Санни вернул свою судьбу, и мир снова вспомнил его.

Достаточно иронично, что в тот же день память большинства людей в мире была стёрта от событий, произошедших за последние несколько лет.

Некоторые помнили больше, некоторые — меньше, но почти никто не помнил всего.

Излишне говорить, что это был хаос.

Более того, это была катастрофа. Весь мир оказался ввергнут в состояние беспорядка и смятения, и единственное, что не дало ему скатиться в разрушительную панику — это факт, что люди, жившие в Эпоху Заклятия Кошмара, выработали высокую устойчивость к необычным бедствиям.

Некоторые обнаружили себя в новых, незнакомых местах — они переехали или переселились в период, который отсутствовал в их воспоминаниях. Некоторые узнали, что их близкие ушли из жизни. Некоторые обнаружили, что их дети выросли, или что они ждут рождения нового ребёнка.

Некоторые люди внезапно обнаружили, что владеют Пробуждёнными силами, а другие узнали, что продвинулись до нового Ранга, хотя не помнили, как покорили Кошмар.

Это был глобальный кризис невообразимого масштаба, сравнимый только с нисхождением Заклятия Кошмара.

Впрочем, человечество научилось лучше справляться с подобными кризисами.

Нужно ли говорить, что каждый, кто знал, что произошло, сразу же после катастрофы стал ужасно занят.

В ОССК Джет выкрикивала приказы в зале заседаний правительственного штаба, подгоняя своих ошеломлённых и растерянных подчинённых.

След Разорения был мёртв, но, к счастью, большинство высокопоставленных административных работников пережили чуму — так что даже если они не знали деталей, то смогли начать работу по смягчению ущерба, получив небольшую помощь от Жнеца Душ.

Правительство играло важнейшую роль в решении проблемы, потому что оно контролировало информационные каналы и военные силы мира бодрствования. Однако даже огромных глубин его обширной логистической сети было недостаточно, чтобы справиться с последствиями чумы… вернее, её излечения.

В Рэйвенхарте Кай пытался справиться с ситуацией, несмотря на пережитую травматическую встречу с Проклятым Дьяволом… а также худшие несколько месяцев своей жизни.

В Бастионе Эффи приказывала сбежавшим заключённым взять командование над людьми, против которых они сражались всего несколько часов назад, и вместе успокоить потрясённый город.

А на Скованных Островах сама Нефис брала на себя командование великой армией человечества.

Санни прятался в её тени. Мордрет вернул белый туман, выпущенный его предшественником, обратно в жуткие просторы Полых Гор и исчез бесследно… судя по всему, он не горел желанием проводить время с другими Верховными — да и вообще с любыми другими людьми.

Полые Горы встретили его бесконечной тишиной.

А Кэсси…

Кэсси всё ещё спала, полностью истощённая невозможным подвигом — заключить всё человечество в невидимую паутину своего Аспекта.

Было непонятно, сколько времени она проведёт в объятиях глубокого, восстанавливающего сна.

Однако её жизни, похоже, ничего не угрожало, так что всё, что им оставалось, — ждать, пока она проснётся.

Санни тоже был занят.

Ему нужно было забрать Ревел, Айко и Клан Теней оттуда, где они спрятались.

На Забытом Берегу тоже назревала катастрофа — судя по всему, кольцо древних курганов, окружавших Выжженный Лес, в его отсутствие начало источать какую-то зловещую ауру, и несколько охотничьих отрядов курганных призраков возникли из ниоткуда, устроив засаду на Мимика.

Это была проблема, которой ему тоже предстояло заняться позже.

А пока, в это время потрясений и неопределённости, у агентов Клана Теней была работа. Их присутствие было отчаянно необходимо, поэтому Санни хотел вернуть их как можно скорее.

Все были ужасно заняты, и каждому приходилось делать гораздо больше, чем было возможно. Первые двадцать четыре часа после финальной битвы с Порождением Снов были особенно хаотичными, но по ту сторону этого дня… из резни начала проявляться видимость порядка.

Люди всё ещё были растеряны и встревожены, некоторые оплакивали утрату того, что забыли, некоторые забыли, что потеряли. Другие же вместо этого пытались смириться с внезапно обретённым счастьем, которого не помнили…

Но жизнь продолжалась.

Даже если солдаты, находящиеся в ОССК, не помнили, как попали на свои посты в тот день, кто-то всё равно должен был охранять стены карантинных зон, установленных вокруг активных Врат Кошмара, патрулировать пустоши вокруг города и присматривать за Спящими, проходящими свои Первые Кошмары.

Даже если врачи в переполненных больницах не помнили имён своих пациентов, они всё равно должны были их лечить. Люди должны были кормить своих детей, заботиться о пожилых и поддерживать города, в которых жили. Человечество должно было продолжать двигаться вперёд… оно должно было восстановиться и вернуться к работе.

Так оно и сделало.

По крайней мере, оно начало восстанавливаться.

Вот почему вскоре после победы над Порождением Снов члены когорты договорились встретиться лично в поместье Бессмертного Пламени в ОССК. За их неформальной встречей должно было последовать экстренное собрание всех ключевых фигур Домена Человечества, но пока когорта собиралась приватно.

Санни прибыл с особым гостем.

«Дядя Санни…»

Малыш Линг держал его за руку, когда они вышли из теней в одном из коридоров поместья Неф. Санни бросил на него взгляд.

«Что?»

Маленький мальчик усмехнулся.

«Можно мне тоже кошмарного коня? Пожалуйста? Ну пожалуйста?»

Санни усмехнулся.

«Тебе понравился Кошмар, да? Что ж, жаль тебя разочаровывать. Нет на свете другого коня, подобного Кошмару».

Если честно…

Остались ли вообще в мире лошади? Санни не был уверен.

Они подошли к личной гостиной, скрытой в глубинах особняка. Малыш Линг ещё не слышал голосов, но Санни слышал. На его губах появилась нерешительная улыбка.

Внутри говорила Эффи:

«Что ты имеешь в виду, его судьбу украла мерзкая птица? Что за… как это вообще возможно? Ах, забудь!»

Она замолчала…

Но ненадолго.

«Значит, он бросил нас в Рубеже, чтобы пойти сражаться с птицей, а потом вернулся четыре года спустя… чтобы открыть магазин в Бастионе?»

Она сделала паузу, прежде чем пробормотать:

«На самом деле, он всегда хотел управлять магазином Воспоминаний. Наверное, мечты сбываются… молодец, дурачок».

Затем она внезапно закричала:

«Но постойте! Это ещё не всё! Он ещё и соблазнил нашу бедную, наивную Нефис! Подлец!»

Санни чуть не споткнулся.

Ровный голос Неф раздался из-за закрытой двери.

«Кто сказал, что это не я его соблазнила?»

Эффи, казалось, бросила на неё взгляд, полный жалости.

«Ох, пожалуйста…»

Нефис ответила тем же сдержанным тоном.

«Но разве не ты предложила мне… хм… как именно ты выразилась? Ах, да…»

Голос Эффи внезапно подскочил на октаву.

«Нет! Я абсолютно точно ничего не говорила! Твоя память повреждена… из-за Кэсси. Вот почему тебе кажется, что я говорила всё это о Санни. Ну знаешь, о том, какой он… какой он…»

Она замолчала, а затем сказала дрожащим голосом:

«…Он стоит у меня за спиной, да?»

Санни, открывший дверь мгновением ранее, улыбнулся.

«Да».

Затем оглушительный крик заставил его поморщиться.

«Мамочка!»

Малыш Линг бросился вперёд и врезался в Эффи со всей своей Трансцендентной силой. Любая другая мать, вероятно, пролетела бы сквозь стену от неуёмного энтузиазма его объятий, но она лишь слегка покачнулась, опустила взгляд и обхватила мальчика руками.

«Пельмешек!»

Санни смотрел на них с сомнительной улыбкой. Сцена была такой приторно-сладкой, что у него заныли зубы. Хорошо ещё, что маленький вредитель попросил у него только адского коня…

В следующее мгновение, однако, кто-то врезался и в него.

«Санни!»

Санни на мгновение остолбенел.

«Что происходит?»

Кто обнимал его так крепко, что ему казалось, будто он задыхается?

«Ах, точно… это тот болван».

Конечно же, это был Кай.

«Да… я тоже рад тебя видеть, дружище. А теперь может отпустишь меня?»

Вместо ответа Кай обнял его ещё крепче.

Санни тяжело вздохнул и взглянул на Джет, которая сидела на стуле в отдалении.

Его глаза говорили:

«Умоляю, помоги!»

Джет несколько секунд изучала его, затем приподняла бровь.

«Что? Хочешь, чтобы я присоединилась к объятиям, Санни?»

Он на мгновение задумался, посмотрел на Нефис, затем покачал головой.

Джет усмехнулась.

Затем на её губах появилась улыбка — редкая мягкая улыбка, которой он раньше не видел на её лице и которая так ей шла.

Джет вздохнула.

«Хорошо, что ты вернулся, Санни. Это правда… правда хорошо, что ты вернулся».

Санни помолчал недолго. Наконец он медленно выдохнул.

«Это хорошо — наконец-то вернуться».

Нефис, Кэсси, Эффи, Кай, Джет…

Глядя на них, он наконец почувствовал… что он дома. Ему нужно было сделать много дел. Мир снова мог вспомнить его — но для большинства людей, знавших его, это означало лишь то, что они считали его мёртвым, погребённым под снегом где-то в Антарктиде. Только те, кто встречался с Повелителем Теней или Мастером Санлессом лично, знали правду, и большинство из них верило, что Повелитель Теней погиб.

Это означало две вещи. Первое — что нет угрозы пробуждения Забытого Бога из-за него. И второе… что ему многое предстоит объяснить.

В ближайшем будущем Санни придётся навестить нескольких людей. Учителя Джулиуса, Святую Тирис… Наев, наверное, сейчас очень сбит с толку. Санни наконец сможет по-настоящему поздравить Квентина с прохождением Второго Кошмара и дать Ким и Ластеру своё официальное благословение. Были и другие.

И, конечно же… Рейн.

Но пока Санни просто хотел насладиться обществом своих друзей.

Он хотел попросить у них прощения, даже если они, казалось, не держали на него зла за его решение… даже если он знал, что принял бы то же решение снова. Он так долго ждал, когда друзья поприветствуют его, зная, кто он такой…

Санни тяжело вздохнул.

Затем он сказал:

«Ладно. Иди сюда, болван…»

С этими словами он обхватил Кая руками и обнял в ответ.

«Это разовый случай, понял? Не питай иллюзий!»

Несмотря на плачевное состояние мира, здесь и сейчас вдруг стало казаться… что всё будет хорошо.

Что их будущее светло и что для них ещё есть надежда.

* * *

Некоторое время спустя, когда остальные члены когорты ушли на экстренное собрание, Санни остался и медленно направился на верхний этаж особняка. Там он постучал в дверь и терпеливо подождал ответа.

Наконец из комнаты раздался голос девушки:

«Открыто!»

Он помедлил мгновение, затем открыл дверь и вошёл внутрь.

Комната была просторной и ярко освещённой. Там, за столом, сидела Рейн и что-то писала на листе синтетической бумаги.

Услышав его шаги, она подняла взгляд и улыбнулась.

«Привет».

Санни задержался на мгновение, затем закрыл за собой дверь.

«Привет, Рейн. Ах… то есть, Вознесённая Рейн. Поздравляю».

Она поморщилась.

«Я даже не помню, как стала Мастером, так что… это немного странно. Но спасибо».

Рейн отвела взгляд.

«В общем, мне сказали отдыхать и восстанавливаться. Снаружи мир, кажется, сходит с ума, но здесь, на верхнем этаже, тихо и спокойно. Кажется, мама Неф в соседней комнате… Кэсси спала в комнате через коридор, но раз она уже проснулась, то я тут одна».

Санни медленно кивнул.

«Рейн…»

Она сделала прерывистый вдох, затем взглянула на него, её губы слегка дрожали.

Спустя долгое время она тихо сказала:

«Ты присматривал за мной всё это время. Задолго до того, как мы встретились в том круглосуточном магазине… задолго до того, как ты сказал мне, кто ты. Что мы с тобой семья».

Санни медленно кивнул.

«Да».

Её улыбка на мгновение дрогнула.

«Но почему? Почему ты не сказал мне раньше?»

Санни долго молчал, вспоминая молодого себя.

В конце концов он просто сказал:

«Потому что ты во мне не нуждалась».

Рейн отвернулась.

Санни немного помедлил, затем подошёл и положил руку ей на плечо.

«Но, как бы там ни было… спасибо».

Он улыбнулся.

«Возможно, ты во мне не нуждалась… но, оглядываясь назад, я очень в тебе нуждался, Рейн. Так что спасибо, что ты подошла ко мне тогда, много лет назад, и назвала меня нахалом. Я не думаю, что у меня когда-либо хватило бы смелости заговорить с тобой иначе. Спасибо тебе за то, что ты жива, Рейн, и спасибо за то, какая ты есть».

Он отвёл взгляд, его улыбка стала мягче.

«Посмотри, как далеко мы продвинулись, Рейн. Неплохо для двух сирот с окраин, правда?»

Она подняла на него взгляд, в её глазах горели сильные эмоции.

Наконец она глубоко вздохнула и сказала:

«Ты… ты помнишь, что сказал мне перед отъездом в Антарктиду? Ты сказал, что на этот раз останешься в мире бодрствования и что я могу написать тебе в любое время. Ты сказал мне не быть чужой… это было семь лет назад, Санни! Какого чёрта? Разве ты не должен быть самым честным человеком в мире, брат?»

Санни усмехнулся.

«В двух мирах, вообще-то».

Рейн рассмеялась, слёзы блестели в её глазах.

«Точно…»

Она помолчала мгновение, словно что-то вспоминая, а затем ошеломлённо сказала:

«Подожди, ты мой брат… но ты всё равно брал с меня плату за наши уроки? Причём по максимальной ставке, заметь!»

Санни прочистил горло.

«Почему бы ей не быть максимальной? Твой брат, знаешь ли, довольно крутой учитель».

Взгляд Рейн стал опасным.

«О, как будто я не знаю! Как же хорошо я это знаю!»

Звуки смеха разнеслись по коридорам старого особняка, разгоняя тишину.

Санни скучал по этому смеху. Но теперь ему больше никогда не придётся ни по чему скучать.

* * *

Несколько дней спустя, далеко, две фигуры вышли из теней Забытого Берега. Одним из них был Санни, а другим был Астерион — связанный, истощённый, лишённый эссенции и едва способный идти.

Последние несколько дней он провёл запертым в колдовском круге на подземном этаже Безымянного Храма, в компании новой Тени Санни. Это сдерживало Порождение Снов некоторое время… но это не сдержит его надолго.

Так что Санни придумал другое решение.

Он потянул за чёрную цепь, заставляя Астериона следовать за ним на вершину высокой горы из обломков.

Они карабкались по останкам Багрового Шпиля, а поле битвы, где армия Мечтателей дала свой последний бой, маячило вдалеке позади них.

«Какое… очаровательное место».

Голос Астериона был хриплым, но он всё ещё сохранял самообладание.

Санни не ответил.

Вместо этого он продолжил идти, пока они наконец не достигли пункта назначения.

В сердце возвышающихся руин глубокий колодец источал тьму.

Далеко внизу, на дне колодца, виднелся круг чёрной воды, её поверхность была безупречно гладкой… словно тёмное зеркало. Астерион бросил взгляд вниз, и его лицо приняло мрачное выражение.

Наконец он повернулся к Санни и улыбнулся.

«Значит, вот оно что?»

В его золотых глазах вспыхнула нотка злорадного веселья.

«Именно здесь ты намерен заточить меня? Какой прекрасный выбор! Ах, но ты должен знать, что я сбегу и из этой темницы — так же, как сбежал с Луны. Однажды я вырвусь на свободу».

Санни изучал его некоторое время, его глаза были полны мрачной задумчивости.

Затем он слабо улыбнулся.

«Конечно. Я знаю, что ты сбежишь».

Санни глубоко вздохнул и огляделся.

«Но тебе потребуется много времени. А к тому времени, как ты вырвешься… мы либо станем богами, либо не останется никого, кого ты мог бы сожрать».

Санни повернулся к Астериону.

«Понимаешь, Порождение Снов? Да, возможно, я не могу уничтожить идею…»

Он медленно поднял руку.

«…Но я могу сделать её устаревшей».

С этими словами Санни улыбнулся и столкнул Астериона в колодец.

В холодные объятия Тёмного Моря.

Порождение Снов исчез в чёрной воде с криком, и она поглотила его целиком, задушив тёмную злобу его голоса.

Вода несколько раз всколыхнулась…

И затихла.

Вскоре на её поверхности не осталось и следа возмущения, а под беззвёздным небом Забытого Берега не осталось и следа Астериона.

История Порождения Снов закончилась, и вслед за ней должны были начаться новые истории.

* * *

Далеко, в устье Реки Слёз, Ананке сошла с корабля и спрыгнула на землю Царства Снов. Её эскорт остался позади, давая ей пространство. Она с недоумением опустила взгляд, непривычная к ощущению бескрайней твёрдой земли под ногами. Всё было настолько странно, что она чувствовала, будто дни напролёт бродит по этому необычному новому миру в оцепенении.

За лазурным небом не было непроницаемых стен из чёрного камня. Было только одно солнце, пересекающее его бескрайние просторы. Люди старели с течением времени и умирали от старости, оставаясь на месте.

Всё было странно и незнакомо… но не нежеланно.

Потому что этот мир был живым.

Он был полон жизни.

И она собиралась дать своему народу новую жизнь в этом огромном, полном жизни мире.

Ананке долго оставалась неподвижной, затем достала из-под мантии семь костяных амулетов.

Её мелодичный голос разнёсся над туманными берегами Штормового Моря, шепча Имена Возвращения и Освобождения.

А затем…

Бесчисленные фигуры начали медленно появляться вокруг неё — сначала расплывчатые, затем всё более и более чёткие.

Она приветствовала их улыбкой.

Она поклонилась.

«Ананке из Плетения… приветствует Речной Народ!»

* * *

На другой стороне Царства Снов, в разрушенных залах Башни Чёрного Дерева, Кэсси глубоко вдохнула.

Она стояла посреди тускло освещённой комнаты. Ничто не украшало чёрный камень, и никто не составлял ей компанию.

Она была одна во тьме.

Кэсси пришла сюда, чтобы призвать силу своего Аспекта.

Всё было так, как говорил Астерион — она могла проявить только одно Верховное существо, и она уже проявляла себя. Однако дела обстояли немного лучше, если она хотела проявить Трансцендента. Она могла проявить Трансцендентного Титана или семь Трансцендентных Зверей. Она также могла проявлять Воспоминания этого Ранга… но проявление существ или предметов этого Ранга истощало её эссенцию. Поддержание призыва на постоянной основе представляло бы проблему.

Однако сделать то же самое с воспоминаниями низших Рангов было вполне возможно. Она могла бы, например, поддерживать существование тысяч Дремлющих Воспоминаний бесконечно, если бы захотела.

Конечно, Кэсси не нуждалась в тысяче Дремлющих Воспоминаний.

Но у неё на уме было кое-что другое.

Холодный ветер, казалось, пронёсся по тёмной комнате, и внезапно на камнях перед ней на коленях оказался мужчина примерно её возраста.

Мужчина казался ошеломлённым и растерянным, ловя ртом воздух. Он был также совершенно нагим, поэтому она взяла сложенное одеяло из кучи таких же и накинула ему на плечи.

Мужчина вздрогнул и взглянул на неё, его глаза были свежи от воспоминаний о невыносимой боли. На мгновение он, казалось, был ошеломлён её возвышенной красотой.

Но затем на его лице медленно появилось проблеск узнавания.

Мужчина застонал, а затем спросил хриплым голосом:

«Ты… Кассия, не так ли?»

Кэсси кивнула.

«Да. Ты, должно быть, сбит с толку… позволь мне объяснить. Прошло много лет с нашей последней встречи, и за эти годы многое случилось. Я вернула тебя с того света, потому что, несмотря на все наши разногласия… я верю, что миру нужен твой потенциал».

Она выпрямилась и посмотрела на стоящего на коленях мужчину с серьёзным выражением лица. Затем она сказала:

«Спящий Гунлауг! Добро пожаловать обратно в мир живых».

И вскоре она повторила эти слова снова.

«Спящая Кидо! Добро пожаловать обратно в мир живых…»

«Спящий Джемма…»

«Спящий Парк…»

«Спящий Стив…»

«Спящий Джубей…»

Она называла их имена одно за другим, пока её голос не охрип, а голова не отяжелела.

В тот день Мечтатели Мрачного Города наконец вернулись из багрового лабиринта Забытого Берега.

И она больше не была одна во тьме.

[Конец одиннадцатого тома: Песнь Ариадны].