килобайта лишней информации. Отвечаешь лично.

– Обижаешь! Мимо даже сопля не пролетит!

– И раз ты такой молодец, собери все данные, которые касаются непосредственно наших действий. Если найдёшь утечку, сделай всё, чтобы погасить новость.

– Есть, мой босс-капитан! – Раздался радостный крик.

А Виктор, помассировав висок, откинулся в кресле, набирая комбинации на омни-туле.

– Дай минутку. Я быстро проверю почту. – Произнес Виктор, на что ВОск только кивнул.

В этот момент по кабинету раздался какой-то истерично злой женский голос.

– Виктор, мать твою! Кто ты такой?! Мало того, что обрюхатил меня и бросил! Так теперь твоя сперма доставляет мне проблемы! Я спрашиваю, какого хрена здесь творится?!

Воск озадаченно посмотрел на Виктора, который в этот момент пил колу. Дарнер с удивлением обнаружил, что напиток льётся мимо рта, заливая чёрную водолазку.

– Какого… хуя… – Прошептал он, и Дарнер впервые увидел настоящий шок Виктора.

***

Док как обычно занимался здоровьем водного народа, которых он уже успел возненавидеть. Лично он никого не принимал, но формирование целой программы реабилитации ему пришлось продумывать долго и очень тщательно. Как оказалось, большинство местных врачей оказались идиотами, а немногочисленные медицинские специалисты из рядов десантников были заточены под другие задачи. Подлатать, заживить, убить, сделать полевую операцию, пришить руку или ногу. Но не поставить на ноги полторы тысячи человек после десятилетия воздействия агрессивной среды.

– Чтоб я еще раз полез в такую задницу... – Прошипел Док, набирая на медицинском аппарате сложную программу.

Раздавшийся громкий удар двери заставил его подпрыгнуть на месте, как раз в момент, когда он синтезировал весьма специфический препарат, из-за чего вся работа пошла в труху.

– Гроб, мать твою за клитор! Здесь нет бух… – Он замолк, смотря на растрёпанного Виктора.

Глаза расширены, рот приоткрыт, волосы сбились, тяжело и часто дышит. В таком виде он Виктора ещё не видел. Упав на стул, Док поправил очки, готовясь к новостям. На секунду ему захотелось помолиться богу. Только какому? Он ведь атеист. Или уже нет?

– Док… – Просипел Виктор, нажимая на клавишу в омни-туле, и он почувствовал вибрацию сообщения. – Посмотри, пожалуйста. И скажи что-нибудь… что-нибудь успокаивающее.

Томас, внешне сохраняя полное спокойствие, медленно открыл файл, уже боясь того, что там увидит. Вот только вместо Ктулху, нападения батарианцев или очередной болячки Моргана, перед ним возник… результат медицинского анализа некой Фумико Канобу и её плода.

– Так, блять… только не говори, что это ты постарался… – Даже не смотря в монитор, Док обернулся на взъерошенного Виктора.

– Для начала посмотри и скажи мне, я это постарался или не я. – Процедил Виктор, снимая мокрую водолазку.

Пожав плечами, Док углубился в анализы и спустя минуту уже курил сигарету, пытаясь понять, как такое могло произойти.

– Третий нижний отсек. Прозрачная бутылка. Подай, пожалуйста. – Произнёс Док, продолжая слепым взглядом смотреть в расшифровку ДНК анализа.

Когда рядом с ним появилась нужная бутылка, он, рванув её, присосался прямо с горла. Отпив половину, он обернулся на Виктора, подав стеклянную тару.

– Пей.

– Это… я… – Растерялся Виктор.

– Мне плевать, пей. – Рявкнул Док, и под его взглядом Виктор сделал глоток, сильно поморщившись.

– А теперь объясни, Аид. – Процедил Док. – Ты когда решил брать пример с Гроба и не предохраняться? Думаешь, что твоё тело не возьмёт ни один вирус?

– Так это вирус? – Обрадовался Виктор.

– Нет! – Рявкнул Док. – То есть да! Вирус! И это ты! И твой ребёнок! Чем ты думал, когда совал свой член без резинки!

– Я… – Виктор побледнел. – Думал, что я стерилен…

– Снимай штаны, держи банку! – Док не глядя схватил пластиковую тару, бросив её в руки Аида. – Иди за шторку и дрочи! Будем делать спермограмму!

Развернувшись обратно к компьютеру, он смотрел в монитор, пытаясь понять, как Аид мог настолько сильно проебаться. Он же вроде нормальный? Или нет?

– Док, а у тебя шапочки из фольги не будет?

От этого вопроса Томас едва не подавился дымом, развернувшись к Виктору лицом.

– Тебе это мешает подрочить? Может, тебе шлюх позвать?

– Да нет… просто алкоголь может плохо сказаться на всех. – Ответил рассеянный Виктор.

– Где, я блять, возьму тебе фольгу? Я что, алюминиевый завод?

– Ну... ты же знаешь, о моей проблеме. Пси-подавитель нужно усилить. – Виктор явно находился не в себе.

– Точно, ты же у нас человек-грамофон. – Док задумался, осмотрев медицинскую аппаратуру. – А еще нужно сделать реальный эксперимент, чтобы исключить вероятность твоей тупости. Так, шапочка из фольги... и по-хорошему, было бы интересно провести натурный эксперимент с зачатием...

Его рассуждения прервал голос действующего начальника, который к сожалению, тоже оказался идиотом.

– А можно как-нибудь без мастурбации? – Неловко спросил Виктор, которого ударная доза спирта заставила слегка покраснеть.

– Ага… значит нужны шлюхи. – Буркнул он, вызывая Моргана по омни-тулу. – Эй ты, остолоп! Хватай пять бутылок виски и… – Он посмотрел на растерянного Виктора, всё ещё сжимавшего банку в руках. – Пять шлюх.

– Чего бля? – Раздался ошарашенный рокот Моргана. – Ты не ебанулся там? Я тебе, что, жиголо какое-то?

– Именно! Так ты сможешь притащить всё необходимое?! – Рявкнул он. – В противном случае позову Липа!

– Да иду я, иду… – Буркнул Морган. – Только нахуя?

– Виктору нужно подрочить. И нам нужно сделать анализы.

– Так сам ему подрочи. Откуда, я найду тебе целых пять шлюх? У него что, писюн до колен? – Озадаченный Морган явно находился в шоке.

– Хорошо, тогда звоню Липу. – Док закатил глаза.

– Да подожди ты! И для этого нужны шлюхи и алкоголь? Что за хуйня у тебя там творится? – Голос Моргана едва не сорвался в тонкий писк. – Аид опять ебу дал?

– Быстрее, сказал! – Заорал Док.

– Буду через две минуты. Шлюхи через пять. Брюнетки, блондинки, белые, азиатки или чёрные?

Посмотрев на ошарашенного Виктора, и бросив взгляд на анализ, Док процедил.

– Тащи всех, но на азиаток стоит, походу.. – Буркнул Док, обернувшись на Аида. – Так, у тебя подавитель работает на эффекте массы? – Дождавшись кивка, он набрал новую комбинацию. – Бато, помнишь, мы с тобой кое-что обсуждали? Вот, я помогу тебе, только и ты мне помоги. Нужен Громов и нулевой элемент. Для чего? Нужно сделать спермограмму. Да, срочно! Откажешься, обращусь к Такуе, и тогда сам будешь разбираться с Морганом, понял? А, хорошо, жду.

Откинувшись в кресле, он долго смотрел на Виктора, которого, кажется, начало штормить. Он слегка покачивался, пытаясь устоять на месте. И Док тоже почувствовал небольшое головокружение.

– Главное, чтобы Игнис не узнал. Он меня разберёт на части за такие тимбилдинги. – Процедил Док. – А теперь иди и ложись на кушетку. Сейчас у нас будет сдача комплексного анализа. О безопасности я позаботился. Так… пять минут шлюхи… Громов… должен справиться быстро. Нужно как-то изолировать всё, что здесь будет происходить… блять, не сдохнуть бы… и нахуя я всё это наделал…

***

Виктор пришёл в себя резко, будто переключили рубильник. И первое, что он обнаружил, это были пять голых девушек, которые валялись вповалку в той самой палате, где он проснулся в самый первый раз.

Удивляло почти полное отсутствие какофонии чужих разумов, волны от которых часто прорывались даже сквозь пси-подавитель. Только пять пси-слепков девушек, находящихся в кататоническом состоянии. Их мышцы всё ещё дрожали, и он, не понимая, что происходит, огляделся вокруг.

В центре помещения стояла установка на нулевом элементе, которая издавала тихую вибрацию, формируя в центре помещения сферу почти видимого поля.

– И как я об этом не подумал. Можно ведь нормальный подавитель сделать. – Произнёс Виктор, поднимаясь со скользкого от пота и выделений пола.

Во рту поселилась противная горечь, будто он пил алкоголь. Только в последний раз он выпивал… сколько лет назад?

Он медленно прошёл в соседнее помещение.

– Вот он бля… герой нахуй блять… – Прошамкал пьяный Док, едва удерживая себя на ногах. – Хотел анализы? Вот они, нахуй… – С этими словами он показал на монитор, в котором происходило движение. – Вот они твои, маленькие Аиды, блять… пиздец опасные… чуть стекло мне не проели… шутка… блять…

С этими словами Док медленно осел на пол.

– Даже сука… поставил опыт… – Проворчал полубессознательный Док. – Они в яйцеклетку… залезают… будь здоров… дебил бля…

В этот момент в кабинет вошёл качающийся Гроб, несущий в руках целую батарею бутылок.

– О! Нихуя ты быстро в себя пришёл! – Ухмыльнулся Морган. – Нам пришлось влить в тебя пару бутылок его медицинского спирта, прежде чем ты начал трахать… дрочить же не хотел…

– Гроб. Какого хуя здесь произошло? – Процедил голый Виктор, присаживаясь на кресло.

– Док решил всё проверить. – Здоровяк пожал плечами, отпивая алкоголь прямо из горла. – Притащил сюда Громова, он настроил ту хуету, как в твоей серьге, только лучше. Мы влили в тебя алкаху, и ты начал ебать баб. Гордись, что на тебя работает самый ебанутый врач. Даже я охуел.

– И зачем? – Спросил Виктор, наблюдая за шелестящим монитором, на котором двигались сперматозоиды.

– Ну… Док решил проверить всё досконально. – Морган похабно ухмыльнулся. – Даже как-то посмотрел процесс зачатия. Короче, пиздец ты дебил, Аид. Пиздец.

Виктор помассировал голову, пытаясь осознать сказанное.

– Короче, после всего твоего беспредельного траханья, Док дал девчонкам таблетки, чтобы они не залетели. Но в целом опыт нихуя… прикольный вышел. Я даже сам врачом стать захотел. – По помещению раздался хохот Моргана. – Но ты, конечно, еблан. Тебе кто сказал, что ты бесплоден?

Виктор молчал. А что было говорить? Что в своём мире он реально был бесплоден? А здесь почему нет? Видимо, Тайган со своим предположением оказался прав. Бесплодие контролировалось через пси-поле. Это он идиот, думал, что это не так. Дебил.

– Сука… – Протянул Виктор, откидываясь в кресле.

– Ты-то? Ещё какая… – Ухмыльнулся Гроб. – А я тебе говорил, что если у тебя случается хуета, то сразу генгбенг… Не умеешь ты расслабляться. А если отпускаешь руль, то пиздец. Очко потом расходится напополам, как у этих бедных девчонок… долбоёб ты, Аид… долбоёб… причём самый большой среди нас.

Виктор молча смотрел в дисплей, осознавая новое положение дел. Кажеться, ему придеться очень сильно пересмотреть свои планы.

– Нам нужно срочно вылетать на Землю. Готовьте Перебежчик. Все распоряжения отдам по пути. – Виктор со вздохом взял сигарету из валяющейся пачки Дока и, прикурив, уставился на пьяного Дока. – Хватай его. Выступаем немедленно.

– Бухать в дороге можно? – Морган ухмыльнулся.

– Нужно. – Буркнул Виктор, хватая штаны и направляясь в сторону выхода. – Эту здоровенную штуку тоже берите. Я про изделие Громова. И тащи туда весь бар.

– А шлюх? Точно… эти вряд ли уже согласятся. По дороге наберём.